Жертвы судьбы

      — Микаса! — Он разболтает, а Эрен ещё не получил Прародителя! — она выпустила тросы и стремительно удалилась на УПМ. Происходящее мельтешило с неимоверной скоростью. Голова гудела. Осознание огрело, только когда Микаса налету впечатала Марселя в крышу. Это ведь мерзкое островное отродье. Они почти собственноручно убили многих таких, пробив стену… Почему же сейчас Армина трясло, и он был готов разрыдаться? В такт бушующему сердцу, следом прилетела Криста. Её широко распахнутые глаза с ужасом лицезрели картину: Микаса сдерживала руки Марселя, предотвращая попытки высвободиться, а Армин стоял рядом, не в силах пошевелиться. — Что тут происходит? — Он слышал наш разговор. — Микаса приподняла Марселя, чтобы Криста сняла с него УПМ. — Ты издеваешься? — тихо выдохнула она. Выбор, казалось бы, очевиден, но Криста медлила; ошарашено перебегала с Микасы на Марселя, Армина и обратно. Но времени в обрез: к ним направлялся титан. После упрёка Криста сдалась; села на корточки и начала быстро отстёгивать устройство. Душераздирающий крик Марселя заглушал всё. По щекам ручьём текли слёзы, а серые глаза следили за маленькими ручками, шурудящими на поясе. Последние усилие и УМП безвозвратно скрылось в разбитом окне дома. Они переметнулись на соседнюю крышу, оставив Марселя смотреть глазами полными боли, отчаяния и непонимания. — Мы ведь… так толком и не поговорили! — последнее, что он сказал перед тем, как оказался в лапах титана. — Армин, — он повернул голову, но по близости никого не оказалось. — Просыпайся! — шумы притупились и широкая ладонь начала настойчиво тормошить за бок. Глаза с трудом разлепились. Виднелся расплывчатый силуэт Райнера. — Сколько время?! — резко подскочил Армин, когда сфокусировался; Райнер был в форме. — Т-ш-ш, разбудишь остальных. — тот оглядел казарму с мирно спящими товарищами. До Армина с опозданием дошло, что он сам попросил вчера кого-нибудь разбудить его пораньше. — Ты плакал? — Райнер свёл брови к переносице и наклонился. — Да так, пустяки. — Армин спохватился и прошёлся пальцами по глазам. — Кошмар снился. — корявая улыбка сама по себе натянулась, и он поспешил отвернуться к стене. В висках до сих пор отдавало пульсацией. «Надо бы проветриться». — Армин, ты же идёшь в Разведкорпус? — Райнер вернулся на своё место; пружина прогнулась под весом и противно скрипнула. — Да. — он продвинулся на край и мысленно поблагодарил, что тема кошмара не продолжилась. — Вы можете тише?! — на кровати за Райнером показались шевеления, и из-под одеяла высунулся шипящий Порко. — Прости. — хором прошептали они и переключились на свои дела, чтобы больше никого не раздражать. Последние дни Порко был мрачнее тучи. Все прекрасно понимали, из-за чего и старались не поднимать эту тему, а Армин и вовсе не мог позволить себе смотреть в его глаза. Какого терять родных, он знал, как никто другой и понимал переживания Порко. А его брат Марсель-то ни в чём не виноват. Просто оказался в ненужном месте в ненужное время, и пришлось им пожертвовать, ради блага миссии, к которой так долго шли, и которая и так трещала по швам. — Эрена ведь серьёзно съесть могут. Но это был единственный выход из западни, поэтому и предложил. — неуверенно промямлил Армин. Они наблюдали, как Эрен в облике титана перетаскивал валун к дыре в воротах Троста. — Мы продолжим прикидываться, что ничего не знаем, а если положение станет критическим — вмешаемся. — серьёзно заключила Микаса. — Мы же с таким трудом проделали эту брешь… — Главное — защитить Эрена, остальное меня не волнует. Потребуется — пустите в ход своих титанов. — Эй… ребят… вы о чём это говорите? По телу прошёлся холодок и выступил потом на лбу. Они робко обернулись на голос Марселя, стоящего на другом конце крыши. — «Своих титанов»? Армин, а ты… ты что, сказал «мы с таким трудом пробили эту брешь»? — Мы просто пошутили. — вырвалось из уст Армина, а в мыслях забилась тревога: «Ещё один косяк. Снова облажались. Нужно с ним поговорить. Он поймёт. Мы решим мирно». — Вы вообще в своём уме? Совсем на вас не похоже! Такие шутки — это чересчур даже для того, чтобы напряжение от обстановки снять! Наше дело — отвлекать титанов, так что двинули! — Марсель ухватился тросом за башню неподалёку и скрылся. — Нельзя его оставлять. — Микаса! — но это бесполезно. Мирное решение проблем подходит точно не для войны, где каждый сам за себя. Это правило действительно, даже когда приходится убивать людей, успевших стать родными. Никто из них не виноват, и настоящие отродья тоже не островитяне — за пять лет это стало ясно как день, а тот диалог окрасился, как положено.

***

      Армин возвращался домой и встретил Ханджи; она обеспокоенно шарила карманы шинели. Как положено образцовому кандидату — он поздоровался и поинтересовался, что случилось. — Я, кажется, оставила в штабе ручку Моблита. Чёрт, сегодня обещала вернуть. Армин знал об особенности Ханджи забывать везде свои вещи, но раз ручка не её, то, скорее всего, действительно срочно и стоит поторопиться. На воинов и так много всего навалилось в последние дни, а лишняя нагрузка в виде бессмысленного бега вообще ни к чему. Поэтому Армин любезно предложил помощь. Дедушка всё равно ещё не вернулся; да и прошедшие тренировки не изнурили. И вот он уже бежал к зданию, где кругом военные марлийцы. Армин застенчиво поправил повязку и уставился на ноги. «Их вроде меньше было. Обеденное время закончилось?» Пролетев лестницу, он подошёл к комнате воинов. — Отец верил, что на острове нет демонов и говорил, что те люди, такие же, как и мы, — жертвы судьбы. — голос главнокомандующего он узнает из тысячи. Эрвин Смит говорил очень серьёзно и Армин испугался, что может прервать что-то важное. Рука замерла в воздухе по пути к дверной ручке. — Если и были ужасные войны развязанные Элдийцами, то нынешние жители к этому даже косвенно не относятся. Я хотел подтвердить это предположение отца и умереть за мечту в память о нём. И вот оно — как рукой подать. Армин отдернул себя и отступил назад. «Нет, подслушивать плохо!» — как всегда учил дедушка. — Следующее поколение уже их увидит, а мне, видимо, не суждено, но я не о чём не жалею. — фразы все равно отчётливо слышались. — Пока жива память о ней, жива и сама мечта. — подключился чуть хрипловатый голос второго человека. Леви говорил тише, и если не напрягаться, то разобрать почти не реально. — Не знаю, чем закончится планируемая операция на Парадизе, но зная марлийцев, которые не видят и не хотят видеть дальше своего носа, точно не чем хорошим, но я считаю, что любой исход должен окупить ваши с отцом жизни. Именно благодаря тебе хоть кого-то отправят в рай не как изменщика, а как почётного героя. — здесь у Армина что-то ёкнуло. Верилось с трудом, но он мог оказаться в числе этих героев. — Ты сделал всё, что было в твоих силах, а сейчас будет лучше забыть мечту и умереть. Армин вылупил глаза, будто последняя фраза адресована ему и стал отходить. — «Не хочу их прерывать. Я даже не знаю, где лежит эта ручка. Может, она далеко и мне придётся их тормошить. Зачем я вообще вызвался? Теперь выгляжу глупо. Ещё и подслушал личный разговор! Ничтожный ты!» — Армин скривился, и из мыслей его вывел резкий оклик. Он вздрогнул, оглядываясь по сторонам: ноги стояли на середине лестницы, а внизу неловко улыбалась Ханджи. Оказалось, ручка лежала в кармане брюк и Армин за зря стрессанул. Он после думал над услышанным так же долго, как и старался выкинуть из головы. «Те люди, такие же, как и мы, — жертвы судьбы». — повторял он в память об Эрвине Смите и окончательно убедился в истинности, когда всё-таки вошёл в число тех самых героев, отправленных на Парадиз. Правда, как выяснилось, — не должен был. Марко протолкнул его, чтобы защитить Жана. Армин с самого начала чувствовал, что не заслужил, а после этого признания ещё больше возненавидел себя. Единенное, на чём держался рассудок, — обещание самому себе вернуться и рассказать Леви, что Эрвин и его отец были правы; и на том, что сам Эрвин хотел, чтобы ему достался Колоссальный. Марко осуществил желание главнокомандующего, не осознавая этого. Армин понял это поздно, и поблагодарить того не успел: на одном из перевалов по пути к стенам Марко съел титан. Первый порванный стежок шва миссии сильно ударил по ним. Вместе с другом они потеряли важную силу Марли; и случайно получивший её человек мог бродить где угодно. Как теперь с возвращением смотреть в глаза Жана и остальных Армин тоже не знал…