Смерть Венеры

…После того паскудного предательства она уже и не думала, что вновь сможет обрести веру в бескорыстие и доброту окружающих. Парень по имени Леонид, который для неё всегда был просто Лео. Дружили с самого детства, все школьные годы провели за одной партой. Она помогала ему с литературой и искусствами, а он выполнял за неё точные науки, решал математические задачи. Но позже вычислил всё исключительно в свою пользу… — Мы всегда мечтали открыть маленький магазин с картинами… я мечтала… Всегда казалось, что он был так заинтересован… помогал, говорил много и красиво… ведь всё детство, всё детство… Разумовский обнял её крепче. Уткнувшись в рукав его шелкового халата, Лана прильнула к парню совсем близко. Лео в тот день уехал, просто уехал. С деньгами, которые они вместе собирали долгие годы, с надеждами на лучшую, сладкую жизнь. Эти люди никогда не любили друг друга, но хотели делиться с миром искусством, созданным на оплоте взаимопомощи и доверия… — Больше никогда не хочу его видеть. Её шепот показался Разумовскому таким горьким… Он невольно вспомнил Олега. Олег на предательство не способен. Несмотря на твердый характер друга, Сергей был уверен в нём даже больше, чем в самом себе… От услышанной истории у парня возникли смешанные чувства: неосознанная нежность, потребность защитить девушку и желание посмотреть в глаза этому ублюдку, чтобы просто узнать, осталось ли в них что-нибудь хоть отдаленно напоминающее совесть. А Лана постепенно успокоилась, свернувшись в теплых объятиях Разумовского и немного забавно шмыгая носом. Истощенный организм больше не выдерживал, поэтому веки девушки опустились, дыхание стало чистым и размеренным. Она заснула. Ей нужен был отдых от всех лишних ощущений и мыслей.

***

Запах чёрного кофе был восхитителен. Уловив эти приятно горьковатые нотки, Лана осознала, что проснулась в здании небоскреба Vmeste, хозяин которого ночью заботливо накрыл её дорогим халатом. Прокручивая в голове пленку событий, девушка не могла толком понять, что с ней произошло, и почему пестрый рукав был насквозь мокрым от слез. Случившееся было соизмеримо внезапному помешательству… или попыткам ее души вырваться наружу, снять холодную, вылепленную своими же руками маску?.. За спиной послышались тихие шаги. — Прости, сахар закончился… Сергей подошел к Лане, аккуратно протянув чашку с дымящимся напитком. Руки парня  нервно дрожали — он не спал всю ночь, и это было очень заметно. — Я… испортила твой халат, извини… — Как я могу тебе помочь? — …о боже, меня так мучает совесть за вчерашнее… — ее дыхание вновь стало частым, начиная сбиваться с нормального ритма. Приступ… — Лана. Дыши. Он сел рядом и положил свою ладонь на очаровательное круглое плечо девушки. Помогло. Самый лучший кофе в ее жизни — без сахара, сливок, молочной пенки, но такой теплый, теплый во всевозможных смыслах. Она посмотрела Сергею в глаза — растерянность, тревога, но в то же время чистейшее  желание спасти. И нечто безумно спокойное и ласковое. — Ладно, просыпайся давай, — Разумовский нехитро улыбнулся, — потом я покажу тебе это место… будет легче ориентироваться… — Подожди, что?.. — Я за тебя переживаю. Побудь пока у меня, хоть несколько дней. Мы со всем разберемся, я тебе обещаю…

***

А куда ей было идти?  Что оставалось делать? Но главное, что только здесь, в огромных богатых апартаментах, принадлежащих известному по всей стране миллионеру, всего за пару часов, Лана почувствовала себя по-настоящему дома. Да… В течение нескольких дней, потом недель — это ощущение только усиливалось. Ни Лана, ни Сергей не признавались друг другу на словах — но оба прекрасно понимали где-то глубоко внутри себя — что быть всегда рядом стало не необходимостью, а потребностью, причём непреодолимой. Разумовский много и кропотливо работал над соцсетью. Лана занималась чтением книг, которые, к великой радости, обнаружила в местной библиотеке. Впрочем, окружающие все пространство античные сюжеты и древние предметы искусства оказали благотворное влияние на ее творчество. Девушка создавала лучшие картины. Иногда казалось, что Венера с полотна Боттичелли самолично направляет ее талант в нужное русло… Наиболее чувственными и проникновенными можно считать те моменты, когда парень и девушка сидели, ощущая бок о бок друг друга и наслаждались этим великолепным шедевром изобразительного искусства. Поздними вечерами, когда спускались пронизывающие прохладным ветром сумерки, Лана и Сергей гуляли. Гуляли долго, часто всю ночь напролет. Петербург в такое время суток словами описать невозможно. Просто они были счастливы. Без лишних предрассудков. Счастливы. … Лане нередко снились кошмары — полотно Венеры было окутано пеплом, а на полу — поблескивающие лужи крови, красной, как лепестки опавших роз... В такие минуты Разумовский молча обнимал ее, ведь любые слова были излишни.