Неукротимый

Глава 3. Залечивая раны. Часть 1. (Дорогие читатели, автор негодует: более ста добавлений в закладки и всего лишь два отзыва на главу! Если так пойдёт и дальше, я уйду в долгую-долгую депрессию, и продолжение будет появляться минимум раз в месяц. Мне очень обидно, поймите т_т ПОЖАЛУЙСТА, если вы читаете, ну дайте мне знать хотя бы одним словом. Эх, ладно уж, все равно это никто не читает, пойду поплачу т_т) ~~~ - Я купил бинты, подожди, - Сехун, отстранившись от Лухана, вскочил на ноги и, приметив у порога зелёный пакет, направился прямиком к нему. Блондин услышал шорох и шелест обёртки, после чего полицейский снова подошёл к его кровати, держа в руках какой-то маленький пакет. Мужчина вытащил оттуда серый эластичный бинт и покрутил в руках, внимательно изучив странную застежку и увлеченно пощупав материал. В его время бинты были совсем другими и отличались как цветом, так и функциональностью. В последний раз О примерял на себе нечто похожее, когда упал с велосипеда, будучи семнадцатилетнем подростком, но тогда его рану на ноге перевязали самой простой белой тряпочкой, которую было сложно как снимать, так и надевать, потому что легкий и непрочный материал все время соскальзывал с нежной и мягкой детской кожи. Выкинув из головы мысли о былом, он снова вернулся к реальности и прислонил руку к спине Лухана. - Выдохни, - подал голос Сехун, натянув эластичную повязку в своих руках. Парень послушно выдохнул и сгорбился, ожидая дальнейших действий. Мужчина присел сзади него на освободившееся место и принялся круговыми движениями обвязывать бинт вокруг его рёбер и живота, иногда поправляя приятную на ощупь ткань. Но не такую приятную, как сам Лухан... - Можешь дышать, - Лухан шумно вздохнул и стиснул зубы, но молчал, прислушиваясь к ощущениям. Сехун как бы невзначай касался подушечками пальцев безупречной прохладной молочно-белой кожи, заметив, что с каждым оборотом затягивает бинт все туже. Он ослабил хватку, возвращаясь к изначальному ритму, но перед этим сделал оборот в другую сторону, разматывая слишком тугой круг. На белоснежной чувствительной коже уже появилось красное пятно и след от замысловатых мелких рисунков, и Сехун, поддавшись какому-то внезапному порыву, коснулся губами мутно-алого следа на спине, прикрыв глаза, и неторопливо отодвинулся. Лухан напрягся и вздохнул от ощущения обжигающего тепла на коже, но сделал вид, что ничего не произошло. Мужчина склонил голову, тем самым закрывая глаза чёлкой. «Прости», - грустно подумал О, но высказать извинения вслух не решился. Да и что бы он сказал? Прости, что поцеловал? Товарищ О ничего не мог поделать со своими разбушевавшимися чувствами к этому парню-подростку, ему, наверное, и правда пора лечиться. Сехун щелкнул специальной застежкой, и бинт закрепился. - Не туго? Не натирает? Не болит? - забеспокоился мужчина, сощурив глаза и надеясь, что про недавний инцидент парень забыл (хотя забудешь тут). - Может, все-таки вызвать тебе врача? Лухан отрицательно помотал головой, но улыбнулся уголками губ, приподняв в одобрительном жесте большой палец. Сехун наблюдал за этим со спины, с неудобного обзора, но даже так его сердце приятно трепетало от совсем другого Лухана, наполняясь каким-то странным чувством... - Спасибо, лучше и быть не может, - Хань улыбнулся, но тут же прикрыл глаза и часто задышал, положив руку на свою грудь. Парень откинулся назад, а Сехун смущенно раскрыл руки и заключил юношу в объятия, ласково потрепав того по макушке. - А... да... я рад, да, ммм, - промычал О, уткнувшись тому в плечо. Мужчина понятия не имел, что сейчас вообще происходит и происходит ли. А вдруг это сон? Плод его воображения? Но сон не может быть настолько реалистичным, приятным, да и мыслит Сехун вроде трезво. Хотя о какой адекватности может вообще идти речь?! Многоуважаемый полицейский, высококвалифицированный сотрудник правоохранительных органов почти выкрал и привел к себе преступника (пусть и не совсем преступника) и прямо сейчас обжимается с ним на своей кровати в полицейском общежитии. В мыслях у Сехуна, кроме как сплошной пятиэтажной нецензурщины, не было ничего. Да и о чём можно думать, когда вплотную к тебе сидит красивый блондин, футболка которого чуть задралась, оголяя плоский живот, который можно было в любой момент пощупать, погладить, или даже спустить руку чуть ниже... Приятная тяжесть и тепло Лухана успокаивали, согревали, заставляли сердце трепетать, а дыхание сбиваться. Товарищ О сошёл с ума, окончательно и бесповоротно. Вот только... был не против всего этого, да и судя по довольному и умиротворенному виду Лухана, тот тоже не возражал. Сколько ещё загадок таит в себе этот блондин? Сехун знает историю его жизни, но при этом не знает о нём ничего. Не знает, какую еду он любит, не знает, что ему нравится пить, какой его любимый фрукт, не знает, есть ли у него вредные привычки, есть ли на что-нибудь аллергия... Он ничего не знает. Но это поправимо, дело времени, и он постарается это исправить. - Я не хочу обращаться к тебе на «вы», - внезапно пожаловался Лухан, скрестив руки на груди. - Хотя, помнится, ты как-то сам разрешил называть тебя по имени, - тихо засмеялся парень. - На... называй, - тихо буркнул Сехун, не возражая. Он внутренне удивился такой просьбе и резкой смене настроения парня. - Я вроде не такой старый. - Да, ты не похож на тридцатилетнего мужика, - согласился блондин, кивнув самому себе. - Тебе сколько? - Это странно, не находишь? - перебил его мужчина. - Так просто общаться... Разве ты не должен меня бояться? - Простите, - шугнулся парень, только собираясь отодвинуться, но Сехун вовремя схватил его за плечи и притянул обратно. - Нет! То есть... Не извиняйся, я не это имел в виду, - мужчина сглотнул и продолжил: - Мне двадцать четыре, в семье четыре человека: мать, отчим, Кёнсу и я. Кёнсу сводный брат, но для меня он всегда был и есть самым родным. В десять у меня был кот, в двадцать один - пёс, а сейчас в родительском доме живёт кролик Нэт. Ну, вроде, всё... Ммм, девушки нет. - Есть парень? - изогнул бровь Лухан, ожидая ответа. - Нет, - хмуро заверил Сехун, наблюдая за тем, как блондин снова схватился за живот и согнулся. - Опять болит? Обезболивающее же должно было... Нет, тебе нельзя так сидеть, давай-ка ложись. Сехун привстал и сел на угол кровати, пока Лухан немного подвинулся и лег на подушку. - Ты полежи, а я тебе кое-что принесу, - вдруг загорелся идеей мужчина. Он встал и, подойдя к пакетам у двери, выудил оттуда пакетик маленького сока и поднёс к блондину. - Это, должно быть, шутка? - удивился Лухан, уставившись на пачку с детским соком. - Не шутка, пей, надеюсь, с банановым вкусом не прогадал. А какие ты любишь фру..? - Сехуна прервал громкий стук, и тот на секунду испугался, взволновано глядя на дверь. - Не открывай, - предложил Лухан, наблюдая за переменами в лице мужчины. - Это может быть что-то важное... - О заставил себя подняться и на ватных ногах подошёл к двери. «Кто бы это ни был, и что бы он не сказал, Лухана я не отдам», - тоскливо вздохнув, Сехун повернул ключ и потянул ручку вниз. Он покачал головой и скривил губы, увидев на пороге Криса, и хотел было закрыть дверь, но нога Ифаня помешала ему. - Иди читать нотации кому-нибудь другому, достал, - прошипел О. Ифань резко убрал ногу и прижался к двери спиной. - Послушай... Стой... Подожди... Сехун, отпусти эту чертову дверь! - потребовал брюнет. - Ни за что! Я сказал, чтобы ты шёл читать нота... - Никому я ничего читать не собираюсь! Я хотел сказать, что уладил дело с Чжаном, так что можешь больше не беспокоиться. Сехун на секунду оторопел и в миг отошёл от двери, подняв глаза на Криса. - То есть как? Что ты ему сказал? - Сказал, что уволить тебя нельзя якобы потому, что ты здесь не работаешь. Так что не попадайся ему на глаза, если не хочешь подставить меня. - А что насчёт Лухана? Сказал что-нибудь? Хань, услышав вопрос, напрягся и стал прислушиваться к разговору. - Сказал, что он в тюремном медицинском крыле. Сам знаешь, туда не впустят даже его. Сехун расслабился и потер виски, удовлетворенно прикрыв глаза. В медицинское крыло и правда не пускали, дабы избежать коррупции и подмены документов о здоровье, ведь в случае серьёзных травм подсудимому могли уменьшить срок или вообще выпустить того на свободу. - Спасибо, Крис... Что бы я без тебя делал? - Сидел бы в родительском доме с сотней газет и искал бы новую работу. А он, - Крис выглянул из-за спины О и тыкнул пальцем в сторону Лухана, - либо уже отбросил коньки, либо валялся бы весь в трубках в медицинском крыле. Сехуну хватило только секунды, чтобы представить эту картину. Мужчина сделал шаг вперед и заключил друга в крепкие объятия, шмыгнув носом: - Спасибо, и прости за вчерашнее. - Не за что. Кстати, Лэй просил передать, что суд удалось перенесли на два дня. До завтра. Крис развернулся и, засунув руки в карманы, зашагал прочь. «Он не ответил, - разочарованно подумал Сехун. - Не простил? Но... за что прощать?! Извинение должен просить Крис...» - Как всё сложно, - Сехун ещё немного поглядел вслед удаляющейся фигуре, пока та окончательно не скрылась за поворотом, и закрыл дверь. *** - Ох, не туда... Лухан, я сказал нет! - Не тебе решать, сам же сказал, чтобы я начал. Всё, готов? - Ложись снизу! - Я сверху! Снизу ты! - Блять, я тебе сейчас точно врежу! И не выражайся так двусмысленно! Я не снизу! - завопил Сехун, поправляя выбившуюся прядку волос и удобнее раскладывая «веер» в руках. Мужчина ненавидел проигрывать, но в карты, к своему же несчастью, не выигрывал никогда. Кон всегда заканчивался раскиданными конфетти из карт по всему дому и скверным настроением соперника. - Негоже полицейскому материться, - покачал головой парень, цокнув языком. - И вообще-то ход мой, так что я положу снизу. Ха, ну так готов к поражению? - Всё, я так больше не играю, - мужчина сбросил свои карты в биту и злорадно улыбнулся, наблюдая за реакцией парня. - Эй, так нечестно! - завопил юноша, от негодования замахав руками и опрокинув пустую упаковку из-под сока. - Ты в третий раз так делаешь! - Ничья же! - засмеялся Сехун, победно вскинув руки. Идея поиграть в карты была, что удивительно, Лухана. Перерыв все свои ящики, он таки нашёл старую потертую колоду карт, после чего в приподнятом настроении, с единственной мыслью о долгожданной победе, сыграл несколько конов, с треском и позором проиграв каждый. - Ни фига не ничья, ты просто играть не умеешь. Принеси мне сока, - скомандовал Лухан, сложив руки на груди. - Банановый, пожалуйста. - А, может, виски? Текилу? Чего ещё желает ваше величество? - с сарказмом спросил Сехун, но поручение выполнил. - Не текилу. «Не текилу, - мысленно передразнил его Сехун. - И это был мой сок», - обидчиво подумал мужчина, протягивая парню вторую и последнюю упаковку. - Хм, нет, не хочу пить, - вдруг заявил Лухан, капризно отталкивая протянутую руку. - Раз просил, пей, - Сехун тыкал соком в лицо Ханя, неодобрительно покосившись в его сторону. - Чтобы ты потом меня всю ночь в туалет таскал? Сам я не смогу, ты знаешь. Хотя, хм, мне-то все равно, но кое-кому вроде как рано вставать, - задумчиво потер подбородок Лухан, кинув незаметный взгляд на Сехуна. - А ты, оказывается, истеричка, - заключил мужчина. - Ну и ладно, сам выпью, - отмахнулся он, медленно разрывая шуршащую бумагу из под трубочки. - Ага, - явно довольный результатом, Хань отвернулся к стене и, уткнувшись носом в подушку, улыбнулся, вдохнув знакомый аромат морского бриза. *** - Всё, спи. Сехун, несмотря на прохладный ноябрьский вечер, вытащил из шкафа толстое зимнее одеяло и заботливо укутал им Лухана. Часы показывали двенадцать: игра в карты изрядно затянулась, а вставать товарищу О нужно было с первым лучиком солнца. - Я подвинусь, ложись, - произнёс парень. Тонкие пальцы слабо теребили край одеяла, а карие глаза устремили взгляд в потолок. Лухан приподнял край одеяла и похлопал ладонью по мягкой белой простыне. - Ну, это... тесно же будет, мне все равно через пару часов вставать, так что я... - Если ты не ляжешь, я сам встану и буду сидеть на стуле до утра, - Хань хмуро свёл брови и посмотрел на мужчину. - Тесно же будет, говорю, - повторил Сехун, неловко сев на край кровати. Эта идея... Идея спать вместе ему даже... нравилась, но вопреки своим принципам... Но они ведь будут только спать, так? Значит всё на грани разумного... - В тесноте, да не в обиде, - Лухан, держась за живот, приподнялся на локте и лег на бок, незаметно сглотнув. - Ну ладно, - сдался Сехун и боязливо лег на край кровати, но, почувствовав, как Лухан уверенно набросил на него одеяло, заметно расслабился и прикрыл глаза. - Спокойной ночи, - пожелал блондин, придвигаясь немного ближе и теплее закутываясь в одеяло. - Спокойной, - ответил Сехун, ощутив теплое дыхание на затылке и мягкие ладони на спине. В груди Сехуна зародилось приятное чувство, что плавно растекалось по всему телу, вызывая приятную дрожь и щекочущее чувство в животе. Прикусив губу, мужчина прикрыл глаза и, забывшись в легких объятиях Лухана, уже через пару минут провалился в царство Морфея, впервые чувствуя себя по-настоящему живым и нужным.