The Dark Lord

      Только стоило Вэй Усяню увидеть лицо этого человека, как тот больше не мог ничего сказать. Даже мысли не могли собраться в единое целое.       «У него мое лицо» — это все, о чем он мог думать.       Он не улавливал происходящего до тех пор, пока человек не представился его именем, что ещё больше напрягло. Он абсолютно ничего не понимал. Лицо было идентичным — линия челюсти, нос, губы, что так же складываются в улыбке. Даже оскал этого человека выглядит так же… Когда самого Вэй Усяня охватывала ярость, в отражении на него смотрел такой же человек.       Единственное отличие в их лицах — это глаза. Дело было совсем не в их цвете или форме, а в том, что в глазах этого человека он видел океан пережитой боли, будто они повидали много предательств и унижений. От такой смеси становилось не по себе.       Вэй Усянь беспомощно смотрел на этого человека и не понимал, почему видит злость на его лице, да и не пытался.       Его волновало лишь две вещи: из-за чего они так похожи? Почему этот человек говорит, что его зовут Вэй Ин?       Он смотрел на него, изучал, как нечто странное, новое и опасное: одежда, цвет кожи, выражение лица, мимика, движения. Этот человек очевидно был болен, еле держался на ногах, но даже это не помешало ему стоять ровно и высокомерно разговаривать со всеми, не выражая ни боли, ни признаков усталости.       Весь вид Вэй Ина говорит о том, что он ждёт нападения. То, насколько сильно он сжимает флейту в руках, даже немного пугало… Казалось, что если он сожмёт ее еще немного, дицзы просто лопнет.       Когда он резко встал напротив Цзян Чэна, Вэй Усянь вышел из оцепенения и резко дёрнулся, хватая своего брата за руку. Он беспокоился за него и совершенно не доверял этому темному заклинателю. Тот вёл себя странно, выглядел странно, излучал странную темную ауру, смотрел тоже странно.       «В нём всё странно» — Вэй Усянь никогда не паниковал, но в этой ситуации у него не получалось сохранить спокойствие.       Вэй Усянь видел, как он провоцирует остальных, как дерзко говорит в стиле самого Вэя. Было ясно, что ему либо плевать на последствия, либо он просто уверен, что ему никто ничего не сделает. Но как бы то ни было, никто не знал насколько он силён и уж тем более никто не хотел вступать в бой без веской причины.       А для чего он просит Цзян Чэна отойти? Столько вопросов, которые он бы хотел задать этому человеку, но не может — шоковое состояние не отпускает его, а мысли путаются. Сейчас Усянь даже не уверен, что голос не подведёт, а вмешательство не сделает хуже.       Вэй Усянь снова посмотрел на заклинателя и только через несколько мгновений понял — он все это время наблюдал за ним. Не успел юноша обдумать это в мыслях, как заклинатель оттолкнул в сторону Цзян Чэна и попытался схватить его, Вэй Усяня. Сердце готово было выпрыгнуть. Что вытворяет этот человек?!       Но на помощь ему пришёл Лань Ванцзи, что ещё больше накалило обстановку. Напряжение между заклинателем и Лань Чжанем стало слишком ощутимо. Темный заклинатель был недоволен, что ему помешали.       Наблюдая эту картину, видя, как они друг на друга смотрят, Вэй Усянь понял: так просто это не закончится. Нужно что-то делать. Но не хочется подвергать кого-то опасности. Смятение от того, как выглядит этот человек, как ведёт себя, не дают Вэй Усяню выступить вперёд, как-то вмешаться или хотя бы что-то сказать. Впервые в жизни, не считая моментов детства, когда голодные собаки отбирали чудом добытую еду, он чувствует такое бессилие. Он боялся. Но смотря на то, как Лань Ванцзи уверенно перехватил руку этого заклинателя, Вэй Усянь немного успокаивает себя.       Даже если Второй Нефрит его ненавидит, то не даст в обиду. Так ведь?.. Странно было то, что он вообще решил защищать проказника Вэй Усяня, но… Лань Чжань ведь такой праведный и чистый.       От этих размышлений, мысли стали понятнее и чётче. Одна из самых чётких: нужно всё выяснить.       Стоило только об этом подумать, как темный заклинатель вдруг начал падать. Вэй Усяню потребовалась ровно секунда, чтобы принять решение. Он оттолкнул Ванцзи, прежде чем подхватить падающего на землю. Даже в этой ситуации он не мог позволить пострадать тому, кто толком ещё не успел ничего плохого сделать, не считая дерзкого поведения. Да и ведь тот выглядел болезненно. Даже умирающим. От этого зрелища в душе Вэй Усяня разгоралось желание помочь.       Когда заклинатель упал ему в руки, Вэй Усянь почувствовал облегчение, ведь смог уберечь того от падения, но и смятение: его тело было холодным. Ледяным. Что могло говорить о его критическом состоянии.       Вокруг него раздавался гомон голосов. Все пытались подойти и посмотреть, что случилось с этим темным заклинателем. Но шум прекратил Лань Цижэнь:       — Тишина!       И все действительно замолкли. Но не понятно от слов Старейшины Лань или же из-за появления ещё одной личности.       — Вэнь Цин из клана Вэнь, — девушка поклонилась. На вопрос о том, что она сделала, Вэнь Цин без промедлений ответила. — Я применила медицинские иглы для того, чтобы ненадолго погрузить этого человека в сон. Это абсолютно безвредно. Не вытаскивайте иглы пока не решите его разбудить, после их извлечения, пациенты обычно просыпаются около половины палочки благовоний. Но, хочу сразу предупредить, что больше суток держать его в таком состоянии нежелательно, если не хотите навредить.       Все были удивлены искусности молодой целительницы и если никто ничего не сказал в слух, то про себя все думали именно так. А ученики, которые были еще совсем молодыми и неопытными заклинателями и вовсе смотрели на Вэнь Цин, как на спасительницу. Они совсем не желали иметь ничего общего с этим сумасшедшим заклинателем, так что, когда Вэй Ин потерял сознание, большинство адептов смогли вздохнуть с облегчением. Угроза миновала… Пока что.       — Вы правильно поступили, госпожа Вэнь, этого человека в первую очередь нужно изолировать от учеников, — с вежливой улыбкой проговорил Лань Сичэнь.       Вэй Усянь тем временем шарил по телу темного заклинателя, очевидно пытаясь отыскать и другие иглы, кроме тех, что виднелись на шее.       — Вэй Усянь! — крикнул Лань Цижэнь, на что названный дёрнулся, явно всё ещё находясь в нервном состоянии. — Ничего не трогай!       — Я? Я ничего не собирался делать, я просто хотел посмотреть! — стал уверять он.       Старейшина клана недовольно посмотрел на него, ещё раз приказав ничего не трогать, а лучше и вовсе не шевелиться, а остальным — разойтись. После Лань Цижэнь отвёл чуть в сторону Лань Сичэня, о чем-то тихо переговариваясь.       Адепты и члены разных кланов поняв, что больше посмотреть и услышать что-то не удастся, расходились, негромко обсуждая ситуацию.       Цзян Чэн стоял на месте, хмуро смотря на заклинателя в руках брата, не собираясь никуда уходить, но Цзян Яньли пришла на помощь, увидев, как хмуро смотрит Лань Цижэнь в их сторону. Решив, что это из-за того, что они не ушли, девушка подошла к брату.       — А-Чэн, пойдём, — сказала она, обеспокоенно поглядывая на братьев.       — Шидзе, а Вэй Усянь не пойдет? — он был не согласен уходить без брата.       —А-Чэн, не волнуйся за А-Сяня, — мягко сказала девушка, уверенно улыбнувшись.       Цзян Чэн взглянул на Лань Ванцзи, который как всегда стоял ледяной статуей. Уходить тот не собирался, ведь Лань Цижэнь сказал племяннику остаться. Наследник Цзян пошёл вслед за сестрой.       После ухода Цзян Чэна и Яньли, Лань Чжань посмотрел на перешёптывающихся родственников и ближе стал к Вэй Усяню, который странным образом держал руки этого темного заклинателя.       — Что ты делаешь? — спросил Ванцзи.       Вэй Усянь вновь подскочил и возмущенно пробормотал что-то про сердечный приступ…       — Лань Чжань, Лань Чжань, иди быстрее сюда! — немного успокоившись, затараторил он, хватая Лань Чжаня за ханьфу. Не успела статуя возмутиться, как была потянута вниз. — Да сядь ты, я скажу кое-что.       Лань Чжань, чуть помедлив, присел, и Вэй Усянь быстро зашептал:       — Лань Чжань, я передал ему немного своей энергии, — глаза юноши расширились. Он хотел что-то сказать, но Вэй Усянь быстро продолжил, не давай вставить слово. Он схватил Ванцзи за руку и приложил к руке темного заклинателя. — Лань Чжань, он весь холодный, словно труп. Мы должны ему помочь! Кажется, он умирает. Посмотри какой бледный.       — Вэй Ин — только и сказал тот, как тут же был понят.       — Да знаю, знаю, но времени нет. Они меня не послушают, — он бросил беглый взгляд на Лань Цижэня и Лань Сичэня, которые что-то обсуждая, подозрительно косились на троих, в частности на адепта из Юньмэна. Времени не было. — Лань Чжань, ему нужна помощь. Он умирает, а они не помогут ему. Хоть ты... пожалуйста, — в глазах юноши читалась искренняя мольба.       Лань Чжань ещё раз посмотрел на Вэй Ина, лежавшего на руках Вэй Усяня. Лицо Лань Чжаня, как и всегда, не выражало эмоций, так что понять, что он думает по этому поводу было невозможно. Именно поэтому Вэй Усянь уже пытался придумать план, как заставить того помочь.       Но Лань Чжань удивил его, спросив:       — Ты готов рисковать, чтобы спасти ему жизнь? — теперь была очередь Вэй Усяня становиться задумчивым. Лань Чжань видел замешательство в глазах Вэй Усяня, поэтому добавил: — Хорошо подумай.       Второй Нефрит терпеливо ждал ответа, пока Усянь молча жевал губу и бросал взгляды то на человека у него на руках, то на Лань Цижэня. Заметив, как тот поворачивается, чтобы подойти к ним, Вэй Усянь, быстро схватив Лань Чжаня за руку, зашептал: — хорошо, да, я готов.       Даже если этот человек опасен, даже если он ему никто, ему нужны ответы, а он уверен, что все здесь находящиеся люди не позволят ему задать эти вопросы, так что Вэй Ин готов, а с последствиями он разберётся позже, не в первый раз.       Второй Нефрит на мгновение прикрыл глаза и достал талисман. Когда чистые золотые глаза вновь открылись, в них было секундное сомнение. Которое пропало, стоило Лань Чжаню сжать руки двух Вэев и активировать талисман.       Похоже, с этого дня в Облачных Глубинах многое изменится.