V.
28 ноября 2021 г., 03:10
Примечания:
Приятного прочтения :)
Нож размеренно стучит по нарезной доске, кромсая овощи на ровные квадратики. Жизнь в доме Бакуго подготовила их сына в полной мере в его пятнадцать. Парень был весьма хозяйственным, убирался и готовил уже очень даже весьма и частенько брал на себя домашние обязанности, видя загруженность родителей, иногда не прекращающих работать даже дома.
Вот и сейчас блондин умело орудовал по кухне под гневные триады его матери о придурках из-за которых им с Масару приходиться работать даже дома. Какие-то неучи из их команды прошляпили сроки сдачи определённой части проекта, над которым они работали и теперь его родители отдуваются за всех, дабы не потерять его, а так же и свои зарплаты.
Кацуки уже привычно игнорировал повышенный тон матери, ведь подобная ситуация была не впервые. Правда раньше он был слишком маленьким, чтобы приготовить хоть что-то на троих, а теперь его опыт позволял ему обеспечить родителям и себе ужин, а если что и обед, и завтрак. И если уж говорить совсем на частоту – омеге нравилось готовить.
Да, он помнил, как огрызался с матерью, не видя никакого смысла в его обучении в готовке, но сейчас это стало определённой отдушиной. Под негромкую музыку, что звучала из одного наушника, он уходил далеко в свои мысли, а готовая вкусная еда, вышедшая именно из под его руки приносила ему определённое чувство удовлетворения.
Особенно, когда он всегда краем глаза наблюдал за реакцией родителей на приготовленную им пищу. И видя, как они уплетают за обе щёки, не забывая похвалить старания их единственного сына, Кацуки чувствовал радость. Он мог даже сказать, что чувствовал счастье. Но это слишком слащаво, поэтому он предпочитал всё сводить к простой гордости за себя и свою талантливость. Такой как он – один на миллион.
И сейчас парень размеренно готовил поздний ужин, ведь когда он вышел из своей комнаты узнать будут они есть или нет, он застал своих родителей, погруженных в процесс работы с макулатурой. И не сказав не слова, а лишь грубо цыкнув в своей привычной манере, ушёл на кухню, уже там начиная бубнить, что могли и сами раньше его попросить. Он ведь уже совсем не маленький.
Сегодняшнее вечернее занятие спортом, включающую и пробежку, пришлось отложить по понятным причинам. В голове невольно пробегает мысль о том, что из-за этого они не увидеться с Деку, но состроив недовольную гримасу и высыпая овощи на скворчащую сковороду, Бакуго мысленно даёт себе затрещину.
Ему же от этого лучше – не видеть такое раздражающее и тупое лицо Мидории лишний раз. Так зачем он вообще об этом думает?
Но не думать получалось очень плохо. Если быть откровенным, то в последнее время Мидория Изуку остался единственным человеком в окружении светловолосого, что не поменял своего отношения к нему, не считая родителей. Раньше он об этому не задумывался, но размышляя сейчас он понял, что, не став скрывать свою принадлежность к омегам, многие стали проявлять к нему жалость. Особенно учителя, что всегда видели в нём преуспевающего ученика. С ним даже пытался поговорить их классный руководитель. Но Кацуки пресёк все его попытки пожалеть его, отдавая бланк, на котором с нажимом было выведено «Академия UA». А после гордо удалился, подавляя искрящиеся от злости ладони.
И всё же, как именно Деку отреагировал на новость, что кошмар всей его жизни проиграл природе?
Было ли это понятно ещё тогда в переулке, когда светловолосый в отчаянных чувствах хотел отыграться на альфе, или он узнал на следующий день в школе, ведь все по-любому шушукались у него за спиной. И что Изуку мог подумать, осознавая, что сейчас он вроде как в чём-то выиграл у блондина? Что он тогда чувствовал?
Хотелось бы сказать, что темноволосый по-любому был несказанно рад и в душе злорадствует, как только может. Но вот только его отношение к красноглазому почему-то совершенно не наводит на такие мысли. Создавалось впечатление, что Мидории абсолютно плевать на вторичную принадлежность Бакуго. Он продолжал его побаиваться, но и так же, в какой-то степени, уважать.
Кацуки уменьшил жар плиты на минимальный, позволяя еде дойти до готового состояния на медленном огне, при этом облокачиваясь на кухонный стол рядом, всё так же прибывая в своих мыслях.
Странно, но, наверное, впервые мысли о темноволосом были не противны омеге. Ведь, если Ка-чан прав в своих предположениях, то возможно Изуку не так уж и плох. И тогда уверенность в своей гнилой натуре возымеет ещё большее подтверждение.
Рука сама потянулась к прикрытым глазам, массируя веки. В последнее время он очень много думает.
Думает о жизни, о поступлении, о Деку. Тот вообще теперь являлся его головной болью, ведь в первые в своей жизни Кацуки, вроде как, раскаивался. Но так же в глубине себя он боится. Боится того, что зеленоглазый является альфой и то, что он может сделать, являясь альфой. По спине прошли не приятные мурашки, заставляющие содрогнуться. Красные глаза напряжённо уставились в столешницу.
Не нравилась Бакуго такая шутка, подкинутая жизнью, но сделать что-то было не в его силах. Тревожность, поселившаяся в его сердце, потихоньку разъедает его изнутри и не придумав что-то лучше, подросток лишь глубоко вдыхал и медленно выдыхал, стараясь успокоить и так от природы взвинченную нервную систему.
***
Бакуго хотел провалиться сквозь землю, но, к сожалению, это не представлялось возможным. Он ненавидел школьную столовую, поэтому никогда не ходил сюда, наслаждаясь домашней едой. Однако именно сегодня что-то пошло не так и он погружений в свои мысли не взял свой бенто, отчего страдал в злосчастной очереди. Давки не было, все дружненько паровозиком, ожидали своей очереди. Но сам факт того, что красноглазый ждал, заставлял его злостно и шумно выдыхать ноздрями, плотно сжимая губы. И ради чего? Здешняя стряпня не была даже средне вкусной по меркам Бакуго, а голодать из-за этого не хотелось. Так что он счёл наилучшим вариантом взять хоть что-то выглядящее на вид нормально. Однако, ожидание его убивало. Ещё и эти убогие статисты, что буквально зажали его спереди и сзади, нарушая личные границы омеги. Подорвать парочку недотёп, чтобы и остальные разбежались? Кацуки усмехнулся своим мыслям, вскидывая взгляд в потолок. Слишком лень было напрягаться. Так и быть. Он великодушно потерпит. Спереди стоящий парень, не рассчитав расстояния между ним и Бакуго случайно ткнул блондина локтем в рёбра, поспешно извиняясь. Желание быть великодушным резко пропало. Кацуки гневно перевёл взгляд на затылок этого камикадзе, что даже не удосужился глянуть кого именно он тронул своими культяпками, чуть выглядывая со стороны, но на глаза попалась уже знакомая шевелюра. Мидория стоял впереди на несколько человек, чуть сгорбленно рассматривая что-то в руках. Не долго думая светловолосый вышел из очереди и подошёл к альфе, задевая того плечом, становясь боком перед ним. Изуку удивлённо посмотрел на Ка-чана, блокируя телефон и убирая его в карман. - Привет… - Ага, - Бакуго даже не посмотрел в его сторону, продолжая старательно высматривать что-то впереди. Сзади послышался недовольный шёпот, негодующий о проведении омеги, на что он сам лишь высокомерно прикрыл глаза, абстрагируясь от завистников. А альфа стал растерянно бормотать о том, что он с ним, почёсывая участок шеи рядом с затылком. После ждать уже было не долго. Взяв, всё что было необходимо и зачем-то дождавшись Деку, Кацуки плюхнулся на первый попавшийся не занятый стол, ногой отодвигая стул на против. Его своеобразное приглашение было принято и темноволосый присел на предлагаемое место. Странно. Может блондину кажется, но в воздухе, под размеренный стук столовых приборов, витало подобие неловкости, что подкрепило подозрение Кацуки периодическое подглядывание на него от Деку. Однако злиться или ругаться на него омега не собирался. Он так же украдкой кинул взгляд на Мидорию, что никак не мог расслабиться и старался не шуметь, аккуратно поглощая пищу. Бакуго даже понравилось смотреть как тот аккуратно ест, не чавкая и не раскидывая ничего вокруг. Но он отвёл взгляд, когда альфа снова глянул на него. Вот так вот спокойно сидеть на против друг друга и есть, словно они действительно являлись приятелями. У Деку по-любому нервы накалены до предела, и он ждёт очередную подставу от блондина, ведь совсем недавно омега снова грозился ему расправой, а сейчас сидит со спокойным видом. Бакуго слабо усмехнулся своим мыслям. Это было забавным. Однако тишина между ними напрягала. И то как Мидория постоянно посматривал на красноглазого, словно на хищника, что вот-вот кинется откусывать голову темноволосому, тоже действовало на нервы. Но светловолосый стоически терпел сложившуюся ситуацию, ведь именно он предложил Деку разместиться рядом, да и о чём говорить двум людям никогда нормально не говорившим друг с другом в принципе? «Что Деку подумал, узнав, что я омега?» Кацуки прекратил есть, уставившись на палочки в руке. Обычное раздражение сменилось надоевшим чувством неуверенности и странным желанием задать этот чёртов вопрос альфе. Омега медленно поднял глаза, стараясь как можно спокойнее посмотреть на Изуку, не выдав и грамма беспокойства. И как только Деку в очередной раз постарался украдкой посмотреть на Ка-чана, то застыл, с опаской уставившись в красные, словно кровью налитые, глаза одноклассника. - Что ты почувствовал, когда узнал, что я омега? Голос прозвучал словно чужой, дыхание резко спёрло, а волна напряжения охватила всё тело, заставляя сосредоточиться только на громком стуке сердца в ушах и зелёных глаза, чей обладатель вылупил их на собеседника, предварительно вздрогнул, видимо от прозвучавшего вопроса. От удивления лицо Мидории вытянулось, но после он как-то сконфуженно стал смотреть в ответ, от чего Кацуки стал вновь закипать от задержавшегося молчания и такого раздражающего Деку. Как долго тот ещё собирается молчать на поставленный вопрос? Нервы у блондина были далеко не железными, Изуку как никто другой должен это знать, но он всё так же продолжал глупо пялиться в глаза омеге, словно силясь в них что-то отыскать. Однако кроме нарастающего гнева, что так отчётливо всегда поступал сквозь физиономию красноглазого, разглядеть что-то ещё было крайне трудно. И видимо не разглядев ничего, кроме вышесказанного, зеленоглазый ответил. - Я… не знаю. Бакуго глупо уставился на Деку, на секунду совершенно прекращая чувствовать хоть что-то. Однако, по прошествии этой злосчастной секунды раздражение новой волной хлынуло по венам блондина, заставляя того с силой сжать несчастные палочки. - В смысле? - Ну т-то есть… - внезапно запаниковал Изуку, по лицу светловолосого понимая неправильность своего ответа. – Я ничего не чувствовал. Правда. Однако и дальнейшее объяснение не принесло ожидаемого омеге. Тот лишь зло уставился на альфу, чувствуя, как раздражение плавно перетекало в гнев, а металлические палочки, кажется, согнулись под давлением и жаром вспотевших ладоней. Но всего этого взору Изуку уже не предстало, ведь он неуверенно спрятал глаза за чёлкой, смотря только на свои руки, продолжая так же не уверенно бормотать. - Омега или альфа для меня не имеет значения. Ка-чан все равно остаётся таким же крутым и сильным. Бакуго замер, в очередной раз забывая дышать. Не смотря на гул, гуляющий по столовой, он отчётливо слышал слова, сказанные Мидорией. А щёки предательски загорелись, окрашиваясь в цвет глаз их обладателя и заставляя прикрывать их рукой, словно скрывая что-то постыдное. Странное чувство поселилось в груди блондина заставляя того вскочить с места, от чего Деку дёрнулся вновь, уставившись на Кацуки в ожидании чего-то. Однако, он не получил ничего, кроме несвойственного омеге неуверенно-вопросительного тона. - Совсем глупый что ли? После чего тот подхватил поднос с недоеденным обедом и помчался прочь от удивлённо смотрящего в след альфы. Кацуки негодовал весь оставшийся день. На себя и свой поступок – убежал как трус, не зная, как отреагировать на слова Изуку. На альфу и его слова – что за бред вообще несёт этот нытик? Как можно говорить такие вещи человеку, что никогда не упускает возможности поиздеваться над тобой? Понятие гордость совсем отсутствует у этого индивидуума? Однако, укол в области сердца был ощутимый. И это явно была совесть, что так достала его за последнее время. Он чувствовал себя отвратительно, понимая, что его догадки подтвердились и Мидории было абсолютно плевать на вторичный пол Бакуго, парень не собирался смеяться или жалеть светловолосого из-за этого. А ещё было противно от самого себя, понимая, что будь он альфой, то никогда бы не стал задумываться о таких вещах. Более того он бы по-любому стал ещё более отвратительнее, чем был до этого. Впервые за всё время Кацуки думал над тем, что поделом ему быть омегой. Но в голову резко влетела мысль о том, что возможно Деку специально ведёт себя так, словно давно заметил -эмоционально нестабильное состояние омеги. И таким образом пытается всё-таки отомстить красноглазому, вызывая муки совести своим нахально-наивным поведением. Если это действительно так, то Кацуки не станет жертвой его интриг и размажет того по стенке, как только увидит хоть один намёк на подобное. И весь оставшийся день блондин украдкой наблюдал за темноволосым, пытаясь вычислить хоть один намёк на заговор против себя. Но всё, что смог разглядеть омега – это взволнованные взгляды в свою строну и обычное дековское поведение в школе. Минимальный контакт с окружающими, только если это не учитель, дабы не привлекать к себе лишнего внимания. Ведь пока его не трогает блондин, беспричудный неудачник совершенно не интересен обществу, окружающее его. Таков был удел Изуку Мидории в средней школе. Клеймо, что поставил ему Кацуки Бакуго. И вместо того, чтобы внимательно слушать преподавателя на уроках, блондин, переполненный разного рода чувствами, плотно сжимал губы и, словно стыдясь самого себя, прикрывал глаза руками, в надежде абстрагироваться от всего мира и всего того дерьма, что так резко заполонило его жизнь.***
Прозвеневший звонок с последнего занятия был подобием сигнала, заставляя школьников торопливо собирать вещи и убегать от так надоевших классов, наполняя двор школы разного рода выкриками и топотом. Омега не был исключением из правил, ведь теперь в школе было слишком много факторов торопящих его как можно быстрее покинуть стены данного здания. И было бы лучше уйди он самым первым, чтобы никто не доставал его сегодня и, по возможности, скорее оказаться дома, в своей крепости, где его никто не достанет, и он сможет побыть в полном одиночестве. Однако, сделать это было крайне трудно, ведь бывшие подпевалы всё никак не хотели его оставлять в покое, даже после того представления, что он им устроил. Они бежали вслед Бакуго, снова крича в спину что-то о совместных прогулках, но светловолосому было всё равно. Он топил, будто ошпаренный, на всех порах несясь на выход, а оттуда в сторону автобусной остановки, не замечая за собой хвоста в виде кудрявого парня с жёлтым рюкзаком. Но и в автобусе он тоже ничего не заметил, утыкаясь в наушники, а скопившаяся толпа, что заполонила транспорт в миг, не давала и шанса протиснуться к светловолосому. Благодаря этому Кацуки добрался до своей остановки в спокойствии и с музыкой, что играла в наушниках, которые он успел надеть перед автобусом. Но на этом всё. Ведь перед поворотом, что выводил его на финишную прямую до дома его настигла рука, что легонько легла на плечо, заставляя того вздрогнуть и испуганно обернуться на преследователя, попутно вынимать наушник с правого уха. А увидев перед собой запыхавшегося Изуку, красноглазый так вообще захотел провалиться сквозь землю. Только от одного взгляда на темноволосого щёки предательски алели и непривычная неловкость, перемешанная с раздражение на подобные чувства перед альфой, заставляли его злиться на весь этот чёртов мир и сложившуюся ситуацию. А ещё на себя и своей длинный язык. Видимо, сейчас омега прекрасно осознал смысл фразы: меньше знаешь – крепче спишь. Мидория отошёл на пару шагов, давая пространства Кацуки, оставляя только что коснувшуюся его руку в воздухе. - Ка-чан, т-ты так быстро ушёл… - Что тебе нужно!? – резко и зло выкрикнул Бакуго, перебивая и так запыхавшегося парня, что видимо бежал следом за ничего не слышащим блондином. - Тебя звали твои друзья, - словно не обратив внимания на резкий тон, упрямо продолжил Деку. - Тебе какая разница? – вмиг закипел Ка-чан, надеясь, что альфа отцепится. Но тот лишь жалостливо, чуть опустив голову, смотрел в красные глаза, наконец опуская руку и сжимая её в кулак. Кацуки ненавидел этот взгляд. Поэтому, не дожидаясь дальнейших слов поспешил уйти от надоедливого парня, что всегда крутиться где-то рядом ещё с детства. И пока он пытался вернуть вынутый наушник на место сзади послышался топот и слова, заставляющие замереть на месте в очередном приступе бешенства. - Я всегда могу тебя выслушать! Кацуки стащил наушники и со второго уха, сжимая их руке. - Зачем? – не поворачиваясь спросил он. Чувство беспомощности одолело бедную душа парня, заставляя чувствовать себя отвратительно. Отвратительно было осознавать, что он действительно нуждался в поддержке, но он никогда не примет её от кого-то вроде Деку. Ведь, что угодно, но это было выше его сил. - Что ты вообще обо мне… - оборачиваясь назад начал было омега. - Ка-чан, тебя явно что-то тревожит в последнее время! – уверенно перебивая начал Изуку, заставляя Кацуки шокировано уставиться на последнего, стоя в пол оборота. – И я просто хочу, чтобы ты знал: если я не могу помочь, то хотя бы выслушаю тебя. Всегда. Отчеканив эти слова и твёрдо смотря на ошалевшего Бакуго, альфа с секунду поколебавшись, бросился вперёд, обгоняя последнего. А блондин так и остался стоять на месте, смотря в след стремительно удаляющемуся парню, чувствуя полное опустошение за сегодняшний день. Нет, он не будет идти на поводу размечтавшегося придурка, возомнившего себя другом Кацуки. Светловолосый зло выдохнул, быстрым шагом отправившись в ту сторону, куда убежал Мидория, только потому что его дом находиться в той стороне. И только где-то на задворках сознания странное приятное чувство, перемешанное с осточертелой совестью, будут грызть его вплоть до ужина, но омега сошлёт всё на слабость и только больше разозлиться на надоевшего ему альфу, обещая себе никогда в жизни не обращаться к нему за помощью. Чтобы не случилось.
