Ветер с запада

Третий день подряд Ами проверяла телефон на наличие звонков и сообщений — ЮУЭЙ молчит. Учебный год начнётся через два дня, а она все еще не в общежитии, и вообще без понятия, где будет учиться. Вообще, телефон, хоть и последней модели, нужен был Рин, чтобы читать новости и слушать музыку, иногда переписываться со старыми знакомыми и бабушкой. Открыв «Сообщения», Дарокава сразу же увидела контакт, записанный как «НЕ ОТВЕЧАТЬ! 11!» и 42 непрочитанных смс. Может, нужно написать ему? Спросить, как он? Чем живет? Может, у него появилась девушка? Шатенка задумчиво прикусила губу, клацнув ногтем по контакту. Последнее сообщение было два дня назад. «Пиздец!» — девушка выронила из рук телефон и закрыла лицо руками. «Тише, дура, этой встречи же не избежать, так? Значит нужно как-то отпиздеться. Ты же умеешь». НЕ ОТВЕЧАТЬ! 11! — Все еще не бросаю надежды, что мы сможем встретиться два дня назад Ами нажала на аватарку Эйджиро. Он был рядом с каким-то парнем с платиновыми волосами. «Похож на… стоп. Кацуки?!» — Рин опять чуть не разбила телефон. Что не день, то новость! Конечно, с ним шатенка ничем таким не занималась, но он был ее одноклассником всю среднюю школу, и постоянно задирал девушку, давя на больные места. «Уёбок сраный! Ненавижу!» — она в ярости сплюнула на пол. Почему все события всегда складываются против нее?! Бакуго был самым настоящим мудаком и ночным кошмаром любой девушки. В 10 лет они ходили за ручку и мило общались, но как только кто-то из его друзей пустил слух, что Ами целовалась с мальчиком из старшего класса, от милости ничего не осталось, как и от репутации девушки. Доверчивый мудак! Телефон, до этого мирно лежащий на коленях Рин, зазвонил. Незнакомый номер. «ЮУЭЙ!» — шатенка молниеносно подняла трубку. — Д-да? — голос выдавал нервозность Доракавы с потрохами. — Милая, это я. — шатенка услышала голос отца и разочарованно вздохнула. — Тебя приняли в ЮУЭЙ, я отправил ремонтников в общежитие, чтобы они сделали тебе комнату, которую ты хочешь — найди в интернете, что понравится, и скинь фото на этот номер. А твою форму доставят домой где-то к семи часам вечера. Не могу больше говорить, пока. — Ами победно взвизгнула и рассмеялась. Отец как всегда, все сделал за нее. С одной стороны, с отцом она почти не общалась, что было странно и неприятно, ведь они жили в одном доме. Недавно девушка задумалась — а ведь она совсем не знает какой человек ее отец — что он любит, чем интересуется и что ему не нравится. Может, поэтому Рин выросла такой необузданной и невоспитанной? Да, невоспитанной в прямом смысле, ведь ей действительно никто не занимался. Единственный ребенок в обеспеченной семье. Может, она приёмная? Нет, в кого тогда у нее вздернутый нос, такой редкий для японки? Хотя, Ами даже не знает свою мать. Не то что бы она особенно пыталась узнать — по рассказам, эта женщина бросила отца с ребенком на руках и свалила в закат. Бабушка говорила, что в Индонезию, а папа — в Китай. Рин нет до неё дела. В отражении экрана шатенка увидела впалые круги под миндалевидными глазами и сыпь в районе левой щеки. Она что, опять объелась сладкого? Скоро начнется учеба и осталось только то, что может только Доракава — за два дня сделать из говна конфетку, чтобы все кусали локти.

***

От лица Ами Рин Я стояла в уже знакомом коридоре, допивая утренний энергетик, традиционная вещь перед началом уроков. Дверь с надписью 2-А была закрыта, но оттуда прекрасно слышались два десятка подростковых голосов, в том числе и вопли Бакуго, больше похожие на крики раненного медведя. Все-таки, он учится тут. Ну что ж, что было, того не вернешь, придется принять все, что у меня есть и использовать это с пользой. Может, он сейчас стал добрее? Навряд ли. Положив в рот мятную жвачку, дабы не вонять перегаром, я наконец увидела Айзаву. — Заходи за мной. — равнодушно сказал он, распахивая дверь класса. Я поправила волосы, прокашлялась, и шагнула навстречу своей новой жизни. Практически все подростки выглядели необычно, а некоторые даже странно. Я сразу же увидела Киришиму, сидевшего в открытым ртом, когда его тыкал в бок какой-то пацан с желтым каре. «Блять, боже, не смотри так, пожалуйста» — явно проиграв в гляделки с красноволосым, я вышла ближе к учительскому столу. — У вас новенькая из Шикецу. — сенсей плюхнулся в кресло, даже не глядя на учеников. Очевидно, сейчас я должна представиться: — Меня зовут Ами Рин Доракава. Позаботьтесь обо мне! — несмотря на то, насколько я перенервничала, я смогла выдавить из себя улыбку и поклониться своему новому классу. Мне улыбалось куча новых лиц, какой-то карлик с виноградом на башке и вовсе откровенно пускал слюни, но ему я тоже натянуто улыбнулась, пройдя на единственную свободную парту, которая находилась за Кацуки. Кстати, Бакуго стал выглядеть явно лучше и странно, что на его лбу еще не появились морщины от того, как часто он хмурится. Киришима сильно покраснел и сидел, сверля глазами пол. «О чем же ты думаешь, Киришима Эйджиро?» — я легла на парту, глядя на красноволосого, который успел еще больше подкачаться за те полгода, что я его не видела. — Дора! — я услышала робкий шепот откуда-то слева. Так называл меня только один человек — беспричудный паренёк из средней школы. — Мидория?! — это был он! Конечно, по канонам геройской академии, он ну очень прилично накачался, но зеленые волосы, большие глаза, веснушки — это же тот беспричудный пацан! От новостей у меня уже глаза лезли на лоб, но как он попал сюда?! Я совершенно не слушала Айзаву, думая о троих моих знакомых, которые не вылезали из головы.

***

На перемене меня облепили практически все одноклассники. Особенно дружелюбно себя вела розовая девочка с рожками, которая мне сразу же понравилась, потому что сплетниц вижу за километр, а я люблю такое. — Это браслет от Cartier? — Почему ты перешла из Шикецу? — Меня зовут Урарака! Я была польщена вниманием — что скрывать, я его любила, но меня волновали трое парней, которые вышли из класса на перемене. — Так, подождите, не успеваю отвечать, — я мило улыбнулась одноклассникам, — нет, это реплика, перешла, потому, что переехала. — остальные вопросы я не слышала, так как смотрела на Кацуки, стремительно приближающегося к моей парте. — Эй, шлёндра, пойдем выйдем. — блондин грубо схватил меня за локоть и буквально вытащил из класса под возмущенные крики моих новых знакомых. Я хотела было дать ему по яйцам, но решила, что это сделать я всегда успею, а то, что скажет мне блондинчик может быть довольно интересно. — Все в порядке, он так шутит, мы давно знакомы! — сказала я, успев высунуться в дверной проём до того, как меня утащили в неизвестном направлении. Бакуго сжимал мой локоть и вел куда-то, ничего не говоря, но угрожающе поглядывая. — Куда мы идем?! — шепотом спросила я, но парень, казалось, полностью меня игнорировал. «И с хера ли я вообще должна идти за тобой, чмо?» — я была охвачена возмущением. Да, давно так со мной никто не обращался. Я, конечно, не мазохистка, но по маленькому взрывунчику немного соскучилась. Наконец, мы пришли, и Кацуки резко толкнул меня к стене, нависая сверху. Вблизи можно было рассмотреть ресницы парня, оказавшиеся на удивление длинными. Привычка кусать губы у него так и осталась — у блондина они были такие же кровящие, как и всегда. В красных глазах пылал гнев. — Оу, мож… — не успела я договорить, что эта сцена слишком похожа на мой любимый Клуб Романтики, Бакуго перебил меня в своей обычной манере: — Нахера ты сюда приперлась?! — а твое какое дело, еблан?! Будто для тебя это так важно. — Мой ответ что-то даст тебе? — равнодушно протянула я, делая вид, что мне совсем не трудно говорить, когда огромная рука сжимает твое горло, и мне совсем не страшно от его рожи. Вполне симпатичной рожи. — Только не говори, что ради меня, а то я тебя сейчас взорву. — он сплюнул на пол, практически задев мои любимые Джорданы, из-за чего во мне начала просыпаться ярость, но даже любовь к моим шикарным кроссовкам не смогла бы перебить тот абсурд, что я только что услышала. — Ты не много на себя берешь, Кацу? — не сумев подавить смешок, спросила я. «Боже блять, как был самовлюбленный кретин, так и остался. Ску-ко-та.»  — Зачем ты мне нужен? Я хочу быть героем. — То есть, ты хочешь сказать, что ты пришла сюда не для того, чтобы портить мне жизнь? — парень насмешливо улыбнулся. Стоп, то есть, это я ему жизнь портила?! Обнаглевший кусок дерьма! — Ублюдок! — со всей дури пнув Кацуки ногой в живот, что он аж отлетел, я продолжила тираду:  — Это я тебе жизнь портила?! А кто каждый день называл меня последними словами?! — ловко увернувшись от его руки, я почувствовала, что сейчас расплачусь. — Кто распускал обо мне слухи, кто сделал все для того, чтобы в школе меня считали последней шалавой?! — еле выдавив последние слова, я разрыдалась, осев на пол. Я сама испугалась своей реакции, но в горле застыл ком, и слезы сами полились из глаз. Бакуго нахмурился и начал медленно подходить ко мне. Не хочу его видеть. Не хочу! — Ами, я… — он явно не знал, что сказать, но был шокирован. Блондин зарылся руками в волосы, достал из кармана электронную сигарету и глубоко затянулся. Сквозь дым, пахнущий гранатом или яблоком, он смотрел на меня неотрывно, будто я была какой-то витриной. А мне было откровенно плохо. Я ненавижу показывать слабость соперникам, для меня это эквивалентно поражению. Я услышала писк в голове и нарастающая ярость будто обдала меня огромной волной. Я теряла контроль. — Да свали ты уже нахуй! Хватит мне глаза мозолить! — не выдержав паузы, истошно закричала я, не понимая безумство ситуации, но действительно, я больше не вывожу. Не могу терпеть. Хочу, чтобы он сдох. — Да пошла ты. — тихо сказал Кацуки, уходя от меня подальше. Наконец-то. Когда блондин пропал из виду, я услышала: «Съеби отсюда, Дерьмоволосый!» в сочетании с небольшим взрывом. Везде слышно этого подонка.