Noli me tangere

Как часто вас посещают мысли о том, что лучше бы вы не просыпались по утрам? Как часто вы только успеваете проснуться и уже хотите убивать? Если вы ответили ‘редко’, то вы точно не похожи на Владимира Семенюка – парня из одиннадцатого класса, который ощущает себя так буквально ежедневно, что бы ни случилось. Ему, как и многим школьникам, впрочем, не просыпаться вообще хочется намного больше, чем вставать, видеть мрачные пейзажи и убитые лица людей вокруг, слушать уроки в школе, а потом, приходя домой, снова тонуть в царстве снов. Намного больше хочется жить там, где с такими трудностями вообще нереально столкнуться. Впрочем, что есть, то есть. Сегодняшнее утро не стало исключением из правил. В комнате мрачно и мало места, а еще очень-очень пыльно – кажется, не убирались здесь намного дольше, чем несколько недель. Все закидано книгами, обрывками бумаги и окурками; где-то можно найти пару бутылок из зеленого стекла. Одним словом, паршиво, да и как-то совсем неуютно и неприятно. Вова, поднявшись с кровати через силу, первым делом пинает от злости ногой залежавшийся учебник по химии, который выдали еще перед летними каникулами. Зачем вообще эта химия нужна? - Блядство, - только и прошептал Семенюк, рассматривая полный хаос округ и быстро ища нужные ему штаны и футболку. И все равно, какие именно – ему нужно сейчас хоть как-то одеться, потому что, судя по часам на противоположной стене, он уже нехило так опаздывал. А ведь это первый день учебы после летних каникул! Линейку Владимир успешно не посетил – сказал всем, что проспал, а на самом деле сбежал с друзьями, Максимом и Владом, на заброшенную стройку и долго-долго курил там. Развлечение сомнительное, но и оно принесло юноше намного больше положительных эмоций, чем потенциальное нахождение в школе, а потом возвращение в квартиру, где он живет. Домом это трудно назвать. Парень скидал со стола первые попавшиеся тетради в рюкзак и, плотно закрыв его и, наконец одевшись, пробежал мимо кухни и пулей вылетел на улицу. Дома плохо, дома даже не поесть сейчас нормально, а он еще и в школу опаздывает – это буквально все, о чем думает Вова, уже спускаясь по лестнице к выходу из подъезда. Телефон говорит, что у него есть еще около пятнадцати минут до первого урока, а это значит, что даже есть шанс успеть! Совсем небольшой, но кого это вообще волнует? Благо, Семенюк живет рядом со школой и все, что нужно сделать сейчас, - это слегка напрячь ноги и устроить себе урок физкультуры. Бежать по началу весело. Ветер дует в лицо, развивая волосы на ветру, мелькающие силуэты людей плывут перед глазами и даже кажется, что в этом мире тебе ничего не страшно. Однако потом Вове стало заметно хуже, и делать хоть что-нибудь выходило с огромным трудом. Пробежка показала ‘замечательную’ реакцию организма парня: стало тяжелее дышать, сердце билось все чаще и, что странно, закружилась голова. Вова замер где-то рядом с метро и, будучи невнимательным, наощупь наткнулся на фигуру человека, судя по всему, куда-то спешащего. Мужчина, оказавшийся перед Семенюком, выглядел очень приятно: темные, по-особенному забавно уложенные волосы, аккуратная рубашка, похожая чем-то на оверсайзс, контрастные к ней брюки и кеды и, что самое главное, голубые, словно два сапфира, глаза, смотрящие куда-то намного глубже, чем просто на парня, стоящего напротив. - Извините, - потеряв на секунду дар речи и обомлев, только и сумел сказать Вова, неотрывно глядя на того, кому причинил дискомфорт. Мужчина усмехнулся, повел плечом и расслабленно улыбнулся, всем своим видом явно стараясь показать, что все в полном порядке. От него почему-то веяло уютом и комфортом – словно совершенно другой, не подходящий для этого темного уголка города, человек, оказался не на своем месте и сделал это место чуть-чуть счастливее. Вова и сам не понял, почему его внутренний мир так реагирует. Он не привык быть открытым, не привык быть живым, поэтому поскорее зажевал это чувство и отвлекся. - Немного не уследил за тем, куда иду. - Все хорошо. Я не срываюсь на людей из-за таких глупостей, - он тоже смотрел, не отрываясь, и это вызывало в Семенюке ебейший диссонанс. Почему незнакомец так притянул его к себе одним видом? Значит ли это что-то, или в их столкновении нет ни капли смысла? - Вижу, вы тоже торопитесь. Бегите спокойно, вы меня никак не обидели. И от этого голоса Вова застопорился еще на добрых полминуты, окончательно ‘отмерев’ только в тот момент, когда понял, что незнакомец ушел. Парню понадобилось еще несколько секунд на то, чтобы уговорить себя прийти к этим мыслям заново чуть позже – сейчас он сильно опаздывал, и от того, появится ли в здании школы он вовремя, или нет, зависело действительно многое. У него и без того много проблем с учителями, не хотелось бы ухудшать все в тот год, когда от оценок действительно многое зависело. Это оказалось буквально последней мыслей Владимира, перед тем как он сорвался с места, дабы обогнать не только школьный звонок, но и всю его весьма медленную жизнь. *** В школе все также мрачно, много детей и, находясь там, хочется выпилиться. Вова всегда думал, что он не из таких, кому эти мысли вообще хоть когда-то приходили, но почему-то чем больше он сталкивался с учителями или той ебучей атмосферой, в которой они все существовали, тем больше понимал, что суждение ошибочное. Он вообще считал себя одним из самых спокойных лиц среди всех, кто в целом здесь учился – у его одноклассников даже лица были какие-то неживые, не то что судьбы и жизнь. Как говорила когда-то давно бабушка Семенюка, этот город был давно мертв, а если не он весь, то точно их район. Люди, обитающие здесь, не жили, а скорее доживали каждый свое и растворялись среди одинаковых деревянных крестов на старом кладбище. На входе парня встретил уже давно знакомый охранник, судя по выражению лица, не сильно довольный своим положением. Дядя Дима, отец одного из старшеклассников, на первый взгляд был каким-то чересчур угрюмым. Однако, спустя пару месяцев работы в школе, прижился в коллективе и стал Вове своеобразным другом. Он и покурить выпускал, и всегда прикрывал, если оно было нужно. Хороший мужик, одним словом, разве что иногда вредный и любящий поспорить. - Как дела, дядь Дим? - Вова чуть усмехнулся, смотря, как лениво поднялся мужчина с собственного стула и подошел вплотную к подростку, чтобы не издавать так много лишнего шума при разговоре. Он был на голову выше мальчишки, из-за чего Семенюк казался максимально малышом на его фоне. - Устали уже сидеть тут? - А ты как думаешь? Мозгоебля такая… Завуч взъелся на меня, мол недостаточно внимателен. Не знаю, как он это вообще определил, - мужчина нахмурился и почесал бровь, оглядываясь по сторонам, дабы рядом не было лишних ушей и глаз. - Ты сам-то как? Опаздываешь? - Да не, я успел, вроде. Еще минуты три есть. Все заебись, только устал и вообще, не хочется здесь быть, - он слегка поджал губы, поправив челку и покрепче схватившись за рюкзак, а затем поспешил ретироваться ко входу на лестницу, дабы отправиться на урок. - Извините, дядь Дим! Постараюсь на перемене прийти. В кабинет обществознания Владимир влетел одним из последних. Его друзья, Влад и Максим, уже сидели на своих местах за последними партами первого ряда, а это означало, что они ждали только Вову. Как только парень подошел к нужному месту, юноши окинули его слегка злыми и раздраженными взглядами непонятно, почему. Устроившись рядом с Максимом, Семенюк только и успел кинуть недоверчивый взор в ответ, как Влад заговорил первым. - Ты где телефон посеял, блять? Мы звонили по три раза каждый, думали, что ты и сегодняшний день проебешь. Бери трубку хотя бы в следующий раз, окей? - Телефон? Блять, я его дома видимо оставил, - Вова даже пошарился по карманам, но так ничего и не нашел. - Понял, мой проеб. - Ладно, проехали. Влад, не ломай ты так его, - Максим рассмеялся и перевел глаза на Вову. - Ты знаешь, что у нас новый препод по истории и общаге? Какой-то дохуя важный, мы его еще не видели, но ходят слухи, что на пидора похож. Пиздец, проебывать консультации что ли придется, если я решу эту хуйню сдавать? - Мда… Да, видимо. Но тебе ли не похуй на экзамены? - вопросом на вопрос ответил Семенюк, где-то внутри отчетливо слышно ломаясь, но пока что не признавая, почему. - Похуй. Сам сдам, без всяких пидорских консультаций, - Максим не успел продолжить. В дверном проеме возникла фигура их нового учителя. Высокий, темноволосый, с забавной укладкой и просто невероятными глазами. В рубашке и темных брюках, которые контрастировали с кедами… Вову словно ударило током. Тот самый человек, а он же пидор, – их новый учитель обществознания. Кажется, это судьба.