Настоящие эмоции за кулисами

По комнате, раздался звонкий хлопок по лицу. В очередной раз, мать избивает своего сына. Словно, так и должно быть. Словно, это воспитательный процесс. Словно, она делает это, что бы он включал голову. И благодарил мать. Но женщина не знала, что в тайне от нее, ее родной сын мечтает о ее смерти. – Сколько раз, я тебе говорила не разговаривать с этим придурком? – в очередной раз отчитывала его мать. – Он не придурок, – сдерзил Кокичи. – он хороший парень. Если бы он был мне братом – не успев договорить, последовал очередной удар по лицу. – Даже не смей, такого говорить в моем доме. Такого ужасного сына как Сайхара, я бы ни за что не родила, а если бы родила, то сдала бы его в детский дом. – Но, такой ужасный как Сайхара, в отличае от тебя меня не бьёт каждый день. Выслушивает меня и спрашивает мое мнение. Он меня слышит, и старается всеми силами помочь как сможет. А ты, даже не соизволила помочь мне, с моей мечтой. – Из-за него, ты захотел стать музыкантом. Музыкант, это вообще не профессия, это время которое ты тратишь впустую. Из-за него, ты побрил себе сторону волос и стал носить рваную одежду. Хорошие мальчики, такое не вытворяют. – пыталась надавить на своего сына, та. – А хорошие матери, не разводятся со своими мужьями, за то что его начальница заставила того с ней переспать. – и вновь послышался удар. – Не смей даже говорить об своем отце. Я даже не хочу слышать упоминание о нем. Я ещё раз говорю, что не заставили, а он сам решил. – Это не правда! – начал кричать на свою мать, лиловоглазый. – Отец был нормальным человеком, только я его выслушал, а ты просто выгнала его из дома, потому что услышала что они переспали! Она же не залетела от него! – Ещё чего не хватало, и не кричи на мать! – в этот раз, удар был сильнее, настолько, что Ома даже, упал на колени. – Пока ты живёшь в моем дома, ты обязан делать то, что я тебе скажу. А я тебе скажу, что ты не увидишься, ни с отцом, ни с твоим дружком. Я вставлю тебе мозги. И начнёшь уважать мать. Женщина ушла, и оставила своего сына сидеть на полу. Кокичи не надеялся, что его мать одумается, и поймет, что она творит. Все три года, как он так жил, он лишь продолжал терпеть, потому что знал, что рано или поздно придет сине-волосый, и заберёт его из этого ада. Кокичи всерьез, считал его своим старшим братом, и не раз упоминал это, при их прогулках, на что Шуичи, лишь пожимал плечами, и говорил что думал, что они пара. И в конце оба всегда смеялись. Умывшись и переодевшись, Ома прошел в комнату и закрыл дверь на замок. Посмотрев на время, тот понял, что через двадцать минут, его мать пойдет в бар, и снова к трем ночи придет пьяная. Юный солист, услышал звук уведомления, посмотрев, он увидел что написал его "парень". "– Вообщем, хорошие новости. Я орендовал не большую студию, ее доделают где-то в следующем месяце (｡•̀ᴗ-)✧" "– Шуичи, это ОЧЕНЬ хорошая новость. Спасибо тебе огромное. Я не знаю как тебя благодарить(≧▽≦)" "– Да ладно, простого "спасибо" достаточно. Главное, что бы ты был счастлив" Прочитав последнее предложени, Кокичи поменял выражение лица на грусть, и положил свою руку на место самого болезненного удара. Его глаза, сами собой начали наполнятся слезами. На то ведь были причины, фиолетоговолосый, все три года, был счастлив только с его другом. Да и то, он старался скрыть свои переживания. Он не хотел, что бы желтоглазый считал его слабым. "– Спасибо, ты лучший (^^)" Последнее, что написал Кокичи перед тем, как лечь в кровать, и наполнить подушку своими каждодневными слезами. Он снова услышал звук уведомления, поднявшись на логтях, Кокичи вытер слезы, что бы посмотреть, что ему пришло. Взяв телефон, и посмотрев на дисплей. Сообщение. Сообщение от Шуичи. "– А чего спокойной ночи не желаем?" "– Прости, моя ошибка" "– Что-то случилось?" "– Нет, ничего, все хорошо" "– Ты уверен?" "– Шуичи, уже поздно, мне надо идти спать" "– Это, снова из за матери?" – Что? Как он догодался? – подумал Кокичи. И вправду, как? Ома не рассказывал ему, про свои отношения с матерью. Да и виделся с ней, от силы раза два, на улице. Ома не мог понять, правда ли, что Шуичи знает, или пытается подловить его, что-бы тот признался. "– Ты чего не отвечаешь?" "– С чего ты так решил? Это не так" "– Ома, я видел как ты смотрел на свою мать, когда мы случайно проходили рядом. Ты явно ее боишься" "– Я ее не боюсь, давай закроем эту тему?" "– Кокичи, я просто хочу помочь" "– Я знаю, но все что ты сказал, это не правда. Я ее не боюсь, я на всех людей так смотрю. Ладно, спокойной ночи" "– Ладно, как скажешь, спокойной ночи" – Мне приходится, лгать своему лучшему другу, когда же это закончится? – уткнулся в свои колени Ома, и начал рыдать. Он не хотел врать Шуичи, но другого выхода нет. Он не хочет, что бы кто-нибудь узнал о его отношениях с ней. Он не хочет казаться, таким слабым. На следующее утро, фиолетоволосый собрал всех своих друзей что бы узнать их немного получше. Они собрались в доме Шуичи, синеволосый приготовил всем чай и угостил онигири которое он сделал сам. Оме очень нравилось когда Сайхара что то готовил, он не ел еду которая делала ему мать, не пытался сделать сам. Он любил готовку Шуичи и только ее мог съесть с удовольствием. – Что вообще за название такое? "Окультисты" такое ощущение, что ты какой то сраный ребенок – подала голос блондинка. Она была недовольна названием, всю жизнь она посвящала родителей, что она станет визажистом, таким, что бы она могла ещё быть в музыкальной группе. Визажистка была не очень рада тому, что ее родители будут узнавать ее под таким названием. – Не кричи на меня! – крикнул в ответ той лиловоглазый, посчитав что блондинка просто выебывается и не хочет такого "классного" названия. – Я солист и лидер группы, как хочу, так и называю! – Сам не кричи на меня! Если ты так хочешь, то оставляй название, только потеряй визажистку и басиста с продюсером! – поставила перед фактом Ирума. Она понимала, что Ома просто хочет казаться крутым, но так-же считала, что название стоит доработать. Девушка уважает принципы низкорослового, но она не собирается терпеть такого отношения к своей персоне. Встав со стула, Миу пошла к выходу, а за ней словно хвостиком и белобрысый парень. То что Киибо, не подал голос, явно намекало на его пофигичность к обстановке. Парень полностью доверял блондинке, ведь та являлась его девушкой. Та, не раз оказывалась права в разных произшествиях и моментах. Так что парню даже не стоило с ней спорить. А просто согласится, и пойти следом. Любителя газировки явно такой расклад не устроил, в след им, парень начал кричать оскарбления и желании попасть в больницу. Сиренивоглазую это не радовало, ведь в первый день они успели уже подружится и поладить, а на следующий день они уже поругались так, словно года два дружили. – Ома-кун, я думаю тебе стоит успокоится – не успела девушка договорить, как ее перебил низкорослый. – Ты вообще не лезь! Пианистка, что играет на синтезаторе, я думал ты на чем то по круче играть умеешь! – крикнул в ответ тот, парень был очень зол, но он злился не из за новых друзей. – Ома, не кричи на нее, успокойся. Возможно Акамацу-тян умеет и на других интересных инструментах играть. Она ведь не показывала. – зеленоволосый, что пытался успокоить лиловоглазого, прикрыв девушку собой, обращая все внимание солиста на себя. Но он не мог знать, что тоже попадет под горячую руку. – Может ты прекратишь так себя вести! Вечно спокойный, пытаешься успокоить всех и говоришь так.. так противно! Ты словно наркоман! Вкалываешь себе в кожу шприцы и радуешься наверное! Барабанщик был не рад такому, это было очень жестоко со стороны Кокичи. Амами уважал всех и не хотел ссор, ведь они ни к чему хорошему не приведут. Взяв пианистку за руку, Амами повел ее на выход из квартиры, туда же, где и визажистка с гитаристом. – Ома-кун, ты далеко зашёл тебе стоило бы извинится перед ребятами. – сероглазый пытался вразумить солиста, что он делает ошибку, басист только нашел людей в группу. Тем более, это было не легко, не все хотели создавать группу, в которой были лишь одни подростки. – Замолчи кретин! Это все твоя вина, ведь ты привел этих придурков в группу и вот она распалась из-за тебя! Моя мать была права, лучше бы ты вообще не появлялся! – Знал бы Кокичи, какую ошибку он совершил. Шуичи молчал, ведь слова его лучшего друга, так сильно ранили его, у них никогда раньше не было ссор, басист не мог поверить что его друг детства, такое сказал про него. Взяв парня за плече, он со всей силы выставил его за порог своей квартиры и закрыл перед его носом дверь. Сайхара ему не сказал ничего в ответ, но он теперь так просто, не простит солиста. Только сейчас, до Кокичи дошло, что он сказал ему. Он стучал в дверь другу, ведь не хотел такое говорить. Кокичи пытался оправдаться что он был просто на нервах и это вышло случайно. Но даже так, Шуичи ему не открывал, он облокотился об входную дверь, блокирую проход Кокичи на случай если он взломает замок. Сколько бы Ома не просил открыть, басист его игнорировал. Он очень расстроился. Солист это осознавал, но так же осознал, что из-за него, вся его группа, которую он построил со своим другом с нуля, распалась за несколько секунд, успев потерять и друга, что не просил взамен ничего и все делал сам. Лиловоглазый начал плакать и продолжал просить прощения у Сайхары, но того это даже не волновало. И вот, произошло то, что Ома никогда в своей жизни не делал. Он сдался. У него пропала надежда, и он не был уверен, что все может решится так просто, ведь у него нет такого друга, который поможет ему справится со всем. Синеволосый, мог бы не злится на фиолетоговолосового, если бы он все рассказывал ему о своей жизни. Если бы он сказал, как он живёт, в каких условиях. То басист мог бы не злится, а поддержать и понять. Опустив взгляд вниз, Ома пошел домой, хотя планировал, оставаться на ночь у Сайхары. Но видимо, не судьба. Придя домой, парня застала его мать, что собирались в бар. – Что, наконец то поссорился со своим дружком? – но солист промолчал. – Правильно делаешь, что молчишь, наконец то от тебя хоть какой то толк будет и ты начнёшь уважать мать. Ты не станешь солистом, никогда, понятно тебе? – но он снова промолчал. – Отвечай когда тебя спрашивают, тварь! – и женщина снова ударила его по лицу. – Понятно. – холодно ответил парень – Так то, я возьмусь за твоё воспитание, и будешь у меня как миленький. Быстро иди переодеваться, не хватало что бы ты из-за него вшей притащил и отращивай немедленно волосы. Что бы ты их не брил или я выкину бритву, понятно? – Понятно. – так же холодно ответил солист. Но Кокичи сейчас было очень страшно. Не от того, что он не помирится с группой и своим другом, это был его страх номер два. А первых страх это то, что сделает его мать, когда узнает о его пирсинге и татуировке.