Куколка

Устало присаживаешься в салон дорогой иномарки, окидывая грустным взглядом крыльцо здания. Вечер так хорошо начинался, а от воспоминания с горячими объятьями Чимина щеки вспыхивают румянцем. Кажется, это ты запомнишь надолго. — Малышка, как ты? — на твою коленку ложится мужская рука. Ты чувствуешь огрубевшую кожу от долгой работы и возраста, но не ведёшь и глазом. — Лучше, спасибо. Джечон учтиво открывает тебе дверь и подаёт руку, чтобы помочь выйти из салона авто. Он накидывает на твои плечи пиджак и ведёт в особняк, пока Чимин недовольно что-то бурчит под нос и плетется следом, поправляя волосы пятерней. Мужчина ведёт тебя в спальню, закрывает за собой дверь и смотрит, как ты присаживаешься на край мягкой кровати, покрытой темным одеялом. В спальне пахнет свежестью и мятой, это от того, что служанки работают даже слишком хорошо. — Сильно испугалась? — он снимает с твоих плеч пиджак и кидает его куда-то на стул. — Да. Спасибо, что помог. — Просто ты слишком красивая, как изумруд, сверкаешь и привлекаешь внимание окружающих, — хмыкает Джечон, присаживаясь рядом с тобой. Он берет твою ладошку в свою руку, слегка поглаживает нежную кожу костяшек. — А мне повезло, что этот драгоценный камень принадлежит мне… Ты не успеваешь опомниться, как тебя роняют на кровать. Мужское тело нависает сверху и неприятно давит своей аурой, от этого начинаешь задыхаться в панике. — Я так давно хотел прикоснуться к тебе, почувствовать запах твоего тела, смять такие аппетитные формы. Горячие ладони отодвигают края платья, куда пробираются ловкие пальцы. Тебе противно от этого. Брыкаешься, стараешься выдернуть ладошки из крепкой хватки, но ничего не получается. — Не надо, пожалуйста! Отпусти! Неожиданный стук в дверь и скрип заставляет тебя сжаться, словно игрушечную куколку, а потом ты чувствуешь облегчение. Чимин оттаскивает от тебя мужчину, что смотрит голодными глазами и рычит на сына, словно дикий зверь, у которого отобрали добычу. — Она же не хочет, — шипит парень, сжимая руки в кулаки. Джечон вытирает каплю крови с губы, что разбил его сын, спасая тебя. Плачешь, закрыв лицо руками. Внутри закипает истерика, что вот-вот взорвется ураганом эмоций и громких криков. Тебе плохо, воздуха в лёгких все меньше с каждым вздохом. Тело кажется полностью ватным и не подчиняется твоим попыткам сбежать из комнаты. Чимин подхватывает тебя на свои руки и уносит из комнаты отца. Он идёт по длинному коридору и открывает дверь, вносит тебя в спальню, где аккуратно укладывает на кровать. Отпрыгиваешь от него на другой конец, комкая в ладошках ткань постельного белья. Чимин грустно улыбается, протягивает тебе белый носовой платочек и идёт закрывать за собой дверь. — Не бойся, куколка, я тебя не обижу. Истерика внутри нарастает. Ты скидываешь с ладоней дорогие перчатки и вновь плачешь, громко всхлипывая. У Чимина сердце разрывается на части. Ты для него фарфоровая куколка, нежная, утонченная, ласковая и ранимая. Он готов защищать тебя, делать все, чтобы видеть твою лучезарную улыбку. — Идём ко мне? Пак присаживается рядом и раскрывает руки для объятий. Ты, ведомая страхом, льнешь к его груди, вспоминая, как хорошо и спокойно в его крепких объятиях. Кажется, что ты дома, где так же уютно и сладко пахнет папиным парфюмом. Сейчас ты плачешь, уткнувшись носиком в его белоснежную рубашку, слегка натягивая ткань дорогого пиджака в своих руках. Но Чимину плевать, что на одежде останутся пятна от косметики. Он ласково гладит по спине, слегка покачиваясь из стороны в сторону, убаюкивая и шепча что-то нежное, но такое успокаивающее и нужное тебе сейчас. — Все, малышка, не нужно слез. Я не дам тебя в обиду, слышишь? — Может...так я смогу разорвать контракт, — шепчешь ты куда-то в его шею, неразборчиво и устало. Веки словно залили свинцом. Ты обессиленной игрушкой валишься на парня, что укладывает тебя на кровать, прикрывая оголившееся бедро мягким одеялом. — Какой контракт? Раздается стук в дверь. Чимин недовольно фырчит и идёт к ней, выходя в коридор, чтобы поговорить с отцом. — Где она? В спальне её нет. — Она уснула у меня. — Мне нужно с ней поговорить. — Я тебя не пущу. Ты и так много сделал за сегодня, будь добр, иди в свою комнату и отдыхай там. — Нахал, — рычит мужчина, оставляя удар на щеке своего сына. — По контракту она моя. — Нет больше никакого контракта, отец, — шипит Чимин, кидая на мужчину гневный взгляд. — И я помогу ей его разорвать окончательно. Доброй ночи. Парень вновь заходит в комнату, осторожно закрывая дверь, он боится потревожить твой сон. Снимает надоевший пиджак, кидая его куда-то на кровать. Чимин идёт к твоим ножкам, слегка проводит пальцами по оголенным лодыжкам. Цепляет небольшую застёжку на каблуках и снимает с твоих ступней дорогие туфли, освобождая тебя от оков мешающей одежды. Пак накрывает тебя одеялом, кутает в него, словно ребенка, а после ложится рядом, со спины. Ты чувствуешь его дыхание на своей коже, оно горячее, что ты вот-вот превратишься в плавленый сыр. Он обнимает тебя, обвивая руками талию, прижимаясь грудью к твоей спине. Нежный поцелуй, словно крыло бабочки, касается места за твоим ушком, а после парень зарывается носом в твои волосы, стянув мешающую резинку с прически. Тебе в этих объятиях спокойно и тепло. Чимин улыбается, думая, что ты спишь, наконец-то отдыхаешь за весь кошмарный день. Но ты ерзаешь в его руках, прижимаясь ближе, цепляясь за него, как за кусочек суши в глубоком океане. — Так что это был за контракт? — говорит он на ушко. А ты сглатываешь, понимая, что сказала лишнего…