Устами мёртвых мотыльков

Рассыпая осколки стекла по белым простыням, невинный зверёк закатывает в них серых мышей, наслаждаясь их стенаниями.

      Янтарная жидкость в бокале переливалась на фоне приглушённого пламени камина, что изредка потрескивал, разрезая этим звуком тишину слизеринской гостинной. Ирэ́н, безмятежно расположив голову на плече друга, смотрела на огонь, ни о чём не думая. Блейз был расслаблен и спокоен, как море в штиль. Он смотрел на огонь камина и обдумывал свои планы на будущее. Его состояние на подсознательном уровне передалось и девушке. — Моя мать снова выходит замуж, — прервав тянущееся молчание, проговорил слизеринец, — мне всё равно на эту свадьбу, но, может быть, ты бы хотела составить компанию своему самому любимому лучшему другу и пойти на неё вместе?       Белокурая, несколько секунд переваривая слова Забини, вдруг подняла голову с его плеча и, широко раскрыв глаза, посмотрела на парня. Она была шокирована тем, что Патриция снова выходит замуж буквально через несколько месяцев после похорон предыдущего мужа. Ирэ́н даже не была уверена, что помнила имён всех партнёров миссис Забини. — Чёрт, Блейз, это так неожиданно, — ведьма усмехнулась, — эм, мерлиновы чулочки, конечно же я пойду. Почему бы и нет? Разве хоть одна свадьба миссис Забини проходила без меня?       Слизеринец, до этого обеспокоенно смотревший на девушку, расслабился и приобнял подругу за плечи, сдержанно улыбаясь. Реакция парня ввела девушку в заблуждение. Блейз вряд ли бы так просто выразил беспокойство, приглашая на торжество друга. Ей показалось это странным, но она решила не забивать голову глупыми предположениями. — Я рад. Теперь на этом траурном сборище снобов и лицемеров будет хоть немного веселья, — отвлекая Ирэ́н от навязчивых мыслей, заключил Блейз. Он выглядел счастливым, даже очень. — А Драко и Панси? Малфои и Паркинсоны приглашены? Ах, да, а Нотты? — уточнила девушка, понимая ход мыслей друга. Блейз неожиданно напрягся, будто данная тема была для него вроде занозы в одном месте. Когтевранка старалась не подавать виду, что что-то в их разговоре идёт не так. Тем более реакция Забини вполне ясна — буквально месяц назад он вытирал Ирэ́н слёзы, когда та громко рассталась с Тео, — а сейчас ведьма пытается шутить про это. — Приглашены. Драко идёт с Асторией, а Панси только в том случае, если идёшь ты, потому что не хочет всё время лицезреть пассию Малфоя. Тео обещал явиться с семьёй, но не факт, что действительно будет. — Ревность — очень интересная штука, как и безответная любовь, такая противная и жестокая. Никогда не понимала людей, больных другими людьми. Мне, наверное, повезло. Ну, или время просто не пришло. — Я думал, ты влюблена. Твои взгляды в сторону Уизли сложно не заметить, — в голосе Блейза проскользнула толика издёвки, хотя тон оставался прежним. — Влюблена в них, но не больна ими. Если они сочтут, что моя партия не подходит ни одному из них, я отступлю и забуду, попробую переключиться. Это легко, когда не понимаешь, чего сам хочешь и кем являешься на самом деле. — Как сказал Оноре де Бальзак: «C’è tutta una vita in un’ora d’amore»¹. Я напомню тебе эти слова, когда буду склеивать твоё же разбитое сердце, Ирэ́н, — Блейз бросил сочувственный взгляд на девушку, не желая развивать разговор на довольно серьёзные темы, ведь она не для этого сюда пришла. — Надеюсь, этого не случится. — Опоздал, уже разбито, — когтевранка усмехнулась, отпивая из бокала.       Раздался скрип отодвигающейся картины, и в гостинную вошли раздражённые и грязные Панси и Драко. Ирэ́н ещё с порога почувствовала их напряжение и злость, что заставило девушку спустится с небес на землю и от безмятежности перейти к сосредоточенности. — Где вы были? Что случилось? — Эти идиоты, Крэбб и Гойл! Какого-то Мерлина их понесло в Запретный лес, следить за грёбаным Поттером, чёрт возьми! Я не знаю, как они могли перепутать Поттера с клювокрылом, но они именно это и сделали! — не стесняясь в выражениях, начал тираду Драко. — Мы спокойно сидели на консультациях у Снейпа, как эти чёртовы кольца начали светиться, — Панси раздражённо сняла с пальца перстень и бросила его на стол перед диваном, — нам, чёрт подери, пришлось оставить занятие и идти спасать их задницы. — Потому что они, мерлиновы чулки, погнались за этим драным клювокрылом и угодили в дьявольские силки! Там дождь был вчера! Мало того, что они пошли в Запретный лес, так ещё и угодили в какую-то зелёную хренотень, которая могла их задушить к чёртовой матери! — И где они сейчас? — На отработках, Снейп был с нами, — уже спокойно ответила Панси, стягивая с себя грязную куртку, — он сказал, что нарушать правила и искать опасности на свои головы — удел гриффиндора, поэтому они будут драить кухню после насыщенного дня сверху донизу до самого утра. — Повезло-о, — мрачно пропела Ирэ́н.       Драко достал из внутреннего кармана мантии яблоко и устроился в кресле напротив дивана, Панси заняла место рядом с Блейзом. Ирэ́н только сейчас обратила внимание на то, что Малфой одет в форму, а Паркинсон как обычно. Видимо, у слизеринки ещё были планы на вечер. Обстановка в комнате оставляла желать лучшего. — Как вы относитесь к складывающемуся положению в мире? Видели новости? Крауч Младший сбежал из Азкабана. Кажется, эта тюрма уже перестала быть такой неприступной, — выдал Драко, откусывая от яблока, и посмотрел на Блейза, желая услышать ответ именно из его уст. — Сейчас нигде не безопасно, amico mio². Всё и так понятно: Тёмный Лорд вернулся, собирает сторонников. Барти — Пожиратель, один из самых верных слуг, было бы странно, если бы он сбежал не сейчас, когда Лорд собирает армию, а после. В Румынии волшебники эмигрируют. Такое себе зрелище. — Я читала, что эмигрируют сейчас не только из Румынии, — согласилась Тонкс, — Всё дошло даже до Австралии. — Поттер, кажется, озабочен чем-то в последнее время, — заметила Панси, смотря куда-то в одну точку, — я слышала, его мучают кошмары по поводу всего происходящего. — Неудивительно, — фыркнул Драко, — он же избранный. Кому же ещё они должны сниться? — внезапно блондин перевёл взгляд на сестру, — Ирэ́н?       Все трое уставились на девушку в ожидании, а та лишь пожала плечами, отрицательно покачав головой. Она не знала, правильно ли будет говорить им о кошмарах, поэтому смолчала. Сначала нужно разобраться с этим самостоятельно и понять посыл видений.       Дверь в гостинную отворилась, и комнату вошёл Тео. Нотт всем своим видом выражал раздражение, но белокурой ведьме удалось уловить и нотки отчаяния в его настроении. Устроившись в кресле напротив Ирэ́н, он бросил школьную газетёнку на стол в середине и окинул взглядом всех присутствующих. — Они собираются проводить «Турнир Трёх Волшебников» в Хогвартсе, когда эта школа просто кишит странностями, — сквозь зубы прошипел Теодор, пытаясь сдерживать негодование, — вы слышали, что несколько дней назад пропала девушка с Пуффендуя? Сегодня парень из нашего факультета! Я его не знаю, он со второго курса, но мерлинова борода! Пропадают дети, а им лишь бы публику уважить. — Я слышала, тело девочки нашли сегодня в лесу. Она мертва, — мрачно вспомнила Панси, ёрзая на диване. Блейз успокаивающе положил ей руку на колено, выражая поддержку, — мы бы могли посмотреть её воспоминания, воспользовавшись некромантией? — Паркинсон, ты спятила? Это чёрная магия! Ты хоть понимаешь, как это может быть опасно? — отвергая идею подруги, бесновался Тео, — все входы и выходы охраняются, мы даже попасть к ней не сможем. — Значит, нужно найти пропавшего парня раньше, чем это сделают другие, — заметила Ирэ́н, — нам повезёт, если он ещё жив. — А ты можешь найти его, используя свои способности? Прочесть мысли, например, или почувствовать ауру? — в надежде смотря на Тонкс, вопросил Нотт. — Как она может определить его местоположение, используя способности, если они даже не встречались? — гневно бросил Драко, — нужно найти другой способ. — Поисковые чары? — снова предложила Панси, — думаю, его соседи по комнате помогут нам найти что-то из вещей мальчишки. — Поисковые чары могут не сработать, это было бы слишком просто, — недовольно проговорил Нотт, — что, других «гениальных» идей нет? — Успокойся, чёртов принц, — вставая со своего кресла, выпалила Паркинсон, — предлагай свои идеи, раз отвергаешь мои, — покосившись на руку Блейза, держащую её за локоть, девушка спокойно села обратно, красноречиво смотря на Тео. — Какой-то ты сегодня больно нервный. Орёшь на нас практически без повода, — упрекнула слизеринца Ирэ́н, на что он немного стушевался. — Вот именно, — окидывая друга подозрительным взглядом, протянул Драко, — какой-то ты сегодня напряжённый, — блондин обратился к сестре, — soror, о чём он думает?       Ведьма, склонив голову набок, посмотрела на Теодора. Он сам выдал себя, будто специально начиная думать громче. В его глазах тонуло всепоглощающее чувство паники, полной растерянности. На немой вопрос девушки у себя в голове о разрешении озвучить мысли он согласно кивнул. Ирэ́н потеряла связь с реальность, начиная пересказывать всё, что показали мысли парня. — Тот несчастный пропал вместе с фамильным медальоном семьи Тео. Он боится, что если парня найдут раньше нас, то ожерелье укажет на виновность Нотта. Сегодня Крэбб, Гойл и Тео пошли в Запретный лес на поиски пропавшего слизеринца, ведь тело пуффендуйки обнаружили именно там. Когда парни попали в дьявольские силки, Тео сбежал, но перед этим заставил поклясться Винсента и Грегори, что они не расскажут об истинных мотивах своего похода.       Слизеринцы, узнав причину сложившихся проблем друзей, впали в ярость. Тео опустил глаза, давая понять Ирэ́н, чтобы та перестала говорить. Поэтому и оправдания Крэбба и Гойла выглядели такими неправдоподобными — они придумывали их на ходу. Когтевранке стало противно от поступка Теодора, но она не подала виду — он и без этого готовился к худшему. — Ты подверг опасности друзей, чтобы спасти собственную задницу? Чёртов трус! Мы лично помогали парням выбраться из этого бешеного плюща! — нервы Панси были на пределе, — ты хоть понимаешь, что они могли умереть из-за тебя, придурок? — Ну не погибли же! Драют спокойно котлы на отработках и радуются жизни, — ядовито выплюнул Нотт, пока его глаза горели адским огнём. Он не чувствовал вину, в мыслях была только цель. Недостигнутая цель. — Да как ты смеешь? — прошипел Малфой. — Угомонитесь! — одновременно выкрикнули Блейз и Ирэ́н, но никто не послушал.       Началась ссора. Драко сжимал кулаки так сильно, что побелели костяшки. Заигравшие желваки на лице и взгляд, которым можно убить, устрашали. Он был очень зол, но старался сдерживаться, ведь рядом были Панси и Ирэ́н. Блейз пытался разрядить обстановку, успокаивая разгневанную Паркинсон, а Малфой тем временем только подливал масла в огонь, продолжая перебранку с Тео. Ирэ́н же старалась оправдать поведение Нотта, предотвращая превращение ссоры в громкий скандал, но получалось плохо.       Когтевранка обеспокоенно смотрела на окружающих. Столько мыслей и эмоций сразу. Голова шла кругом, хотелось просто отключиться от этого кошмара. Их было невозможно остановить, с каждой минутой ругань становилась всё громче. Она начала мечтать о спокойствии, тишине и кружке горячего чая с бергамотом, но реальность не позволяла. Тот парень либо уже мёртв, либо будет в скором времени, если верить видениям. Кажется, это только начало.       Снова перебросившись парой колких фраз, Драко и Тео завязали драку, Блейз подался их разнимать. Ирэ́н достала палочку, нацеливая на кого-нибудь из драчунов. Отбросив Нотта в сторону, девушка быстро подбежала к парню, загораживая того перед своим братом. Она помогла слизеринцу подняться, настороженно косясь на Малфоя. — Ты защищаешь предателя? А если он тебя так бросит? — не унимался блондин, — тоже будешь искать ему оправдания? — Угомонись сейчас же! — припечатала Тонкс, — ещё одно слово — и ты познакомишься с моими оглушающими.       Тонкс считала, что Тео действительно не прав в своём отношении к друзьям, но исходя из того, что он сказал однажды, это всё оправдывает: «Слизеринцу не нужны друзья, лишь верные союзники». Нотт просто не видел в Крэббе и Гойле людей. — Вы чего орёте? Время видели? — к компании присоединилась Дафна, останавливая разгоревшуюся перепалку, — в воздухе летает столько напряжения, что так и задохнуться недолго! Вы слизеринцы или стая собак?       Все расселись по местам, наконец обретая контроль над своими эмоциями. Тео чувствовал обиду и злость, но было что-то ещё. В нём проснулось внутреннее «я»? Ирэ́н отвергла эту мысль. Нотт вряд ли вообще способен на что-то подобное, тем более чувствовать угрызения совести. Он смотрел на неё так, будто она единственная в этой комнате. — Предлагаю сейчас пойти всем спать, а завтра соберёмся и спокойно решим дальнейшие действия, — осторожно предложила Ирэ́н, ловя одобрительную улыбку Дафны, — парню руганью не поможешь и Нотта так от тюрьмы не спасёшь. — Слышали Ирэ́н? Расходимся, — командным тоном заключил Драко, обращаясь к присутствующим, а затем мрачно добавил, обращаясь к кузине: — я провожу тебя к башне Когтеврана, — на что девушка согласно кивнула, поднимаясь с дивана.       Ребята разошлись. Малфой и Тонкс пересекали ночной Хогвартс в гробовом молчании. Каждый думал о своём. Девушку беспокоили непрекращающиеся смерти и бессилие студентов против происходящего. Она боялась потерять дорогих ей людей. — Уизли учат тебя полётам на метле, — констатировал Драко, прерывая тянущуюся тишину. — Как успехи? — Они хорошие учителя, — Ирэ́н широко улыбнулась, — с ними я преодолела страх высоты. — Я рад! Это очень хорошие новости. По крайней мере, я надеюсь, теперь на твоём теле будет меньше синяков и ссадин. — Будь в этом уверен.       Брата и сестру ослепило светом фонарей площади. Они быстро прошли её, скрываясь во мрак коридоров школы. Малфой облизнул пересохшие губы, кинув быстрый взгляд на Ирэ́н. В свете уходящей луны было видно лишь их силуэты. — Скажи, ты действительно доверяешь им? Ну, Поттеру, Уизли, Лавгуд. — Да, полностью, но только Уизли и Лавгуд. Поттер не внушает мне доверия, хотя я читаю его как открытую книгу. — Я задумываюсь над тем, чтобы поддержать тебя и твой круг общения. — В каком смысле?       Драко остановился у окна, разворачиваясь к сестре. Он выглядел обеспокоенным, можно даже сказать отчаянным. Когтевранка испугалась. — Видишь ли, меня окружают предатели, — слизеринец скривился, — не все, но они есть. На моей памяти нет момента, в котором Уизли или Лавгуд бы предавали тебя или что-то в этом роде. Не думаю, что Блейз или Панси похожи на тех, кто способен на предательство, но всё же только ими я обойтись не могу. — Близнецы ненавидят слизеринцев, — мрачно заметила Тонкс. — Знаю, — Драко натянуто улыбнулся, — я просто размышляю. — Мне приятно, что ты доверяешь мне и моему выбору. — Ты единственная, кому я могу доверить свою жизнь, мысли и душу.       Ирэ́н обняла брата, прячась в его ответных объятиях. Ей иногда казалось, что они родные. При любых обстоятельствах вместе, рядом. Драко для неё всегда стоял выше Эрида́ны. Когда она падала, то бежала искать поддержки у него, а родная сестра занимала роль зрителя. — Я думаю, переступив через свою гордыню, мы можем достичь высот, которые нам даже не снились, fra³. — Ты права, soror, — ведьма отстранилась, заглядывая в родные серые глаза, — я был неправ. Особенно, когда возобновил дружбу с Тео после вашего расставания. — Нет, Драко. Твоя дружба с Тео и мои отношения с ним — разные вещи. Он изменил мне, а не тебе. — Он изменил, Ирэ́н. Это всё. — Тебе не кажется, что его сегодня слишком много? — девушка фыркнула, вспоминая неудавшиеся каникулы. — Может, поговорим о том, как собираемся праздновать Хэллоуин? — А может лучше о том, почему моя мать сегодня приезжала в Хогвартс? — Чёрт, Драко, — Ирэ́н закатила глаза, продолжая путь. — В чём дело? — блондин догнал сестру. Его сжирало любопытство, хотя несколькими минутами ранее он напрочь забыл об этом инциденте. — Хочешь сказку? — девушка усмехнулась и посмотрела на брата, — она основана на реальных событиях. — Хочу. — Ну тогда слушай: одним прекрасным утром явилась в частную школу за своей дочерью из трущоб вдова Андромеда. Интригует, правда? Днём ранее женщина получила страшное известие! В частную школу, в которой обучалась её ненаглядная дочь, должна была приехать юродивая Эрида́на! И тогда Андромеда решила спасти свою дочь из лап злой ведьмы, пока та не поглотила душу той невинной. — Жесть, — Драко усмехнулся, — твоя мамаша реально чокнулась. — Более чем.       Ирэ́н покрутилась вокруг колонны, ловя улыбку брата. Ночной Хогвартс впечатлял ещё больше, чем дневной. Отчетливо чувствовалась разница между быть студентом школы магии и владеть магией. Пальцы девушки заискрились фиолетовым. Она ухмыльнулась. — Так ты уедешь? — Надейся! Я ещё сказку не закончила.       Драко досадно рассмеялся. Ему стало интересно, что же такого могла вытворить младшая Тонкс, раз её оставили. — Слушаю. — Собрались, значит, в кабинете главной ведьмы все дочери Лилит. Выносится приговор самой младшей — покинуть школу в тот же час. Но! Вот незадача! Не хочет она уезжать. Что же делать? Как же быть? И тут молодая ведьма силой своего желания и мысли подчинила разум матери себе. Говорила её губами, смотрела её глазами. — Ты заставила Андромеду отставить тебя в Хогвартсе силой мысли? — шокировано уточнил блондин. — Вообще-то я даже не поняла, как это произошло, — замявшись, призналась ведьма, — она просто резко поменялась в настроении. Я не смотрела её глазами и всё такое, но каким-то чудом мне удалось заставить сделать её по-моему. — Ты гений, Тонкс. Что дальше? — Потом пришёл Снейп и вывернул мои мозги наизнанку. Сказал, что я сильная ведьма и что хочет тренировать меня. — Вау. Как ты себя чувствуешь сейчас?       Пока они проходили ещё один коридор, Драко сорвал листок с кустика дрожащей трясучки, что стоял в горшке у колонны. С помощью трансфигурации умелыми руками лист превратился в полноценную розу и полетел заклятием левитации к Ирэ́н. Девушка перехватила цветок, в благодарность сделав реверанс. — Я в порядке. Нарцисса исцелила. — Это хорошо. Мы почти пришли, — слизеринец кивнул на вход в башню, — но я хочу ещё пообщаться с тобой. Может, прогуляемся по ночному Хогвартсу? — Как истинные одиночки, с братом и с сестрой? — Ирэ́н рассмеялась. — Как истинные одиночки, — Драко подставил девушке локоть. — Я согласна, — ведьма приняла джентльменский жест, попутно вдыхая запах розы, цвет которой так и остался для неё загадкой.

***

      Ирэ́н вернулась в гостинную Когтеврана поздно ночью, в спальне её ждали соседки. Они расположились на своих кроватях, полностью собранные и одетые в повседневное. Белокурая подметила их излишнюю нервозность. Мальдави́на и Лу́иза настороженно переглядывались, следя за вернувшейся Ирэ́н. Тонкс окинула взглядом комнату, замечая чемоданы у выхода. — Что случилось? Вы уезжаете? — вопросила девушка, снимая свитер и оставаясь в одной футболке. — Да... как ты это поняла? Снова читала наши мысли? Мы же договаривались с тобой, Ирэ́н. Ты не видишь личные границы? — Чемоданы собраны и стоят у выхода, — отрезала ведьма, раздражённо продолжая, хорошее расположение духа оставило её ещё утром, — если бы в ваших головах можно было бы прочесть что-то действительно полезное, я бы это с удовольствием делала, а вы бы даже не подозревали. Но поскольку мыслей как таковых у вас нет, то использование телекинеза на вас — пустая трата времени. — Это было грубо, — с упрёком проговорила Лу́иза, оскалившись. Она пыталась выглядеть опасной, но Ирэ́н лишь раззадорило это, ведьма слышала в голосе соседки обиду так отчётливо, как та своё дыхание, если закрыть уши ладонями. — И так же бессмысленно, как этот разговор, — ухмыльнувшись, обронила Тонкс. За окном начинал моросить дождь, а глаза Ирэ́н медленно наполнялись тьмой. — Что ж, мы просто хотели предупредить, что через час уедем и больше не вернёмся. Сколько потребуется времени, чтобы тебе нашли новых соседей — неизвестно. Надеемся, ты не сойдёшь с ума от одиночества, когда не сможешь самостоятельно прийти в себя после очередного кошмара, — пытаясь задеть соседку своими словами, непринуждённо объявила Мальдави́на. — Мои проблемы вас не касаются, как и ваши меня. Если вы реально думали, что я нуждаюсь в отвратительном обществе таких «одарённых» когтевранок как вы, то это самая глупая ошибка в вашей жизни. Я не нуждаюсь в чьём-то спасении, дорогие мои, это вы нуждаетесь в моём. Меня никогда не мучали кошмары. Только видения, отражающие реальность. Я стараюсь переключиться на чужие эмоции, чтобы вдруг случайно не проболтаться о тех событиях, что мне снятся, ведь ваша хрупкая психика просто сможет этого не выдержать! Хочешь проверить это, Мальдави́на? Хочешь ощутить боль, которую я терплю каждый день, Лу́иза? Вы ничего не знаете, а строите из себя не весть кого только из-за чистоты крови. Чем вы лучше Малфоя, которого так ненавидите? — Как ты смеешь сравнивать нас со слизеринцами? Орлиный факультет никогда не пал бы до уровня хладнокровных гадюк, — поднимаясь с места, выпалила Мальдави́на, уже направляясь к Ирэ́н, но та остановила шатенку, напоминая о границах. — В данном случае мне бы хотелось, чтобы Василиск был жив и сожрал в вас этих надоедливых орлят, — брезгливо оглядев соседок, спокойно проговорила Ирэ́н, смазывая ядом каждое слово, — как-то вы больно ограничены. — Разговор окончен, Тонкс. Счастливо оставаться! — схватив чемоданы, выдала Мальдави́на, кивая Лу́изе следовать за ней. Ирэ́н на секунду задумалась, сравнивая их с парой хозяина и его собаки. — Скатертью дорога, смиренные дуры!       Когда две девушки скрылись вместе с пожитками за дверями комнаты, Ирэ́н обессиленно упала на кровать, смотря в потолок. Ей сейчас было так всё равно. Теперь она одна. Чёрная мгла, обволакивающая каждую клетку её подсознания, туманила разум. Ведьма чувствовала власть, силу, с трудом поддающуюся контролю, но эти чувства причиняли боль. Боль, от которой трудно дышать.       За окнами снова начиналась гроза: гремел гром, сверкали молнии, поднялся сильный ветер, вызывая противный вой, когда просачивался сквозь прощелины в окнах. Живот Ирэ́н неприятно стянуло. Перед глазами начали мелькать силуэты. В голове всплывали картинки того злополучного дня, когда она впервые видела смерть своими глазами. Этот пустой взгляд и обмякающее тело несчастного. «Ты должна была сделать хоть что-то, но просто стояла», — твердили голоса в голове. Но она была ребёнком! Что могла тогда сделать маленькая девочка, остолбеневшая от вида начинающейся грозы? Ничего. Только чувствовать, как больно было тому маглу и какая тоска его окутала после остановки сердца. Говорят, нет жизни после смерти, но если вы не слышите, что вам говорят мёртвые — это не значит, что они молчат.       Ирэ́н крепко обняла себя, пытаясь сдерживать слёзы. Гроза всегда действовала на девушку, как огонь на медный металл. Каждая чёртова мышца напрягалась, а нервы начинали играть в чехарду с её личными демонами, упиваясь уязвимости своей хозяйки. «Ирэ́н, ты сильнее этих глупых воспоминаний! Ты можешь их контролировать, стоит лишь захотеть. Сотри их. Ты станешь свободной!» — вторил незнакомый хриплый, почти замогильный, голос в её голове.       Разве можно стереть прошлое? Она попыталась сосредоточиться, но убрать их так и не смогла, лишь задвинуть на самый край подсознания. Стало легче, но голоса не ушли, а гроза только набирала обороты. Ей вдруг стало чертовски обидно. Никто и никогда из её знакомых не испытывал подобного. Почему она?       Глаза Ирэ́н полностью залились чернотой. Она чувствовала в себе столько необузданной злости, столько эмоций, что так долго копились на задворках души. Девушка боялась себя, своих способностей, боялась кому-то навредить, но сейчас это всё отступило. Наследница Блэк подчинилась. Голоса сказали действовать.       Ирэ́н надела мантию, натягивая на голову капюшон, а лицо закрыла карнавальной маской. Она подошла к стене и нажала на пусковой механизм, открылся проход через гостиные в коридор второго этажа. Сейчас белокурая бестия хотела мести. Две глупые когтевранки не знали, как правильно нужно выбирать друзей и с кем лучше не ссориться, а теперь поплатятся за это.       Молодая ведьма, мастерски маневрируя от дежурных, огибая коридоры школы, вышла в холл, где бывшие соседки поджидали карету. Девушка какое-то время покрутила в руках свою палочку, а затем сунула в пространство между кожей и ботинком. Кажется, настало время доказать себе, что способна на большее?       Белокурая сосредоточилась на мыслях Мальдави́ны, её сознании. Она подчинила себе нерадивую когтевранку полностью, без остатка. Говорила её губами, заставляла выполнять те действия, что ей прикажут. Ирэ́н была зла, ей хотелось чувствовать их боль. По команде белокурой Мальдави́на ударила Лу́изу, та жалобно вскликнула, с непониманием смотря на подругу, но она лишь смеялась, поддаваясь чужим командам. — Ты ничтожество, Лу́иза. Наверное, поэтому твой отец и бросил тебя, — едко прошипела Ирэ́н губами Мальдави́ны, — забавно, что мать всё ещё не отдала в приют для малолетних бесполезных шлюх. Ты ведь сказала ей о нас, детка? Конечно, сказала! Она не приняла нас, помнишь? А помнишь, как ты выкрутилась? Поэтому теперь ты должна выйти за моего гребаного грязнокровного брата, верно? Ты надеялась, что я приму это? Ты ошиблась.       Лу́иза, уже не сдерживая слёзы, одарила подругу звонкой пощёчиной. Её тело дрожало от злости и обиды. Она тоже хотела высказаться, но ком в горле мешал. Слёзы ручьём скатывались по багровым щекам. Ирэ́н ликовала, наслаждаясь. Их эмоции были бесподобны. Она упивалась ими, желая продолжения. — Я считала тебя своим спасением, Мальдави́на! Видимо, ошиблась. Я ненавижу тебя! — Оу, какая жалость.       Предвкушая истерику, Лу́иза выбежала из холла, оставляя бывшую лучшую подругу или же возлюбленную в одиночестве. Ирэ́н приказала Мальдави́не не идти следом за плачущей девушкой, а просто хладнокровно смотреть ей в след и усмехаться. Белокурая дьяволица была довольна. Она отпустила бедную жертву, наблюдая, как та растерянно пытается понять, что же произошло. Услышав приближающиеся шаги за спиной, бестия удалилась, оставляя после себя прохладную пелену, которая мигом развеялась.       Перебегая от стены к стене, дабы быть незамеченной, она отметила, что за ней увязался хвост. Ирэ́н уже приближалась к флагу, в проёме между которым можно было затаиться, но её схватили за предплечья и увели к проходу в подземелья. Девушка даже не успела пискнуть, движения незнакомца оказались слишком быстрыми. Найдя свободный кабинет, мужчина грубо толкнул в него ведьму, а затем сам зашёл следом. Освещение было слабым, можно увидеть лишь очертания. — Маленькая плохая ведьмочка, как ты это сделала? — прозвучал грубый голос Аластора Грюма, — я видел, как ты управляла той девчонкой. — Профессор Грюм, я не понимаю, о чём вы говорите, — дрожащим голосом ответила Ирэ́н, в панике неосознанно обхватив себя руками, — они были моими соседками, я просто хотела пошутить над ними на прощание, но не успела.       С каждым сказанным словом Грюм становился всё нервознее и злее. Она боялась. Взгляд Тонкс прояснился. Её сердце стучало так сильно, как сотни маленьких колокольчиков, готовое просто разорвать грудную клетку и сбежать. Мужчина подошёл ближе, грубо сдёргивая с белокурой маску и капюшон мантии. — Не смей лгать мне, Токс! Я знаю о твоём происхождении больше, чем ты можешь представить, — гневно прорычал професор, хватая её за воротник, — если не хочешь говорить, как подчинила разум той когтевранки, — он вдруг поменял тактику, начиная говорить спокойнее, но уже с большим азартом, — давай так: я расскажу тебе свой секрет, а ты в свою очередь поделишься со мной своим. Идёт? — Какие могут быть у Вас секреты от меня, профессор Грюм? — недоумевала Токс, буравя взглядом мужчину, на что тот как-то странно рассмеялся и отошёл за пределы её видимости, начиная отсчёт.       Маниакальный смех разносился по помещению, Ирэ́н дрожала от страха и волнения, пожирающими её всё больше. Былые чувства угасли, заслоняемые новыми, теперь она чувствовала себя беззащитный зверьком. Грюм и в обычные дни напоминал ей психопата, а сейчас она всё больше убеждалась в его странных наклонностях. — В этой комнате нет никакого Грюма, маленькая Беллатриса. Только ты и я, — на последнем слове мужчина вышел на свет, показывая свою настоящую личность, Ирэ́н хотела закричать, но закрыла рот рукой, — я вижу, ты удивлена. Не бойся меня, маленькая Беллатриса, я не стану причинять тебе боль. — Как? Крауч? Почему Вы здесь? Где тогда Грюм? — вопросы лились рекой, пока сама девушка находилась в состоянии полного шока. Пожиратель смерти стоит прямо перед ней, но почему-то даже не пытается причинить вред, наоборот — он открылся ей. Всё просто: это западня. — Слишком много вопросов, маленькая Беллатриса! Но я отвечу на них, если ты расскажешь, что же делала в такой поздний час с той бедной девчонкой. Учти, дорогуша, я ведь могу и заставить, — мужчина подошёл настолько близко, что Ирэ́н стало дурно. Она не сомневалась в серьёзности его намерений. Мужчина достал палочку, направляя её на дрожащую когтевранку, — по-хорошему или всё же по-плохому? — Это произошло само собой, я разозлилась и заставила Мальдави́ну причинить самой себе вред, — девушка будто выдавила эти слова из себя, косясь на угрожающий волшебный предмет перед собой. — Твои способности великолепны! Беллатриса будет очень рада, когда увидит вас с сестрой, — довольно прошипел Крауч, облизываясь, а затем резко отстранился, отходя от девушки на какое-то расстояние, — таких прекрасных Пожирательниц ещё не было в наших рядах, — мечтательно размышлял Бартемиус.       В миг его выражение лица изменилось, Крауч схватил ведьму за запястье, больно сжав его, и притянул к себе почти вплотную. Обезумевший Пожиратель смотрел ей в глаза, как казалось Ирэ́н, пытаясь выискать в них ещё какую-то информацию, но безуспешно, от чего злился. Тонкс затаила дыхание, внимательно следя за действиями мужчины с широко. Крауча забавляла её реакция. Он наслаждался страхом бедной девушки. — Твой отец мог контролировать этот дар в совершенстве, маленькая Беллатриса, — у упрёком процедил мужчина, — вопрос в том, сможешь ли ты достичь его уровня?       Сказав эти слова, Крауч Младший быстро удалился, зашуганно озираясь по сторонам и на ходу выпивая оборотное зелье, а Ирэ́н осталась в пустом кабинете, медленно оседая на пол. Она должна была переварить всю эту сумасшедшую информацию, свалившуюся на неё так внезапно. Проблема была в том, что это необходимо сделать, не привлекая к себе лишнего внимания.       Она не помнила, как и когда вернулась в комнату факультета, но, открыв глаза в своей постели, подумала, что всё происходящее было сном. Стоило Ирэ́н увидеть пустые соседние кровати и плащ посреди спальни, расползающийся шёлковой жижей на полу, как паника не заставила себя ждать. Всё взаправду. Ей нужна помощь Снейпа. Ведьма закрыла глаза ладонями. Голова до невозможности болела. Кошмар только начинается.