Устами мёртвых мотыльков

Боль закопает твоё сердце в свой розарий, И из него прорастут цветы…

      Мягкие касания подушечек пальцев приятно щекотали щёки Ирэ́н. Гроза за окном так и не стихла, скорее набирала новые обороты. Девушка лениво потянулась в своей постели, пытаясь разлепить глаза. В комнате виднелись очертания трёх фигур. Осознание, что девушка теперь живёт одна, вернуло её из прекрасно царства грёз. Ещё не до конца понимая, кто эти люди, девушка плотнее укуталась в одеяло и отползла в угол кровати, а когда наконец узнала присутствующих, густо покраснела. — Доброе утро, миледи! — одновременно пропели близнецы, сидящие на соседних кроватях. — Хотя вообще-то уже полдень, — грозно смотря на сонную девушку, заметила Падма, — ты снова проспала завтрак, Ирэ́н, и пропустила ЗОТИ! Тебе не кажется, что в последнее время ты слишком часто создаёшь себе проблемы?       Ирэ́н, одаривая присутствующих недовольным взглядом, согнала подругу с кровати и кинула подушку в ближайшего из близнецов, тот, несомненно, перехватил её. Ведьма не знала, как реагировать на столь наглый визит всех троих, но всё же решила свернуть на неудачное проявление заботы. В каком-то смысле она была даже не удивлена. Близнецы однажды пришли среди ночи к ним с Джинни в комнату, потому что решили, что девушки всерьёз обиделись на их нестандартную шутку. — Падма, это мои проблемы, а не твои. С чего это ты вообще повышаешь на меня голос, когда я спросонья? Можешь орать, когда я уже проснулась, но точно не в моей кровати. Что вы тут все забыли, в конце концов? Если мои соседки отчалили, это не значит, что комната теперь стала проходным двором.       Близнецы залились заражающим смехом. Сонная злая Ирэ́н выглядела комично и несерьёзно, хотя смысл её слов был ясен всем. Белокурая раздражённо фыркнула. — Извини, сахарок, мы просто беспокоились, вдруг ты заболела или ещё что похуже, — подмигнул Фред, устраиваясь на кровати рядом с Тонкс. — Ты не выполняешь условия нашего договора и нам стала интересна причина, — продолжил Джордж, пристроившись у изголовья кровати.       На какое-то время Ирэ́н забыла обо всём, привычное тепло и спокойствие разливалось по телу негой нежности. Два таких разных человека, прекрасно дополнявших друг друга, сейчас рядом с ней, интересуются её самочувствием. Ведьма невесомо дотронулась до руки Джорджа, что, естественно, не укрылось от глаз обоих близнецов, но, как ни странно, ни один из них ничего не сказал, лишь зеркально усмехнулись. — Я не знаю, какие у вас там условия договора, ребята, но если ты, белокурая бестия, через полчаса не появишься на трансфигурации, я натравлю на тебя Малфоя, — размашистым шагом недовольная Падма направилась к двери, но задержалась у выхода, разворачиваясь к присутствующим и одаривая Токс красноречивым взглядом, — ты поняла меня, Ирэ́н? — Так точно, капитан. Будет сделано! — сдерживая смех, ответила девушка, на последних словах возвращаясь в горизонтальное положение и накрываясь одеялом с головой.       Падма покинула комнату, оставляя близнецов и Ирэ́н наедине. То ли это был её коварный план, то ли совпадение, но обе девушки несомненно остались довольны сложившимися обстоятельствами. Сквозь ткань Тонкс почувствовала прикосновение руки одного из парней на лодыжке. — А вы уходить не собираетесь? — недоумевала белокурая, выглянув из-под одеяла и одарив каждого из них вопросительным взглядом. — Мы бы, конечно, могли уйти, сахарок. — Но вряд ли ты этого сама хочешь.       Повисла неловкая пауза, а затем все трое рассмеялись. Близнецы поднялись с кровати и начали стягивать негодующую девушку с кровати. Она долго сопротивлялась, не желая расставаться с мягкой постелью. Когтевранка даже не забыла сказать, что сегодня неподходящая для неё погода, но никто не стал слушать. Уизли сдались, сказав, что если Ирэ́н сама не пойдёт в ванную, то её отнесут они. Так и не дождавшись реакции от подруги, близнецы решили действовать. — Ты ленивый тюлень,Тонкс, — заметил Джордж, поднимая ведьму на руки и направляясь вместе с ней в ванную, следом шёл Фред, держа необходимые для «утренних» процедур вещи.       Ирэ́н даже не пыталась сопротивляться, просто наслаждалась уделяемому ей вниманию. На душе пели птицы и цвела сирень, было так легко и свободно. Жаль, что так было только рядом с ними. Ей бы не помешала подобная лёгкость наедине с собой.       Добравшись до нужного места, Джордж опустил когтевранку на ноги, а Фред всунул комплект необходимых вещей ей в руки, толкая подругу в женскую комнату. Пока Тонкс готовилась начать день, близнецы ждали снаружи.       Как только ведьма осознала, что осталась в полном одиночестве, тут же обняла себя руками, уставившись в зеркало. Находясь рядом, Уизли заглушали её воспалённые детскими травмами чувства, которые часто мешают способностям поддаваться контролю, но теперь она вновь одна, а гроза, похоже, не собирается прекращаться.       Ирэ́н всматривалась в отражение и не понимала, почему не узнаёт девушку по ту сторону. Её глаза были темнее обычного, а из копны платиновых волос выбивались чернильно-чёрные локоны. Она испугалась, когда отражение будто двинулось в противоположную сторону, а в голове болезненно зазвенело. «Ты заставила ту девушку самостоятельно испортить себе жизнь, морально уничтожив обеих подруг! Ты осознанно сделала это! Ты монстр!», — не унимались голоса, они всё твердили и твердили, пока от звона в ушах и усилившейся головной боли у бедной Ирэ́н не пошла носом кровь. Ведьма подошла к раковине, судорожно начиная умываться, стараясь игнорировать происходящее. Чем раньше она закончит, тем быстрее вернётся к друзьям.       С трудом приведя себя в порядок и справившись со всеми необходимыми ритуалами, девушка вернулась к друзьям. Она не хотела делиться с Уизли информацией о своих галлюцинациях, но при этом не могла укрыть перемену морального и физического состояния от них. Близнецы заметили странность в её поведении и тут же начали пытаться поднять ей настроение, периодически спрашивая о самочувствии. Как только парни убедились, что подруга в порядке, отпустили вместе с Падмой на трансфигурацию.       Занятия в этот день проходили особенно скучно и однообразно для Ирэ́н, ей хотелось свободы и спокойствия. В конце дня она решила сходить к Снейпу и посоветоваться насчёт контроля легилименции. Профессор был рад, что между ним и когтевранкой складываются доверительные отношения, но не показал этого, скрывая свои чувства и эмоции за маской безразличия. Он видел в ней гораздо больше, чем другие учителя. Студентка доверила ему тайну, позволила без препятствий рассмотреть её болезненные воспоминания — это не могло не льстить его учительскому самолюбию. — Значит, во время гроз Вы теряете контроль над разумом, — подметил Снейп, смотря куда-то в стену, вероятно, о чём-то размышляя, — воспоминания — это всего лишь наше прошлое, которого уже никогда не вернуть, мисс Тонкс. Некоторые моменты из вашего прошлого стали негативными лишь для того, чтобы сделать Вас сильной, а не сломать.       Когтевранка внимательно слушала зельевара, размышляя над событиями минувшей ночи. Она вспоминала беснующегося Крауча, слёзы Лу́изы, тьму, немой крик магла и голоса. — Воспринимайте пережитое как невероятный опыт и не смейте жалеть. Не каждый человек в здравом уме смог бы сохранить рассудок, увидев такое, а Вы, в свою очередь, были ребёнком. Со временем Вы поймёте, что бывают вещи намного страшнее и что кошмары случаются не только у Вас в голове, но и в реальности. Пока могу предложить лишь умиротворяющий бальзам и книги, которые Вы не нашли в школьной библиотеке.       Профессор, не дожидаясь ответа студентки, быстро подошёл к шкафу, распахивая дверцы и доставая нужное содержимое. Книги стопкой были сложены на дубовом столе. Ирэ́н топталась на месте, размышляя над словами зельевара. Ей не давали покоя события, которые произошли после того, как она потеряла контроль. Это что-то чуждое и ужасное, но при этом такое родное и желанное. Тонкс решила всё же рассказать Снейпу о случившемся. — Вчера один голос в голове сказал, что я могу стереть воспоминание, если оно мешает мне жить, — неуверенно проговорила девушка, вспоминая вчерашний вечер, — у меня ничего не получилось, тогда я разозлилась и решила выместить гнев на других, — Снейп резко развернулся, внимательно вслушиваясь в слова когтевранки, — я заставила Мальдави́ну говорить и делать только то, что прикажу. — Вы контролировали это? — прищурившись, вопросил профессор, медленно подходя к ученице с флаконом зелья в правой руке. Подобная правда довольно сильно шокировала его, — способности, что проявляете Вы на данный момент, мне доводилось видеть только дважды. Я думаю, что со временем Ваше подсознание сможет стирать ненужные воспоминания по приказу, но пока Вы мало обучены. Я научу Вас контролю, мисс Тонкс. Возьмите эти книги, — Снейп протянул когтевранке стопку книг, что до этого покоилась на его столе, и повесил пузырёк с зельем на шею, — зелье желательно выпить перед сном. Надеюсь, Вы найдёте, на кого можно переключиться до этого времени. — Благодарю Вас, профессор, — кивнув, девушка собралась удалиться из кабинета зельевара, предвкушая часы кропотливой работы, что уйдёт на изучение материала. — Стоять, — резко остановил Снейп, — что ещё было вчера? Кажется, Вы хотели добавить и других подробностей в свой невероятный рассказ. Я внимательно слушаю.       Ирэ́н растерялась, судорожно вздыхая. Ведьма смотрела на Снейпа, пытаясь подобрать слова или придумать какое-нибудь оправдание, хоть что-то. Мысли путались. Если она расскажет о Пожирателе, у неё могут быть проблемы, а если не расскажет, профессор всё равно почувствует лож. Возможно, он уже в курсе обо всём и просто проверяет её. — Да, кое-что произошло, — согласно кивнув, неуверенно начала Ирэ́н, — В школе Пожиратель смерти, Бартемиус Крауч Младший. Вчера он застал меня в холле, когда я контролировала разум Мальдави́ны. В тот момент Крауч был в образе Грозного Глаза, то есть... то есть Аластора Грюма. Он показал мне истинный облик в обмен на информацию. — Он не причинил Вам боль? После этой встречи Вы не чувствовали недомогания? — смотря на когтевранку с прищуром, уточнил Снейп, — какая именно информация ему была нужна? — Он расспрашивал, как я смогла контролировать разум девушки, — Ирэ́н замялась, — Крауч называл меня «маленькой Беллатрисой» и сказал, что знал моего отца. Профессор, Вы так спокойно отреагировали на информацию о том, что по школе бродит Пожиратель. Вас это ничуть не удивило? — Меня сложно удивить, мисс Тонкс, — красноречиво посмотрев на девушку, заявил зельевар, на что у неё внутри всё похолодело, — можете отправляться к себе, Вам необходим отдых. Я благодарен за доверенную информацию. Решим все возникающие вопросы о Вашем подсознании на занятиях легилименции. — Доброй ночи, профессор, — бросила Ирэ́н напоследок и вышла из кабинета.       Задумавшись над всем, что сказал ей Снейп, она не заметила, как налетела на двух высоких рыжих гриффиндорцев, битый час искавших ведьму по всей школе. Они помогли девушке поднять выпавшие из стопки книги, а затем просто забрали их, облегчая её ношу. Близнецы засыпали Тонкс вопросами, при этом перебивая даже друг друга. — Что ты так долго делала у Снейпа? — не унимался старший Уизли, — у тебя всё настолько плохо с зельеварением? — Зачем столько книг по легилименции? Он решил тебя обучать? — вторил брату младший, — это умиротворяющий бальзам у тебя на шее? Ты нехорошо себя чувствуешь? — Так, стоп! Я не успеваю слушать, — измученно протянула Ирэ́н, заставляя неугомонных братьев замолчать, — может, поднимемся в башню Когтеврана и выучим вместе домашнее задание, как подразумевает договор? Моя комната свободна, так что никто не станет мешать. — Из твоих уст, сахарок, это предложение звучало чертовски двояко, — заметил Фред, довольно ухмыляясь, — но мы согласны. Заодно просветишь нас, что же у тебя за дела такие секретные с нашим зельеваром. — Идём уже, — закатив глаза, согласилась Ирэ́н и направилась в сторону гостинных Когтеврана.

***

      Расположившись в комнате Токс, троица приступила к выполнению домашнего задания. Они просидели за ним пару часов, проходя новые темы и проверяя их на практике. У Ирэ́н даже получилось правильно сварить зелье. По крайней мере, так сказал Джордж.       Гроза за окном не прекращалась и даже не думала давать слабину. Голова ведьмы гудела от не унимающихся в ней голосов. Близнецы были будто бы щитом: их близость на какое-то время укрощала сумасшедшую путаницу, но стоило им отстраниться, как рой непонятных фраз разной громкости и звучания наполнял воспалённый мозг. — Ты нам так и не сказала о визите к Снейпу, — напомнил старший близнец. — Точно, — досадно проговорила Тонкс в ответ, — ладно. Моя маман недавно познала на себе силу легилименции её несносной младшей дочери. Ну, Снейп решил тренировать меня, чтобы таких конфузов больше не случалось. К тому же меня мучают кошмары всё чаще и от этого появляется сильная головная боль. Сегодня гроза, я ходила за советом, как взять над собой контроль. — И что? — интересовался Джордж, — он помог тебе? — Или только книги вручил, наградив успокоительным? — дополнил Фред. — Ещё и в придачу, наверное, пару оскорблений влепил. Для профилактики. — Нет, ничего подобного не было. Он дал несколько советов и пообещал обучить меня всему, но чуть позже. — Какой странный Снейп. Ему напекло что ли? — Скорее молнией зарядило! — Наверное, в подземельях сквозняки, — подумала Ирэ́н, — похоже, продуло. — Точно.       Девушка болезненно схватилась за голову, прикрывая глаза. В висок будто кувалдой ударили пару раз. — Сахарок, может быть мы закончим на сегодня? Ты выглядишь уставшей, — обеспокоенно посматривая на подругу, предложил Фред, — это из-за грозы? — Метеозависимость. Да, пожалуй, закончим на сегодня, — быстро ответила Ирэ́н и начала складывать книги, но Джордж остановил её, взяв за правую руку. — Как она влияет на способности?       Близнецы всегда внимательны ко всему, подмечали каждую мелочь. Их многие недолюбливают и считают дурачками, но никто не догадывается, что это всего лишь маска. Самовыражение. Они искренне беспокоились об Ирэ́н и хотели помочь. — Я слабо могу контролировать их в грозу. Бронтофобия¹ берёт верх надо мной, — нервно перебирая пальцами свои волосы, что лежали на плече, левой рукой, ответила когтевранка, — я выпью зелье, что дал Снейп, и всё будет нормально, не стоит беспокоиться. Доброй ночи.       Девушка освободила свою руку из ладони парня и принялась стелить свою постель. Уизли переглянулись, спрашивая друг у друга, что им делать дальше. Не найдя подходящего решения, они собрались и направились к выходу, по пути желая Тонкс «сладких снов». Ирэ́н осознала, что снова останется одна в грозу, и ей стало страшно. — Можете остаться сегодня здесь? — вдогонку бросила ведьма, когда рука старшего близнеца уже дотронулась ручки двери.       Парни остановились и повернулись к белокурой, одаривая её вопросительными взглядами, пока та сидела на своей кровати, придерживая рукой голову. — Ваше присутствие помогает справиться с голосами, — девушка покрутила у виска, — благодаря обществу я могу фокусироваться на чувствах и эмоциях определённых людей, а не всех подряд в радиусе пяти километров. — Похоже, это паршиво, — заметил Фред, а девушка кивнула в подтверждение.       Уизли какое-то время наблюдали за когтевранкой, иногда переглядываясь между собой, в итоге кивнули. Со стороны казалось, будто они мысленно говорили. Ирэ́н заворожённо наблюдала за их серьёзными лицами. Сведённые к переносице брови младшего близнеца и поджатые губы старшего на миг стали для девушки верхом всевозможного искусства. — Хорошо, мы останемся, — одновременно проговорили гриффиндорцы, соглашаясь на просьбу. — Только вот есть одно условие, — промурлыкал Фред. — Да, мы тут подумали: немудрено, что у тебя не проходят головные боли. Ты же почти не бываешь на свежем воздухе! — Что? — Надевай плащ и резиновые сапоги, сахарок. — Что вы задумали? — Ты не доверяешь нам? — Чёрт с вами, — раздражённо закатив глаза, ведьма поднялась с постели и подошла к шкафу с верхней одеждой.       Она и забыла, когда в последний раз надевала свой синий дождевик в чёрный горошек. Он ей не нравился. Драко не раз дразнил её из-за расцветки, называя то мутировавшим мухомором, то накуренной божьей коровкой. — У меня нет резиновых сапог, — констатировала Тонкс, разворачиваясь к близнецам. — Наколдуй! Ты же ведьма. — А выходить на улицу в грозу обязательно вообще? — состроив из себя умирающего лебедя, уточнила когтевранка, — там холодно и мокро. — Отставить нытьё, миледи, — Джордж наколдовал из пары старых перчаток, найденных в шкафу девушки, резиновые сапоги для Ирэ́н, — обувайся. — И да, дождевик тоже накинь. Нам плевать, что он тебе не нравится. — Изверги! — слёзно протянула девушка, обуваясь.       Близнецы не придали особого значения внешнему виду подруги, им нужно было удостовериться лишь в наличии необходимой одежды, чтобы Тонкс не заболела. Когда ведьма закончила выполнять их указания, они потащили её на самый верх башни Когтеврана. Девушка недовольно пыхтела от недовольства, поднимаясь по ступенькам, но понимала, что сопротивление бесполезно. — Что нас объединяет с птицами, миледи? — лаская каждое слово, вопросил Джордж. — Какого чёрта? Вывели меня среди ночи на чердак, ещё и вопросы странные задаёте! — Ответь, сахарок. В твоих же интересах. — Ладно, — когтевранка тяжело вздохнула, задумываясь над вопросом. — Людей в целом или магов?       Джордж насвистывал какую-то непонятную мелодию, зажигая в помещении факелы. Теперь освещение помогало более-менее что-то увидеть. Никто на её вопросы отвечать не собирался. Девушка обиженно сложила руки на груди. — Часики тикают, думай быстрее. — Жажда свободы? — она окинула Фреда взглядом. — Умение летать? — перевела на Джорджа. — Я не знаю!       Фред открыл дверь, ведущую к выходу из чердака, и достал лестницу. Ирэ́н испуганно оценила ситуацию, наконец понимая, к чему ведут парни. Она развернулась к ступенькам вниз и стремительно направилась прочь, но наткнулась на препятствие. — Даже не думай! — Я не полезу на крышу! Там скользко и опасно!       Джордж взял лицо девушки в свои ладони, заглядывая в её огромные, перепуганные глаза. Она вырывалась. — Успокойся! Просто доверься. — Как я могу довериться, когда под нами горы!? — Стах у тебя в голове, Ирэ́н, — взяв ведьму за руку, проговорил Фред. — Мы бы не стали предлагать что-то, что может тебе навредить.       Ирэ́н прикрыла глаза, пытаясь расслабиться. Она доверяла близнецам так же сильно, как страшилась своих фобий. Три из них планируют совместиться в данный момент. — Ты ничего не боишься, сахарок, — шептал Фред на одно ухо. — Тебе подвластен весь мир, — вторил Джордж на другое. — Хорошо, — Ирэ́н несмело, но уверенно кивнула, открывая глаза.       Фред подвёл ведьму к лестнице на крышу. Тонкс пыталась сдержать дрожь, но в данном случае это было совершенно невозможно. — Я пойду первым, ты — за мной. Джордж поддержит тебя, пока я помогу подняться. — Ясно.       Старший близнец поднялся на крышу. Девушка ухватилась за поручни, боясь сдвинуться с места. Джордж положил руки на её плечи. — Иди, ты не упадёшь. Обещаю.       Ведьма послушалась, делая несколько уверенных шагов и принимая помощь Фреда сверху. Несколько капель дождя упали на её лицо. Произнеся невесомое «чёрт», когтевранка зажмурилась и полностью поднялась на крышу. Она схватилась за Уизли как за спасательный круг, боясь открыть глаза. — Сахарок, — тихо позвал старший близнец, — ты только посмотри на всё это. — Твои чароитовые океаны должны узреть вид мрака, озарённого светом молний. Открой глаза, моя леди.       Ирэ́н послушала близнецов. Троица стояла посреди крыши, держась друг за друга. У девушки закружилась голова от увиденного. Бушевала гроза — лил сильный дождь и сверкали молнии. Ведьма только сейчас поняла, что ни у парней, ни у неё нет палочек. Они находились исключительно во власти стихии. — Мамочки…       Когтевранке хотелось кричать. Адреналин в крови и бешено стучащее сердце отдавали пульсирующим стуком в виски и уши. Руки и колени тряслись. Раскаты грома следовали один за другим, как и вспышки молний. — Выплести эмоции, сахарок. — Кричи так сильно, как только можешь.       Тонкс отдалась порывам. Она закричала, вкладывая в это максимум эмоций, отдавая всю свою боль. На несколько мгновений дождинки зависли в воздухе. Казалось, природа услышала душераздирающую мольбу юной ведьмы и остановилась. — Ты умница, сахарок.       Теперь Ирэ́н плакала вместе с небом. Её слезинки слились с дождём. Она отпустила близнецов, закрывая глаза и вдыхая полной грудью. В венах бурлила кровь. Чувства смешались. Тонкс развернулась к Уизли. — Давайте вместе? Я хочу знать, что вы тоже пережили эту эйфорию.       Близнецы знали, что она попросит об этом. Они подошли к ней и взяли за руки. Теперь крыша Когтеврана слышала не только вопли девушки, уставшей от собственной магии, но и воодушевлённые крики парней, перемешивающиеся со смехом. Друзья танцевали, просто стояли и обнимались, а грозовое небо накрывало их проливным дождём.       Троица вернулась в кровати спустя час. Даже несмотря на подходящую одежду, они умудрились промокнуть и замёрзнуть. Ирэ́н была счастлива. Она боролась с желанием открыться близнецам в своих чувствах, но боялась, что это лишь действие адреналина. Всё шло слишком быстро.       Уизли заняли две свободные кровати, с помощью трансфигурации наколдовывая постельное бельё из листов бумаги. Девушка была очень рада, что их занятия дают такие плоды, но не хотела, чтобы сегодня ночью их троих что-то разделяло. — Я хочу, чтобы вы легли со мной.       Ирэ́н отошла за ширму, чтобы переодеться в сухое. Она подсматривала за происходящим в комнате, изредка выглядывая из своего укрытия. Фред наложил на её кровать заклятье расширения, чтобы на ней поместились трое. Девушка отметила, что парни не спешат переодеваться, хотя Джордж призвал сменку для них. — Всё? Ложимся спать? — вопросила Тонкс, выходя из-за ширмы.       Близнецы обвели девушку взглядом, так и не ответив на её вопрос. Ирэ́н улеглась в середину кровати, взяв с тумбочки будильник и заводя его на утро. — А ты хочешь спать? — Фред вопросительно поднял бровь, снимая с себя свитер. — Если ты пытаешься соблазнить меня мокрой футболкой, то у тебя получилось, но толку от этого мало. Я предпочитаю, когда ты здоров, так что переодевайся живее, — проговорила ведьма, ехидно ухмыляясь. Фред разочарованно закатил глаза, а Джордж на это тихо посмеялся.       Когтевранка вернула будильник на место, а сама укуталась в одеяло. Она наблюдала за близнецами, пока те не присоединились к ней. Стало намного теплее. Их губы находились в считанных сантиметрах друг от друга. Ирэ́н надеялась, что не одна это заметила. — Голоса пропали, — прошептала девушка, — спасибо вам.       Они одновременно поцеловали её в щёки, счастливо улыбаясь. Тонкс будто несколько раз ударили током. Видимо, не только она заметила напряжённость момента. — Для тебя — всё что хочешь.       Ирэ́н закрыла глаза, собираясь отправиться в царство Морфея, хотя слабо понимала, как именно это сделать. Фред перебирал её волосы, изучая каждый локон, в то время как Джордж рисовал узоры на мраморной коже девушки. Она даже подумала, что со стороны они выглядят либо как влюблённое трио, либо как два маньяка и их наивная жертва. — Почему ты боишься грозы, сахарок? — шёпотом вопросил Уизли. — Это первый вопрос, кстати. Помнишь один из наших уговоров?       Ирэ́н задумалась, воспроизводя в голове тот проклятый день. Детали, которые он подразумевал под собой, помогли открыться способностям девушки, но сломали её детство. По телу пробежали мурашки, а глаза стали влажным. На душу снова упал груз, дышать стало трудно. — Помню, я расскажу, — согласившись со словами близнецов, Ирэ́н начала рассказ. — Это случилось однажды в моём детстве, когда мы с семьёй поехали в путешествие в какой-то приморский городок. Тогда для меня не существовало таких понятий как смерть, страх, паника, только детский ничем не испорченный разум, исключающий всё это. Наш домик находился далеко от маггловских и был окружён множеством высоченных деревьев. Когда началась гроза, мы с Нимфадорой играли на пляже. Она убежала быстрее, в панике забыв о трёхлетней мне.       Ведьма опустила взгляд, переплетая их с близнецами пальцы. — Тогда я впервые увидела смерть. Я не помню, кто был тот мужчина и откуда он взялся, но я видела, как его сразила молния и как затем раздался оглушающий рокот грома. Я почувствовала его смерть, мне никогда не было так больно. Хватило всего лишь минуты, чтобы всё это случилось. С тех пор в грозу мои чувства будто накаляются, я практически не могу контролировать способности. Всё чаще посещают навязчивые мысли, что я просто схожу с ума.       Девушка снова пережила этот кошмар, рассказывая о нём. Ей хотелось разреветься, но она держала себя в руках. Сейчас всё было хорошо: её возлюбленные рядом, пытаются отвлечь от явных признаков шизофрении, — что может быть не так? — Я странная, да?       Близнецы, кажется, задумались над сказанным Ирэ́н и на какое-то время выпали из реальности, потому что вопрос их будто бы вернул с небес на землю. Они посмотрели на девушку, осуждающе нахмурив брови. Задавать подобный вопрос таким людям как они — вот что действительно странно. — Ты снова начинаешь? Странно то, что ты думаешь подобное о себе, — старший близнец приобнял девушку за плечи. — Ты сильная ведьма, Ирэ́н. За всё нужно платить. В твоём случае — последствия от гениальных способностей, — ласково проговорил Джордж. — Я не знаю, радоваться этому или нет. Иногда бывает сложно.       Ирэ́н подумала, что в данный момент ей должно быть стыдно или она хотя бы должна испытывать смущение, но ничего из перечисленного не проявлялось. Тепло и забота окутали её каменный замок — и в нём появился уют. — Ты сегодня была так откровенна. Мы бы тоже хотели поделиться с тобой одной историей, — начал Фред, его голос и интонация выдали горечь, Ирэ́н почувствовала каплю черноты в окружающем свете, что поглощала души обоих братьев, — и мы в детстве видели смерть. — Когда нам было 10, отец занимал высокую должность в Министерстве, — продолжил Джордж, сильнее сжимая ладонь девушки в своей, — как-то раз его срочно вызвали на работу, а мы увязались за ним. Отец строго-настрого запретил нам приближаться к парадным комнатам вроде зала суда. Мы не послушали. Нас никто не заметил и вовремя не выгнал. Судили Пожирателя. Его приговорили к смерти, хотя все ожидали, что сошлют в Азкабан. Нам стало интересно, что же будет дальше. Обезумевший судья кинул в Пожирателя Аваду прямо в зале суда. На наших глазах.       Ирэ́н ахнула, посмотрев сначала на одного близнеца, затем на другого. Их слова казались настолько пронзительными, что было больно. Чернота поглотила всё внутри них. Девушка почувствовала нечто необъяснимое. Сейчас она ясно видела их души, полные секретов, но не могда разобрать очевидного. — Судью сослали в Азкабан. Оказалось, он служил Тому-кого-нельзя-называть, а тот через покорного слугу покарал предателя. Лорд управлял им, больше некому, — закончил Фред.       Тьма постепенно начала отступать. В голове Ирэ́н проскользнула мысль — не подозревают ли они о том, что Тёмный вернулся ещё до поступления Гарри на первый курс? К сожалению, это очевидно. Но был ли это действительно он? — Спасибо вам за доверенный секрет. Я сохраню тайну, — пытаясь отвлечься от размышлений, проговорила ведьма. — Теперь копилка общих тайн пополнилась ещё двумя, — улыбнулся Джордж. — Знаешь, сахарок, в наших планах не было внезапно начать дружить с тобой посреди шестого курса. Мы просто поспорили с Джорджем, что помирим вас с Джинни. Мы беспокоились о сестре, в последнее время она была сама не своя. С тех пор всё изменилось. — Теперь мы не хотим делить тебя с Джинни. — И какие же у вас планы на меня сейчас? Джинни просто так не станет сдаваться. — Но ведь мы втроём команда, да? — поддержал Фред. — Оу, ещё какая! — Тайное общество, — усмехнулся Джордж, — может, придумаем себе название? — Нужно подумать, — улыбнулась девушка, сонно прикрывая глаза, — можете спеть колыбельную? Как в детстве. — Маленькая леди Greensleeves захотела колыбельную? Про Вилли-Винки? — нежно поцеловав девушку в висок, вопросил Джордж, на что ведьма кивнула, — хорошо.       Фред тихо начал напевать колыбельную, которую вскоре подхватил и Джордж. Близнецы укрыли их троицу одеялами, обнимая лежащую в середине подругу. Ирэ́н поглаживала их ладони, подпевая давно знакомой мелодии. — Крошка Вилли-Винки Ходит и глядит: Кто не снял ботинки? Кто ещё не спит? Стукнет вдруг в окошко Или дунет в дверь: Вилли-Винки крошка Лечь велит в постель. — Где ты, Вилли-Винки? Влезь-ка к нам в окно. Кошка на перинке Спит уже давно, Спят в конюшне кони, Начал пёс дремать, Только мальчик Джонни Не ложится спать.       Сегодняшняя ночь значила для каждого из звёздного трио очень много. Близнецы наконец добились желаемого, обретя нечто большее, чем просто друга, в лице прекрасной когтевранки. Ирэ́н же открыла для себя ещё одну сторону своей двойной любви и получила новую загадку, а может и подсказку, от судьбы.       Троица уснула. Шёл уже третий час ночи, как когтевранка проснулась будто от ледяного касания о лодыжку. Близнецы мирно спали. Ирэ́н услышала шёпот — такой тихий и хриплый. Она поднялась с кроватей, следуя на звук. Голоса доносились от стопки с книгами. Девушка раскрывала каждую, пытаясь найти ту самую, но нужная открылась ей сама.       На корешке какой-то ветхой, будто самодельной, книжки красовалась маленькая змейка, настойчиво призывающая ведьму открыть переплёт. Тонкс раскрыла учебник, машинально проведя по форзацу кончаки пальцев. Тут же на месте соприкосновений проявились буквы. Добро пожаловать, юный друг, в общество «Дети Салазара»! Тебя приветствуют невероятные маги и волшебники: Его Величество Первородный! Заклинатель Луны собственной персоной! И неподражаемый Принц-полукровка! — Приятно приветствовать тебя, юная дочь Блэков, — прошипела змея, перелезая через калиграфически выведенные строчки.