realizations too late

Сэм вздохнул с облегчением, когда Сапнапа, наконец, вырубили. Он много раз видел, как тот злится (у гибрида всегда был довольно вспыльчивый характер), но никогда так, как сейчас. Сапнап был больше огнём, нежели человеком, и каждая его атака была наполнена явным намерением убить. Это было чертовски страшно. Он попытался встать, но тут же остановился, так как его пронзила новая волна боли. То, что Сапнап не успел его убить, вовсе не означало, что он остался невредимым. Практически каждая часть его тела была покрыта синяками, порезами, или вообще сломана. Боже, этот человек действительно мог хорошо врезать, когда хотел. Только он собирался спросить, нет ли у кого-нибудь лечебного зелья, как крик с другого конца комнаты остановил его. «Какого чёрта? — вся кровь отхлынула от лица, когда он поднял голову и увидел, что Джордж направляется к нему, — Зачем вы остановили его?! Вы что, не слышали ни слова из того, что сказал DreamXD?» К счастью, вместо того, чтобы направиться к нему, Джордж остановился около Сапнапа. Он опустился на пол, вытащив Сапнапа из рук тех, кто сдерживал его, и положив себе на колени. «Мы ведь не могли просто позволить ему убить Сэма, — ответил Квакити, — Сэм — Надзиратель! Естественно, что ему нужно время от времени наказывать заключённых.» Сэм улыбнулся Квакити. Квакити понимал, чего он добивался! Чёрт, он частично и был причиной, по которой Сэм вообще мог позволять себе делать подобное. «Спасибо, — Сэм поморщился от боли в боку, когда заговорил, но продолжил, — Послушайте, Дрим считал, что у него все ещё есть сила. А если бы он в это поверил, то постарался бы воплотить это в жизнь. Более того, нам нужно было знать, что было в книге. Поэтому я сделал то, что должен был. Я сломал его.» Сделать это было нелегко, Дрим никогда не сдавался без боя. Но даже самый крепкий сломается, если вы приложите достаточно усилий. («СЭМ! Ты забыл бросить мне картофель на день.» Сэм ухмыльнулся, услышав, как заключённый окликнул его. Он ждал, пока он заметит отсутствие еды. Все ещё улыбаясь, он ответил: «Я не забыл. Ты просто не получишь её.» После недели, в течение которой Дрим по-прежнему отказывался раскрывать информацию о книге, они с Квакити решили немного изменить свой план игры, начав с чего-то простого: лишения пищи. «Что? Что ты имеешь в виду? Сэм, ты не можешь просто… не кормить меня, » — прошептал Дрим. Боже, Сэм был готов убить, лишь бы прямо сейчас увидеть его лицо. «Еда — это привилегия. Уважай и слушай меня, и ты получишь её. Может быть, если извинишься и вежливо попросишь, я скину тебе немного. И я уже говорил, что ты должен обращаться ко мне, как к Надзирателю. Я тебе не друг.» Заключённый пытался спорить с ним, но Сэм не удостоил его ответом и просто позволил тому кричать. В конце концов, он стих, но так и не принес извинений. Прекрасно. Сэм мог продолжать это так долго, как ему было нужно. Прошла почти неделя, прежде чем Дрим сломался. Большую часть этого времени он пытался спорить или убедить его бросить еду, но каждый раз, когда он повышал голос, Сэм замолкал и переставал отвечать. Поняв, что это ни к чему не приведёт, Дрим прекратил попытки и решил просто молчать целый день. Единственный раз, когда Сэм слышал, как он шумит, был во время визита Квакити, но он всегда кричал, так что это не было большой неожиданностью. У них наконец-то появились первые результаты. На следующий день, когда Сэм посетил камеру, Дрим окончательно сдался. «Сэм… Сэм, пожалуйста, дай мне еды. Прости за споры, просто кинь мне что-нибудь, пока я не умер с голода.» Сэм с трудом сдержал ухмылку. Он обратился к нему по имени, но с этим можно будет разобраться позже. «В конце концов, это оказалось не так уж и сложно, правда?» Затем он нажал на кнопку, чтобы выдать еду в камеру, сделав это дважды для верности. В конце концов, важно поощрять хорошее поведение. Даже сквозь стену лавы Сэм слышал, как блондин бросился хватать её. Было почти забавно видеть, как человек, когда-то бывший правитель сервера, так радуется сырой картошке. Он ощущал прилив сил, который почти опьянил его. Как далеко он может зайти?) Джордж в ужасе уставился на него «Сломать его? Сэм, ты говоришь даже хуже, чем Дрим, какого черта?» Сэм был потрясен таким обвинением. «Как ты вообще можешь такое говорить? Дрим был жаждущим власти монстром, которому нужно было потешить своё эго. Он причинил боль детям. Он заслужил всё, что мы с ним сделали. Кроме того, не надо было строить из себя высокомерного и могущественного. Ты согласился, чтобы я его туда поместил. Ты знал, что у меня есть власть над тюрьмой. И если я говорю, что ему это было нужно, значит, ему это было нужно.» Джордж выглядел потрясённым его словами, как будто он только что понял что-то, чего хотел бы не знать, но тут же взял себя в руки. «Точно! Был.Теперь он мёртв. Он умер, защищая нас. И даже до этого он был заперт в камере, так какую силу он собирался там получить? Ты говоришь, как сумасшедший садист.» Сэм предпочел проигнорировать его слова и прикоснуться к ране, которую он, казалось, открыл. «Ой? Ты забыл об этой части? Что ты сам дал мне согласие забрать его? Погоди. Ты даже благодарил меня. Ты благодарил меня за то, что я уберёг сервер и запер его там. А теперь вдруг ведёшь себя так, словно Дрим никогда не делал ничего плохого.» Джордж ничего не ответил, но, судя по его виноватому выражению лица, слова Сэма подействовали именно так, как и предполагалось. Но как раз перед тем, как показалось, что сейчас он снова заплачет, его лицо исказилось в замешательстве. «Что значит "мы"? – тяжёлое чувство нарастало в животе Сэма, когда он понял свою ошибку. — Ты сказал "всё, что мы с ним сделали". Ты и кто, Сэм?» Видите ли, они с Квакити не очень-то распространялись о своих визитах с кем-либо на SMP. Если бы стало известно, что он пускает туда кого-то с оружием, это обернулось бы катастрофой. Меньше всего ему хотелось вмешательства в работу тюрьмы извне. Но теперь, казалось, не было никакого выхода, и оставалось лишь признаться в этом. «…Квакити, — выплюнул он, — Квакити был тем, кто помог мне.» Джордж удивлённо посмотрел на Квакити, а затем снова заговорил тихим, дрожащим голосом: «Квакити, что ты сделал?» Когда он не получил ответа, DreamXD снова присоединился к разговору. «Либо сам всё объясняешь, либо я сделаю это вместо тебя. Ты невероятно везуч, раз ещё не умер за то, что сделал.» «Ладно! Ладно, ладно, ладно, я объясню, — начал Квакити, — У Дрима были сведения о книге возрождения, которые мне были нужны. Он отказался подчиняться, поэтому я обратился к тому, что, как я знал, даже он не сможет до конца выдержать. Насилию, — на лице Квакити появилась маниакальная ухмылка, от которой даже Сэм почувствовал себя не в своей тарелке, — Каждый день в течение года я приходил и пытал его, пока он, блять, не начинал кричать и умолять меня прекратить. Можешь ненавидеть меня за это, если хочешь, Джордж, но знай, что я никогда об этом не пожалею. И меня даже не волнует, что я так и не получил информацию до того, как яйцо захватило меня, и мне пришлось остановиться. Меня волнует только то, что чёртов Дрим страдал.» Наступившая тишина была удушающей, и даже Сэм не мог подобрать слов. Он присутствовал при каждом дне пыток, — чёрт, он даже помогал Квакити… но от того, как он об этом говорил, у Сэма в животе возникло неприятное чувство, которое он тут же подавил. Внезапно возникло движение, и Бэд набросился на Квакити. Затем, к шоку всех в комнате, он отвёл руку назад и врезал прямо по его лицу. По комнате раздался тошнотворный хруст, и Сэм не сомневался, что нос Квакити был сломан. Даже сам Бэд выглядел шокированным своими действиями, но это длилось лишь мгновение, прежде чем его внимание вновь вернулось к Квакити. «Ты спятил? Ты проводил целые дни в тюрьме, чтобы пытать беззащитного человека за то, что тебя почти не волнует. Квакити, ты… ты полный… — Бэд выглядел слишком подавленным, чтобы говорить. Его кулак сжимался и разжимался, словно он пытался не ударить его снова. Бэд заметно дрожал от ярости, его белые глаза сверкали, а крылья угрожающе расправились, — И Сэм! — Сэм вскинул голову, когда назвали его имя, — Ты позволил ему? Даже нет, ты… ты помог ему! Сэм, ты был для Дрима другом. Он дал тебе титул Надзирателя, потому что думал, что ты будешь честен и справедлив к заключённым. А вместо этого вы двое пытали Дрима. Он даже не мог ничем себе помочь! Вы монстры. Я даже не могу смотреть на вас двоих, — демон ещё раз посмотрел на них, прежде чем повернуться к Джорджу, — Давай, Джордж. Я понесу Сапнапа. Нам нужно уходить отсюда, пока мы не устроили резню, — Подхватив Сапнапа и потянув за собой Джорджа, Бэд обернулся и бросил ещё один взгляд на Квакити, — И кстати, ты не выйдешь замуж за моего сына.» Сэм беспомощно смотрел вслед уходящей троице. Даже Квакити теперь молчал. Он не мог… они не могли быть настолько плохими. Дрим заслужил то, что с ним произошло. Он был злодеем сервера, тем, кто уничтожил всё хорошее, что у них было, он ранил Томми и Туббо! Дрим был злом. Всё, что они сделали, было лишь последствием его действий. Но, несмотря на это, тяжёлое чувство в нутре Сэма только усиливалось. «Big Q, мы делали то, что было лучше для сервера… верно?» — нерешительно спросил Сэм, но достаточно громко, чтобы Квакити мог его услышать. Квакити кивнул. «Да, конечно. Бэд просто не понимает, о чем говорит. Сейчас они просто скорбят. Но довольно скоро вспомнят, насколько плохим был Дрим. Я имею в виду, — Квакити издал нервный смешок, — Он ведь не стал бы на самом деле мешать Сапнапу жениться на мне, верно?» «…Верно.» Сэм попытался сказать это убедительно, но даже это едва ли возымело у него успех. К счастью, другой голос избавил его от необходимости успокаивать Квакити. «Что это, блять, было?» Сэм повернулся к Томми. Мальчик смотрел на него в… страхе? Нет. Нет, этого не может быть. С чего бы Томми бояться его? Всё, что делал Сэм, было для того, чтобы его защитить. Чтобы загладить вину за то, что позволил ему умереть, за свой провал. Но теперь светловолосый мальчик смотрел на него так же, как Джордж и Бэд. Насколько же сильно Сэму удалось все испортить?

***

Томми хотел бы официально заявить: ему не нравился Дрим. Дрим был злым и отвратительным, иногда Томми всё ещё просыпался с криками от воспоминаний об этом человеке. Но это не значит, что Томми желал ему смерти, потому что, несмотря на то, что Дрим был ужасной сукой, и Томми многое ненавидел в нём... Это чувство появилось не так давно, но до сих пор ему удавалось подавлять его и игнорировать. Впервые он начал его осознавать во время сеанса терапии с Паффи. («Итак, о чем ты хочешь поговорить сегодня?» — мягко спросила Паффи. Томми ходил на терапию уже несколько месяцев, и, хотя он никогда не признался бы в этом, она ему очень помогала. «Я не знаю… Я просто… Я тут подумал, — медленно начал Томми, и Паффи кивнула ему, чтобы тот продолжал, — О камере, тюрьме и всё такое. Даже не о смерти или Дриме, а о самой камере. Там было…жутко. Я провел там около месяца, и это было так ужасно. Ты знаешь, что Сэм даже не кормил нас какое-то время? Пока меня считали мёртвым или типа того. Ему понадобилась целая вечность, чтобы понять, что я там, потому что он просто не приходил и не проверял. И… это настоящий пиздец, не так ли? По какой-то причине я не перестаю думать об этом. Чёрт возьми, Сэм — Надзиратель. Я не знаю. Мысли об этом заставляют меня чувствовать себя… хреново.» На лице Паффи появилось беспокойство, но, опять же, она почти всегда выглядела встревоженной тем, что говорил Томми, так что в этом не было ничего нового. «Так ты чувствуешь… обиду, что его там не было?» Томми пожал плечами. «Немного, но есть кое-что ещё. Слушай, Сэм хороший парень и всё такое. Но если подумать обо всем этом в дополнение к тому, что он буквально позволил Дриму убить меня… я не думаю, что он такой же хороший Надзиратель. Я имею в виду, что камера была ужасной. Ноль из пяти звёзд, не больше. Я провел там всего пару недель, но под конец чувствовал себя отвратительно. Это кажется неправильным, оставлять там кого-либо.» «Томми, тебе не нужно чувствовать себя виноватым. Он причинил тебе боль, и он заслуживает того, чтобы там находиться.» Небольшая часть Томми испытывает искушение попытаться заставить её понять, откуда он вернулся. Потому что её там не было. Ей не приходилось ощущать всепоглощающую жару, пытаться проглотить твердый сырой картофель, когда она была голодна, или даже наблюдать настоящее воодушевление в глазах Дрима каждый раз, когда часы пробивали «счастливый час». Но, опять же, эта часть была незначительной. Итак, Томми отбросил её куда подальше, переходя к следующей теме. После он редко думал об этом.) Сейчас он вспоминал тот разговор и с горечью думал, изменилось бы что-нибудь, если бы он все-таки рассказал Паффи, как всё плохо. Может быть, она убедилась бы в том, что Сэм правильно обращался с Дримом. Может быть, это помешало бы Сэму и Квакити пытать его. Может быть, Дрим не был бы мертв. А может, всё сложилось бы точно так же. Сэм недоверчиво посмотрел на него. «Серьёзно, Томми, ты не можешь быть на стороне Дрима.» «Я не на стороне Дрима. Дело не в том, нравился мне Дрим или нет. Нет, чёрт возьми. Дело было в том, нормально ли, что вы двое буквально пытаете его. Нет! Послушай, я не знаю. Я не… — вздохнул Томми, подбирая нужные слова, — Я не знаю, что я сейчас чувствую, но я знаю, что то, что вы сделали, было хреново. Это было так хреново.» «Честно говоря, я должен согласиться с Томми, — заговорил Фанди. — Никто из нас не любит Дрима, он был злодеем, но это не нормально». Почти все в комнате теперь кивали в знак согласия, и Томми почувствовал облегчение от того, что он не единственный, кто считает ситуацию неправильной. Кроме Джорджа, Сапнапа и Бэда, конечно же, но они знали Дрима гораздо дольше, чем кто-либо другой, так что это никого не удивляло. «На самом деле, у меня есть ещё пара вопросов по этому поводу, — сказал DreamXD, и к Томми сразу же начал подкрадываться ужас. Каждый раз, когда Бог говорил, ситуация становилась хуже и хуже, — Почему вы все так настаиваете на том, что Дрим — зло? Потому что я наблюдал за всем, что происходило на этом сервере. Во-первых, позвольте мне немного пояснить, кто такой Дрим. Дрим произошел от меня, он был частью меня. А это значит, что Дрим готов на всё, если считает, что это может защитить сервер. Он — защитник. Это заложено в его коде. И вот, он приглашает пару людей на свои земли. Когда он доверяет им настолько, что позволяет им прийти сюда, они начинают нарушать два из трех простых правил, которые у нас есть. Когда они начинают продавать наркотики, пытаются разделить территорию и создать совершенно новую нацию. Когда они устраивают хаос и конфликты на землях, которые раньше были мирными, а затем называют его злодеем за то, что он остановил это. А чего вы ожидали от него?» DreamXD смотрит прямо в глаза Томми, явно ожидая ответа. Томми съежился под тяжёлым взглядом и начал запинаться, прежде чем сумел нормально ответить. «Я имею в виду, если бы он просто позволил нам основать Л’Манбург, у нас не было бы этих проблем. Он мог бы просто позволить нам быть счастливыми!» «То есть вы хотели, чтобы он отдал часть своих земель ради страны, которая зародилась в фургоне с наркотиками? Посмотри мне в глаза и скажи, что это не приведет в действие его защитные инстинкты.» Томми проигнорировал DreamXD и сменил тактику. «А как насчёт изгнания? Заставить моего лучшего друга изгнать меня и не пускать ко мне никого? Он, блять, манипулировал мной!» «Я не собираюсь защищать манипуляции, — Томми улыбается маленькой победе, — Я не отрицаю, что он делал ужасные вещи. Он заставил тебя пройти через то, что ты никогда не должен был испытать, особенно будучи ребенком, и ты имеешь полное право злиться на него за это, сколько угодно. Я просто проясняю ситуацию. Туббо решил изгнать тебя. И не зря. Ты сжёг дом Джорджа, и любой, у кого есть хоть пара глаз, может понять, почему это разозлило Дрима. Дрим любил Джорджа больше всего на свете. А потом ты решил, что это хорошая идея — дразнить его останками его мертвой лошади. Тебе это не кажется знакомым, Томми? Кто-то забирает ценную вещь и использует её против тебя? Слушай, мне жаль, что он так с тобой поступил, и я знаю, что он извинился перед тобой. Ты не обязан его прощать, я и не жду этого. Я просто хочу, чтобы вы все поняли, что он не тот ужасающий и непростительный злодей, каким вы все хотите его видеть. Дрим не заслужил быть в этой тюрьме. Да, он заслужил наказание за то, что он сделал, но Дрим не получил ни суда, ни шанса на искупление, и был помещен в бесчеловечные условия на протяжении многих лет.» К удивлению Томми, Паффи заговорила следующей. «Мы не знали! Если бы мы знали, что делают Квакити и Сэм, мы бы их остановили. Конечно, мы бы остановили. Но он был опасен для SMP, мы не могли просто выпустить его на волю!» DreamXD вздохнул. «Тогда почему вы не пытались ему помочь? На самом деле, я помню, как вы говорили, что он "не заслуживает" вашей помощи. Вы все называли его злодеем и вредили его землям до такой степени, что Дрим сорвался, а потом просто бросили в тюрьму, ни о чём не заботясь. Никто из вас не имеет права прикидываться невеждами. Томми, ты знал условия жизни в тюрьме. И я точно знаю, что каждый человек в этой комнате видел сообщения о смерти. Вы все знали, что он ежедневно причинял себе вред, и вы все ничего не делали. Каждый в этом зале совершал преступления и непростительные поступки. Все здесь представляют опасность для SMP. Или что, это считается только тогда, когда совершает их Дрим?» На этот раз в комнате царила тишина. Было ли это справедливо? Томми не хотел об этом думать. Не сейчас, когда было уже слишком поздно. Не сейчас, когда Дрим уже мёртв, а он ничего не может с этим поделать. Но он не мог ничего изменить. DreamXD сумел посеять в нём семя вины… Нет. Оно уже существовало, XD лишь поливал его. Прежде, чем он смог это остановить, по его щеке скатилась слеза. Томми никогда не любил плакать, но груз его ошибок был слишком тяжёл, чтобы он мог просто взять и подавить нахлынувшую волну слёз. Был ли это груз мира, который греческий персонаж, Атлас, носил на своей спине? Почему на его сердце было так тяжело? Он знал только одно: они облажались. Они очень крупно облажались