День и ночь

День

Мо Хуайан действительно был великим мастером, и Вэнь Кэсин видел, что подобраться к нему, вооружившись только веером, не получится. Однако скорбь придавала его разуму остроты. Он сжился с ней, смирился со жгучим ядом жажды мести, и теперь, снова ощутив их, мгновенно просчитал множество сценариев битвы. Он не был ослеплён горем, как могло бы показаться со стороны, потому что слишком привык к подобной боли. Можно было измотать противника, вырвать его жизнь медленно, но риск, что кто-то придёт ему на помощь, был велик. А можно было… заставить Мо Хуайана поверить в то, что он в отчаянии, что он слеп и потому пропускает удары. Порезы были болезненны, они частично нарушали меридианы, но Вэнь Кэсин понимал, что делает и почему. Это был осознанный риск, его приманка, на которую Мо Хуайан живо клюнул. На миг в его глазах даже загорелось пламя воодушевления — он ощутил себя победителем, почувствовал себя убийцей страшного демона, Хозяина Долины призраков. Наверняка уже увидел, как все в Цзянху чествуют его и наконец признают Верховным воином. В его взгляде сияло торжество ровно до того самого мгновения, пока Кэсин не ударил в ответ. *** …Рана не была смертельной сама по себе, но Вэнь Кэсин не таил в рукаве никакого секретного зелья. Жизненная энергия утекала из него, будто он был расколотым сосудом, сознание туманилось. Лёжа в корнях старого дерева, Вэнь Кэсин не взывал о помощи и не ждал её, все мысли разбежались, и только сердце отчаянно болело. У его А-Сян сегодня должен был быть счастливейший день в жизни, а он так быстро отпустил за грань того, кто всё разрушил. Нужно было заставить его страдать сильнее… — Когда мы встречались в последний раз, Хозяин Долины призраков был полон сил, — раздался спокойный текучий голос, вырвав его из плена этих мыслей. Вэнь Кэсин не открыл глаз, не поприветствовал Короля Скорпионов. Если с раной был призрачный шанс остаться в живых, пусть и носить в себе боль от смерти А-Сян, то теперь и этот шанс растворился в подступающем мраке. Король Скорпионов пришёл, чтобы растоптать его. — Не мешай мне греться на солнце, — прошептал Кэсин, хотя уже не чувствовал никакого тепла. Последняя мысль было о Чжоу Цзышу… Как он там, не пострадал ли от марионеток? Конечно, нет, ведь он превосходен в воинских искусствах… — Король, отчего бы нам просто не убить его? — капризный голос Бодхисаттвы неприятным звоном отдался в ушах. — Хозяин Долины призраков слишком важная персона, — возразил всё тот же спокойный голос. — Король Скорпионов должен сам позаботиться о нём. День стремительно мерк, и Вэнь Кэсин подумал, что нашёл свою смерть как демон, хоть и мечтал закрыть Долину, как велел Е Байи, и попробовать жить новой жизнью, человеческой жизнью…

Ночь

…Как бы это ни было странно, но он не умер. Вэнь Кэсин пришёл в себя на мягком ложе, и в теле его не было ломоты, только под языком разливалась приторная сладость, будто ему в рот кто-то вложил подслащённую мёдом пилюлю, и та, рассосавшись, оставила о себе воспоминания. Он попытался сесть и тут же обнаружил тонкие, словно серебряные цепи, сковавшие его запястья. Они не причиняли вреда, уходили куда-то далеко, но будто бы предупреждали — он здесь пленник и никуда не сбежит. Его силы будто спали внутри. Он вслушался в себя и убедился — меридианы почти восстановились, энергия течёт верно, но не отзывается ему. Не желает приходить на помощь, потому даже столь тонкие цепи способны удержать его на месте. — Ты наконец пришёл в себя… — спокойный голос Короля Скорпионов разрушил тишину. Кэсин обернулся и увидел его — в струящемся светлом ханьфу, а не в привычном чёрном одеянии повелителя убийц. — Время принимать лекарство. — Он приблизился текучей походкой, невероятно красивый, опустился на край постели. — Позволь поухаживать за тобой. — Поухаживать? — вскинул бровь Кэсин. — За пленником?.. — Ты — мой гость, очень дорогой гость, — Король Скорпионов коснулся пальцем его скулы, и хоть Кэсин отдёрнулся, всё равно протянул руку, чтобы провести по его лицу. — Я забочусь о тебе. — Зачем? — воспоминания ворвались внезапно, и на миг Кэсина замутило. Глупая смерть Цао Вэйнина, гибель Гу Сян, сражавшейся до конца, умолявшей отомстить за себя, ударили его под дых. Присоединилась к ним и тревога за Чжоу Цзышу. Где он? Что с ним?.. — Зачем?.. — повторил будто в удивлении Король Скорпионов. В его пальцах появилась алая, как кровь, бусина лекарства, и он с удивительной ловкостью вложил её Кэсину в губы, тут же прижимая ладонь ко рту так, чтобы у него не было выбора, чтобы он не сумел её выплюнуть. Травяной и медовый вкус разлились по языку — бусина таяла слишком быстро. — Приёмный отец звал меня варваром, но всё же сумел привить мне тягу к красоте. А ты, Вэнь Кэсин, невероятно красив, будто небожитель, оказавшийся в мире людей лишь по прихоти Небес. Могу ли я пройти мимо такого?.. Кэсин отвернулся, ладонь исчезла, и почти растворилась, оставив только тонкий приторный привкус, бусина лекарства. Хотел ли он на самом деле освободиться? Вэнь Кэсин не нашёл в себе ответа на этот вопрос. — Слышал, — вдруг заговорил Король Скорпионов, — Чжоу Цзышу сумел избавиться от Семи гвоздей и обрёл полную силу… Тем самым сократив свою жизнь до считанных дней. Отчего же он так поступил с тобой? Кэсин дёрнулся как от удара. — Ты лжёшь, — возразил он. Но вовремя прикусил язык, не рассказав о том, что Великий Шаман собирается вылечить Цзышу. — Лгу?.. — Король Скорпионов чуть улыбнулся и отвёл взгляд. — Нет, я не лгу тебе. Не в этот раз. Чжоу Цзышу принял твой розыгрыш за чистую монету, поверил, что Хозяин Долины призраков мёртв, потому решил отомстить за него… — он снова посмотрел на Кэсина, и взгляд его был удивительно тёмным, будто пропитанным горечью. — Вот он и сделал то, чего не следовало. Вэнь Кэсин хотел было возразить, но тут же вспомнил, каким был Цзышу после его победы, и внезапно ему перестало хватать воздуха. Он вздрогнул, будто бы мог тут же сорваться с места, побежать, отыскать… спасти. — Никому это не под силу, — угадал ход его мыслей Король Скорпион. — Он сам выбрал этот путь. Не считаясь с тобой, — и снова коснулся его почти в откровенной ласке, провёл пальцем по губам. — Мы с тобой одинаковы в этом. Нам солгали те, кого мы любили столь отчаянно, что готовы были принести себя в жертву. Разве не стоит нам держаться вместе?.. Кэсин сжал зубы. Король Скорпионов подался к нему всем телом. — Вдыхая аромат Зелья бессилия, — сказал он, — думаешь ли ты, что Чжоу Цзышу сам отдал тебя мне в руки? Он не пришёл тебе на помощь, когда ты мстил за смерть Пурпурного призрака, он не сказал тебе, что не собирается оставаться рядом так долго, как тебе бы мечталось… Кэсин хотел бы отстраниться, хотел бы ударить, но когда губы Короля Скорпионов накрыли его собственные, в нём не нашлось сил для сопротивления. Он поддался внезапной обволакивающей сладости, которая пусть и не врачевала от боли, не закрывала ран души, но заставляла забыть о них. — Здесь и сейчас будь моим небожителем, — прошептал Король Скорпионов, прижимая его к постели, — и позволь мне служить тебе. Наши души расколоты, наши сердца разбиты предательством, но их осколки могут совпасть друг с другом, как совпадают вместе части Кристальной брони. Поддаваясь чужой страсти, Вэнь Кэсин подумал, что Король Скорпионов, владеющий поддельным ключом от Арсенала Боевых искусств, и для него самого становится вдруг поддельным ключом. И только одна мысль настораживала и пугала одновременно — иногда поддельные ключи могли быть сделаны куда лучше настоящих…