Опаленные души

Утро Ренаты Чендлер началось так же, как и две недели до этого – с будильника, заведенного на семь часов утра. Девочка решительно ударила по громкому устройству, села на старой кровати и вяло посмотрела в окно… неизменный смог продолжал упорно висеть за стеклом. Учитывая, что такую мелочь как солнце он совершенно игнорировал, было абсолютно непонятно день сейчас или ночь. Все, на что можно было ориентироваться, это часы. Девочка вздохнула и оглядела предоставленную ей комнату. Конечно, за две недели они немного обжились, но помещение все еще выглядело неуютным. Сероватые из-за пыли обои отклеивались от стен, на потолке виднелись желтоватые разводы, а старая (не старинная. Для гордого звания «старинной» этой мебели не хватало лоска и оттенка высокомерной гордости) кровать немилосердно скрипела. Благо хоть простыни были новыми. Они появились после вдумчивой беседы с ошалевшим от такого напора Элвином… да, иногда Рената вела себя совершенно не по-женски, но это были крайние обстоятельства. Вот только девочка начала подозревать, что в этом доме крайние обстоятельства будут возникать до обидного часто. И активно помогать в их возникновении будет «тетушка». Розмария Блэквуд являлась толстой, недовольной жизнью старухой. И недовольство жизнью было основной чертой ее характера. В первый раз Рената увидела эту женщину, когда та лежала растекшись на своем любимом кресле и смачно поедала яблочный пирог. Она просто брала куски выпечки и засовывала в рот, после чего вытирала пальцы о бесформенное серое платье и принималась за новые. Когда Рената увидела это, то на секунду онемела. И, заметившая ее Розмария, воспользовалась этой секундой, чтобы смачно рыгнуть и начать осыпать ее раздраженными визгами. Правда, ошарашенная девочка не услышала большую их часть, так как завороженно смотрела на многочисленные подбородки, колышущиеся в такт энергичному подпрыгиванию на кресле. Так и состоялось первое знакомство старшей дочери семьи Чендлер и тетушки Розмари. И это было самой эмоциональной часть их дальнейшего взаимодействия. Дальше все, что могла узреть девочка на лице тетушки, была застывшая недовольная гримаса. Эта самая гримаса исчезала с ее лица только когда женщина спала (что делала довольно часто) или ела (что делала еще чаще)… и именно поэтому Рената вставала в семь утра. Чтобы приготовить еду и на время вывести склочную тетушку из боевого состояния. Ведь если этого не сделать, то она начинала ворчливо визжать. За эти две недели Рената даже выявила самые популярные темы для ворчания, вытекавшие из самой основной – Чендлеры дармоеды, сидящие на шее старой, работающей женщины. И да, вы не ослышались… Розмария Блэквуд была не замужем и работала. Правда кем именно она работает Рената так и не поняла – все две недели тетушка только ела и спала, не выходя из дома. Не то чтобы в мир смога хотелось выйти, но даже нелюдимой Аделаиде Чендлер приходилось выходить из дома, чтобы поддерживать хоть какое-то общение с соседями. А здесь аристократ… насколько Рената слышала, межродовое общение было важной частью бытия аристократами. Но видно аристократы ее мнения не разделяли. Или разделяли, но в вопросе характера тетушки, поэтому видеть ее лично желанием не горели… Рената не могла их за это винить. Девочка тяжело вздохнула и откинула одеяло. Настала пора решительно встать и приготовить очередную порцию успокоительного для «трудящейся в поте лица» Розмари. Рената подошла к старому шкафу и открыла дверцы – ее взгляду предстало довольно печальное зрелище. На вешалках одиноко висели пять платьев. Неплохое количество для дочери младшего клерка, но совершенно неподходящее для аристократки. Особенно учитывая, что три платья из пяти были для работы по дому, а два оставшихся подходили для простой прогулки по улице, но никак не для возможного приглашения в знатный дом. Впрочем… возможно она зря переживает. Учитывая активную социальную жизнь тетушки, приглашения Чендлерам не видать. Рената мрачно оглядела свою немногочисленную одежду и взяла простое серое платье. Вскоре девушка оделась и спустилась на первый этаж, на котором располагались кухня, столовая и большая закрытая дверь. Судя по размерам двери это был бальный зал, а если обратить внимание на количество пыли на полу (Рената смогла оценить уровень запыленности, когда убиралась в доме. Судя по общей неопрятности окружения, в последний раз ее убирали во времена далекой молодости тетушки) то балов в этом особняке не проводилось очень давно. ОЧЕНЬ. А вот столовая, напротив, была весьма популярна у единственного жильца. И если в половине дома Ренате и Джорджу (он ответственно решил помочь сестре) приходилось убирать следы запустения, то на второй половине пришлось расчищать бардак, наведенный тетушкой. Рената вспомнила некоторые, особо старые залежи, и содрогнулась, после чего прошла мимо входной двери, направляясь в столовую. А потом резко остановилась… ей показалось, или? Девочка медленно обернулась и увидела, что входная дверь начала медленно открываться! Рената подобралась и нащупала зонт, стоявший в подставке. Когда дверь открылась окончательно, девочка решительно занесла зонт и… Когда незваный посетитель закрыл дверь, Рената начала опускать свое страшное оружие, но, увидев посетителя, резко затормозила. В итоге в прихожей образовалась странная композиция - Элвин пристально смотрел на зонт, нависающий над его головой. Агнесс Гостфайер смотрела на Ренату, а девочка смотрела на Элвина. В коридоре повисла тяжелая тишина… Наконец военный отмер и осторожно отошел от нависшего над ним оружия. Теперь на Ренату смотрели уже два удивленных взгляда и девушка смущенно опустила зонт. – Мы жили в опасном районе – пояснила она. Бескрайнее удивление в глазах Элвина уменьшилось… Агнесс продолжала смотреть. – Кхм… я рада приветствовать лорда и леди в этом доме. К сожалению, я не могу встретить вас как подобает из-за вашего… неожиданного визита – немного резко сказала девушка, опуская зонт в подставку. Элвин моргнул, после чего осознал. – О! Прошу прощения, это было немного… неприлично – быстро сказал аристократ - просто Розмари не слышит стука, и часто забывает о назначенных визитах. Она и бабушка знакомы уже много лет, поэтому мы отвыкли предупреждать… приношу свои извинения – покраснел военный. Рената неловко одернула домашнее платье, и взгляд Элвина стал еще более виноватым. Агнесс же была жизнерадостна и невозмутима. – Извини, моя дорогая. В следующий раз мы обязательно предупредим о своем визите… боюсь мой внук прав, и мы действительно немного отвыкли от всех этих процедур. Раздражение Ренаты не сильно уменьшилось от этих добрых слов, но она постаралась взять себя в руки. Да, у всех Чендлеров (кроме отца семейства) был непростой характер. И даже спокойную Ренату это не обошло стороной… если Элеонора просто была эмоциональна, а Джордж периодически взрывался вспышками ярости, то Рената… она очень раздражалась, когда чужие люди начинали командовать на ее территории и напрочь игнорировали манеры. Девочка не могла объяснить, почему это так ее задевает, но факт был фактом. И Гостфайеры, пришедшие в дом без приглашения и предупреждения очень ее злили… даже в среде обычных людей это было большой грубостью, а здесь аристократы. Но, в отличие от беспокойных родственников, Рената лучше умела держать себя в руках. Поэтому она глубоко вздохнула, выдохнула, после чего пригласила неожиданных гостей в столовую. Пока Рената накрывала гостям чай, в столовую стали неторопливо спускаться жители особняка. Сначала на завтрак явились Френк и Джордж, которые поселились в комнате напротив Ренаты. Увидев гостей Френк сильно удивился и покосился на дочь… ее брови были еле заметно нахмурены – очевидно, их гости явились без приглашения. Джордж тоже заметил раздражение сестры и сердито посмотрел на гостей. – Джордж, помоги мне накрыть на стол – быстро сказала Рената, пока эмоциональный мальчик не наделал лишнего. Тот перевел взгляд и наткнулся на суровые сестринские глаза… Джордж недовольно надулся и пошел расставлять тарелки. – Эм… - неловко сказал Френк, наблюдая за детьми – чем мы обязаны вашему визиту? Агнесса отвлеклась от наблюдения за Ренатой и повернулась к Френку. – О, мой дорогой, мы слышали, что вы ищете кадетское училище для вашего мальчика – доброжелательно сказала женщина. Мистер Чендлер удивленно на нее посмотрел. – О, да, я… я наводил справки, но откуда вы…? – пробормотал мужчина. Леди Гостфайер снисходительно посмотрела на рассеянного отца семейства. – Розмари мне сказала. Боюсь… на самом деле, я считала, что она объяснит вам ситуацию – сокрушенно сказала Агнесс – но немного подзабыла про ее непростой характер. Со мной она всегда очень мило себя ведет… кхм… в общем, я бы хотела прояснить вам некоторые детали о быте аристократов, которых могут не знать простые люди. И начнем мы с вашего мальчика – улыбнулась леди. Джордж замер, не донеся тарелки до стола и внимательно посмотрел на сидящую женщину. Та же продолжила говорить: – Видите ли, те места, в которые вы подавали заявления, созданы для простолюдинов. То есть для детей простолюдинов, в которых проснулся дар. Ваш сын относится к старинному роду, поэтому для него общее обучение не подойдет. Видите ли, аристократы не просто так поделены на рода и столь внимательно относятся к своим семейным древам. У каждого рода есть определенные отличия в используемой ими магии, и чем старше род, тем явственнее эти отличия – пояснила Агнес – поэтому вашего мальчика просто не примут на учебу, так как не смогут ничему его обучить. Услышав это Рената напряглась и начала буравить глазами отцовскую спину… она и так показала себя не в лучшем свете перед единственным билетом в высшее общество в виде леди Гостфайер. Не хватало усугублять впечатление своей активностью, но… вопрос с Джорджем необходимо было прояснить. Френк ощутил спиной огненный взгляд и поежился. – Но постойте. Как же нам тогда быть? – беспомощно сказал мистер Чендлер. Только теперь мужчина осознал, почему получил отказы на свои заявления. – Не беспокойтесь мой дорогой – поспешила успокоить его Агнесс – да, ситуация у вас весьма нестандартная… обычно старшие родственники учат младших контролировать свой дар, пока они не подрастут достаточно для вступления в военную академию. К сожалению, семейство Блэквудов всегда было немногочисленным и все их мужчины уже скончались. Но мы близко общались с вашим родом и знаем особенности родового огня Блэквудов. Элвин поможет маленькому Джорджу с основами… боюсь, двигаться придется очень постепенно, но это уже неплохой выход – обнадеживающе улыбнулась леди Гостфайер. Пальцы Ренаты, сжимавшие чайник, немного расслабились и она смогла подойти к столу, чтобы налить гостям чай. Элвин благодарно ей улыбнулся и взял чашку. – И какие особенности у… эм… моего огня? – спросил любопытный Джордж, несущий тарелку с печеньем. Агнесс повернулась к нему и странно задумалась. – Это довольно сложный вопрос, мой дорогой… видишь ли, хоть отличия огней явственно видны и хорошо известны, все равно бывает тяжело описать их в двух словах. К примеру… огонь рода Гостфайер полупрозрачный, требует меньше энергии для горения, а так же легко меняет свой цвет и форму. Огонь Блуфайеров напротив требует больших усилий по зажиганию, но представители этого рода обладают ужасающим контролем над огнем… он у них стабильнее, можно сказать. И это особенности рода в общем. Огонь каждого представителя имеет свои отличия и сильные стороны… если особенности очень выгодны, то обладатель огня образовывает свою побочную ветвь. Если его особенность стабилизируется, то он основывает полноценный род. В общем-то сами понятия древних родов, старых родов и новых родов пошли от степени отделения. Сейчас в Англии проживает четыре древних рода – это Рэдфайеры, Гринфайеры, Гостфайеры и Блуфайеры. Старые рода, это те, кто отделился от этих четырех… каждый из них обладает своими особенностями и специализацией. Новые рода, это те, кто отделился от старых родов. Они нестабильны и в любой момент могут влиться обратно в старый род, поэтому… - продолжила увлеченно рассказывать Агнесс. Элвин устало на нее покосился, после чего перевел взгляд на остекленевшие глаза окружающих. Им сложно было воспринять столько информации сразу… нет, разумеется Рената знала о четырех древних родах, поэтому и старалась быть максимально учтивой с лордом и леди Гостфайер. Все простолюдины слышали о Главных советниках Его Величества и о том, из каких семей они происходят. Но подобных деталей девочка не знала… – Кхм – кашлянул внук, обрывая рассказ леди Гостфайер – если проще, Джордж, то ситуация вашей семьи несколько нестандартная. Обычно, если старая семья вроде вашей оказывается в подобной ситуации, то ее берет под опеку древний род, из которого они происходят. Этот же род и обучает молодняк, ведь особенности огня у них схожи. Но в вашем случае… неизвестно, из какого вы рода – пожал плечами Элвин. – Это как? – ошалело спросил Джордж. Мальчик даже не представлял, что его путь в военные будет настолько тернистым. От разочарования, он совершенно забыл про манеры. – Забытая война – кратко пояснил мужчина. И присутствующие мгновенно его поняли. Забытая война… мировая война между аристократами, случившаяся двести лет назад. Настолько страшная, что была стерта из всех учебников истории. Никто не знал, что происходило в это адское время, но последствия были кошмарны – тотальный голод, жуткие болезни и страшные истории о чудовищах, уничтожавших целые города… эта война откатила человечество на сотню лет назад, и только недавно оно начало восстанавливаться. – Основатель вашего рода был сиротой, поэтому неизвестно, из какой семьи он произошел. А изменения, которые он перенес, сделали ваше пламя… странным. Из-за того, что очень сложно просто определить его наличие, вы были отданы под опеку нашего рода. Подобные эфемерные вещи входят в зону ответственности призрачного огня – странно усмехнулся Гостфайер. – О! -среагировал мальчик – А… что значит, сложно его определить? Элвин только беспомощно пожал плечами. – Это очень трудно объяснить. Когда начнем тренироваться поймешь – просто сказал военный. На этом Джордж понял, что разговор окончен, и вернулся к раскладыванию печенья. Агнесс благосклонно за этим наблюдала, после чего повернулась к Френку. – А теперь поговорим о ваших милых дочерях - улыбнулась Гостфайер. Рената снова напряглась. Похоже настало время выходить в люди и искать партию… нужно будет заняться проблемой с платьями и… – А именно, об их даре – спокойно продолжила женщина, резко тормозя планы Ренаты. – А? – непонимающе спросила девочка. Джордж и Френк удивленно уставились на невозмутимую леди, после чего перевели взгляд на ошарашенную Ренату. – Сестра тоже умеет управлять огнем? – с бескрайним удивлением спросил Джордж. И его удивление легко объяснялось – все знали, что аристократы умели управлять огнем… точнее, мужчины умели. Про женщин аристократов ничего не упоминалось. Да при одной мысли об Элеоноре, поджаривающей варваров черного континента, у Джорджа начинала болеть голова. Особенно, когда он представил ее в любимом платье, с зонтиком от солнца. – Нет, женщины не способны управлять пламенем – весело сказала Агнес – у нас другая особенность. Мы создаем вещи, мой милый. Те, что люди называют артефактами. Представители семьи Чендлер молча на нее смотрели. И если Джордж ощущал непередаваемое облегчение, Френк задумчиво вспоминал свою жизнь с женой, то Рената… она думала. О перспективах. – Значит это та работа, о которой говорила тетушка Розмари? – осторожно спросила девочка – она создает артефакты и продает их? Бодро хрустящая печеньем Агнесс весело кивнула. – Верно, моя дорогая. Все женщины древних и старых родов заняты на производстве этих волшебных вещиц. На самом деле… Розмари уже должна была вам рассказать, но… - тут Агнесс замялась и беспомощно пожала плечами. Все мысленно с ней согласились – что-то мне подсказывает, что она не начала учить вас ковке. Я права? – грустно спросила женщина. Рената молча кивнула, и Агнесс вздохнула. – И, скорее всего, она вас даже не проверила - печально констатировала леди Гостфайер. – Проверила? - решила уточнить Рената. – Да, моя дорогая. Проверка на силу дара. К сожалению, учитывая… эм… происхождение вашего отца – тут леди виновато покосилась на Френка – это могло сказаться на ваших способностях. Чтобы сразу прояснить, у Джорджа дар есть, мужчины могут определять подобное только взглянув. У женщин же все сложнее… куда же я это… - начала бормотать Агнесс, роясь в своем саквояже – Ах! Вот оно! – радостно воскликнула женщина, вытаскивая на свет… смутно знакомый Ренате металлический шарик. Девочка ошарашенно моргнула и присмотрела внимательнее. Да, это был он… тот же странный сиреневый цвет и ряд странных символов. Именно этот шарик мать давала маленькой Ренате и Элеоноре в детстве. – Вот, моя дорогая. Сожми его покрепче – улыбнулась Агнес, впихивая в руку девочки шарик. Та молча на него смотрела. Шарик был тяжелым и холодным… маленькая Рената видела его всего один раз в далеком детстве, но.. почему-то она хорошо запомнила этот маленький предмет. Иногда случалось так, что некоторые вещи врезались в память девочки, четко выделяясь из окружающего мира. Будто были плотнее и явственнее прочих вещей. Тот шарик был таким… как и этот. – Если у меня есть дар, то он станет легче? – внезапно спросила девочка. Леди и лорд Гостфайеры удивленно на нее посмотрели. – Верно… ты уже видела такой, моя дорогая? – спросила женщина. – Мама давала нам с сестрой подержать такой. У меня он остался тяжелым. У Элеоноры стал легче – просто сказала Рената, поднимая глаза. Как она и ожидала, на лицах Элвина и Агнесс не наблюдалось особого удивления. Впрочем… любой человек, обладающий логикой заметил бы связь – только аристократы ходили по Лондону без масок. Только Джордж и Элеонора спокойно вдыхали насыщенный углем воздух. У Джорджа был дар… мячик Элеоноры стал легче. Возможно та поездка на машине тоже была своеобразной проверкой, и сейчас леди Гостфайер просто хотела подкрепить результат. – Ничего страшного, моя дорогая – успокаивающе сказала Агнес – девушки без дара рождаются в семьях аристократов. Это происходит довольно редко, поэтому они весьма востребованы на брачном рынке… Такие девушки чисты, поэтому могут войти в новый род, помогая в закреплении интересных особенностей – ободряюще улыбнулась леди Гостфайер. Рената задумчиво на нее посмотрела и молча кивнула, протягивая женщине шарик. Возможно та хотела ее успокоить, но девочка не была глупа – может женщины, родившиеся у двух аристократов и были востребованной редкостью. Но Рената родилась у аристократки и простолюдина… что-то ей подсказывало, что в таком случае все не так просто и радужно. Если бы подобный брак давал выгоду, то аристократы не были бы так помешаны на своих семейных древах… очевидно, Рената результат «плохой селекции» и не будет востребована на брачном рынке. Со стороны леди Гостфайер было довольно жестоко давать ей ложные надежды… впрочем, госпожа Агнес и не должна сильно переживать о судьбе бесталанной девчонки. Просто Ренате не нравилась эта благожелательность женщины – если тебе плевать, то скажи прямо. Если нет, то найди силы и нормально объясни ситуацию… а фальшивая благожелательность только вводит в заблуждение. Впрочем, эту точку зрения девочки разделял только Джордж и покойная мать. Все остальные предпочитали успокаивающий обман, который они называли вежливостью… Рената никогда этого не понимала. – А теперь, думаю настало время мне встретиться с маленькой Элеонорой и объяснить ей ситуацию – бодро сказала леди Гостфайер – а потом мы проведем тесты, и я покажу ей основы ковки. Ох… я так давно не учила молодых леди. Вспоминается моя ушедшая молодость – мечтательно сказала женщина. Рената отвела от нее внимательный взгляд и машинально дотронулась до маленькой птички. Та не подавала признаки жизни и была совершенно нормальной температуры… да, возможно в тот день девочке показалось. Вот только… некоторые предметы очень четко врезались в память Ренаты - она помнила все странные символы, покрывавшие маленький шарик, могла воспроизвести в своей голове разговорное зеркало, через которое Чендлеры впервые заговорили с леди Гостфайер… некоторые вещи, из увиденных ей в городе, будто притягивали взгляд. Кто-то меньше, кто-то сильнее, но все они обладали своей странной индивидуальностью в ее голове. И самым отчетливым характером выделялась висящая на ее шее маленькая металлическая птичка.