Опаленные души

Рената задумчиво смотрела на красную дверь. Та выглядела так же, как остальные подобные двери – она состояла из какого-то металла, на ней были вырезаны руны такой сложности, что девушка даже не пыталась их прочитать, и она была закрыта. Пока что. Чендлер глубоко вздохнула и покосилась на стоящих рядом людей. Валери выглядела немного нервной, но мысленно готовой ко всему. А именно – к регенераторам, химерам, вампирам, проклятым оружейным артефактам и хищным куклам ныне мертвых Рэдфайеров. Да, Валери выглядела ОЧЕНЬ нервной. В отличие от стоявшей рядом Кэтрин Флетчер. Женщина была одета в штаны (ну конечно, во что же еще?) и старую кожаную куртку с огромным количеством карманов. На ее бедре была пристегнула кобура с артефактным пистолетом, на поясе находился ремень с еще большим количеством карманов (женщина упоминала что-то о взрывчатке и запасах пуль), а на плече висела винтовка. Флетчер источала ауру мрачной готовности и выглядела так, будто собирается на войну… Рената искренне радовалась ее подготовленности. Женщина вообще выглядела на удивление спокойной. Она довольно спокойно восприняла рассказ Ренаты о ее «удивительном» подвале (разве что заказала огромное количество выпивки), довольно спокойно спустилась в этот самый подвал и еще спокойнее среагировала, когда Рената спустилась в холл, подошла к зеленой двери Гринфайеров и, поворотом ручки, переключила ее на этаж Рэдфайеров (да, как оказалось, первая дверь могла переключаться между этажами. Просто, чтобы открыть следующий слой требовалось «разблокировать» предыдущий. Дворецкий пытался провести лекцию о слоях реальности и какой-то «квантовой физике», но Рената сбежала на первом часе лекции. Блуфайеры были безумцами). И теперь, все еще мрачно спокойная Кэтрин Флетчер стояла около Ренаты и очень спокойно смотрела на красную дверь. Чендлер могла только восхищаться ее силой духа и сочувствовать детству наедине с Вивьен. – Все готовы? – нерешительно спросила обвешанная защитными артефактами Рената. – Нет, – печально сказала Валери. – Открывай уже, – резко сказала Кэтрин. – Этот слуга попросил бы вас не дерзить молодой госпоже, – очень ласково сказал Маркус. Все присутствующие привычно его проигнорировали. Рената глубоко вздохнула и нажала на ручку. Та щелкнула и девушка приготовилась… приготовилась… – Идет восстановление атмосферы и температуры, – заботливо напомнил дворецкий. Рената приготовилась ждать несколько часов, пока система Блуфайеров не восстановит красный этаж.

***

– Нет, ты делаешь это неправильно, – проворчала Кэтрин. – Красный бьет зеленый. Валери насупилась и положила еще одну карту. – Нет, Зеленый аристократ Третьего класса все равно не бьет Красного аристократа Четвертого, – устало вздохнула Флетчер. – Почему это? – обиженно спросила Гринфайер. – Потому что это игра придумана Колитусом Рэдфайером, Судьба прости его родителей за такое имя, – терпеливо пояснила Кэтрин. – Поэтому красные карты сильнее всех остальных. – Допустим, но почему зеленые такие слабые? – зло спросила Валери. – Понятия не имею, – пожала плечами Кэтрин. – Это очень старая игра. Валери нахмурилась, положила разноцветные карты на пол и повернулась к Маркусу. Тот продолжил спокойно улыбаться и обожающе смотреть на спокойную Ренату. Впрочем, ничего удивительного в этом не было – пристально смотреть на Чендлер было его фоновым состоянием. – Гринфайеры и Рэдфайеры были конкурирующими родами наемников, – вместо него пояснила Рената, перебирая свои карты. – Поэтому постоянно принижали друг друга. Мне больше интересно, почему четыре собранных аристократа превращаются в черного аристократа? Блэки существуют только в виде набора? Почему нельзя было выделить черные карты для Блэкфайеров? – немного огорченно спросила девушка. – Ну, если представить, что этот Колитус был чем-то вроде Зака, то… Зак похож на суицидального, беспринципного идиота, но на самом деле весьма разумен и никогда не полезет на верную смерть, – спокойно пояснила Флетчер. – Возможно Колитус хотел, чтобы Рэды были самыми сильными, но не хотел огорчать кого-то, похожего на Черную Ведьму. Если бы подобная жуть на меня обиделась, я бы обмочила штаны… без вопросов, – разумно заметила Кэтрин. – Поэтому он ввел в игру понятие черного набора, который бьет все и вся. Вроде как очень уважительно, но на деле красные все еще круче, – пожала плечами женщина. Рената задумчиво сощурилась и неохотно кивнула. Это звучало весьма разумно. Девушка опустила голову и посмотрела на свои карты... у Кэтрин оказался с собой неожиданно красивый и детализированный набор в Дворянскую Игру. Даже одежда аристократов была цветной, а при совмещении четырех карт разных цветов создавалось впечатление, что одежда карты черна как смоль. Дворянская игра была старинной забавой аристократических семей и теперь Кэтрин активно учила ей необразованную Ренату и ранее не увлекавшуюся подобным Валери (похоже эта игра была популярна среди жителей Ист Энда). Это помогало им коротать время, особенно учитывая сколько правил было в этой «простой» игре. Самой слабой считалась карта простолюдина. Ее могла побить любая цветная… но простолюдины были нужны для набора колоды. Чем больше простолюдинов, тем больше аристократов ты можешь набрать. Эти же аристократы защищали простолюдина – если простолюдин умирал, то нужно было сбросить часть аристократов. Потом шла фиолетовая карта, синяя карта, зеленая карта и красная карта. Каждая следующая на ранг выше предыдущей. Но, на самом деле, с силами карт все было не так просто – многое зависело от набора и цвета карты. Обычно добавление Гостов в набор ослабляло все остальные цвета, а присутствие Рэдов усиливало. Но если у тебя в наборе нет ни одного Госта, то ты уязвим для Госта противника, а слишком большое количество Рэдов в колоде начинало ее ослаблять. Так же у карт были ранги – Безродный, Ученик и Аристократ с четвертого класса по первый. Дальше шел Наследник и Глава рода. Женские карты были на класс ниже мужских – Глава Рода бьет Главу Дома, но Глава Дома бьет Наследника. Если же ты собирал женскую и мужскую карту одного дома, то они взаимно усиливались на два ранга. Самым сильным набором в игре считался совместный набор Черного Главы Рода и Черной Главы Дома. Если эти два набора собирались в одной колоде, то игроки могли сразу закончить игру. Правда это был настолько редкий расклад, что его набор считался жульничеством. В общем и целом, за годы существования Дворянская Игра стала крайне сложной и затейливой. Скорее всего, ее изначальный создатель совсем не ожидал, что простое баловство в карты станет подобным чудовищем. Каждый род годами добавлял к ней свои правила и самые популярные прижились в народе. На данный момент у Ренаты был запас простолюдинов из восьми человек, Зеленая Глава и шесть зеленых аристократок Первого класса. Двух аристократок она отложила на атаку противника, а остальных оставила в руке. С таким набором, девушка могла даже не надеяться собрать Черную Главу… ей не хватало троих Домов. Рената вздохнула и потянулась к колоде. Ее рука схватила карту, и она вытянула… Красного Ученика. Девушка грустно поникла… Красные карты вступали в конфликт с Зелеными, к тому же Ученик был сам по себе слаб. – Не огорчайся, – подбодрила ее Кэтрин. – Если следующая Красная карта будет высокой, то спустя пять ходов ученик станет картой того же ранга. Представляете, два Красных Главы, – весело ухмыльнулась Флетчер. – В Дворянской игре нет слабых карт… и да, я говорю тебе, Валери, – погрозила пальцем женщина. – прибереги Зеленые карты для защиты своих простолюдинов или низких аристократов. Зеленые поднимают свой ранг в защите, а Красные в атаке. – Почему эта игра такая сложная? – жалобно спросила Валери. – И какой смысл в том, что все видят мои карты? Карты были устроены таким образом, что были двусторонними – то есть все знали, что у тебя в руке. Обычно прикрытие карт не допускалось… не считая определенных случаев. – Ну а как я узнаю, что ты не обманываешь с набором? – весело спросила Кэтрин. – Но ты свои карты закрыла, – пожаловалась Валери. – Ну, у меня есть Наследник Гостов. Могу себе позволить закрыть пять карт, – ухмыльнулась Кэтрин. И да, в данный момент часть ее карт была «закрыта». Для этого Флетчер использовала кусок пергамента с фиолетовым рисунком… несколькими минутами ранее, Кэтрин с большой любовью вытащила его из коробочки для карт. – Тогда как я узнаю, что ты не обманываешь? – прищурилась Валери. – В этом, моя дорогая, и прелесть Госта в колоде, – почти пропела Кэтрин. – В том, что ты не знаешь~ Очевидно, женщина прекрасно проводила время. Это было уже пятая игра и в каждой красноволосая выходила победителем. Валери сердито насупилась и вытащила очередную карту. Кэтрин хищно оскалилась и… Щелк Двустворчатая красная дверь слегка отворилась. – Ну наконец-то, – сердито сказала Валери, быстро бросая карты и поднимаясь с каменного пола. Рената же с облегчением собрала свой набор и аккуратно положила красного ученика сверху. После чего протянула его грустной Флетчер. – А может доиграем? – жалобно спросила Кэтрин. – Нет, – хором сказали жертвы профессионального картежника. Флетчер печально насупилась и начала грустно собирать свои бесценные карты. Вскоре женщина бережно их упаковала и засунула в глубины своей потрепанной куртки. Ренате казалось, что эта маленькая колода самое оберегаемое имущество красноволосой. Вскоре все присутствующие собрались, Чендлер подошла к двери и осторожно ее приоткрыла. После зеленого этажа, девушка была готова ко всему. Возможно на той стороне текла лава, или шли вечные взрывы… или это был мир бесконечных вечеринок. Как оказалось, Рэды были не настолько придирчивы к жилью. Ренату встретил… коридор. Самый обычный коридор. Он был довольно широким и плавно уходил вдаль. Пол состоял из лакированного красного дерева, а стены были оббиты бархатными красными обоями с потускневшим золотым рисунком. На стенах горели артефактные светильники, чье пламя зажглось как только Рената открыла дверь, а воздух был затхлым и холодным. Стоящая рядом Кэтрин присвистнула. – А мои предки неплохо устроились, – уважительно заметила женщина, осматривая дорогие обои. – Шикарный вид. Ее правая рука опустилась к бедру, почти дотрагиваясь до револьвера. Казалось, женщина готова выхватить его в любую секунду. Уши Валери опустились, а тело напружинилось… женщина изо всех сил всматривалась во тьму коридора, пытаясь вычислить возможную опасность. Рената нервно сглотнула. Коридор был широким, но учитывая обстоятельства, казался очень тесным. Девушке казалось, что его стены давят на нее со всех сторон. Ее руки мелко тряслись, но Чендлер старалась оставаться спокойной. Этот темный коридор был гораздо страшнее, чем темный лес или иссохшая пустошь. Проклятье, Изабелла, почему Рэды решили жить в такой жутком месте? И зачем ты им потворствовала?! Теперь твоему потомку очень страшно! – Маркус, иди вперед, – наконец отдала приказ девушка. Кукла радостно поклонилась и двинулась в путь. Рената проводила его подозрительным взглядом… дворецкий уверенно шел вдаль. И, очевидно, его ничто не атаковало. Плечи девушки немного расслабились, и она шагнула… ее мягко оттолкнули и вперед вышла мелко трясущаяся Валери. Рената проводила глазами ее испугано сгорбленную спину и покосилась на спокойно стоящую рядом Кэтрин. Та недоуменно на нее посмотрела, после чего махнула рукой. – После вас, госпожа, – очень уважительно сказала красноволосая. – Я доблестно защищу вашу спину, – с легким налетом иронии поведала Флетчер. – Ты вообще Рэдфайер? – еле слышно пробормотала Рената, после чего медленно пошла в жуткую полутьму коридора. – Я ребенок, выживший рядом с Вивьен, – тонко подметила Флетчер. – Моя жажда опасности максимально насыщена с детства, госпожа, – пояснила Кэтрин. Чендлер хмыкнула и продолжила идти за испуганной Валери. Рената до сих пор не понимала, как Вольф отпустил свою старшую сестру на это опасное мероприятие… возможно, он даже не знал. Да, скорее всего он не знал. Некоторые привычки очень тяжело изжить. Внезапно, взгляд Ренаты зацепился за что-то странное. Девушка остановилась, вызвав напряженный взгляд у идущей рядом Кэтрин. Чендлер повернулась и заметила маленькую, еле заметную линию на части обоев. Она подошла ближе, благодаря чему смогла различить другие линии... это была заплатка? Ну, Рэдфайеры были источниками хаоса и разрушений. Неудивительно, что они умудрились повредить обои. Более странно, что кто-то попытался их починить. Да еще и таким примитивным образом. – Госпожа? – недоуменно спросила Флетчер. – Ничего важного, – отмахнулась Рената и продолжила идти вперед. Вскоре, трое женщин и один предмет дошли до конца коридора и вышли в большой круглый зал. Они находились на самом верхнем этаже этого… комплекса, состоявшего из ряда уровней с бесконечным рядом дверей. Между уровнями виднелись лестницы, а в самом низу располагался ряд столов и стульев, за которыми, похоже, ели. Все выглядело на удивление чистым и неповрежденным… а так же очень пустым. Никаких тел, никаких монстров и немертвых. Даже мебель была совершенно целой и стояла аккуратными рядами, будто дожидаясь своих владельцев. Будто эти владельцы временно ушли и скоро вернуться. Все присутствующие окинули это впечатляющее зрелище взглядом и повернулись к бодрому Маркусу. – Рэдфайеры предпочитали жить кланами, поэтому красный этаж спроектирован так, чтобы они могли легко общаться и собираться вместе, – гордо заметила кукла. – Рэдфайеры многочисленны и плохо переносят одиночество, – снисходительно сказал дворецкий. У него была интонация прилежного фермера, что описывал постройку загона и уход за своими дорогими питомцами. Валери и Рената молча повернулись к Кэтрин, будто ища подтверждения этих слов у самого «питомца». – Откуда мне знать, – огрызнулась Флетчер. – Я кроме тети и психованной мамы Зака женщин-Рэдфайеров больше не видела, – с каким-то непонятным напряжением в голосе сказала красноволосая. Валери и Рената молча отвернулись, после чего снова посмотрели вниз. Дверей было… много. – Итак… где выход? – тихо спросила Чендлер. – Этот слуга не может сказать, – бодро заявил Маркус. Рената отмахнулась от него, как от мухи и продолжила думать. – А нам не плевать на выход? – спросила Кэтрин. – Нам же артефакт нужен. Чендлер моргнула, после чего осознала, что Флетчер… совершенно права. За время, проведенное на Зеленом этаже, девушка привыкла к задаче поиска дверей. Это было необходимо для того, чтобы выбраться. Но именно сейчас ей не нужно искать дверь… конечно, «официально» они ищут пропавших детей, поэтому им придется спуститься. Но именно сейчас король жаждал оружия. И так как девушка солгала на допросе про то, что Клык был единственным артефактом (она хотела потянуть время до следующего вассала и совершенно не жаждала приближаться к пустым куклам, одержимым артефактами), то ей придется искать артефакт здесь. Стой… почему бы ей не солгать, что здесь тоже ничего нет? Нет. Рената поморщилась и потерла виски. Нет. Слишком опасно. Терпение короля не безгранично, и он известен своим трудным характером. Она должна найти артефакт и принести его наверх. Как золотое зерно и клык. Рената обязана отнести их наверх. Ненавижу, ненавижу, ненавижу, их всех. Они должны страдать. Виски девушки прострелила новая искра боли, и Чендлер поморщилась сильнее. Уже привычная, тяжелая ненависть на грани ее разума на секунду стала сильнее, но вскоре успокоилась. Девушка устало вздохнула… с течением лет Чендлер научилась контролировать эти чувства, и они почти не мешали в обычной жизни. Они никак не влияли на ее разум. У нее все под контролем. Только иногда, когда девушка думала о… о чем-то, это внезапно усиливалось. Поэтому ей нужно перестать думать и сосредоточится на настоящем. Как обычно. – Ты права, Кэтрин. Нам просто нужно найти артефакт и отнести его наверх, – устало сказала Чендлер, продолжая массировать висок. – Ну, тогда… у нас здесь большой выбор, – махнула рукой женщина. Валери и Рената с тоской посмотрели на бесконечные ряды дверей. День обещал быть долгим и очень нервным.

***

Рената с печально смотрела на шестую по счету дверь. Та была такой же, как все остальные – из дорогого красного дерева (где Изабелла брала ресурсы на все это?!) и красивой табличкой наверху. Да… таблички. И их «великолепные» надписи. К примеру эта. Комната Владыки Плети. Глаз Чендлер слегка дернулся. Все надписи на дверях были максимально идиотскими и ничего не говорящими о владельце помещения. Казалось кто-то просто взял случайные фразы и поместил их на двери. Рената начала подозревать, что Рэдфайеры сделали это специально… все во имя сношения мозгов окружающих. Возможно Вивьен все-таки образец нормального Рэдфайера. Правда, тогда странно, что вариации Вивьен не кишат по всему Лондону. Может они живут в какой-то отдельной зоне? Маркус сказал, что Рэды жили общинами… В голове Ренаты невольно возник образ кучи радостных Вивьен, оживленно делящихся опытом, по выеданию мозгов окружающих. Рядом с ними стояли заинтересованные вариации древних Рэдфайеров во главе с ржущей Скарлетт… а где-то на заднем плане бегали возбужденные Свенсоны. Чендлер передернуло, и девушка решила мудро не думать об этом. НИКОГДА. Сами же комнаты различались от хозяина к хозяину – предыдущая имела два широких окна, которые имитировали вид на зеленое поле, широкий верстак с частями металла и каких-то камней, а так же две книжные полки и широкую кровать. Никаких чудовищ, немертвых и трупов Рэдфайеров, превращенных в куклы. Казалось владелец комнаты (Молотоборец это не тот, кто борется против молота – гласила «философская» надпись на табличке) просто ушел. Все выглядело убранным и чистым – даже пыли не было. Это разительно отличалось от разрухи на Зеленом этаже… может в этом слое был какой-то артефакт чистоты? Хотя зачем Рэдам чистота? Они не казались приверженцами гигиены. Кэтрин Флетчер, тем временем, заинтересовано осмотрела полную величия надпись и махнула рукой Маркусу. Самый живучий из них невозмутимо подошел к двери и так же невозмутимо ее открыл. Все невольно напряглись и… ничего. Уже седьмой раз подряд. Плечи Ренаты расслабились, но в душе нарастала нервозность. Они прошли уже шесть комнат и ни в одной не было артефактов… это было странно. Разве Рэдфайеры не специалисты по созданию оружия? Рената видела верстаки, материалы и справочники по ковке… где же результаты? Или ушедшие забрали их с собой? Может быть… только Гринфайеры закончили такой печальной смертью? – Б#$! – внезапно донеслось спереди. Чендлер вздрогнула и заметила, что остальные уже прошли в комнату. – Не подходи к ней! – крикнула Валери. Рената испугано вбежала в помещение и заметила двух женщин. Бледная Кэтрин стояла у стены, сжимая в руках пистолет, а перед ней застыла Валери, закрывая ее своим телом. Обе аристократки не сводили глаз с кровати в центре комнаты… на которой умиротворенно лежала красивая красноволосая женщина. На ее лице было выражение покоя, а руки аккуратно сложены на груди. Казалось, она просто спит. Чендлер замерла. – Леди Банти Рэдвип, – спокойно представил стоящий у кровати Маркус. – Наследница рода, известного мастерством изготовления и использования хлыстов. Рената сфокусировала взгляд и… ничего. Никаких артефактов и никакого ядра. На кровати лежало тело, превращенное в пустую куклу. И все. Это не имело никакого смысла. Пустые куклы требовали внимания управляющего, а без него являлись просто вещами. Зачем Изабелле увеличивать количество управляемых тел? Слуг особняка уже было более чем достаточно. Конечно, Гринфайеры немного отличались – похоже их телами управляли проклятые артефакты (Эта мысль до сих пор вгоняла Ренату в дрожь). Но здесь не было проклятых артефактов… просто тело, оставленное на кровати. Получается, Изабелла превратила эту Банти в куклу, управляла ей, после чего заботливо уложила на кровать, сложила руки на груди и отпустила контроль? Почему-то… это звучало неправильно. Все это казалось неправильным. Весь этот слой был очень странным и нелогичным. Чендлер не отпускало нервное ощущение, что она упускает какую-то важную деталь. И пока Рената мучительно размышляла о дебрях мышления своего предка, волчье ухо Валери нервно дернулось. Голова Гринфайер медленно повернулась к открытой двери, а глаза панически сузились. Кэтрин подозрительно на нее покосилась, после чего навела пистолет на дверь. Валери же тяжело сглотнула и очень тихо сказала. – Госпожа. Рената моргнула и отвлеклась от разглядывания тела. – Валери? – непонимающе спросила девушка. – Госпожа там… мне кажется… я слышала чьи-то шаги, – прошептала Гринфайер.