Опаленные души

Рената стояла около на удивление бедного на интересные книги шкафа и молча наблюдала на полностью морально и физически опустошенным ценным вассалом. Морально и физически опустошенный вассал пустым взглядом пялился в стену. Молчание затягивалось и грозило стать крайне неуютным, но Рената искренне не находила в себе сил его прервать. – Итак, – внезапно хрипло произнесла мисс Анна. – Где мы? Рената ошарашенно моргнула и пристально осмотрела своего ценного вассала. Та продолжала выглядеть как несвежий мертвец, готовый рассыпаться от любого неверного прикосновения. И да, ее мертвый взгляд все еще сверлил стену. – В особняке Черной Ведьмы, – медленно произнесла Рената, готовясь к новому эмоциональному взрыву. Мисс Анна слегка нахмурилась, и в ее глазах зажглась призрачная искра жизни. – Это слишком простой ответ, – медленно произнесла она. – Я бы сказала, что мы находимся в структурированной пространственной аномалии, представляющей собой группу связанных при помощи дверей комнат, чье местоположение меняется в определенном порядке. Сам порядок мне определить пока не удалось, но в этих переключениях определенно присутствует какая-то система, – ровно произнесла женщина. – В артефактах Блуфайеров всегда есть система. Она необходима, для стабильности чертежа, – констатировала мисс Анна, туманным взглядом уставившись в никуда. – Ясно, – смиренно согласилась Рената. На этом, в комнате снова повисла тяжелая тишина. Мисс Анна медленно моргнула и перевела на Ренату туманный и очень усталый взгляд. – Когда-то давно, – внезапно произнесла мисс Анна, – Вы сказали мне, что Алисия Блуфайер… в каком-то смысле жива, – медленно сказала женщина. – Что вы имели ввиду? – тихо спросила она. – Когда-то давно? – машинально отметила Чендлер, после чего мудро решила пока не лезть в эту тему, опасаясь вызвать в особо нервном слуге новый нервный срыв. – Ну… все дело в том, – осторожно сказала девушка. – Что… в этом доме есть проклятые артефакты, – медленно подбирая слова сообщила Рената. – И… возможно вы не знали, но проклятые артефакты, это на самом деле… ядра женщин, что их создали, – быстро произнесла девушка, ожидая чего угодно от психически нестабильного вассала. – Я знаю, – кратко и мертвенно спокойно сообщил «психически нестабильный вассал». – А, – немного разочарованно среагировала Рената. – Эм… в общем… здесь их много, – выбросила новую пугающую новость девушка. – Они могут находиться в любой комнате, – немного предостерегающе сообщила она, смутно осознавая, что нечто подобное полезно было бы сказать заранее. А не тогда, когда ее ценный вассал возник в одной из комнат в виде очень много чего пережившего человека. – Я поняла, – лаконично сообщил много чего переживший человек. Рената неловко отвела глаза, после чего мысленно собралась с силами. – В общем… Изабелла… эм… Черная Ведьма могла превращать тела людей в… куклы? – неуверенно продолжила девушка. – И артефакты с душами этих кукол могут занимать их и действовать как… самостоятельные люди? – попыталась объяснить Чендлер всю сложность их возможной ситуации. И вот тут, наконец-то, ее безэмоциональный вассал показал свою первую реакцию – она резко повернула голову и уставилась на Ренату пораженным, пристальным взглядом. По какой-то загадочной причине, девушка ощутила себя немного гордой. После чего осознала, что гордится ужасностью своего существования и немедленно прекратила это нездоровое дело. – Куклы, – медленно произнесла мисс Анна, – Как… ваши слуги? – отстраненно произнесла она, будто вспоминая что-то очень далекое. – Да, – кратко ответила девушка. – Только в случае тел ведьм, в них нет ядер. Ядра в артефактах, – кратко пояснила Рената. – Ядра… – медленно произнесла мисс Анна, тщательно что-то обдумывая. – Ядра в артефактах, но могут получить кукольные тела… – на этой фразе женщина закрыла рот и ненадолго замолчала. После чего ее взгляд снова сконцентрировался на Ренате. И теперь он выглядел куда более живым. – Вы думаете, что… Алисия это артефакт в кукольном теле, – констатировала женщина. – Да, – кратко подтвердила девушка. – Это единственный мне известный способ провести в этом особняке двести лет, оставаясь… относительно живым, – кратко пояснила Чендлер. Мисс Анна слегка нахмурилась, после чего машинально повернула голову в сторону подозрительно похожего на тело куля, лежащего на кушетке. После чего в ее пустых, слегка мертвых глазах впервые за все время нахождения в этой комнате мелькнула тусклая искра жизни. Женщина глубоко вздохнула, после чего аккуратно отвязала покоящиеся на руке карманные часы и положила их рядом с кулем. А потом женщина подобрала под себя слегка дрожащие ноги и осторожно встала с пыльного пола. – Знаете, миледи Рената, – медленно произнесла мисс Анна. – В религиозных книгах Судьбы часто упоминается «перерождение», – задумчиво констатировала женщина, слегка опираясь рукой о подлокотник кушетки. – Считается, что, когда человек умирает, его ядро покидает тело и уходит в высшие сферы, которые недоступны даже Вечным Путникам. Там, душа человека очищается от своего прошлого и готовится к переходу в новое, ждущее его тело. И я полагаю… что когда ядро ведьмы переходит в артефакт… в нашем случае, когда ядро вообще не повреждено и сохраняет стабильность, то оно воспринимает этот переход, как странную, искаженную форму перерождения, – тут мисс Анна на секунду замолчала и тяжело сглотнула. – В книгах Рока повествуется о самых разных мирах, которые он посещал. В одном из них он встретил расу так называемых големов, или разумных камней… кремниевые формы жизни. И у этих созданий тоже были ядра, ничем не отличающиеся от наших. Я… я имею ввиду… – ощутимо охрипшим голосом произнесла женщина. – Я… – Вы имеете ввиду, – медленно произнесла Рената. – Что ядро может считать предмет… еще одной формой тела? – осторожно спросила девушка. Мисс Анна устало кивнула. – Да… но тут есть одна проблема, – тихо произнесла женщина. – Душе требуются определенные «критерии жизни», чтобы считать тело пригодным для себя. Иначе зачем вообще душам живые тела, когда они могут просто… оседать в мире? Нет… для стабильности душе необходимо тело, которое может служить проводником между ним и миром, – хрипло сказала Блуфайер. – «Тело» это крайне сложная и хрупкая структура, функция которой заключается в том, чтобы вбирать энергию мира и переносить ее к душе. И если насильно запихнуть душу в нечто, не являющееся телом… – мисс Анна еле заметно поморщилась. – Душа будет в очень плохой «форме». Во-первых, такая конструкция не сможет вбирать «сырую» духовную энергию из мира, ведь у ее нового вместилища нет нужных инструментов для ее переработки. Душе придется как-то пожирать уже «переваренную» кем-то другим энергию. Это и является самой опасной частью «проклятого артефакта» для окружающих его людей, – сухо произнесла женщина. – Во-вторых, «сознание» души будет в крайне плохом состоянии, ведь она не проходила через высшие сферы, поэтому не была должным образом очищена от своего прошлого вместилища. А именно, его духовных каналов, – кратко пояснила Анна, поднимая руку и шевеля ей в воздухе. – Духовные каналы человеческого ядра приспособлены к человеческим конечностям, органам чувств и мыслям. И душа, оказавшаяся в предмете, будет находиться в духовном аналоге психического срыва, так как будет постоянно искать эти недостающие части сосуда и, разумеется, не находить их. И в-третьих, как я уже говорила, перемещенные в предметы ядра не проходили через высшие сферы, поэтому у них остаются «связи», которые они имели в человеческих телах. Сохранить память при перемещении души невозможно, так как вся память храниться в мозге человека. Но связи… связи связаны с душой, – странно грустно произнесла Блуфайер. – Проклятый артефакт не будет «помнить» о своей человеческой жизни, но если его эмоции к определенным людям, вещам или событиям были достаточно сильны, то они останутся и в новом вместилище. К примеру, любовь к закатам, ненависть к определенному человеку или страх перед каким-то местом. Чем сильнее эмоции, что человек испытывал перед этими вещами, тем явственнее они будут проступать у артефакта. Это, в свою очередь, вызовет определенную степень сохранения «личности» души и поможет ей достаточно стабилизироваться, – медленно произнесла Блуфайер, машинально поглаживая лежащий на кушетке кулек. – О… – только и сказала Рената. Это… многое объясняло. Иметь рядом умного и эрудированного человека было крайне удобно! Рената, в очередной раз, твердо решила постараться сохранить мисс Анне жизнь. Что-то говорило девушке, что эта женщина может сделать ее непростое существование гораздо проще. Может… может она даже поймет, как Изабелла насылает на девушку кошмары, и сможет заблокировать это? Сердце Ренаты замерло, после чего начало биться с ускоренной силой. В этот момент внезапного откровения, усталый, немного шатающийся силуэт стоящей напротив женщины озарился в глазах Ренаты неземным, небесным светом. Если мисс Анна сможет… если она сможет… В этот момент нервные, и немного испуганные из-за внезапной покинутости глаза девушки потемнели и приобрели стальной, полный мрачной решимости блеск. Рената уже не боялась ни этого дома, ни отсутствия своих верных телохранителей, ни возможного уничтожения Англии в случае неудачи. Одна мысль, что стоящая напротив гениальная Блуфайер имеет хоть шанс подарить Ренате стабильный ночной сон отрезала все остальные мысли девушки. В этот момент Рената Чендлер временно отошла на задний план, и на ее место выплыла Наследница Черной Ведьмы, Рената Блэкфайер. И Рената Блэкфайер была твердо настроена получить свой полноценный ночной сон несмотря ни на что. – Я не знаю как, но найденный мной артефакт, – тем временем продолжила мисс Анна. – Каким-то образом вобрал в себя душу целиком. Она полностью цельная и совершенно не повреждена, что делает ее гораздо стабильнее, чем другие проклятые артефакты, – немного устало произнесла женщина. – Хотя… ее существование все еще неполноценно, и она страдает. Но если вы говорите, что Черная Ведьма могла дать артефактам те же тела, что и у ваших слуг… это могло… сделать их существование почти полноценным, – с легким, нерешительным налетом надежды сказала Блуфайер. – Конечно, они все еще будут нуждаться в «готовой» духовной энергии, но в гораздо меньших объемах. И это позволит решить проблему с отсутствием тела. Я думаю… думаю это почти как полноценное «перерождение». Если дать им тела, в которых души могут полноценно существовать, то они не будут страдать. Это… это мысль, которую мне следует тщательно обдумать, – слегка нахмурилась мисс Анна, продолжая смотреть на лежащий рядом куль. В ее глазах светилась холодная, в чем-то жестокая сосредоточенность. Похожее, но более темное и живое выражение в точности отражалось в глазах собравшейся Ренаты Блэкфайер. Девушка как-то отстраненно отметила, что известные ей проклятые артефакты производства Изабеллы предпочитали использовать тела людей как сосуды для своего существования. Раньше девушка думала, что они делают это из-за определенных преимуществ в маскировке и пользы от полного контроля своей жертвы, но теперь Рената ощутила, что в этом был более важный для артефактов смысл. Интересно, как во все это вписываются огненные демоны? Известные девушке демоны предпочитали звероподобные или человеческие формы. Возможно их причины были схожими? Им так просто было удобнее существовать? И как демоны могут существовать без «жертв»? Насколько девушке известно, демоны существовали сами по себе и совершенно не зависели от каких-то жалких мясных мешков. Девушка нахмурилась, после чего внезапно осознала, что ей не требуется думать об этом в одиночестве. У нее же рядом стоит ученый рода Блуфайер, специализирующийся на душах! – Мисс Анна, – оживленно сказала Рената, глядя на слегка ожившую женщину. – Вы сказали, что души без тел не могут «питаться» мировой энергией. Но как же огненные демоны? – любопытно спросила заинтригованная девушка. – Я видела нескольких из них. Они… как сгустки огня в человеческой или животной форме, внутри которых находятся ядра. И они могут вбирать огонь окружающего мира без тела. Как они это делают? – спросила сгорающая от любопытства Рената. Блуфайер медленно моргнула и оторвала взгляд от лежащего на кушетке куля, которое Рената уже начала мысленно называть телом. – Я… никогда не видела никого из них лично, – медленно ответила Анна. – Но… я читала об этом. В особняке… после того как Алис… – тут голос женщины дрогнул, и она на секунду замолчала. – Мужчины-аристократы, – наконец сказала Блуфайер. – Могут впитывать энергию мира и преобразовывать ее при помощи своего ядра. Поэтому, даже когда от них осталось только одно ядро, они все еще способны поддерживать свое существование в этом мире даже без тела. Мы, женщины, другие. Наша способность преобразовывать вещи исходит от нашей внутренней, уже «преобразованной» духовной энергии. Наше отличие от простолюдинов связано с тем, что мы не отдаем эту энергию сразу в ядро, а можем накапливать для дальнейшего использования в одном из его слоев, после чего управлять этой энергией. И чем сильнее женщина, тем больше энергии она может накопить. Поэтому, когда мы истощаем свои силы на создание или использование артефактов, нам требуется время, чтобы «переварить» новую порцию, – слегка отстраненно, будто зачитывая некую лекцию пояснила Анна. – Служители Судьбы полагают, что наше ядро выработало это специально, чтобы обеспечить полную безопасность формирующегося плода. Если внешняя энергия мира может осквернить и свести с ума полностью сформированного половозрелого мужчину, страшно представить, что она сотворит с эмбрионом, – на этих словах Анна запнулась и вернулась к теме беседы. – В общем, огненным демонам не нужен сосуд. Я полагаю, что при помощи своих сил они «имитируют» тело и обманывают душу, заставляя ее «думать», что она еще жива. Что-то подобное делала Карлин, – еле слышно пробормотала женщина. – Но подобный трюк невозможно поддерживать слишком долго. Даже при условии, что огненный демон имеет бесконечный доступ к мировой энергии, у него больше нет тела, чтобы защищать душу от внешнего загрязнения. А демон, являясь огромным, разрушительным сгустком огня, сам по себе большой источник боли, разрушения и смертей. По итогу, выходит порочный замкнутый круг. Демон будет впитывать из мира всю боль, насилие, злобу и ненависть, просеивая ее прямо через свое ядро. В процессе, его будет охватывать все большее безумие, ненависть и жажда разрушения, толкая его на убийство людей и сжигание городов, еще больше усиливая окружающее загрязнение. В конце концов, душа просто не выдержит всех этих деструктивных эмоций и разрушится, оставляя от себя только самую основу. И тогда никакая имитация тела больше не удержит ядро здесь. Оно уйдет в высшие сферы и демон рассеется, – задумчиво произнесла мисс Анна. В небольшой комнате повисла недолгая тишина. – Вы гораздо… гораздо лучше Маркуса, – наконец произнесла Рената. Эта женщина даже немного пугала. Но и вызывала восхищение. Анна моргнула и непонимающе посмотрела в сторону Ренаты. После чего будто вспомнила, где именно она находится и кому читает внезапную, внеплановую лекцию. Мисс Анна неловко кашлянула, после чего внимательно осмотрела небольшую гостиную, в которой они находились, будто увидев ее впервые. После чего глаза женщины внезапно расширились, и она резко повернулась к стоящей рядом Ренате. – Что значит, вы видели нескольких огненных демонов?! – громко разнеслось по небольшой, слегка пыльной комнате.

***

– И вот так мы оказались здесь, – спокойно произнесла Наследница Черной Ведьмы, с леденящим хладнокровием завершая пересказ очень краткой, но крайне насыщенной версии своей очень непростой жизни. Анна продолжила молча стоять и пустым взглядом пялиться на книжный шкаф. – Мисс Анна, – осторожно спросила девушка с хронической бессонницей и стальными нервами. – Вы в порядке? – заботливо спросила наследница Черной Ведьмы. Блуфайер медленно моргнула и с печальной отстраненностью отметила, что восприняла весь этот ужасающий, полный монстров, «чудес» и проклятых артефактов рассказ далеко не так эмоционально, как следовало. Возможно, из-за ее полного монстров, «чудес» и проклятых артефактов опыта. – Да, – спокойно ответила женщина, сортируя в своей голове всю только что сообщенную ей информацию. – Просто обдумывала наши обстоятельства… значит, если мы не починим это Ядро, то Европе конец? – с удивившим даже ее саму уровнем невозмутимости спросила Анна. – Да, – с глухим, равнодушным смирением заявила очень много чего пережившая наследница Черной Ведьмы. Анна медленно кивнула своим мыслям, после чего решила уточнить один маленький, почти несущественный вопрос. – И сколько у нас осталось времени? – с легкой нотой интереса спросила Блуфайер. Рената Чендлер задумчиво прищурилась, после чего уверенно кивнула своим мыслям. – Полагаю, часа четыре, – мертвенно спокойно сообщила девушка. После чего заметила очень выразительный взгляд Анны, и отвела глаза в сторону. – Столько всего происходило, что я… немного забыла об этом, – немного виновато сказала наследница Черной Ведьмы. – Просто я очень давно не оставалась одна. А потом была та ваша копия, и я решила, что вы умерли, и начала еще больше переживать, а потом я встретила вас, и вы были… не в себе, так что… я была отвлечена, – виновато пожала плечами Чендлер. Анна только тяжело вздохнула, потерла все еще немного трясущиеся от «возврата» в ее тело руки и уверенно кивнула сама себе. Учитывая все, сказанное ранее, у женщины появился план. Наметки плана. Но это было уже что-то. И если она права насчет той «копии», о которой говорила леди Рената… у них есть хоть какой-то шанс выбраться отсюда. Анна окинула комнату долгим, пристальным взглядом и представила в своей голове аккуратный, многогранный куб. В чем-то он походил на игрушку-головоломку Кубик-Рубика, только в нем было больше одного ряда, а перемещаемые блоки могли быть разных форм и размеров. Это была сложная, многоступенчатая и крайне замысловатая, но стабильная за счет аккуратности прилегания каждой отдельной части структура. Каждый блок идеально встраивался в общую схему и поддерживал соседние блоки, обеспечивая полную стабильность этого, казалось бы, хрупкого и состоящего из множества разносортных кусочков пространства. Именно так ей представлялась работа чего-то столь впечатляющего, как это место. У Анны начинала болеть голова от одних мыслей о том, сколько же расчетов, схем и материалов могло потребовать нечто подобное. Каждая комната была отдельным пространством со своими размерами, наполнением и средой. Каждая комната могла связываться с любой другой, не нарушая общей стабильности структуры чего-то, что сама Анна представляла, как некий Куб. При этом, задержки между «перетасовкой комнат» не было, разницы давления, кислорода, температур между комнатами так же не наблюдалось, хотя разное количество живых существ, пространства и предметов в комнатах должно было вызывать эту разницу. Это место… этот Куб Пространства… это было совершенство. Это был шедевр великого гения Рода Блуфайер. Творение Алисии Блуфайер. Глаза Анны снова затуманились, и она резко вздохнула. Сейчас было не время расклеиваться. Если… если существовал хоть какой-то шанс, что Алисия… и даже если она… судя по тому, что видела и узнала Анна… Блуфайер резко выдохнула, резким движением вытерла слезы и сосредоточилась на настоящем. – У меня есть план, – холодно сказала Анна. – Да? – удивленно спросила стоящая рядом Рената. Женщина повернулась к ожидающей ее слов девушке и посмотрела на нее холодным, полным стальной решимости взглядом. – Это место идеальная головоломка, – спокойно констатировала Анна. – Но в любой структуре подобной сложности есть система… это место подчиняется определенным закономерностям, которые оно не может нарушить. И если мы рассчитаем эти закономерности, то сможем открыть нужную дверь и попасть в центр этого места, – холодно сказала женщина. Леди Рената недоуменно моргнула, после чего задумчиво нахмурилась. – Вы считаете, что здесь есть центр? – задумчиво спросила девушка. – Конечно, – спокойно сказала Анна. – Пространственным артефактам всегда необходим якорь. Определенная точка, к которой крепятся все остальные системы координат, – Анна не стала упоминать, что обычно в подобных артефактах используется только две, строго фиксированные друг к другу точки. И что сравнивать обычные пространственные артефакты с ЭТИМ, было все равно, что сравнивать кусок необработанной руды и машину последней модели. – Всегда есть основа, стабилизирующая все остальное. И если мы попадем туда, то сможем остановить работу этого артефакта, – уверенно произнесла женщина. – Хорошо, – медленно кивнула невозмутимая девушка. – Значит, сейчас мы будем открывать двери и изучать строение этого места? – задумчиво спросила Чендлер. – Нет, – спокойно ответила Анна. – Учитывая случайность расположения комнат, их дублирование через определенные промежутки времени (судя по тому, что вы рассказали о двери, ведущую в копию комнаты, в которой находились вы сами), а также нашу ограниченность по времени… мы просто не успеем до уничтожения Европы, – сухо и совершенно равнодушно произнесла женщина. – Нет. Нам нужен тот, кто провел здесь достаточно времени, чтобы изучить все комнаты. Кто-то достаточно хладнокровный и маниакально целеустремленный, чтобы запоминать и записывать информацию о каждом помещении, каждом дубле и каждой странности, встреченной им на пути. Кто-то… кто спустя почти вечность заключения в пространственной ловушке все еще сохранит острый и не запятнанный лишними эмоциями интеллект, чтобы поделиться с нами своими наблюдениями, – холодно произнесла Анна. Сначала глаза Чендлер были полны легкой задумчивости, после чего расширились в полном шока осознании. – Вы хотите… – сосредоточенно, но без лишнего ужаса пробормотала девушка. Холодно-спокойное лицо Анны невольно исказилось в усталой, полной искреннего отвращения к еще не озвученной идее гримасе. – Да… – с сухим смешком произнесла женщина. – Я должна найти Карлин фон Вессер. И ее совершенно не радовала вся ирония этой фразы.