Чувства через касания

      Самое странное для Хранителя Негатива было то, что ему пришлось спать с «вроде бы теперь знакомым» в обнимку или хотя бы за руки держаться, как тот ответил «Мне нужно чувствовать эмоции пока я сплю, вдруг я так смогу сон испытать». Никогда он не встречал бездушного монстра. Видя, как тот возбужденно, держа за руку Кошмара рассказывает об вселенных и что-то ещё, иногда он просто не успевал мысленно за тараторящем «другом», он даже с каким-то сочувствием смотрел на того.       Странно было еще то, что от перевозбуждения эмоциями Хранителя АВ вырывало чернилами.       Самое главное, что изменилось в его жизни это то, что теперь к нему на пушечный выстрел никто не подходит. Рядом стоящий высокий скелет только посмотрит своей жуткой улыбкой и те разбегаются кто куда. Найтмеру даже неловко стало от этих испуганных взглядов, устремленные на него.       Дрим же ничего как всегда не подозревал, Защитник всегда умудрялся спрятаться.       И вот, спустя недели такой жизни, скелет с фиалковыми зрачками привык, что пытаться сесть и спокойно почитать ему не дадут, его притянут к себе на колени и обнимут, всматриваясь в текст книги.       — Я никогда не понимал, почему многие так любят читать фентези, детектив или тому подобные жанры, но теперь я понимаю, это так захватывающе! — воскликнул воодушевленно художник, прочитывая за секунду страницу.       Посидев так в тишине, только перелистывание страниц и шелест листвы прерывал тихую спокойную атмосферу, Инк вдруг задал вопрос:       — Когда я тебя обнимал раньше, я был просто рад, эмоция радости была от того что я могу наконец чувствовать, но теперь я чувствую что-то другое, какое-то покалывание и скручивание прикасаясь к тебе, легкое, но при этом очень тяжелое, хочется касаться тебя вечно. Что это?       Этот вопрос поставил Кошмара в тупик. Он чувствовал необычные эмоции от того, но всегда отмахивался, думая, что это просто от того что он бездушный, но теперь описав это, понял.       Глубокое чувство любви, привязанность.       — Скорее это не эмоция, а чувство, — проговорил, нахмурившись Найтмер. — Любовь.       — Правда? Неужели я влюбился? — удивление и радость смешались.       Наконец он сможет понять суть любви!       Резко чуть отодвинув Негатива в сторону, Художника вырвало чёрной вязкой жижей на траву. Вытерев рот рукой и стряхнув ею, он посмотрел своими зрачками в виде звезды и сердца на обладателя диадемы.       — Значит ты будешь меня учить любить, ведь я влюблен в тебя, — восторженно вдохнув, он притянул сидячего на его коленях монстра ближе к себе.       Найт понял, он влип. Нет, конечно этот высокий скелет приятная личность, хотя иногда со своими идеями и выходками может довести до инсульта, но он заботится о нём, защищает. Вспыхнув ярким румянцем, любитель книг опустил голову. Он тоже привязался и точно его чувство не дружеские, а что-то большее.       — Я-я мог бы попробовать, но сам я никогда не был в-влюблен… — заикаясь и пытаясь отвести свой череп от внимательного взгляда защитника, ответил он.       — Ничего, будем учиться вместе!       Медленно смущенно кивнув, меньший попытался продолжить читать, чтобы забыть эту неловкость.       Инк тоже наклонился к книге, продолжив читать, не сильно задумываясь над ситуацией.

***

      — Инк!       Сидя на небольшом диване с альбомом в руке и вырисовывая детали на своём рисунке простым карандашом, Хранитель Вселенных поднял голову и посмотрел на того, кто его позвал. Белые зрачки осмотрели маленького скелета, который стоял в коридоре и недовольно сложил руки на рёбрах.       — Что? — безразлично, но с какой-то собственностью смотрел защитник на Кошмара.       — Почему мой стол весь в твоих художественных принадлежностях, причем разбросаны, я не могу найти свою закладку для книжек, — надувшись и раздражено глянув на альбом с каким-то рисунком, он стал подходить к тому.       — Прости, забыл о них, — равнодушно ответил защитник и снова вернулся к альбому.       Подойдя к своему «бойфренду», Найтмер наклонился к рисунку.       Обычный карандаш, но красиво выведенное дерево было очень реалистично, а под ним виден скелет в помятой одежке, читающий книгу с небольшой улыбкой, можно определить, что в этом рисунке ветер, ведь листва и трава наклонены.       Этот художник нарисовал его.       Немного покраснев, Найт вздохнул, он долго обижаться на этого беспамятного идиота не мог. Подсев рядом, Хранитель Негатива обнял обладателя пятна на скуле и уткнулся тому в грудь.       Чернильный, отложив альбом на рядом стоящий стол, подтянул обиженного к себе на колени и фалангами залез под рубашку того, чуть поглаживая.       Найтмер фыркнул и, сев ровнее, стал всматриваться в зрачки высокого.       Розовое сердце и желтый круг появились в глазницах обладателя шарфа. Небольшой радужный румянец распространился на скулах. Наблюдать за этим Кошмару нравилось, выглядело мило.       Инк чуть наклонился и прошептал:       — Я читал в книгах твоих, что при таких моментах целуют, можно?       Привыкнув к такой прямолинейности, меньший вздохнул и кивнул.       Художник подхватил правой того под таз, левая рука же осталась на позвоночнике и накрыл своими зубами монстра, дающего ему эмоции.       Обладатель диадемы зажмурился, но через несколько секунд оттолкнул черепушку того. Раскрасневшись до предела, он постарался вырваться из крепкой хватки, но все попытки не увенчались успехом. Защитник его не пускал, он старался прочувствовать все, что испытывал сейчас, ведь если тот уйдет, то все эмоции тоже уйдут.       Покалывание и скручивание в груди, возбуждение во всем теле и какое-то собственническое чувство и к этому всему ещё и яркая чистая радость. Бездушный мечтал о этих ощущениях, об этих чувствах. Осознание, что это из-за маленького, хрупкого, невинного скелетика, подливало масла в огонь. Он его защитит, заберет себе и никому не отдаст.       Вздохнув, как многие выражаются, полной грудью, высокий все же отпустил смущенного. Тот быстро осознал, что свободен быстро вскочил и убежал на второй этаж к себе в комнату.       Все-таки это прекрасно, чувствовать эмоции.       — Надо бы еще нарисовать свое чудо.