Связанные. На дне

— Ненавижу себя, — прошептала Кэтрин, когда Драко стащил ее с поезда. — Ты не должен был этого делать. Ушли бы спокойно! — Прекращай, — сказал он серьёзным тоном. — Не забывай, что мы действуем по твоему плану. — Верно, — грустно ответила Кэтрин и опустила глаза. — Хотя мне доставляет особое удовольствие задирать твоего брата, — самодовольно добавил Драко. Кэтрин грустно посмотрела назад, в тот вагон, где только что был ее брат. Они шли вдоль поезда, на улице капал слабый дождь. Хотелось есть, согреться и спрятаться от всех. — Кэтрин! Кэтрин! — девушка обернулась, к ней бежала обеспокоенная Гермиона. — Где Гарри? Ты его не видела? — Без понятия. — ответил Драко и с презрением посмотрел на Гермиону, прикрывая Кэтрин всем телом. — Лучше топай отсюда, грязнокровка. Гермиона разочаровано вздохнула и бросила взгляд на Кэтрин. Девушка испугано смотрела на Гермиону, но ничего не сказала. Она поджала губы и повернулась к Драко: — Идём отсюда. — сказала она и пошла вперёд. Драко смотрела на Гермиону, а через пару секунд двинулся за Кэтрин. Девушка обняла себя руками, и стала оглядываться по сторонам. Вдруг Гарри пришёл в себя и вышел сам? Не может он уехать в Лондон обратно. Мимо неё проскочила знакомая мордашка, в которой Кэтрин узнала Тонкс. Девушка подбежала к ней и дернула за рукав чёрного дорожного плаща. Тонкс резко обернулась, лицо не тут же смягчилось, увидев Кэтрин. — Кэт. Привет! — сказала она вяло. Волосы Тонкс были серыми, а глаза усталыми и не наполненными той энергией, что была раньше. — Тонкс… ты в порядке? — спросила Кэтрин немного не подумав. — Прости… Как твои дела? — Неплохо, учитывая то, что недавно чуть не сгорела заживо. Но как видишь — я жива и здорова. Лучше расскажи как ты? Ты провела все лето в логове…Малфоев… — Все было хорошо. — Сказала Кэтрин как-то резко. Она с сожалением посмотрела на Тонкс, которая без интереса смотрела на поезд. — Эм…— протянула Кэт, — Пройдись по поезду, если тебе не трудно. Гарри куда-то запропастился. Тонкс кивнула и вяло махнула рукой. Кэтрин обернулась и увидела за своей спиной Драко. Он аккуратно положил свою руку ей на талию и подтолкнул вперёд. — Иногда я буду груб, — прошептал он ей на ухо слегка наклонившись. — Придётся тебе потерпеть. — Иногда я буду очень зла на тебя, — ответила ему девушка сразу. — Придется тебе потерпеть. Они быстро добрались до Хогвартса. Многие за столом Слизерина оборачивались на Кэтрин, видимо, ища Гарри. Они вошли прямо в широко раскрытые двери Большого зала, который, как обычно, был украшен парящими в воздухе свечами, в свете которых четыре факультетских длинных стола словно светились, тарелки на них сверкали и переливались. — Может оно и к лучшему, что ты не так популярна как брат твой? — Спросил Блейз оглядывая стол Гриффиндорцев. — Тебе так будет легче жить… — Выполнять задание… — продолжила Кэтрин и тоже нервно глянула на стол Гриффиндорцев, Гарри там не было. — Меньше внимания привлеку. Драко скучающим видим выводил узоры на столе, ни слушая, ни смотря на друзей. Он задумчиво поглядел на Кэтрин: — Не поднимайте эту тему среди этих… Кэтрин и Блейз огляделись. Крэбб, Гойл и Пэнси с интересом смотрели на них. Кэтрин смотрела в глаза Пэнси и твёрдо сказала: — Не суй свой поганый носик не в свои дела. — Да как ты… — воскликнула Пэнси, но ее перебил Теодор, который оказался рядом. Он что-то прошептал ей на ухо и они оба засмеялись. Кэтрин отвернулась от них и ближе подвинулась к Драко, положив свою тёплую ладонь на холодную руку парня. Он вздохнул и сжал ее пальцы. Гарри явился к концу пира. Его сестра облегченно выдохнула и наконец смогла съесть тарелку с рагу, которая мозолила ей глаза долгое время. — А где был твой брат? — спросил Блейз и проводил его взглядом. — Ну...Это не особо важно. Он... — Он подслушивал наш разговор, — прошептал озлобленно Драко, — Спрятался на верхней полке под мантией. Мы его увидели, когда все стали расходиться. Пришлось немного его проучить. Кэтрин молча отпила сок и нервно взглянула в сторону Гарри. Он смотрел прямо на нее. Нос, по всей видимости, уже был вправлен. А вот следы крови на лице и одежде слегка пугали. Кэтрин беззвучно произнесла "Прости", в ответ Гарри лишь покрутил головой и отвернулся. — Самого доброго вам вечера! — Дамблдор с широкой улыбкой раскинул руки, как будто хотел обнять всю школу. — Что у него с рукой? — охнула Кэтрин. Не она одна обратила на это внимание. Правая рука у Дамблдора была почерневшая, безжизненная, словно у мертвеца. По залу зашелестел шепоток. Дамблдор все правильно понял, но только улыбнулся и одернул фиолетовый с золотом рукав, прикрыв свое увечье. — Не о чем беспокоиться, — сказал он беспечно. — А теперь... нашим новым ученикам — добро пожаловать, наших старых учеников — с возвращением! Вас ожидает еще один год обучения волшебству... — Она как будто омертвела, — сказала Пэнси, болезненно поморщившись. — Некоторые травмы невозможно исцелить... Древние проклятия... А бывают еще яды, для которых не существует противоядий... — говорил ей Теодор. — ...а школьный смотритель, мистер Филч, просил меня объявить о категорическом запрете на любые шуточные товары, приобретенные в магазине под названием «Всевозможные волшебные вредилки». Желающие играть в команде своего факультета по квиддичу, записывайтесь у деканов факультетов, как обычно. Кроме того, нам требуются новые комментаторы, желающие пусть также записываются у деканов. В этом году мы рады представить вам нового преподавателя. Профессор Слизнорт (Слизнорт встал, сверкая лысиной в свете свечей, его обтянутый жилетом живот отбрасывал тень на весь стол) - мой бывший коллега, согласился снова преподавать у нас зельеварение. Тем временем профессор Снейп, — Дамблдор повысил голос, перекрывая ропот в зале, — возьмет на себя обязанности преподавателя по защите от Темных искусств. — Зельеварение? — ЗОТИ?! Слово эхом разнеслось по Большому залу. Ученики переспрашивали друг друга, сомневаясь, правильно ли они расслышали. — Вот так веселуха, — сказала Кэтрин и улыбнулась. — Снейп давно мечтал об этой должности. Чего это вдруг Дамблдор позволил ему... — Не важно, — ответил ей Драко, — Теперь уроки будут куда интереснее. Снейп же обожает Темную магию. — Верно, — сказал Блейз, — Да и для нас занятия будут проходить куда легче. — Он удовлетворенно закинул руки за затылок и слегка наклонился назад. — На шестом курсе есть много свободных уроков, — заметил Драко, — Как раз есть время для своих дел и практики. Кэтрин понимающе кивнула. — Далее... Как известно всем присутствующим в этом зале, лорд Волан-де-Морт и его сторонники снова действуют в открытую и собирают силы. При этих словах Дамблдора молчание сделалось натянутым, как струна. Кэтрин оглянулась на Малфоя. Малфой, не глядя на Дамблдора, удерживал в воздухе вилку при помощи волшебной палочки, как будто речь директора школы не заслуживала его внимания. — Мне хотелось бы всячески подчеркнуть, насколько опасна сложившаяся ситуация и насколько важно, чтобы каждый из нас заботился о безопасности Хогвартса. Магическая охрана замка за лето была усилена, у нас появились новые, более мощные средства защиты, но тем не менее все мы, и ученики, и преподаватели, должны быть крайне осторожны и не допускать ни малейшей беспечности. Поэтому я прошу вас, в целях безопасности соблюдайте все ограничения, о которых будут говорить вам учителя, пусть даже это покажется вам обременительным, и в особенности строго выполняйте правило о запрете ученикам выходить после отбоя из своих спален. Заклинаю вас – если заметите что-нибудь необычное или подозрительное в замке или за его пределами, немедленно сообщайте об этом кому-либо из преподавателей. Я верю и надеюсь, что вы будете постоянно помнить о своей безопасности и о безопасности других учеников. Голубые глаза Дамблдора обвели взглядом зал, и он снова улыбнулся. — Но сейчас вас ждут уютные, теплые постели, какие только можно пожелать, и главная ваша задача на данный момент — хорошенько выспаться перед завтрашними уроками. А потому давайте скажем друг другу: «Спокойной ночи! Пока!» Как всегда, с грохотом начали отодвигаться скамьи, сотни учеников потянулись из Большого зала по своим спальням. Кэтрин, Драко и Блейз не спешили. — Разве ты не пойдешь провожать первокурсников? — спросила звонко Пэнси и посмотрела прямо на Драко. — Оу, — сказал он так, словно очнулся, — Забыл сказать, я больше не буду старостой. Ты пока будешь одна. В помощь тебе предоставят кого-то другого, кого выберет Снейп. Пэнси озлобленно прищурила глаза и посмотрела на Кэтрин. Девушка лишь улыбнулась ей в ответ и положила свою ладонь Драко на плечо. Когда Пэнси ушла, Кэтрин отдернула руку. Драко был очень напряженным, что вызывало у Кэтрин переживания. Ответственность, что легка на его плечи, наверняка подкашивала его. Кэтрин хотелось огородить его от этой участи, сделать всю грязную работу и реализовать волю Дамблдора. Страх медленно подкрадывался к горлу и девушке стало трудно дышать, когда она вспомнила о том, что ее ждет смерть. Оставалось дождаться приказа Дамблдора, что пугало еще больше. Драко встал изо стола и быстрыми шагами направился в сторону выхода. Блейз и Кэтрин переглянулись и вскоре двинулись за ним.

***

На следующее утро Кэтрин, Драко и Блейз встретились до завтрака в общей гостиной. — Может вы мне расскажете уже, что там за задание и что за план у вас? — спросил Блейз и слегка наклонил голову вбок. — Прости, Блейз, — сказала Кэтрин спокойно, — но нет. — Может когда придет время – друг. -— Драко похлопал его по спине. Но лицо парня не выдавало каких-либо эмоций. После завтрака все остались на местах, дожидаясь, пока к ним подойдет профессор Снейп. В этом году раздача персональных расписаний несколько усложнилась, так как профессор Снейп должен был вначале удостовериться, что все получили нужное количество баллов за СОВ и могут продолжать занятия по выбранным предметам для подготовки к ЖАБА — Травология – прекрасно, — сказал Снейп посмотрев на Блейза. — Полагаю, профессор Стебль будет рада видеть вас в списках. Также зельеварение и ЗОТИ, — Снейп сделал паузу, — остальные предметы выше ожидаемого. — Хм-м, — произнес Снейп стоя над Драко Малфоем, — все предметы, за исключением ЗОТИ и Нумерологии, были сданы на Превосходно, полагаю, вы получили одобрение. — Я могу продолжить занятия по Защите от темных искусств? — спросил Драко. Снейп смотрел на него несколько секунд молча, а затем сказал, — Да. — Мисс Поттер, — Снейп подошел к Кэтрин, — вы меня порадовали больше всех. На моем факультете – вы лучшая ученица. — Кэтрин удовлетворенно кивнула. — Полагаю, все предметы одобрены. Какие вы выберете ? — Думаю, Защита от темных искусств, Зельеварение и Трансфигурация. — Прекрасно, — ответил холодно Снейп и двинулся дальше. — Получается, мы почти на всех предметах будем заниматься вместе? — спросил Блейз с улыбкой. — Если конечно доживем до следующего года, — ответила Кэтрин с меньшим энтузиазмом. — Хватит нагонять тоску, — ответил ей Блейз. — Все будет хорошо. Сегодня первый учебный день! Давайте этот год проведем максимально весело? Драко с убийственным взглядом посмотрел на Блейза и усмехнулся. — Проведем этот год весело, — сказала Кэтрин, — по возможности, — уточнила она и выдавила из себя улыбку. Когда Блейз ушел на травологию, у Кэтрин и Драко был свободный урок. Они приняли решение найти Выручай-комнату. Кэтрин знала, что комната находится на восьмом этаже. Оба были очень взволнованны, но пройдя три раза по коридору и проговаривая в голове "Нужна помощь", когда перед ними появилась огромная железная дверь, тревога слегка уменьшилась. Драко зашел первым, девушка последовала за ним. Они вошли в огромный, будто собор, зал, заваленный хламом, который копился, наверняка, сотни лет. — Как нам найти шкаф? — шепотом спросила Кэтрин. Драко прошелся вперед. Где-то вдалеке этой огромной комнаты слышался скрип полок, на которых лежали груды книг и каких-то безделушек. Кэтрин затаила дыхание, прислушиваясь. — Нам лишь нужно о нем подумать. — Ответил Драко. Он повернулся к девушке лицом и встал очень близко. — Пока мы здесь одни, — прошептал он, — мы можем... — М-м-м, — промычала Кэтрин, она уперлась руками в его грудь и слегка оттолкнула. — Да, можем как можно быстрее найти шкаф и отправиться на занятие! — Да-да, — скучающе произнес Драко, — вдвоем мы не вызываем подозрений и все такое. — Но поцеловать ты меня можешь, — добавила девушка спустя несколько секунд молчания. Ей хотелось сделать все, чтобы на его лице была только улыбка, но совесть ей мешала. Парень удовлетворенно улыбнулся и притянул к себе Кэтрин. Он нежно коснулся ее щеки и приподнял подбородок. Языком он провел по губам, а затем плавно скользнул внутрь. От такого поцелуя у Кэтрин закружилась голова. Драко кивнул и уголок его губ дрогнул. Кэтрин заглянула через его плечо, услышав странный звук. В том месте, где было пусто — стоял большой черный шкаф, точно такой же, как в магазинчике "Горбин и Бэрк", накрытый покрывалом. Драко обошел девушку, оставляя за собой шлейф парфюма. — Осталось понять как его починить, — сказал он напряженно. — Горбин так и не дал ответа. Нужно послать ему весточку. — Мы сами справимся, — сказала Кэтрин положив руку на его предплечье, — не нужно кого-то запугивать. Для начала нужно разобраться — как он работает. А уже потом — что в нем сломано. Я могу попробовать найти про него информацию в библиотеке. Точно! Пойдем в библиотеку! — Тише-тише, сбавь обороты, — сказал Драко не отнимая взгляда от шкафа. Он стянул с него большое пыльное покрывало, и тогда шкаф был виден полностью. Драко осторожно его открыл. Внутри ничего не оказалось, лишь пыль и паутина. Кэтрин взяла какую-то книжку, которая валялась на полу. Она полистала страницы, которые были исписаны и изрисованы, затем открыла страницу двадцать пять и положила в шкаф. — И что дальше? — спросил Драко. — Может есть какое-то заклинание, — сказала Кэтрин, — не уверена. — Девушка снова подошла к шкафу. Открыв его, она ничего не обнаружила. — Книга исчезла! — воскликнула она. Драко подошел к шкафу и заглянул в него. — Как ее вернуть? Кэтрин пожала плечами. — Все это так напрягает, — сказала она и нахмурилась. — Мы даже не знаем, что делать! — Изучим все про шкаф в библиотеке, а затем, приступим к работе. Весточку Горбину я все-таки отправлю. И это не обсуждается. — Добавил он, когда Кэтрин хотела что-то сказать.

***

Драко и Кэтрин неохотно покинули библиотеку залитую солнцем и отправились на урок защиты от Темных искусств. Блейз уже стоял у двери вместе с другими учениками. Заметив Гарри, Рона и Гермиону, Кэтрин отвела взгляд в сторону и старалась не смотреть на них. Не успел Блейз узнать у друзей чем они были заняты утром, как дверь в кабинет отворилась. — В класс! — приказал Снейп. Перешагнув порог, Кэтрин осмотрелась. На всем уже был виден отпечаток личности Снейпа. В комнате было темнее, чем обычно, потому что занавески на окнах были задернуты и класс освещался свечами. На стенах красовались новые картины, в основном изображавшие людей в мучениях, со страшными ранами или невероятно искаженными частями тела. Ученики рассаживались молча, нервно оглядываясь на зловещие картины. — Учебники вам сегодня не пригодятся, — сказал он и обвел класс глазами. — Пока что просто послушайте меня. И прошу не отвлекаться. Кэтрин, как обычно, села на самую первую парту. Рядом с ней сел Драко, то и дело поглядывающий по сторонам. — Насколько мне известно, за время учебы у вас сменилось пять преподавателей по этому предмету. Естественно, у каждого из этих преподавателей были свои задачи и свои методы. При таком бессистемном обучении меня удивляет, что многие из вас все-таки наскребли проходной балл на экзамене СОВ по данному предмету. Еще больше меня удивит, если все вы справитесь с объемом работы на уровне ЖАБА, значительно более углубленном и обширном. Снейп двинулся вдоль стены в обход класса; теперь он говорил, понизив голос, и ученикам приходилось выворачивать шеи, чтобы видеть его. — Темные искусства, — говорил Снейп, — многочисленны, разнообразны, изменчивы и вечны. Бороться с ними - все равно что сражаться с многоголовым чудовищем. Отрубишь одну голову - на ее месте тут же вырастает новая, еще более свирепая и коварная, чем прежде. Это битва с противником, непостоянным, неуловимым, вечно меняющим обличья, и уничтожить его невозможно. Следовательно, ваша защита, — чуть громче продолжал Снейп, — должна быть такой же изобретательной и гибкой, как те Искусства, которые вы тщитесь одолеть. Эти картины, — он на ходу махнул рукой в их сторону, — дают довольно точное представление о том, что происходит с человеком, подвергшимся, к примеру, воздействию заклятия Круциатус (он указал на изображение волшебницы, скорчившейся и кричащей от боли), испытавшим поцелуй дементора (на картине волшебник бессильно привалился к стене, безучастно глядя прямо перед собой пустыми глазами) или спровоцировавшим нападение инфернала (кровавая каша на земле). — Значит, инферналы действительно появились? — тоненьким голосом спросила Парвати Патил, — Это уже точно известно, он их использует? — В прошлом Темный Лорд использовал инферналов, — ответил Снейп, — а значит, имеет смысл исходить из предположения, что он может использовать их снова. Итак... Он двинулся вдоль противоположной стены, возвращаясь к учительскому столу, ученики, как завороженные, провожали его глазами. Темная мантия развевалась у него за спиной. — ...полагаю, вы абсолютно незнакомы с невербальными заклинаниями. В чем состоит преимущество невербальных заклинаний? Рука Гермионы взметнулась вверх, опережая Кэтрин. Снейп не торопясь оглядел класс и посмотрел на Кэтрин, которая опустила руку и кивнула ему. — Очень хорошо. Мисс Грейнджер! — Противник не знает заранее, какое именно заклинание вы собираетесь осуществить, — сказала Гермиона. — Это дает вам крошечное преимущество во времени. — Вы практически дословно повторили текст из учебника, — пренебрежительно заметил Снейп, — но, по сути, ответ верен. Действительно, тот, кто овладеет умением колдовать, не выкрикивая во все горло заклинания, получает выигрыш во времени и возможность застать противника врасплох. Разумеется, это подвластно не всем волшебникам. Здесь важную роль играет способность сосредоточиться и сила духа, которой...— его злобный взгляд задержался на Гарри, — наделены далеко не всем. Кэтрин задумчиво смотрела на Снейпа, который стоял к ней спиной. Она размышляла о том, что если научиться такой магии, то у нее будет преимущество в боях. Она вспомнила, как в прошлом году смогла проникнуть в разум Гарри без палочки. Та ли эта магия? Из раздумий ее вытиснуло легкое касание Драко. Его холодные пальцы скользили по ее ноге. Кэтрин вздохнула, она протянула руку под стол и легким движением смахнула его руку. Драко разочарованно цокнул, но сдаваться не стал. Его рука вновь коснулась ее коленки и медленно проскользнула выше под юбку. По телу девушки пробежали мурашки. Она прикрыла глаза, стараясь не пропускать ни слова Снейпа, который стоял к ней спиной поодаль от нее. — Сейчас, — сказал он, — вы разделитесь на пары. Один партнер попытается без слов навести порчу на другого. Другой будет пытаться, также молча, отвести от себя порчу. Приступайте. Драко резко отдернул руку, когда профессор повернулся. К счастью, он ничего не заметил. Малфой и Поттер стали друг на против друга, держа палочки наизготове. — Что это ты творил? — спросила Кэтрин и улыбнулась. — Тебе не понравилось? — спросил Драко и тоже улыбнулся. Кэтрин нацелила на него палочку и невольно произнесла: — Остолбеней! Драко не успел отразить заклинание. Он замер на месте не в силах пошевелиться. — Ой, извини! — сказала Кэтрин и снова взмахнула палочкой. Драко снова мог шевелиться. — Я боюсь насылать на тебя заклинания, — сказал он, — вдруг поранишься. — Ты боишься за меня? — усмехнулась Кэтрин, — тебе же хуже. Она попыталась проговорить заклинание в голове, но ничего не выходило. Со стороны казалось, что она просто маггл изображающих волшебников. Драко пытался несколько раз навести порчу на Кэтрин, но у него тоже не выходило это без слов. Зато у Кэтрин получилось отразить заклятие Драко, без единого звука. Снейп наградил ее факультет десятью очками. — Протего! — воскликнул кто-то сзади. Кэтрин и Драко обернулись. Щитовые чары Гарри получились у него такими мощными, что Снейп отлетел назад и врезался в соседнюю парту. Снейп злобно нахмурившись сказал: — Вы помните, что мы сегодня занимаемся невербальными заклинаниями, Поттер? — Да, — сдавлено ответил Гарри. — Да, сэр. — Совсем необязательно называть меня "сэр", профессор. Слова вырвались прежде, чем Гарри понял, что он говорит. Несколько человек ахнули, в том числе и Кэтрин. — Явитесь в субботу вечером ко мне в кабинет, — приказал Снейп. — Наглости, Поттер, я не потерплю ни от кого...даже от Избранного. После перемены Драко и Кэтрин вернулись в гостиную слизерина, где неохотно приступили к домашнему заданию от Снейпа. — Лучше бы про шкаф почитали, — прорычала Кэтрин листая учебник. — Нет времени заниматься всей этой ерундой. Драко устало кивнул и захлопнул книгу. Он пододвинул стул Кэтрин ближе к себе и положил руку на ее бедро. Кэтрин нервно осмотрелась: в гостиной, кроме них, сидело пара однокашников, которые были увлечены работой. Остальные ученики были на занятиях. — Что ты делаешь? — спросила она шепотом. — Нас могут увидеть. — И что? — сказал Драко и наклонился к ее шее, вдыхая аромат волос. —Можно тебя поцеловать? — спросил он и ухмыльнулся. На лице девушки появилась улыбка, она кивнула и парень резко прижал ее к себе, впиваясь жадно в губы. Теперь делать задание Снейпа было куда приятнее, ведь Драко не отпускал руку Кэтрин и иногда наклонялся к ее уху, чтобы прошептать что-то смешное или приятное. Только они доделали наконец эту работу, прозвенел звонок на сдвоенный рок зельеварения, и они бросились знакомой дорогой по своему коридору, в классную комнат, где так долго царил Снейп. Когда они подбежали к дверям класса, оказалось, что продолжать обучение на уровне ЖАБА решились не больше дюжины человек. В коридоре стояло трое слизеринцев: Драко Малфой, Блейз Забини, Кэтрин Поттер. Также было четверо когтевранцев и один пуффендуец, Эрни Макмиллан. Из гриффиндорцев Кэтрин сразу увидела Гарри, Рона и Гермиону. Кэтрин бросила на их быстрый взгляд и повернулась к Блейзу, который начал рассказывать о занятии по травологии. Не успел он рассказать о задании, как дверь классной комнаты открылась и показался сперва живот Слизнорта, а потом уж и он сам. Радостно улыбаясь из-под пышных, как у моржа, усов, он одного за другим пропускал в класс, причем с особенным энтузиазмом приветствовал Гарри, Кэтрин и Блейза. В подземелье непривычно клубился разноцветный пар и витали удивительные запахи. Кэтрин, Драко и Блейз с интересом принюхивались, проходя мимо огромных котлов, в которых что-то кипело и булькало. Блейз, Драко и Кэтрин уселись вместе за один стол. — Ну-те-с, ну-те-с, — проговорил Слизнорт; очертания его массивной фигуры мерцали и расплывались в мареве многоцветного пара. — Все достали весы, наборы для приготовления зелья, и не забудьте ученики. Слизнорт встал у доски, выпятив и без того объемистую грудь, так что пуговицы на жилете грозили оторваться, — Я приготовил для вас несколько зелий — так, для интереса, знаете ли. Такого рода зелья вы должны будете уметь готовить к экзамену ЖАБА. Вы наверняка о них слышали, даже если пока еще ни разу не варили. Кто-нибудь может мне сказать, что это за зелье? Он указал на котел рядом со столом слизеринцев. Кэтрин подняла руку, но ее снова опередила Гермиона. Слизнорт указал на нее. — Это сыворотка правды, жидкость без цвета и запаха, которая вынуждает того, кто ее выпьет, говорить правду, — сказала Гермиона и посмотрела на Кэтрин. — Очень хорошо, очень хорошо! — Сэр, — перебила его Кэтрин. Слизнорт повернулся к Кэтрин и улыбнулся, — хотела добавить. Сыворотку правды можно вычислить по запаху, когда ее с чем-то мешают. Допустим сладкий чай станет кислее на запах, про вкус сказать не могу точно, но уверена, что и вкус становится другим. — Кэтрин сложила руки перед собой. — Откуда вы это знаете, мисс Поттер? — с удивлением спроси Слизнорт. — Так уж вышло, что в прошлом году удалось узнать. — ответила она спокойно. — Что-ж, очень хорошо. А теперь... — Он указал на котел возле стола когтевранцев. — Это зелье также широко известно...В последнее время не раз упоминалось в министерских брошюрках...Кто знает? Гермиона снова быстрее Кэтрин подняла руку. — Это Оборотное зелье, — сказала она. Кэтрин тоже узнала густую, тягучую, медленно булькающую субстанцию цвета глины. Но Кэтрин завелась, соревновательный дух зажегся в ней. — Отлично! Ну, а это...Да, моя дорогая, — сказал Слизнорт, когда Кэтрин опередила Гермиону. — А это Амортенция, сэр. — В самом деле. Как-то даже глупо спрашивать, — сказал потрясенный Слизнорт, — но вы, вероятно, знаете, как оно действует? — Это самое мощное приворотное зелье в мире. — сказала Кэтрин. — Совершенно верно! Вы, видимо, узнали его по особому перламутровому блеску? — Еще пар завивается характерными спиралями. Также она пахнем для каждого по-своему, в зависимости от того, какие запахи нам нравятся, — например, я чувствую запах сладкого клубничного пирога, и чая с мятой, и...темного шоколада.... Кэтрин сказала это неосознанно, ее лицо слегка порозовело. — Мисс Поттер, сегодня у вас появилась достойная соперница. — Слизнорт усмехнулся и повернулся к Гермионе. — Позвольте узнать ваше имя, мисс... — Грейнджер, сэр. Гермиона Грейнджер. — Грейнджер...Грейнджер... Вы, случайно, не в родстве с Гектором Дагврот-Грейнджером, который основал Сугубо Экстраординарное общество зельеварителей? — Нет, не думаю, сэр. Видите ли, я из семьи магглов. Блейз наклонился к Драко и что-то зашептал ему на ухо; оба они засмеялись, но Слизнорт нимало не огорчился — напротив, он так и лучился улыбкой, переводя взгляд с Гермионы на Гарри, который сидел рядом с ней. — Ага! "Моя лучшая подруга - из семьи магглов и учится лучше всех на нашем курсе!" Полагаю, это и есть та подруга, о которой ты говорил, Гарри? — Да, сэр, — сказал Гарри. — Полагаю, у меня теперь есть две лучшие ученицы. — Слизнорт с улыбкой посмотрел на Кэтрин, а затем на Гермиону. — Вы обе получаете по десять очков. — Разумеется, на самом деле Амортенция не создает любовь. Любовь невозможно ни сфабриковать, ни сымитировать. Нет, этот напиток просто вызывает сильное увлечение, вплоть до одержимости. Вероятно, это самое могущественное и опасное зелье из всех, что находятся сейчас в этой комнате. О да, - прибавил он, серьезно кивая недоверчиво ухмылявшимся Малфою и Блейзу. — Вот поживете с мое, наберетесь жизненного опыта, тогда уже не станете недооценивать силу любовного наваждения... А теперь, — продолжил Слизнорт, — пора приступать к работе. — Сэр, вы не сказали, что в этом котле. — Эрни Макмиллан указал на маленький черный котел, стоявший на учительском столе. В нем весело плескалось жидкость цвета расплавленного золота, большие капли подскакивали над поверхностью, точно золотые рыбки, но ничего не проливалось наружу. — Ага, — снова сказал Слизнорт, и Кэтрин стало ясно, что он вовсе не забыл про это зелье, а просто дожидался вопроса для пущего эффекта. — Да. Это. Что ж, Кэтрин и Гермиона, может вы скажите? Пока у вас поровну очков. Гермиона с подозрением смотрела на это зелье. Кэтрин задумчиво пригляделась и выкрикнула: — Феликс Фелицис! Это везение в чистом виде! — взволнованно произнесла Кэтрин. Гермиона громко ахнула. — Оно приносит удачу, — добавила Кэтрин. Это именно то, что ей нужно. — Совершенно верно, еще десять очков Слизерину. Да, забавное это зелье, Феликс Фелицис, — сказал Слизнорт. — Невероятно трудное в изготовлении, и, если процесс хоть немного нарушен, последствия могут быть катастрофическими. Но если зелье сварен правильно, вот как это, например, то все, за что вы ни возьметесь, будет вам удаваться...по крайней мере пока длится действие зелья. — Почему же его не пьют постоянно, сэр? — азартно спросил Блейз. — Потому что при неумеренном употреблении оно вызывает головокружение, безрассудство и опасный избыток уверенности в себе, — пояснил Слизнорт. — Хорошенького понемножку, знаете ли... В больших дозах это зелье чрезвычайно токсично. Но изредка, по чуть-чуть... — А вы когда-нибудь принимали его, сэр? — спросила Кэтрин с живым интересом. — Дважды в своей жизни, — ответил Слизнорт. — Один раз, когда мне было двадцать четыре года, и еще раз -когда мне было пятьдесят семь. Две столовые ложки за завтраком. Два идеальных дня. Он мечтательно устремил взор в пространство. — И это зелье, — добавил Слизнорт, словно очнувшись, — будет наградой на нашем сегодняшнем уроке. Наступила такая тишина, что бульканье зелий в котлах как будто стало громче в десять раз. — Один малюсенький флакончик «Феликс Фелицис». — Слизнорт вынул из кармана миниатюрную стеклянную бутылочку и показал ее всему классу. — Доза рассчитана на двенадцать часов удачи. От рассвета до заката вам будет везти во всех ваших начинаниях. Но я должен вас предупредить, что «Феликс Фелицис» запрещен к использованию на любых официальных состязаниях, таких, как спортивные соревнования, экзамены и выборы. Поэтому наш победитель должен будет использовать его только в обыкновенный день... и пусть этот день станет для него необыкновенным! Так, — продолжил Слизнорт, внезапно переходя на деловитый тон, — что же нужно сделать, чтобы выиграть этот сказочный приз? Обратимся к странице десять «Расширенного курса зельеварения». У нас осталось немногим больше часа, и этого времени вам должно хватить на пристойную попытку сварить Напиток живой смерти. Я знаю, что до сих пор вы не приступали к таким сложным зельям, и потому не жду идеального результата. Во всяком случае, тот, кто добьется наилучших результатов, получит в награду этого маленького «Феликса». Начали! Кэтрин воодушевленно повернулась к Драко, который тоже с интересом и азартом смотрел на флакончик. — Если мы заполучим это зелье, то у меня получится найти книгу! Я в этом уверена! — прошептала она. — Тогда попробуем его заполучить, для тебя, — сказал Блейз и ободряюще улыбнулся. — Если мы получим зелье, — сказал Драко, он оглянулся на Блейза, который не слышал его, — то мы сможем починить шкаф! — Шкаф мы починим и без зелья. — сказала угрюмо Кэтрин, — Разве не важнее добыть книгу? Драко задумался: — Действительно, с зельем это будет куда быстрее. — Тогда работаем, — сказала Кэтрин куда громче и подошла к своему котлу. Ученики дружно загремели котлами, кто-то уже со звоном ставил гирьки на весы, но никто не произносил ни слова. Сосредоточенную целеустремленность, царившую в классе, можно было, кажется, пощупать рукой. Кэтрин видела, как старательно Гермиона подготавливала все. Ей так хочется быть лучше меня? Кэтрин поскорее склонилась над своим учебником. Все то и дело оглядывались посмотреть, как идут дела у соседей. В этом и было преимущество, и неудобство уроков зельеварения — никто не мог скрыть свою работу от других. Через десять минут комнату заволокло голубоватым паром. Кэтрин уже продвигалась к идеальной промежуточной стадии — ее зелье приобрело вид однородной жидкости цвета черной смородины. Через какое-то время Кэтрин поняла, что у нее не получается тот идеальный результат. — Время вышло! — объявил Слизнорт. — Прошу всех прекратить помешивать! Слизнорт медленно двинулся между столами, заглядывая в котлы. Он не делал никаких комментариев, только иногда принюхивался или помешивал в котле. Над котлом Кэтрин, Слизнорт остановился надолго, проверяя каждую деталь. Он одобрительно ей кивнул и двинулся дальше. Зелье Гермионы тоже удостоилось одобрительного кивка. Тут Слизнорт увидел зелье Гарри, и на его лице выразилось недоверие, смешанное с восторгом. — Я сомневался...Но, Гарри, это безусловная победа! — воскликнул он. — Отлично, отлично, Гарри! Я уж думал, что приза удостоится ваша сестра, но вы справились куда лучше. У вас двоих талант от вашей матери, она тоже была лучшей ученицей в этом предмете. Ну, вот вам приз — один флакончик Феликс Фелицис, как обещано! Кэтрин разочаровано вздохнула. Блейз подбадривающие потер ей спину и слегка приобнял. Драко подошел к ним и встал между Кэтрин и Блейзом. — Получится в следующий раз, — сказал Драко и фыркнул. — Как так вечно выходит, что Гарри в этой жизни везет больше! — прорычала Кэтрин, когда они вышли из кабинета. — Мы добудем это зелье и без твоего тупого брата, — добавил Драко и встал перед Кэтрин. — Ты хочешь его украсть? — прошептала девушка, — Но как? — Мы подумаем об этом, позже. Двое двинулись дальше по коридору, но не доходя до нужного поворота, они свернули совсем в другую сторону. Спрятавшись за угол, Кэтрин принялась доставать толстую книгу, от которой пропахла старостью вся сумка девушки. — Ты уверена, что это та? — спросил с недоверием Драко, он стал осматривать книгу и пролистал несколько страниц. — Это единственная была, — ответила Кэтрин. — в других про шкаф ничего не упоминалось. Не забывай, что это из запретной секции. — Буду прятать и беречь как зеницу ока, — сказал Драко и чмокнул девушку в нос. — Достать ее было легко, -сказала взволнованно Кэтрин, — а вот как мы ее вернем? — Ты доставала, а я возвращаю. — сказал Драко. Кэтрин и Драко резко обернулись, когда услышали позади шаги. Драко сжал книгу у груди и прижался к Кэтрин так, что их мантии закрывали ее. Шаги приближались и становились громче. Кэтрин растерянно стала озираться, но потом схватила воротник парня и притянула к себе так, что его губы были на одном уровне с ее лицом. Она привстала на носочки, все еще сильно прижимая книгу грудью, и поцеловала парня в губы. — А, это вы! Драко и Кэтрин отстранились друг от друга. Они повернулись и увидели Пэнси, которая явно была раздражена. — Был указ, что ученикам шляться по коридорам запрещено. Это не безопасно. — Сказала она озлобленно и посмотрела на Драко. Ее глаза уже были на мокром месте. Драко по хозяйски положил свою руку на талию девушки и наклонился к ней ближе, касаясь подбородком ее виска. — Уходи, Паркинсон, — сказал он, когда Кэтрин вскинула голову. Пэнси что-то пробубнила, но спорить с Малфоем не стала. Она развернулась и через пару секунд ее уже не было в поле видимости. — Хорошо придумала, Кэтти. — Сказал Драко и уголок его губ приподнялся. — Кэтрин, — сказала она твердо. — В крайнем случае Кэт. Драко наклонился к ней еще ближе и снова коснулся ее губ. Девушка тихо застонала. Уголок книги врезался ей в ребро и она слегка отстранилась. — Ты против? — спросил Драко и в его серых глазах читалась обеспокоенность. — Книга врезается, — ответила Кэтрин и закрутила головой. Драко понимающе кивнул и положил толстую книгу к себе в сумку. Кэтрин подумала, что уже все и можно возвращаться в гостиную, как Драко взял ее руку и снова притянул к себе. — Мы не закончили, — прошептал он бархатным голосом. — Нас могут увидеть, — прошептала девушка в ответ и слегка улыбнулась. — Нас уже увидели. Парень сжал бедра девушки, все сильнее впиваясь в ее губы. Руки Кэтрин скользили по его плечам и груди. — Одежда мешает, не так ли? — спросил он с легкой хрипотой. Кэтрин снова улыбнулась и отстранилась от парня. — Нам пора. Драко разочаровано выдохнул ей на шею. Через минуту он выпрямился и его лицо вновь сделалось серьезным. Кэтрин положила свою ладонь на его предплечье, и под ручку они вернулись в гостиную. Вечером к Кэтрин прибежала девочка со второго курса. Она протянула ей письмо и испугано убежала дальше.

Дорогая Кэтрин! Я хотел бы поговорить с тобой о прошедшем лете и обсудить с тобой некоторые детали. Приходи, пожалуйста, ко мне в кабинет сегодня в восемь часов вечера. Надеюсь, первый учебный день прошел хорошо. Искренне твой, Альбус Дамблдор. (Я очень люблю кислотные леденцы)

— Что это? — спросил Блейз, сидевший рядом. Кэтрин скомкала пергамент и через секунду тот загорелся. Блейз испугано отстранился, но Кэтрин скинула горящий кусок в камин. — Я отойду ненадолго, — сказала они и посмотрела на часы. Время было без пяти минут восемь. Она разочарованно выдохнула.

***

Кэтрин бежала по пустынным коридорам. Горгулья отпрыгнула в сторону, когда Кэтрин назвала пароль (Кислотные леденцы). Движущаяся винтовая лестница подняла ее на верх к двери с медным молотком. Кэтрин постучала в дверь — Войдите, — раздался голос Дамблдора. — Добрый вечер, сэр, — сказала Кэтрин, входя в кабинет директора школы. Она с недоверием стала осматривать вещи вокруг, пока взгляд ее не остановился на чаше, которая наименовалась как Омут памяти. — Ну, здравствуй, Кэтрин Поттер. Садись. — сказал с улыбкой Дамблдор. Кэтрин послушно села напротив Дамблдора и взглянула в его старческие серые глаза. — Полагаю, тебе есть что рассказать, — сказал он и слегка улыбнулся. — Насколько я знаю, твое лето прошло хорошо, даже с ноткой приключений. — Вы ведь и так все знаете, профессор. Что вы от меня хотите? — сказала Кэтрин и нахмурилась. — Ты можешь злиться на меня столько, сколько сама считаешь нужным. И ты будешь права. Я поступил ужасно, отправив тебя в дом Малфоев. Но ты не станешь отрицать, что сумела спасти несколько жизней. — Тонкс, — ответила Кэтрин резко, — Также Нарцисса и Драко, которые могли быть наказаны... — Ты поступила правильно, Кэтрин. Я очень горжусь тобой. — Вы меня позвали не это обсуждать, верно? Я знаю, что Северус Снейп вам уже все доложил, ведь по-другому он не мог. — Так уж вышло, что я знаю о задание, которое дал Драко Малфою Волан-де-Морт. Ты вызвалась ему помочь. Почему? Кэтрин испугано набрала воздух и раскрыла широко глаза. Он не должен был знать. — Потому что, если я буду рядом...Драко не сделает этого, — ответила Кэтрин честно и опустила глаза. Дамблдор понимающе кивнул. Точно такого ответа он и ждал. — Теперь мне стоит опасаться ваших попыток? — в шутливой манере спросил Дамблдор и встал со стула. — Тут нет ничего смешного! — выкрикнула Кэтрин раздраженно, — Сэр, — добавила она уже тише. — Ты права. — Ответил Дамблдор. Он обошел стол и встал напротив Кэтрин так, что ей пришлось поднять глаза вверх. — У вас с Драко есть связь, не находишь это странным? Кэтрин задумчиво прикусила губу: — Что вы имеете ввиду? Дамблдор не ответил на ее вопрос. Он снова подошел к своему рабочему месту и устало сел в кресло. — Есть у тебя что-то еще, что стоит рассказать мне? Кэтрин задумалась. Он действительно знает все, но он не знает про книгу и про попытку починить исчезательный шкаф. Кэтрин подняла рукав левой руки, показывая метку Дамблдору. Тот удивлен не был, но в его глазах читалась растерянность. — Я до последнего не мог поверить в то, что Том сотворил это с тобой. Ты еще ребенок. Я был уверен, что это не может быть правдой. — Он питается моей энергией, — добавила Кэтрин пряча метку, подняла рукав правой руки. Темные пятна стали еще ярче и линии уже покрывали всю руку. — А это, лишь очередной якорь, чтобы я была рядом. Также я послушалась вашего совета. Я действительно все лето искала информацию как мне избежать смерти. — Ты ведь осознаешь, что этого не избежать. Пророчество исполнится. — Я знаю-знаю, — поспешила добавить Кэтрин. — Я летом видела сон, в нем была книга. Она была большой и темно-фиолетовой. На ней был нарисован знак, я не знаю, что он означает...но, потом во сне ко мне пришел Сириус и он сказал, что ответ на мой вопрос кроется в этой книге. Дамблдор задумчиво откинулся назад. Он смотрел прямо на Кэтрин, не решаясь что-либо сказать. — Это может казаться глупым, со стороны, — продолжила она, — Но если есть шанс спастись, то я им воспользуюсь. Сэр, помогите мне найти эту книгу! Вы столько лет оберегали и опекали Гарри, а я всегда была в стороне. Вы послали меня в дом Малфоев и именно вы рассказали мне, что я должна погибнуть. Да, моя жизнь не так ценна, как жизнь Гарри, но...прошу вас. Я делала все то, что вы мне велели. Помогите мне спастись... Дамблдор смотрел на Кэтрин и теперь она увидела в его глазах страх. — Если ты действительно хочешь, чтобы я помог, — сказал задумчиво он. — Придется тебе помочь и мне. Мы будем вместе разбираться в паутине, что наплел Волан-де-Морт и найдет ответы на все. Для Гарри у меня будет особое задание, но ты, Кэтрин, должна знать все, чтобы Том Рэдл был уязвим. На глазах Кэтрин выступили слезы. Она быстро закивала. Дамблдор встал с места и подошел к Омуту памяти, что плавал по воздуху около стеллажа. Он легким жестом подозвал к себе девушку, та послушно подошла. — Я рассказал тебе и твоему брату все, что знаю. С этой минуты мы покидаем твердую почву фактов и отправляемся в путешествие по мглистым болотам памяти в чащобу дичайших догадок. Отныне, Кэтрин , я могу так же сокрушительно ошибаться, как ошибался Хамфри Белчер, полагавший, что пришла пора для сырного котла. — Но вы, думаете, что вы правы? — спросила Кэтрин. — Естественно, я думаю, что прав, но, как тебе уже пришлось убедиться, у меня, как и у всех людей, случаются ошибки. Собственно говоря, поскольку я - ты уж меня прости - умнее большинства людей, то и ошибки мои соответственно оказываются намного более серьезными. — Мы будем заглядывать в чьи-то воспоминания, чтобы разгадать какую-то тайну? — спросила Кэтрин с недоверием. — Верно, Кэтрин. Все, что мы увидим — очень тесно связано с пророчеством. Я уверен, что мы найдем тут ответ и на твой вопрос. — Куда мы отправимся, сэр? — На прогулку по аллее воспоминаний Боба Огдена, — ответил Дамблдор, вынимая из кармана хрустальный флакон, в котором кружилось, завиваясь, серебристо-белое вещество. — Он был сотрудником Группы обеспечения магического правопорядка, — сказал Дамблдор. — Он умер некоторое время назад, но не раньше, чем я разыскал его и убедил доверить мне эти воспоминания. Сейчас мы с тобой будем сопровождать его при исполнении им служебных обязанностей. Встань, пожалуйста, сюда, Кэтрин... Дамблдор направил на флакон волшебную палочку, и пробка вылетела. — Сэр... как вы повредили руку? - спросила Кэтрин, глядя на почерневшие пальцы со смесью отвращения и жалости. — Сейчас не время для этой истории, Кэтрин. Пока еще нет. Нас ждет Боб Огден. Дамблдор вытряхнул из флакона серебристо-белое вещество, и оно закружилось, мерцая, в Омуте памяти — не то жидкость, не то газ. — После тебя, — сказал Дамблдор с приглашающим жестом. Кэтрин склонилась над чашей, сделал глубокий вдох и окунула лицо в серебристую субстанцию. Она почувствовала, что пол уходит у нее из-под ног; она падала, падала сквозь крутящуюся тьму, и вдруг оказалось, что она стоит, моргая от ослепительно яркого солнечного света. Не успели ее глаза приноровиться к освещению, как рядом с ней приземлился Дамблдор. Они оказались на проселочной дороге, вдоль дороги тянулись высокие густые живые изгороди, а вверху было летнее небо, ясное и синее, как незабудка. Футах в десяти от них стоял невысокий полный человек в очках с невероятно толстыми линзами, из-за которых его глазки казались крошечными, как у крота. Он читал надписи на деревянном указателе, торчавшем из колючих кустов ежевики слева от дороги. Кэтрин поняла, что это, должно быть, и есть Огден. Кроме него, вокруг никого не было видно, и к тому же он был одет в странные и плохо сочетающиеся друг с другом вещи, как это часто бывает, когда неопытные волшебники пытаются выдавать себя за магглов; в данном случае наряд составляли гетры и сюртук, надетый поверх полосатого трико. Не успела Кэтрин подивиться этому затейливому костюму, как Огден бодрым шагом двинулся вперед. Дамблдор и Кэтрин последовали за ним. Проходя мимо указателя, Кэтрин бросила взгляд на две его стрелки. Одна указывала назад, туда, откуда они пришли, на ней была надпись: «Грейт-Хэнглтон, 5 миль». Другая указывала в ту сторону, куда направлялся Огден, на ней значилось: «Литтл-Хэнглтон, 1 миля». Какое-то время они шли, не видя ничего, кроме живых изгородей, огромного синего неба над головой да быстро шагающей фигуры в сюртуке далеко впереди. Затем дорога повернула влево и круто пошла под уклон, так что перед ними внезапно открылся вид на раскинувшуюся внизу долину. Кэтрин увидела деревушку, примостившуюся между двумя холмами, — несомненно, это и был Литтл-Хэнглтон. Можно было рассмотреть церковь и кладбище. По другую сторону долины на склоне холма возвышался красивый дом землевладельца, окруженный обширным бархатисто-зеленым газоном. Огден затрусил рысцой вниз по склону. Дамблдор прибавил шаг, и Кэтрин оставалось бегом поспевать за ним. Дорога резко свернула вправо, и, когда они вышли из-за поворота, сюртук Огдена мелькнул впереди, исчезая за кустами. Дамблдор и Кэтрин вслед за ним свернули на узкий проселок, окаймленный еще более высокими и запущенными живыми изгородями. Тропинка была извилистая, каменистая, вся в рытвинах, она тоже шла под уклон и вела, по-видимому, к темной группе деревьев немного ниже по склону. Так и есть — вскоре дорога вышла к рощице, Дамблдор и Кэтрин остановились за спиной у Огдена, который тоже остановился и вытащил волшебную палочку. На небе не было ни единого облачка, но старые деревья отбрасывали сплошную темную холодную тень, и Кэтрин не сразу различила среди тесно растущих стволов какое-то строение. Ей показался очень странным такой выбор места для жилья и то, что его обитатель не вырубил деревья, заслоняющие свет и вид на долину. Было непонятно, живет ли здесь кто-нибудь вообще. Стены хибарки заросли мхом, черепица осыпалась, и местами через дыры проглядывали стропила. Вокруг росла крапива, такая высокая, что доставала до крошечных окошек с грязными стеклами. Кэтрин уже пришла к выводу, что здесь не могут жить люди, но тут одно из окон со стуком распахнулось, и из него показалась тонкая струйка дыма или пара, как будто внутри кто-то готовил еду. Огден двинулся вперед бесшумно и, как показалось Кэтрин, настороженно. Вступив в густую тень деревьев, он снова остановился, не сводя глаз с двери домика, к которой была прибита мертвая змея. Послышался шорох, треск, с ближайшего дерева спрыгнул человек, одетый в лохмотья, и приземлился прямо перед Огденом. Тот отскочил назад так быстро, что наступил на фалду сюртука и чуть было не потерял равновесие. - Вас сюда никто не звал. У стоявшего перед ними человека были густые волосы, такие грязные, что не было никакой возможности определить их цвет. Во рту не хватало нескольких зубов. Маленькие темные глазки косили в разные стороны. Это должно было казаться смешным, но смешным он не выглядел, выглядел страшным. Кэтрин не осуждала Огдена за то, что тот попятился еще на несколько шагов, прежде чем заговорить: - Э-э... доброе утро. Я из Министерства магии... - Вас сюда никто не звал. - Э-э... прошу прощения... я вас не понимаю, - нервно проговорил Огден. Кэтрин подумала, что Огден, должно быть, совсем тупой; по ее, Кэтрин, мнению, незнакомец высказался вполне ясно, тем более что при этом он угрожающе размахивал волшебной палочкой в одной руке и окровавленным ножом в другой. — Ты, Кэтрин, вероятно понимаешь, что он говорит? — тихо спросил Дамблдор. — Да, конечно, — озадаченно сказала Кэтрин, — А почему Огден... Тут ее взгляд снова упал на змею, прибитую к к двери. Кэтрин осенило: — Он говорит на змеином языке... — Молодец, — сказал Дамблдор и одобрительно кивнул. Тем временем оборванец двинулся на Огдена, нацелив в него нож и волшебную палочку. - Эй, послушайте... - начал Огден, но было поздно. Что-то громко хлопнуло, и Огден оказался на земле. Он зажимал ладонью нос, между пальцев сочилась мерзкая желтая жижа. - Морфин! - послышался новый голос. Из домика вышел пожилой человек, с такой силой захлопнув за собой дверь, что злосчастная дохлая змея закачалась туда-сюда. Этот человек ростом был ниже первого и сложен довольно странно. Очень широкие плечи и длинные руки в сочетании с блестящими карими глазами, жесткими короткими волосами и морщинистым лицом делали его похожим на старую, мощную обезьяну. Он остановился возле человека с ножом, который давился от хохота, глядя на Огдена, лежащего на земле. - Из Министерства, значит? - сказал пожилой, посмотрев на Огдена сверху вниз. - Совершенно верно! - ответил Огден сердито, утирая лицо. - А вы, как я понимаю, мистер Мракс? - Точно, - ответил Мракс. - Получили по роже, так, что ли? - Он меня ударил! - возмутился Огден. - Надо было предупредить, - агрессивно откликнулся Мракс. - Это частное владение. Сами вламываетесь без приглашения, а потом удивляетесь, что мой сын пробует защищаться. - От чего защищаться-то? - буркнул Огден, с трудом поднимаясь с земли. - От посторонних. Любопытствующих. Магглов и всякой разной дряни. Огден направил волшебную палочку на свой собственный нос, из которого по-прежнему текло нечто похожее на желтый гной, и поток сразу же прекратился. Мистер Мракс обратился к Морфину, почти не разжимая губ: - Ступай в дом. Не спорь. На этот раз Кэтрин, предупрежденная заранее, узнала змеиный язык. Хоть она и понимала все, что говорилось, но в то же время различал странные шипящие и свистящие звуки, а Огден только их и мог слышать. Морфин, кажется, хотел возразить, но под грозным взглядом отца передумал, вперевалочку зашагал к хибарке и захлопнул за собой дверь, так что змея снова уныло закачалась из стороны в сторону. - А я как раз приехал поговорить с вашим сыном, мистер Мракс, - сказал Огден, вытирая остатки гноя с сюртука. - Это ведь был Морфин, верно? - Ну да, это был Морфин, - равнодушно ответил старик - Вы чистокровный волшебник? - спросил он вдруг с вызовом. - При чем здесь это? - холодно ответил Огден. Сощурив глаза, он уставился Огдену в лицо и пробормотал явно оскорбительным тоном: - Если подумать, так я видал такие же носы у нас в деревне. - Не сомневаюсь в этом, если ваш сын и там дает волю рукам, - сухо отозвался Огден. -Может быть, продолжим нашу беседу в доме? - В доме? - Да, мистер Мракс. Я уже сказал вам: я приехал поговорить с Морфином. Мы отправили вам сову... - Нам тут совы ни к чему, - сказал Мракс. - Я никогда не читаю писем. - В таком случае не жалуйтесь, что гости являются к вам без предупреждения, - дерзко ответил Огден. - Меня послали к вам по поводу серьезного нарушения магического правопорядка, которое было совершено здесь сегодня, рано утром... - Ладно, ладно! - заорал Мракс. - Входите в дом, провались он совсем, входите и подавитесь! В доме, как оказалось, были три крошечные комнаты. В две из них можно было пройти через главную комнату, служившую сразу и кухней, и гостиной. Морфин сидел в засаленном кресле у очага, где дымились дрова, вертел в толстых пальцах живую гадюку и, обращаясь к ней, тихонько напевал на змеином языке: Змейка, змейка, поиграем, Пошипим-ка вместе. Не то Морфин осерчает, На двери подвесит. В углу у открытого окна что-то зашуршало, и Кэтрин вдруг заметила, что в комнате есть еще один человек - девушка в рваном сером платье точно такого же цвета, что и грязная каменная стена у нее за спиной. Она стояла рядом с закопченной до черноты печкой, на которой что-то кипело в горшке, и передвигала какие-то жалкие горшки и сковородки на полке. У нее были тусклые, безжизненные волосы и некрасивое бледное лицо с грубыми чертами. Глаза у нее, как и у брата, косили в разные стороны. Девушка выглядела чуточку почище, чем двое мужчин, но Кэтрин подумала, что никогда в жизни не видела у человека такого обреченного взгляда. Ей стало тоскливо и противно одновременно. - Моя дочь, Меропа, - неохотно буркнул Мракс в ответ на вопросительный взгляд Огдена. - Доброе утро, - сказал Огден. Она не ответила, испуганно глянула на отца и, повернувшись ко всем спиной, снова принялась переставлять горшки на полке. - Ну, мистер Мракс, - сказал Огден, - не будем ходить вокруг да около. У нас есть причины предполагать, что ваш сын Морфин этой ночью совершил волшебство в присутствии маггла. Что-то оглушительно грохнуло - это Меропа уронила глиняный горшок - А ну подбери! - завопил на нее Мракс. - Правильно, хватай прямо лапами с пола, как последнее маггловское отродье! Зачем у тебя волшебная палочка, бестолочь неповоротливая? - Мистер Мракс, прошу вас! - воскликнул пораженный Огден. Меропа, уже успевшая поднять горшок, пошла красными пятнами и снова выронила его, трясущейся рукой вытащила из кармана волшебную палочку, направила на горшок и чуть слышно скороговоркой пролепетала заклинание, от которого горшок полетел через всю комнату, ударился в противоположную стену и раскололся надвое. Морфин залился безумным смехом, а Мракс завизжал: - Почини его, дылда безмозглая, почини сейчас же! Меропа, спотыкаясь, кинулась через всю комнату к осколкам, но Огден опередил ее. Он взмахнул волшебной палочкой и твердым голосом произнес: - Репаро! Горшок мгновенно стал целым. У Мракса был такой вид, словно он сейчас кинется на Огдена, но он удержался. Вместо этого он принялся издеваться над дочерью: - Твое счастье, что подвернулся добрый дядя из Министерства! Может, я и совсем тебя сбуду с рук, может, он не побрезгует женушкой из сквибов поганых... Ни на кого не глядя, не поблагодарив Огдена, Меропа подобрала горшок и дрожащими руками снова поставила на полку. Потом замерла, прижавшись спиной к стене между замызганным окном и печкой, как будто больше всего на свете ей сейчас хотелось пройти сквозь камень и исчезнуть. - Мистер Мракс, - снова начал Огден, - как я уже сказал, цель моего визита... - Я и с первого раза хорошо расслышал! - окрысился Мракс. - И что мне с этого? Морфин проучил вонючего маггла, проучил за дело... Дальше-то что? - Морфин нарушил закон волшебного сообщества, - сурово ответил Огден. - Морфин нарушил закон волшебного сообщества! - кривляясь, нараспев передразнил Мракс. Морфин снова зашелся хохотом. - Поучил маленько распоясавшегося маггла, это что теперь, преступление? - Да, - сказал Огден. - Боюсь, что так. Он извлек из внутреннего кармана сюртука маленький свиток пергамента и развернул его. - Это что, приговор? - спросил Мракс, злобно повысив голос. - Это вызов в Министерство на слушание дела... - Вызов? Вызов?! Да кто вы такой, чтобы вызывать куда-то там моего сына? - Я начальник Группы обеспечения магического правопорядка, - сказал Огден. - А мы, по-вашему, так, помои? - вскричал Мракс, наступая на Огдена и тыча ему в грудь палец с грязным желтым ногтем. - Мелкие шавки, чтобы бегать на задних лапках перед Министерством? Да знаешь ли ты, с кем разговариваешь, грязнокровка сопливая? - Я полагал, что говорю с мистером Мраксом, - ответил Огден настороженно, но не сдавая позиций. - Это точно! - загремел Мракс. На мгновение Кэтрин почудилось, что Мракс делает неприличный жест, но потом она разглядела, что старик сует Огдену под нос безобразное кольцо с черным камнем, надетое у него на среднем пальце. - Видели это? Видели? Знаете, что это такое? Знаете откуда? Несколько столетий хранилось в нашей семье, вот из какой древности мы ведем свой род, и все это время храним чистоту крови! На камне вырезан герб Певереллов! Знаете, сколько мне предлагали за эту вещицу? - Понятия не имею, - ответил Огден, поморщившись, когда кольцо промелькнуло у него перед самыми глазами. - Все это к делу не относится, мистер Мракс. Ваш сын нарушил... Мракс взвыл от ярости, бросился к дочери и схватил ее за горло. Кэтрин подумала было, что он хочет ее задушить, но старик потащил девушку к Огдену, держа за золотую цепочку, висевшую у нее на шее. - Видели вот это? - заревел он, размахивая тяжелым золотым медальоном, в то время как Меропа задыхалась, ловя ртом воздух. - Вижу, вижу! - поспешно ответил Огден. - Эта вещь принадлежала Слизерину! - выкрикнул Мракс. - Салазару Слизерину! Мы - его единственные потомки из ныне живущих, что вы на это скажете, а? - Мистер Мракс, ваша дочь! - воскликнул Огден в тревоге, но Мракс уже выпустил Меропу; она вернулась в свой угол, шатаясь, потирая шею и еле переводя дух. - Вот! - с торжеством сказал Мракс, как будто только что неопровержимо доказал какую-то необыкновенно сложную мысль. - Не смейте разговаривать с нами, будто мы грязь у вас на башмаках! Незнамо сколько поколений чистокровных волшебников - вы-то небось такого о себе сказать не можете! И он плюнул под ноги Огдену. Морфин опять захохотал. Меропа молчала, съежившись у окна, опустив голову, так что свисающие волосы закрывали лицо. - Мистер Мракс, - упрямо повторил Огден, - боюсь, что ни ваши, ни мои предки не имеют никакого отношения к вопросу, о котором идет речь. Я здесь из-за Морфина; Морфина и маггла, ставшего жертвой его хулиганской выходки этой ночью. По нашим сведениям, -он заглянул в пергамент, - Морфин осуществил по отношению к магглу наговор или заклинание, от которого тот покрылся крайне болезненной сыпью. Морфин захихикал. -Потише, мальчишка, - прошипел Мракс на змеином языке, и Морфин примолк - Ну и что такого? - с вызовом спросил Мракс у Огдена. - Надо думать, вы этому магглу морду-то подчистили, да и память заодно... - Дело совсем не в этом, мистер Мракс, - сказал Огден. - Произошло ничем не оправданное нападение на беззащитного... - Вот я сразу так и почуял, что вы любитель магглов, - хмыкнул Мракс и снова плюнул на пол. - Эти разговоры никуда не ведут, - решительно ответил Огден. - По поведению вашего сына ясно, что он нисколько не раскаивается в своих поступках. - Огден снова заглянул в свиток. - Морфин должен явиться четырнадцатого сентября на слушание по обвинению в колдовстве, осуществленном в присутствии маггла, с причинением ущерба и неудобств вышеупомянутому магглу... Огден прервал чтение. Через открытое окно до них донеслось звяканье сбруи, конский топот и громкие веселые голоса. По-видимому, дорога в деревню, петляя, проходила совсем близко от рощицы, где стоял дом. Мракс застыл на месте, прислушиваясь, с расширенными глазами. Морфин зашипел и с кровожадным выражением повернулся на звук Меропа подняла голову. Кэтрин увидела, что лицо у нее совершенно белое. - Боже, просто смотреть больно на эту лачугу! - послышался звонкий женский голос; он звучал так отчетливо, как будто девушка стояла в комнате. - Неужели твой отец не может распорядиться, чтобы ее снесли, Том? -Том? -переспросила Кэтрин и вопросительно взглянула на Дамблдора. - Она нам не принадлежит,- ответил голос молодого человека. - На той стороне долины все наше, но этот дом принадлежит старому бездельнику по имени Мракс и его детям. Сын абсолютно ненормальный, послушала бы ты, что о нем рассказывают в деревне... Девушка рассмеялась. Звяканье и топот становились все громче, все ближе. Морфин приподнялся, словно хотел выбраться из кресла. - Сиди на месте, - предостерегающе произнес его отец на змеином языке. - Том, - снова раздался голос девушки, на этот раз совсем рядом; очевидно, всадники приблизились к дому. - Может быть, я ошибаюсь, но, по-моему, там кто-то прибил к двери змею? - Господи, так и есть! - воскликнул мужской голос. - Это, должно быть, сын, я тебе говорил, что он не в себе. Не смотри туда, Сесилия, любимая. Звон и топот снова начали стихать. - «Любимая», - прошептал Морфин на змеином языке, глядя на сестру.- Слышишь, он назвал ее «любимая». Все равно он не будет твоим. Меропа побелела как полотно - Кэтрин была уверен, что она вот-вот упадет в обморок. - Что такое? - сурово спросил Мракс, тоже на змеином языке, переводя взгляд с сына на дочь и обратно. — Что ты сказал, Морфин? - Она заглядывается на этого маггла, - прошипел Морфин, злобно уставившись на сестру, вид у которой теперь был испуганный.- Вечно торчит в саду, когда он проезжает мимо, пялится на него через ограду, так, что ли? А нынче ночью... Меропа умоляюще замотала головой, но Морфин безжалостно продолжал: -Высунулась в окошко, все поджидала, когда он поедет домой, так, что ли? - Высунулась в окошко посмотреть на маггла? - тихо переспросил Мракс. Все трое как будто позабыли про Огдена, который смотрел на них озадаченно и раздраженно - он ничего не мог разобрать в этих шипящих и скрежещущих звуках. - Это правда? - страшным голосом спросил Мракс, делая шаг или два к насмерть перепуганной девушке. - Моя дочь, чистокровная волшебница из потомков Салазара Слизерина по прямой линии, мечтает о мерзком грязном маггле? Меропа отчаянно затрясла головой, вжимаясь в стену. Говорить она, похоже, не могла. - Ну да я его достал, отец! - хрипло засмеялся Морфин. - Подловил, когда он проезжал мимо. Не такой-то он был красавчик, как покрылся сыпью с ног до головы, а, Меропа? -Ах ты, гнусная бездарь, сквиб несчастная, вонючая осквернительница крови! - заревел Мракс, окончательно потеряв контроль над собой, и схватил дочь за горло. Кэтрин и Огден одновременно закричали: - Не смейте! Огден поднял волшебную палочку и выкрикнул: - Релашио! Мракса отбросило назад, он налетел на стул и шлепнулся навзничь. Разъяренный Морфин с ревом выскочил из кресла и кинулся на Огдена, размахивая своим окровавленным ножом и беспорядочно выстреливая заклятиями из волшебной палочки. Огден бросился наутек Дамблдор дал знак, что нужно следовать за ним, и Кэтрин подчинилась. Крики Меропы долго еще звучали у нее в ушах. Огден как угорелый промчался по тропинке, прикрывая руками голову, и, выскочив на большую дорогу, врезался прямо в бок лоснящемуся гнедому коню, на котором ехал верхом очень красивый темноволосый молодой человек. И молодой человек, и девушка, ехавшая рядом с ним на серой кобыле, весело рассмеялись при виде Огдена, который отлетел от лошадиного бока и рысью побежал дальше, весь в пыли, с развевающимися фалдами сюртука. -Достаточно, Кэтрин. -Сказал Дамблдор и взял под локоть Кэтрин. В следующий миг они взмыли в темноту, а потом снова приземлились в кабинете Дамблдора, где к этому времени наступили сумерки. - Что стало с той девушкой из лачуги? - спросила Кэтрин, как только Дамблдор зажег еще несколько светильников при помощи волшебной палочки. - Меропа, или как там ее звали? - О, она выжила, - ответил Дамблдор, усаживаясь за свой стол и жестом предлагая Кэтрин сесть напротив. - Огден трансгрессировал в Министерство и через пятнадцать минут вернулся с подкреплением. Морфин с отцом пытались оказать сопротивление, но их одолели, забрали из дома, и в конце концов они были осуждены Визенгамотом. За Морфином уже числилось несколько нападений на магглов, его присудили к трем годам в Азкабане. Марволо, который ранил Огдена и еще других сотрудников Министерства, получил шесть месяцев. — Марволо? — ошеломленно переспросила Кэтрин. — Правильно, — одобрительно улыбнулся Дамблдор. — Я рад видеть, что голова у тебя работает. — Так этот старик.. — Дедушка Волан-де-Морта? — Да, — сказал Дамблдор. — Марволо, его сын Морфин и дочь Меропа были последними из старинной волшебной семьи Мраксов, известной своей неуравновешенностью и жестокостью, которые проявлялись из поколения в поколение благодаря большому количеству родственных браков. Недостаток здравого смысла в сочетании с привычкой к роскоши привели к тому, что золото семьи было растрачено за несколько поколений до рождения Марволо. Сам он, как ты видела, жил в нищете и в грязи, обладая чрезвычайно скверным характером, фантастической гордыней и парой фамильных драгоценностей, к которым был привязан так же сильно, как к сыну, и значительно сильнее, чем к дочери. — Выходит, Меропа... — Кэтрин подалась вперед, не сводя глаз с Дамблдора. — Меропа... сэр, это значит, что она... мать Волан-де-Морта? — Совершенно верно, — ответил Дамблдор. — А заодно мы с тобой мельком увидали и его отца. Не знаю, обратила ли ты внимание... — Тот маггл, на которого напал Морфин? Который был верхом на лошади? — Очень хорошо, молодец, — радостно улыбнулся Дамблдор. — Да, это был Том Реддл. Старший, красивый маггл, который часто ездил верхом мимо домика Мраксов и к которому Меропа Мракс воспылала тайной страстью. — Так они все-таки поженились? — недоверчиво спросила Кэтрин. Ей было сложно представить двух других людей, настолько мало подходящих друг другу. — Я думаю, ты забываешь, — сказал Дамблдор, — что Меропа все-таки была чародейкой. Скорее всего, пока ее тиранил и запугивал отец, магические способности Меропы не могли проявиться в полную силу. Но как только Марволо и Морфина упрятали в Азкабан, она впервые в жизни осталась одна, на свободе. Несомненно, тут-то ее способности и развернулись на просторе, и она начала строить планы, как вырваться из той беспросветной жизни, которую вела восемнадцать лет. Подумай, какие способы могла найти Меропа, чтобы заставить Тома Реддла позабыть свою маггловскую спутницу и влюбиться в колдунью? — Вы про приворотное зелье? — Очень хорошо! Я лично склоняюсь к мысли, что она использовала приворотное зелье. Это должно было показаться ей более романтичным. Не так уж сложно было как-нибудь в жаркий день, когда Реддл в одиночестве проезжал мимо, предложить ему стакан воды. Как бы то ни было, через несколько месяцев после той сцены, которую мы с тобой сейчас наблюдали, жители деревни Литтл-Хэнглтон имели удовольствие стать свидетелями небывалого скандала. Можешь себе представить, сколько было разговоров, когда сын местного сквайра сбежал из дому с Меропой, дочерью бродяги. Но потрясение деревенских жителей не идет ни в какое сравнение с тем, что испытал Марволо, когда вернулся из Азкабана в полной уверенности, что его встретит преданная дочь и горячий обед на столе. Вместо этого он нашел в доме слой пыли толщиною в дюйм и прощальную записку от дочери. Насколько мне удалось узнать, он никогда больше не произносил имени дочери, словно ее вовсе не существовало на свете. Возможно, пережитое потрясение ускорило его смерть, а может быть, он просто-напросто так и не научился готовить себе еду. Азкабан подкосил Марволо, и он не дожил до возвращения своего сына Морфина. — А Меропа? Она... она ведь умерла, да? Вроде Волан-де-Морт вырос в сиротском приюте? — Да, верно, — ответил Дамблдор. — Здесь нам снова приходится гадать, но я думаю, нетрудно вычислить, что случилось дальше. Дело в том, что через несколько месяцев после их бегства и тайного брака, Том Реддл объявился в родительском доме в Литтл-Хэнглтоне – один, без жены. В округе сплетничали, что он говорил, будто бы его «обманули» и «завлекли». На самом деле, я уверен, он имел в виду, что находился под действием чар, а теперь эти чары с него сняты, хотя, конечно, он не решился сказать об этом прямо- боялся, как бы его не приняли за сумасшедшего. Жители деревни сделали вывод, что Меропа обманула Тома Реддла, сказав, будто ждет от него ребенка, и тем заставила его жениться на ней. — Но у нее действительно был от него ребенок! — Да, но только через год после их свадьбы. Том Реддл бросил ее, когда ребенок еще не родился. — Что же у них случилось? — спросила Кэтрин. — Почему приворотное зелье перестало действовать? — Это опять-таки сплошные догадки, — сказал Дамблдор, — но я думаю, Меропа, без памяти влюбленная в своего мужа, не могла больше держать его при себе с помощью волшебства и сознательно перестала давать ему зелье. Может быть, потеряв голову от страсти, она убедила себя, что теперь он по-настоящему полюбил ее. Может быть, надеялась, что он останется с ней ради ребенка. В обоих случаях она ошибалась. Он покинул ее, никогда больше ней не виделся и не потрудился узнать, что стало его сыном. Небо за окном было черное, как чернила, светильники в в кабинете Дамблдора вспыхнули ярче прежнего. — Я думаю, хватит с нас на сегодня, Кэтрин, — сказал Дамблдор, помолчав минуту-другую. — Да, сэр, — сказала Кэтрин. Она встала, но не ушла. — Сэр... а это было важно, чтобы я узнала о прошлом Волан-де-Морта? — Я думаю, очень важно, — ответил Дамблдор. — А это... как-то связано с пророчеством? — Связь самая прямая. Я также расскажу об этом Гарри. Вы вдвоем сможете помочь мне быстрее разобраться. Кэтрин молча кивнула. Она снова повернулась к выходу и была почти уже у самой двери, когда вдруг увидела, что на одном из столиков с точеными ножками, среди хрупких серебряных приборов лежит безобразное золотое кольцо с большим треснувшим черным камнем. — Это кольцо... — сказала Кэтрин. — Да, это оно самое, — сказал Дамблдор. — Оно попало ко мне совсем недавно. — Поэтому ваша рука в таком состоянии? — Верно, — ответил дамблдор с легкой грустью. — Но расскажу я эту историю потом, а сейчас тебе пора в постель. — Доброй ночи, сэр. — Доброй ночи, мисс Поттер. Кэтрин вернулась в гостиную, когда та уже была пуста. Ей стало легче от того, что ни Драко, ни Блейз не стали дожидаться ее возвращения. Соседка Агнес уже крепко спала, укутавшись в большое одеяло. Кэтрин тихо зашла в ванную комнату, она не была так шикарна, как в доме Малфоев, вдвое меньше и маленькое зеркало над раковиной уже потрескалось от старости. Кэтрин набрала в руки воду и долго смывала с лица усталость и краску, что доброжелательно одолжила у миссис Малфой. Через несколько минут в отражении она видела исхудавшее и бледное лицо, с яркими синяками и бесцветными губами. Слезы медленно и предательски подступали. Девушка сделала глубокий и тяжелый вздох, чтобы как можно скорее успокоиться.