Роджер и его собачка Коилин

Роджер сильный. По-крайней мере, в этом он убеждал мальчишек и себя. Он сильный, он справится. Что бы ни произошло, просто скажи Роду - он разрулит. Но все, а сильнее всего сам парень, забывают о том, что ему всего 19. Роджер знает, где-то в глубинах сознания помнит, что он ещё подросток. Он два года назад закончил школу, он только на втором курсе, едва съехал от родителей. Тащить двух детей на себе ему трудно, а нужно ещё учиться и работать. С появлением в жизни бордельских парнишек стало совсем невыносимо. Все внутренние ресурсы уходили на помощь несчастным детям. Когда взял опеку над Чарли, времени на себя вообще не осталось. Каждую субботу кататься с ним по врачам и обеспечивать комфортную среду для него было безумно выматывающе. Парень с трудом доползал до кровати вечерами. Конечно, родители знали про всё. Они часто забирали Чарли к себе, чтобы сыну было проще и предлагали оплачивать его счета. Но Род не хотел принимать деньги. Какая-то странная гордость мешала ему. Он согласился бы взять их только тогда, когда его мальчикам их стало бы не хватать. А пока не хватает одному лишь ему, можно и потерпеть. Коилина, как самого зрелого из всех подопечных, это не устраивало. Ему не хотелось наблюдать, как любимый изводит себя. Они с Майло и так брали на себя все дела по дому, а Ко подрабатывал, но теперь ему нужно было сделать так, чтобы Родж мог бросить работу без особого вреда семейному бюджету. Но его занятие было непостоянным и не приносило больших доходов. Без должного образования, занимаясь только переводами курсовых, заработать достаточно было нелегко. - Я на завод пойду! - заявил он однажды Роджеру, когда они сидели за ужином, уложив младших. Тот с такого заявления чуть пельменем не подавился: - На какой завод? Ты в своём уме? Мальчишка ещё, да и раб! Да кто тебя туда возьмёт?! А я не пущу, уж поверь! - Род вскочил с места и хлопнул кулаком по столу. Только легонько, чтоб мелкого не разбудить. - Не ори. Ведёшь себя, как упрямый ребёнок, - спокойно и твёрдо ответил Коко, тоже вставая и вытягиваясь во весь рост, - Я сделаю это, если ты не примешь помощь родителей. Мне надоело смотреть на твою уставшую рожу. Да и Чарли вредно. - Этот-то тут причём? - А приятно, по-твоему, больному ребёнку каждый день твоё уставшее ебало лицезреть? Он и так травмированный с ног до головы. Хоть где-то позитив ему видеть надо. О себе не думаешь, так о нас подумай. - Я подумаю, будь уверен. Это не твоя проблема, милый. А теперь спать, - приказал парень. - Нет уж, подожди, я не договорил! - Ко привстал на цыпочки, чтобы быть с ним одного роста. - Я сказал, пошёл спать, - строго повторил Роджер, - И проверь Мая. Спокойной ночи. - Спокойной. Коилина надулся и быстрым шагом покинул кухню. - Идиот... Коилин зашёл в спальню к Маю и Чарли, как и полагается хорошему старшему брату укрыл их обоих, и вернулся в свою комнату. Никаких реальных планов у него не было. Никто без разрешения хозяина его никуда не примет, а хозяин - упрямый козёл. Может на мелкого надавить? Да нет, Чарльз так глобально мыслить не умеет. Он и не поймёт о проблемах с финансами, пока его напрямую не коснутся. Да и так тоже не поймёт. Роджер догадается, кто его таким словам научил. А учитывая, какой он злющий в последнее время, можно и ремня схлопотать. - Ну вот идиот, - раздражённо думал Коилин, слушая, как за стеной Род гремит посудой, - Спать он, конечно, не планирует. Дверь с тихим скрипом приоткрылась. Щурясь на свет, Коко вгляделся в черты стоящего на пороге и улыбнулся: - Проходи, малой. Мягко прошлёпав голыми ногами, Чарли залез на кровать и крепко обнял Коилина, шмыгая носом. - Что случилось? - Моооонииии, - протянул он, размазывая слезы и слюни по лицу. - Что Мони? Роджер занят. Что-то случилось? Кошмар? - Нет. Где Мони? - Занят, сказал же. Позже придёт. Ложись спать. Мальчишка снова ударился в рев. Не зная, как его успокоить, Ко схватил спящую Темзу и сунул ему в руки - Солнышко, посмотри, кошечка. Погладь её. Ну, не плачь. Смотри, какая кошечка. Кошечка от такого действия была явно не в восторге. Она сердито мявкнула, но быстро успокоилась, когда Чарли начал осторожно её гладить. - Киса, - глупо заулыбался он, - Хорошая киса. Ладно, я буду спать. Коко, почитай мне. - Давай лучше так что-нибудь расскажу. Ложись давай. Чарли доверительно устроился у него под боком, прижимая к себе Темзу. Коилин принялся бормотать какую-то глупую сказку, не особо вдумываясь в смысл слов. Чарли тоже смысл был не нужен. Ему просто приятно было слушать родной спокойный голос. - Коко, а если Мони перестанет меня любить, меня вернут обратно? - засыпая, прошептал он. - Никогда, - твёрдо заверил его старший, - Спокойной ночи. - Я боюсь, что мне снова придётся дрочить плохим мужчинам, - совершенно ровно произнес он. Никакого смущения в связи со своей особенностью он испытывать не мог. Долько дискомфорт от неприятных воспоминаний. - Не придётся. Засыпай. Мы тебя не бросим. Со стороны Ко было немного самоуверенно делать такие заявления. Мало ли, как жизнь обернётся. А опекун Чарльзу нужен будет всю жизнь. Эти слова очень сильно на него повлияют, если вдруг он окажется вдали от новой семьи. Он ведь критически мыслить не может. Да и не обязан. Но и промолчать было нельзя. - Всё, всё, спи. Сейчас посмотрю, как там Родя и вернусь. Коилин осторожно выполз из-под одеяла и пошёл на кухню, где Роджер всё ещё чем-то гремел. Парень сидел за столом, стучал ложечкой по стенками стакана и плакал. Ко обомлел. Слезы Роджера он видел лишь пару раз до этого, и сейчас абсолютно не знал, как реагировать. Мальчик спешно подошёл ближе и обнял возлюбленного. - Роденька, ну что же ты? Он не ответил. Лишь опустил голову на плечо и расплакался в голос. Коилин просто позволял ему выпустить пар. Пусть проревется, потом на свежую голову они всё обсудят. Оба уже почти взрослые люди. - Я не вывожу, Ко. Не вывожу, - прошептал тот севшим голосом. - Ты и не должен. То, что ты единственный совершеннолетний, не значит, что ты можешь справиться со всем. Это нормально, родной. Пожалуйста, давай твои родители нам помогут? Ты нужен нам всем. Особенно Маю и Чарльзу. Подумай о себе, о них, о нас. Пожалуйста? Роджер посмотрел на него уставшими глазами и легонько кивнул: - Я думаю, нам стоит над этим подумать. Мы серьёзно поговорим об этом. Коилин хитро улыбнулся, снова привстал на цыпочки и поцеловал его. Это был тягучий, влажный, самый нежный поцелуй в его жизни. Никто не хотел прерывать его, но всё же Род отстранился, взял Киля на руки и понёс в спальню. Они всё обсудят и решат такие важные вопросы, но это будет завтра. А пока сон и немного нежности и тепла. Это всё, что иногда нужно таким "большим и сильным взрослым".