Ты мой безумный мальчик

у Антона всё равно было сомнение, что человек, находящийся рядом с ним не тот, за кого себя выдает. «-да он точно маньяк. он меня сейчас грохнет и всё. он просто притворяется, что добрый, но на самом то деле…» — примерно так думал Антон все 2 минуты, пока ждал своего чая. парень стал замечать, что его знобит, закладывает нос, побаливает горло, но не придавал особое внимание. -вот твой чай. только не пей сразу, он горячий и ты можешь обжечься, -передавая кружку произнёс Арсений. он. заботился о нём? точно маньяк. Антон-«сначала он покажет себя добрым, хорошим, а потом, в один момент, просто убьёт меня. вон, даже нож подготовил на столе. ну точно скоро сдохну» -спасибо. можно я в ту комнату пойду? — указывая на спальню, в которой он проснулся, указательным пальцем, всё так же робко спросил Антон —конечно, иди. может тебе помочь? -не не не, я сам, -пошатываясь ответил он дрожащим голосом -как знаешь… Антон-«а зачем он тогда заботиться обо мне? может, он и вправду не хочет меня убивать? да не, он подозрительные чёт слишком. у меня, похоже, был выбор смерти — либо умереть от наркоты, либо от убийства доброго маньяка. второе кажется более подходящим.» (кавычки будут означать мысли и будет подписано чьи они) Арсений-«странный он какой-то. боится меня, что-ли. может спросить у него? или это был его сообщник тогда, в баре? и сейчас он меня ограбит? тогда он бы не так сильно сторонился меня. хотя, что эти мошенники только не придумают. ничего не понимаю.» у обоих были подозрения друг на друга, не один не решался подойти и спросить что-либо. каждый боялся за себя, за свою жизнь, а Арсений и за себя, и за свои сбережения. за окном темнело. Антон пролежал весь день на кровати нового знакомого. Арсений подходил к парню, чтобы спросить, не хочет ли он есть, на что Антон отвечал нет и продолжал думать о своём. ему было неудобно оставаться здесь уже на 2 ночь, наверняка мужчина живёт не один, ведь по виду ему 25-27 лет, но не более 30. хотелось прямо сейчас выбежать из квартиры, и ничего не объяснив, пойти домой. точно. дома то у него нет. Антон был растерян. он нигде не оставался на ночь, с пониманием и на трезвую голову, кроме дома и несколько раз на автовокзале, потому что мама выгоняла его из дома. наверное, придётся, всё-таки, подойти и спросить разрешения остаться у него. если уж не разрешит — придётся идти бомжевать. на шатающихся ногах он встал с кровати и побрёл в гостиную, где сейчас находится Арсений. —аа. извините. можно я у вас останусь?.. а завтра я уйду от вас, мне сейчас некуда идти, завтра на вокзал пойду ночевать., — всё-таки спросил Антон. он, наверное, впервые просится остаться у кого-то. не хотелось, конечно, говорить это, но попробовать стоит. —конечно можно, тебе ведь идти некуда. а про вокзалы даже не думай. живи пока не найдёшь жильё. я один живу, вдвоём интересней будет, — Антон и забыл, что говорил про то, что ему некуда идти. и не понял зачем сразу сказал про то, что он пойдет на вокзал. наверное, он просто не умеет врать. —спасибо вам, что-ли… я думал вы с кем-то живёте. я здесь лягу, а вы на кровати тогда? не будете же вы из-за меня здесь спать. я не достоин. —ещё как достоин. каждый достоин многого. ну, а ты сам выбирай где спать. мне без разницы где я буду. —здесь, — указывая на диван ответил Шастун. Антон-«не хочется, чтобы Арсений спал на неудобном диване вместо меня. он и так много сделал для меня, теперь надо и его бы отблагодарить… только как — я не знаю. придумаю что-нибудь» утро. за окном начинает светлеть, но солнца ещё не видно. луна ещё поднимается над городом и видны звёзды. машин почти нет, разве что кто-то на семёрке с басами, из-за которых машина будто вот вот взорвётся. у Антона болит спина после этой адской ночи.как на этом спал Арсений? как и вчера — у Антона болит горло, что хочется его вырвать чтобы не болело, а так же заложен нос. Антон-«сколько времени то?,— Антон посмотрел на часы. пиздец, 4:35. и чё я так выспался тогда? так, а телефон мой где?» телефон подростка стоял на зарядке уже 2 день. и как только гаджет не взорвался? ладно, об этом думать не хочется. Антон аккуратно приподнялся с неудобного дивана. боль уже отступала — и после сна, и после того случая. это Антон понял, потому что без проблем встал на ноги и пошёл к розетке, где был его гаджет, без которого он прожил целый день! «вот это уже сильно», — подумал Антон. не хотелось будить, вроде бы, крепко спящего Арсения. где-то в глубине души всё доносился голос: «беги оттуда не оглядываясь!», но всё равно казалось, что этот человек даже не сможет сделать ничего плохого, а наоборот. у него приятный голос, он без всяких понтов и каких-то выебонов. но уходить всё равно нужно — не хочется приносить неудобства человеку, с которым едва знаком. Антон-«может сбежать? не хочу жить у незнакомого человека, который и так много сделал для меня.» и тут Антон вспомнил, что ему просто некуда идти. да что же это за фигня с этим Антоном? мать выгнала, друзей нет. всё через жопу. видимо, придётся пока пожить у Арсения. но ведь не может так быть, что нет не единого знакомого, так ведь? вот и Антона, оказывается, есть тётя. только вот она по маминой линии и, может быть, на её стороне? ну, попробовать всё-таки стоит. только не сейчас. кажется, что весь город спит, кроме него. будто не единой души в его городе, или даже на всей земле. будто ты остался один. эти мысли пугают. Антон-«ну, и что мне делать в такую рань? ну, в инсте посижу, что-ли…» спустя 40 скучных минут, пролетевших незаметно Антон задумался какой сейчас день. 20 ноября. воскресенье. радует хотя бы, что не будний день. ему бы сейчас активно готовиться к экзаменам, но он лежит на неудобном диване у его «спасителя» и пытается понять куда ему идти. как он пойдет в школу? учебники там, школьная форма. о последнем можно не волноваться, все уже поняли, что Антон плевать хотел на этот ваш дресс-код. решив, что всё-таки нужно сдать экзамены, чтобы добиться чего-то в этой никчёмной жизни и не умереть, так и не став совершеннолетним, он проделал несколько вариантов по обществознанию и литературе в интернете. ну и сколько же времени прошло? 6:02. город только начал просыпаться, солнца по прежнему не было. над городом всё так же висела луна и немного звёзд. машин по прежнему не было. может, 2-3 штуки проехали за всё время, но не более 4 точно. наверняка, встали только дедушки да бабушки, которые уже привыкли к ранним пробуждениям, таксисты всякие, и, конечно же, Антон. во всех непонятных ситуациях — Антон. захотелось есть. не часто заметишь голодного Антона. сейчас ему хотелось чего-то мясного, а если точнее, то шашлыка. обычно у людей резко появляются необычные желания, наверняка у всех было. ну, а Антон, конечно же, не исключение. больше всего ему хотелось просто есть. не как он перекусывал бутербродом с кофе, уже опаздывая на уроки, а поесть нормально,, по-человечески. понимая, что сейчас он не сможет ничего поесть, так как просить не хотелось, да и человек то спит, а лазать по холодильнику не очень прилично. придётся ждать, если ему, конечно, ещё предложат еду. из головы всё никак не выходил шашлык. ну да, Антон странный. 7:00. послышалась приятная мелодия будильника из спальни. спустя несколько секунд она затихла. стали слышны звуки шагов в сторону гостиной. стало немного страшно. —ой, доброе утро, Антон. а ты чего не спишь? , — сонным голосом, стоя в проходе, поинтересовался Арсений —да вот, не мог уснуть ещё часов с 4-ёх, -признался парень. —ясненько. кушать не хочешь? только давай честно, — уже направляясь на кухню спросил Арсений. он спрашивал будто у маленького ребёнка, эти «кушать» «только честно». но ведь Антон уже взрослый мальчик! —честно? хочу. и даже сильно, — опять признался Антон. ну никак не хотелось врать. во-первых есть сильно хотелось, а во-вторых с этим человеком хотелось быть честным. так и выманивали правду его глаза, голубые как океан, как чистое небо без единого облачка. —хорошо, скоро позову, — уже с кухни чуть крича сказал Арсений Антон-«ну, вроде пока всё хорошо. о, надо тёте написать. страшно конечно, очень страшно. но попробовать всё-таки стоит» 7:07 «здравствуйте, тётя Марина. можно я у вас недельку  поживу?» всё никак Антон не решался отправить сообщение. ну очень уж страшно было. —Антон! идём есть! , -послышался крик с кухни. от испуга у Антона дрогнул палец, кнопка в виде «бумажного самолётика» нажалась, сообщение отправилось. ну, что же. была не была. —да да, иду, — поднимаясь ответил Антон уже стоя в проходе он увидел не мало еды. и это чё, всё ему? гречка с сосиской, яичница, омлет и многое другое —я не знал, что ты любишь, поэтому вот. садись, чего стоишь то? —да зачем так много то… это я должен вам шведский стол делать, а не вы мне так много предлагать, — в недоумении сказал Антон. ну не привычно было видеть столько еды перед собой, а ещё от почти незнакомого человека. —ой, ладно тебе. ешь уже, — с улыбкой произнёс Арсений. Антон-«улыбка у него на педофилскую какую-то похожа. да блять, Антон! ешь пока дают. ой, не так прозвучало» —как здоровье? — нарушил тишину Арсений. Антон-«да блин, какая ему разница?» —получше, вроде бы. холодно что-то у вас, — в очередной раз сознался Антон. ну как не признаться этому мужчине, глаза которого будто видят всё наперёд и так и говорят: «если скажешь неправду — тебе будет плохо» —холодно? так я же все окна закрыл чтобы тебя не продуло, — какой заботливый мужчина, —не заболел? — мужчина встал со стула, подошёл к Антону и приложил руку на лоб. рука его была холодная, поэтому лоб показался ну слишком уж горячий. Антон не проронил ни слова. —так, давай ешь пока, я за аптечкой, — уже уходя сказал Арсений Арсений-«вот же проблемный мальчишка. но раз решил помочь — значит помогу» —ну, доел? давай в спальню иди, градусник на тумбочке. если температура выше 38 — зови меня. да вообще в любом случае позови, — будто на одном дыхании и норовя уже куда-то пойти, произнёс Арсений —да да, сейчас. перед тем, как направиться в спальню, Антон забрал телефон из гостиной, а дальше уже пошёл по направлению. с момента начала завтрака времени прошло не так мало, а поэтому Антон надеялся на ответ от тёти. 7:16 Антон, ты плохой сын. твоя мама рассказала всё о тебе. живи как хочешь, я на её стороне. Антон-«ну так я и думал.» одно сообщение, а Антон уже хочет просто умереть. что же он такого сделал своей маме, что она наговорила про него гадости? да он ведь даже слова ей не сказал. почему он плохой сын? столько вопросов: почему? почему? почему? за что ему это? он ведь никому плохого не делал, никогда не лез никуда, всегда был тихим, пугливым мальчиком. почему всё так не справедливо? Антон понял, что потерял семью. мамы – нет, отца – нет, братьев/сестёр – нет. никого нет. просто никого. он один. нет поддержки, заботы, любви, понимания.

у него ничего не отсталось.

он упал на край кровати, склонился вниз между своих ног, взялся пальцами за волосы, раздирая кожу на голове ногтями. он заплакал. не так сильно, конечно, как какая-нибудь 14 летняя девочка, которая порвала с очередным парнем и у неё истерика, а просто молча сидел, раздирая кожу на теле, ронял солёные слёзы. ему было больно, просто больно. не хотелось сейчас даже думать, что он находится в квартире Арсения, что у него и так болит голова, горло и опять всё тело, что в любой момент может зайти Арсений, потому что дверь не закрыта, что он начнёт расспрашивать насчёт его слёз, не хотелось, и он и не думал. в ушах звон, в голове только мысли о том, что он и вправду никчёмный, что у него нет никого, кроме самого себя. хотелось просто сброситься с крыши любого дома, вскрыться, да что угодно, любой вид суицида, но не думать о том, что он и правда никому не нужен. он уткнулся в подушку и просто плакал не переставая. всё так же не сильно, он ведь не какая-то девочка, он не думал ни о чём, просто хотелось умереть. —Антон, ну как ты... — не договорил Арсений, зайдя в комнату. он увидел Антона, который уткнулся в подушку и слышал всхлипы. —Антон, ты чего? тише тише тише. всё хорошо, слышишь? иди ко мне, — подбежал к нему мужчина и раскрыл руки, чтобы Антон прильнул к нему. Антон так и сделал. его нос утыкался в ключицу мужчины, а тот гладил подростка по спине. он ждал, пока тот успокоится. вроде бы, Антон стал затихать. он отстранился от Арсения, произнёс тихое «извините» и уже хотел было убежать, как его остановили. Мальчик, у которого упала чёлка упала на глаз, полностью закрывая его, с красными глазами от слёз, с испуганным взглядом, смотрел на мужчину. он его боялся, но если бы Арсений его сейчас уебал на месте, он бы был только рад этому, но всё равно боялся. —Антон. не нужно извиняться. а ещё не бойся меня, я правда хороший, я ничего тебе не сделаю, обещаю. пойдём в гостиную, — подавая руку Антону, чтобы тот смог встать, произнёс Арсений. —чаю? —ну. можно. Арсений направился греть чайник. Антон-«вот чёрт. теперь придётся всё рассказать. зачем я заплакал? что я, девчонка что-ли?»