на ловца и зверь бежит

и это лучшее не свете колдовство, ликует солнце на лезвии гребня, и это все, и больше нету ничего — есть только небо, вечное небо. мельница — дракон.

если ведьма целый день не притрагивается к котлу и травам — значит ведьма что-то задумала. это намджун понял уже на второй месяц отношений с чимином. первый раз все закончилось капитальным ремонтом, теперь уже их общего дома; на второй раз пак уговорил его уехать почти на месяц в японию, потому что туда завезли очень редкие и ценные ингредиенты для зелий, ну а потом просто таскал его по всевозможным выставкам и оранжереям. после был еще целый вагон и маленькая тележка подобных случаев, все сразу и не упомнишь, но одно намджун уяснил точно — если его ведьма не ведёт себя как таковая больше двух часов — жди подвоха. вот и сегодня чимин необычайно спокоен, можно даже сказать ленив. конечно, оборотень рад, что его мальчик даёт себе перерыв от хлопот и ворожбы, но это так на него не похоже, что ким немного напрягается. еще одной скучной поездки в осаку он попросту не переживет. но кажется, что младший просто отдыхает, даже не пытаясь что-либо предложить своему мужу, по типу: «а давай, мы…» чимин, одетый в одну лишь намджунову рубаху, очаровательно свернулся клубочком на мягкой перине, обложившись вокруг подушками, и читает какой-то старый роман о любви вампира к человеку. ведьмочка периодически тяжело вздыхает, вызывая у своего волка острое желание обнять и пожалеть, потому что грустный чимин — это как ножом по сердцу влюблённого в него по самые уши оборотня. — чимин-а, — тихонько окликает джун, присаживаясь на мягкую постель. — м? — пак даже не думает отвлекаться от интересного чтива. — что ты там такое читаешь? — «кровавый роман» сэмюэля дина*, а что? — ничего, просто ты так вздыхаешь… я подумал, что тебе грустно, — нам ложится рядом, аккуратно притягивая своё сокровище ближе, и обнимает поперёк живота, утыкаясь носом в пшеничную макушку. — ммм… — ведьма жмется к горячему телу, но все еще неотрывно бегает глазами по строчкам, — да, тут как раз разъяренные жители заперли роберта, возлюбленного вампира, в старом доме и пытаются его поджечь, а сам вампир заперт в своём замке и не может выбраться, чтобы спасти его… я переживаю, что он не успеет… — маленький, но ты ведь прочитал только половину книги, если человека убьют, то какой смысл второй половины? — угу, — мычит пак, переворачивая очередную страницу. намджун почти проваливается в сон, но резко дергается, когда чимин неожиданно подскакивает с кровати и выбегает из комнаты. книга валится на пол, а за ней валится и сам оборотень. сердце колотится где-то в горле, а волк внутри мечется, царапая грудную клетку. с его ведьмочкой что-то не так, ему плохо и, кажется, страшно?! не успевает старший рвануть следом, как его муж возвращается в комнату, немного бледнее, чем раньше, но совершенно спокойный, если не сказать довольный. — минни, сердце мое, что с тобой? — он притягивает младшего к себе и прижимает его к груди, отсчитывать удары чужого сердца. — меня вырвало. прости, что напугал, — чимин виснет коалой на своём большом и теплом оборотне, требуя ласки. — вырвало?! почему? ты что-то съел? отравился? — нет, все в порядке, — ведьма поглаживает напряжённые плечи волка, — я выпил специальный отвар, чтобы прочистить организм. — отвар?.. зачем? — у меня сегодня день отдыха и очищения всего тела. прости, пожалуйста, я совсем забыл тебя предупредить. намджун облегчённо выдыхает, утягивая несносную ведьму обратно на кровать. такими темпами и поседеть раньше времени можно. *** все же намджуну кажется, что что-то происходит, но вот что, он пока понять не может. прошло две недели, и вроде бы все как всегда, но неожиданно ему заявляют, что комната, отведенная под «склад» ненужного хлама, срочно нуждается в ремонте. на предложение отложить это до следующей весны приходит незамедлительное «весной она может мне уже понадобиться, а с декабря луна будет не в той фазе и продержится до самого марта, так что поднимай свою задницу и выгребай весь мусор из комнаты сейчас». в принципе, ремонт маленькой комнатушки с одним окном для здорового молодого оборотня — дело пары дней, так что ким решает не спорить. если его ведьмочке понадобилось дополнительное место для своих магических штучек, то кто такой намджун, чтобы не исполнить его маленький каприз. апогеем сего безобразия становится перекладка печи, новый пол в спальне, починка крыльца и вынос из дома всех альфьих инструментов. так что, двухдневный ремонт затянулся на добрых полтора месяца. за окном уже конец ноября, а это значит, что скоро чимин запросится погостить у бабушки на недельку-другую. нам уже привык, так что в этот раз он даже согласился на просьбу вожака съездить в далёкий пусан для переговоров с другой стаей, чтобы не скитаться по дому в одиночестве и не выть от тоски. осталось только рассказать обо всем своей ведьмочке и собираться в дорогу. услышав заявление старшего, чимин сначала непонимающе хлопает глазами, а затем, недовольно уставившись на альфу, упирает руки в бока и насупившись выдает: — я не пойду в этом году к бабуле. — что? — волк давится чаем, — как это — не пойдешь? ты же каждый год гостишь у неё перед рождеством! — ну а в этом году не буду! отменяй свою поездку, я тут один не останусь! — ведьмочка, — намджун встает со своего места и пересаживается на диван, рядом с явно обидевшимся непонятно на что мужем, — я уже пообещал сонхи, что поеду. почему ты не хочешь побыть у бабушки? — потому что не хочу, — пак закусывает нижнюю губу, что-то яростно обдумывая, — я могу поговорить с вожаком, и он тебя не заставит никуда ехать. — минни, так нельзя, — старший пытается приобнять ведьму, но тот не дается, сильнее нахмурив тонкие брови, — ну что такое, почему ты сердишься? — потому что я не хочу оставаться один надолго! джун-и, на улице уже первый снег выпал, никто из домов почти не выходит, а ты хочешь меня одного оставить? на сколько? пять-семь дней? — почти три недели… маленький! — нам поднимается следом за вскочившим чимином и пытается его прижать к себе, но младший отталкивает его руки и почти что шипит. честно говоря, ким впервые видит своего новоиспеченного мужа таким, — ну я же не знал, что ты нарушишь свою традицию! я постоянно в это время остаюсь один, пока ты навещаешь родню, что мне оставалось?! — просто отмени эту поездку! ты не можешь… не сейчас… — чимин всхлипывает, чем вызывает панику у волка, который тут же сгребает его в охапку и шепчет что-то успокаивающее, гладя по вздрагивающей спине. нам прекрасно знает свою ведьму, поэтому он уверен, что эти слезы не просто средство манипуляции. его ведьмочку что-то явно волнует, и от этого сердце в груди начинает биться чаще и хочется защитить, спрятать его личное маленькое счастье и не слышать этих раздирающих душу всхлипов. — ш-шшш… ну что ты, маленький, — он целует светлую макушку, утаскивая несопротивляющегося младшего обратно на диван, — да бес с ней, с этой поездкой, ну не расстраивайся, пожалуйста. не хочешь к бабуле — не ходи! я скажу сонхи, чтобы он отправил кого-то другого, ну не плачь, сердце моё… — прости… — ещё один горький всхлип раздаётся на уровне шеи альфы, — я… я просто хотел сказать попозже… как сюрприз… хотел… — чего ты хотел, ведьмочка? что сказать? — волчище, — чимин поднимает на мужа покрасневшие глаза , — у нас ребенок будет… — что?! — оборотня будто током прошибает, не послышалось ли? — ребенок, джун-и… я беременный. намджун, кажется, падает. летит куда-то вниз, разваливаясь на сотни маленьких искорок, которые тут же взлетают к небесам и начинают светиться ярче звезд в январскую ночь. мужчина забывает как дышать, бегая взглядом по родным чертам. если раньше ему казалось, что счастливее он стать уже просто не может, то сейчас намджун понимает, что может, ещё как может. — ведьмочка… маленький мой… любимый… сердце моё, моя жизнь… — волк зацеловывает каждый сантиметр любимого лица, не переставая шептать слова любви. передать все наполняющие душу эмоции словами просто невозможно. волк внутри воет истерично, прыгает, скулит, машет хвостом, как дворовая собака, впервые приласканная человеком. намджуну тоже хочется выть. пусть знают, пусть все слышат о том, как альфа счастлив! а ведьма в его руках тихо всхлипывает, пряча радостную улыбку в изгибе вкусно пахнущей шеи. он этот секрет уже два месяца хранил, ждал декабря, хотел подарок любимому сделать. не даром настои весной пить начал, а потом и обряд втихаря сделал в сентябре. конечно, ему хотелось от любимого волка ребеночка родить. а кто не захочет? с таким мужем и на смерть идти не страшно, а уж волчонка выносить и подавно. просто боязно чимину, что он не так что-то сделает. вдруг не сможет дитё как подобает воспитать, ни ласки, ни заботы нужной дать? ведь молодой совсем, несмышленый еще… только волк ему каждый день доказывает, что чимин самый лучший. ведь где ещё такую замечательную ведьмочку сыскать? нигде, нет таких больше! вот ведьма и решился. ведь если что, то нам его научит, подскажет где нужно, а главное — волк его всегда поддержит и поможет; а если оступится, то муж ему ни в коем случае упасть не даст! всегда будет рядом, чтобы охранять уже два любимых сердцу человечка... или, все-таки, один из них волчонок?