Глава 31. Красное дерево камелии и злой зверь (3)
8 июня 2021 г., 15:41
Ричард умолял всех спасти жизнь его матери, но никто не слушал маленького мальчика. Его мать была убита и вскоре похоронена.
Ричард даже не успел увидеть тело матери. Он был заключен в обшарпанный склад в отдаленной горе, и только после того, как было подтверждено, что он не заразился «Танцинолом», ему разрешили вернуться домой.
Никто не приветствовал Ричарда, когда он вернулся через полгода.
Ричард пошел в библиотеку, не обращая внимания на сплетни и взгляды людей.
Он читал книги о Танциноле.
Роумы были первыми, кто заразился Танцинолом. Болезнь характеризовалась высоким уровнем инфицирования и смертности. Черные пятна появлялись на всем теле жертвы, их глаза были налиты кровью.
Эту болезнь также называли вторым проклятием Богини, потому что она была похожа на проклятие Блейка. Подобно Наследнику Проклятия в Императорской семье, Богиня Света свергла Роумов и прокляла их в наказание.
Ричард выяснил, почему его мать не могла показать, что больна, и почему она остановила его, когда он предложил вызвать для нее врача. Если кто-то слышал, что роум болен, его мгновенно убивали, даже при малейшем подозрении, что это можеть быть Танцинол. Вот почему она должна была это терпеть.
Маленький Ричард стиснул зубы.
Он считал, что его мать умерла из-за него. Но вместо того, чтобы горевать, Ричард поклялся отомстить.
Ричард прочитал все книги о Танциноле в библиотеке и убедился в одном факте. Его мать болела не Танцинолом. Симптомы его матери совершенно отличались от симптомов Танцинола.
У нее не было никаких черных пятен, не было никаких изменений во внешности, и рвоты кровью тоже не было. Но герцог Кассиль убил её, даже не подтвердив этого.
Герцог Кассиль не сказал ему, где он похоронил женщину. Ричард тоже больше не спрашивал. Он подкупал и угрожал слугам, чтобы те сами нашли это место. Его мать была похоронена на пустынном поле. Ричард посадил вместо надгробного камня на месте ее захоронения любимые цветы матери — красные камелии.
Он обещал отомстить за маму, забрать все у Кассиль и убить их.
Герцог Кассиль был следующей целью после получения трона.
Ричард мысленно улыбнулся, делая вид, что следует воле герцога.
— Трон будет моим владением. Я сяду на самый высокий пост в Империи, и все враги, презиравшие меня, будут стоять на коленях у моих ног.
С тех пор Ричард стал совершенно другим. Невинный мальчик, который только хотел избавиться от рабского статуса своей матери, стал человеком с большими амбициями и был запятнан одержимостью.
***
Я посмотрела на Ричарда, который стоял там. Автор писала, что каждый раз, когда он посещал могилу своей матери, он обещал отомстить герцогу. Неужели он все еще такой? Я не знала, о чем думает Ричард, но, увидев его, не почувствовала в нем ни ненависти, ни честолюбия. Он был просто одиноким мальчиком. Даже рана на шее была оттого, что он пытался спасти свою мать от того, чтобы ее вытащили. Ричард открыл глаза, и наши взгляды встретились. Ричард обычно высокомерно улыбался и отпускал глупые замечания, как только видел меня, но сейчас он отвернулся в другую сторону, как будто не видел меня. Он выглядел довольно одиноким с такой внешностью, так что я не могла просто оставить его. — Мелисса, я вернусь после того, как поздороваюсь с сэром Кассиль. — Пойдем вместе. — Все в порядке. Я ненадолго. Я одна направилась к Ричарду. Он почувствовал мое приближение и снова обернулся. — Давно не виделись, сэр Кассиль. — Я не знал, что встречу тебя здесь, но, наверное, мне повезло. Ричард сверкнул своей фирменной улыбкой и сделал вид, что никогда не избегал моего взгляда. Но в отличие от его расслабленной улыбки, его глаза стали жестче. — Цветы очень красивые. — Это мемориал. Здесь похоронена женщина роумской крови. Я была удивлена. Я не думала, что Ричард скажет это сам. Это был секрет. Никто не знал, что мать Ричарда — Роум. Герцог Кассиль скрывал это ради чести своей семьи, а Ричард даже не рассказал его своей возлюбленной Диане. Он никогда никому не рассказывал об этом. Конечно, я знала, что это секрет, но был ошеломлена, когда он упомянул об этом так прямо. — Так что тебе лучше отойти. Добавил Ричард. Возможно, он воспринял мое молчание как презрение. В его голосе не было ни малейшего удивления, как будто он уже знал, что я так отреагирую. — Это был кто-то, кого вы знали? — Нет, я только случайно услышал об этом. Женщина умерла от Танцинола. На мгновение я удивилась, но не думала, что он полностью раскроет свое прошлое. Я молча проявила дань уважения и привязала платок к ветке камелии. — Что ты делаешь? — Я слышала, что таков похоронный этикет роумов. Роумов презирали уже тысячу лет. Язык, которым пользовалась Зелканская империя, исчез и стал древним языком, а новый язык занял свое место в новой Империи. Тем не менее, гнев народа не был разрешен, и они не позволили своему языку использоваться роумами. Когда роум умирал, они не получали надгробия. Вместо того чтобы предлагать цветы надгробным плитам, они привязывали носовые платки к деревьям или сажали новые цветы над могилой. -…ты делаешь это ради Роума? — Есть ли причина, почему я не могу? И не потому, что она была матерью Ричарда. Ее всю жизнь преследовали за то, что она была роумом, и в конце концов она умерла несчастной, поэтому я хотела немного утешить ее душу. — Разве ты не знаешь, что такое Танцинол? Цинично огрызнулся он. Искусственная мягкость, которая всегда была в голосе Ричарда, полностью исчезла. — Я знаю. — Тебе не хватает осознанности. — Как бы мы узнали, если бы это было действительно Танцинол или нет? Я слышала, что было много случаев, когда роумы были убиты только из-за подозрения, что у них был Танцинол. Даже если это действительно был он, здесь от него не осталось и следа. — Проклятия Богини все еще могут распространяться. — Я в это не верю. Пронесся сильный ветер, и платок чуть не слетел. Когда я подошла, чтобы затянуть ослабевший платок, Ричард схватил меня за руку. — Ты пьяна или считаешь себя святой за то, что обнимаешь чудовище?! Он вышел из себя и закричал. Он не злился на меня. Это были просто гнев и чувство вины, которые он подавлял с тех пор, как умерла его мать. Гнев, которому некуда было деваться. Ричард в «Звере и леди» был на шесть лет старше Блейка и Дианы, которые только что стали взрослыми. Он был очень опытным и зрелым. Всегда холодный и расчетливый, никогда не дезорганизованный. Я думала, что у Ричарда теперь такая же личность. Но дело было не в этом. Он все еще был незрелым мальчиком, который скрывал много ран. — Ну, я никогда не считала себя очень хорошей. Я просто не люблю беспочвенных страхов. — Беспочвенные страхи? Когда я жила в Корее, у меня был большой шрам на ноге. Это было из-за автомобильной аварии, когда я была маленькой. В результате несчастного случая погибли мои родители, и я переехала жить в загородный дом бабушки. Когда я носила длинные штаны каждый день, шрам меня не очень волновал. Но потом я стала ученицей средней школы и должна была носить юбку до колен как часть своей формы. — Что это такое? Так мерзко. — Это кожное заболевание? В день моей церемонии вступления в среднюю школу дети закричали при виде моего шрама, а затем внезапно я оказалась в центре всеобщего внимания. Дети ненавидели меня и избегали до конца семестра. Я думала, это потому, что шрам выглядел уродливо. Поэтому я рассказал школе о ситуации и получила разрешение носить брюки. Но даже если они не могли видеть шрам, они все равно избегали меня. Когда я приходила к ним, они становились либо злыми, либо испуганными, как будто уродливая рана передавалась им. В тот день я поняла. Они не ненавидели меня. Скорее, они боялись. Из-за этого беспочвенного страха они обращались со мной, как с микробом. Это было просто смешно. Может быть, это и выглядело отвратительно, но это было уже очень давно, и это не было инфекционным заболеванием кожи. Но логическое убеждение было бесполезно перед лицом беспочвенных страхов, которые уже пустили корни в их умах. Люди этого мира плохо отзываются о «Наследнике Проклятия», называют их чудовищами и презирают роумов, как людей, покинутых Богиней. В конце концов я смирилась с тем, что подобные чувства порождены их беспочвенными страхами. Когда «Наследник Проклятия» умрет, проклятие перейдет к другому члену Императорской семьи. И проклятие никогда не переходило ни на кого, кроме членов Императорской семьи. Тем не менее, люди все еще дрожали от страха при виде его. Даже несмотря на то, что за последнюю тысячу лет проклятие не передавалось другому человеку. — Проклятие перешло к слуге наследника. — Я слышал, что одна дама некоторое время смотрела наследнику в глаза, а потом умерла от внезапной болезни. Такие неподтвержденные слухи распространялись, и в какой-то момент это стало для них фактом.
