Не люблю грейпфрутовый

— Я не хочу, — Тэхён с удовольствием слизывает крем с пирожного и довольно улыбается. — Но почему?! — Намджун непонимающе поправляет очки. — Я же тебе даже пирожное купил, ну Тэхён! — Ты чего это тут орёшь? — Тэхён вскидывает брови, и собеседник тут же смягчает взгляд, прекрасно зная, что этот омега на поводу грубости не пойдёт. — Что мне с этого будет? — немного откусывает. — Что будет? — глаза Намджуна распахиваются. — Всеобщее внимание и уважение к такому умному студенту? — Не интересует, — Тэхён хмурится, а затем вновь откусывает немного. — Что-то более материальное будет? — поднимает заинтересованный взгляд. — М-материальное? — Намджун слегка подвисает, а потом резко прикрывает грудь руками. — Натурой отдавать не буду! — испуганно хлопает ресницами. — Пф! — Тэхён усмехается, прикрывая глаза. — Ты не в моём вкусе, уважаемый староста потока, успокойся, — и, не выдержав, всё-таки громко смеётся, прикрывая глаза ладонью. — А что ты тогда хочешь? — Нам, чуть покраснев, смущенно убирает руки. — Ну… Соджу, например, — сверкает глазами. — Или же вот пирожными, — переводит взгляд на сладость в руке. — Штук пятьдесят хватит, думаю, — Тэ поглаживает подбородок, задумавшись, а Намджун шокировано выплёвывает колу, которую успел набрать в рот, чтобы смочить горло. — Эй, ты чего? — омега отодвигается от забрызганного стола и переводит расширившиеся глаза на собеседника. — Ты это… В рассрочку берёшь?.. — Нам поджимает губы, мысленно прощаясь со стипендией.

***

— Какой гормон называют гормоном стресса? — Повышенная активность какого вещества наблюдается при шизофрении? — Сколько существует ключей окклюзии? — Какой яд содержит вишнёвая косточка? Тэхён прикрывает глаза, выдыхая. И ради этих элементарных вопросов он пришёл сюда?.. «Конкурс между факультетами за звание лучшего! Разве ты не хочешь утереть нос этим зазнавшимся стоматологам?!» Слова Намджуна очень отчётливо звучат в голове, и Тэхён может ещё поспорить — согласился он на участие в этом ради пятидесяти пирожных или, всё-таки, чтобы слегка опустить стоматологов, постоянно ходящих пафоснее некуда. Тэхён вскидывает взгляд на Намджуна, постоянно выкрикивающего ответы (так как тот капитан), и раздражённо опускает глаза обратно, цокая языком. Он здесь торчит уже порядка трёх часов, и… Кто вообще проводит такие длинные конкурсы, тем более интеллектуальные? Мало того, что участники уже не могут рационально размышлять из-за усталости, так ещё и приз, открыто говоря, дерьмовый. «Звание лучшего факультета в университете!». Сплошной кошмар. Тэхён поднимает взгляд, чтобы в который раз оглядеть обстановку и всех присутствующих из-за томительной скуки, преследующей ещё с первого шага в аудиторию. Три круглых стола, за которыми сидят команды по семь человек. Оказывается, что кроме лечебников и стоматологов пришли ещё и фармацевты, но те вообще не заинтересованы в происходящем, изредка отвечая на вопросы по химии. Тэхёна более интересуют стоматологи, капитан команды которых, скорее всего, точно такой же озабоченный унылой наградой, как и Намджун. Счёт почти что равный — и соперники даже впереди на два очка. — Уважаемые коллеги! — завкафедры по философии уж слишком громко и радостно орёт, как для того, кто распинается уже третий час в ужасно душном помещении. — Сейчас прозвучит последний вопрос. Он довольно сложный — поэтому команда, сказавшая правильный ответ, получит целых пять баллов! — Тэхён, Тэхён, — Намджун пододвигается ближе, хватая удивлённого парня за предплечье. — Это наш шанс. Пожалуйста, позаботься о нас, м? — немного усиливает хватку, пока Тэхён коварно улыбается, прикусив нижнюю губу. — С тебя три ящика соджу, — наклоняется, говоря низко. На лице Намджуна прямо считывается «Ты шо, дурак?! На это не только стипендия пойдёт, но и вся зарплата!», поэтому Тэ немного уточняет: — Это вместо пирожных, — пожимает плечами. — Я всё равно столько их не съем. — Хорошо, — шипит сквозь зубы Нам, отпуская чужую руку и садясь ровно. — Только попробуй не угадать, — поднимает злой взгляд. — Я тебя на шашлык пущу, — угрожающе жмурится, и Тэхёну до покалывания в подушечках пальцев хочется громко засмеяться с чужой обиженной мордашки, но он лишь улыбается, прикусывая губу, чтобы не нарушить правила конкурса. — Итак! — преподаватель вновь привлекает к себе внимание, устремляя взгляд в свой несчастный листочек. — Случай: парень решил выпить таблетку виагры, — мужчина делает паузу из-за прошедшихся по аудитории смешков. — И запил её соком, а вскоре очнулся на больничной койке в реанимационном отделении, — улыбается, поднимая взгляд на студентов. — Каким соком он запил препарат и почему это дало такой результат? По аудитории проходятся перешёптывания. — Сок… — Тэхён сконцентрировано закусывает губу, облокачиваясь о стол и подпирая подбородок ладонью. — И виагра… — поджимает губы, пока Намджун, в душе не ебущий какой же правильный ответ, заинтересованно смотрит на друга, ожидая ответа. — Просроченный сок был, вот и всё! — Нам дёргается от громкого ответа со стороны стоматологов и поднимает обеспокоенные глаза на Тэхёна, встретившегося взглядами с тем смельчаком. — Ну или с дозами прогадал малость, — блондин насмешливо приподнимает брови. — Смешно, — Тэхён поднимает уголки губ, изучая взглядом новую личность. Парень светловолосый, нахально и заинтересованно смотрящий в ответ и авторитетно прикусивший язык, улыбаясь при этом. Кофта белая, под цвет волос, но вот как ему не жарко в такую погоду — Тэхён и не представляет. В ушах по несколько колец, последние из которых невозможно увидеть из-за довольно отросших и слегка вьющихся волос. Сидит вразвалку, весь такой типичный альфач, закинувший щиколотку на колено и скрестивший руки на груди. — Он полностью в моём вкусе, — Тэхён ухмыляется, размыкая губы языком и прикусывая нижнюю. — И почему я не видел его раньше… — смотрит немигающе, пытаясь представить какой же он — его запах. — Тэхё-ён! Не время распускать слюни на альф! — Намджун громко шепчет на ухо, немного тормоша за плечо. Тэхён отрывается от затягивающих огней на дне зрачков альфы и переводит взгляд на преподавателя. — Он запил всё грейпфрутовым соком! — выкрикивает Ким, наперёд зная, что его ответ правильный. — Он ингибирует ферменты окисления и это способствует передозировке, — кивает в подтверждение своим словам, смотря на растерянное лицо мужчины. — И это верный ответ! — философ ещё немного промаргивается, сверяя ответ студента с написанным на бумажке, и продолжает: — Медицинский факультет выигрывает пять очков! Поприветствуем новых победителей! — начинает аплодировать, смотря на Намджуна, который с радостным вскриком буквально спрыгивает со своего места и наваливается на Тэхёна, обнимая. — Спасибо! Я знал, что ты лучший! — Намджун похлопывает друга по спине, чувствуя веселый смех в ответ. Тэхён широко улыбается, кожей чувствуя чей-то горячий взгляд. Повернувшись в сторону стомата, натыкается на цепкий и особо пристальный взгляд того самого альфача. Издаёт смешок, отводя игривые глаза, и отлепляет от себя Намджуна. — Я пойду уже, хорошо? — спрашивает чисто ради приличия, сразу же хватая чёрный рюкзак и разворачиваясь к выходу. — Не дождёшься церемонии награждения? Нам кубок дадут! — Намджун кричит вслед другу, но тот лишь машет на прощание, уходя. Капитан, решив больше не упрашивать, быстро переключает внимание на других участников команды, искренне поздравляющих своего лидера. — Ебал я этот кубок, — хмыкает Тэхён, выйдя из аудитории и пройдя несколько метров. Сзади слышится ещё один хлопок двери: наверное, вышел преподаватель. — Эй! Как тебя там! — кто-то подбегает сзади, крича. Ким разворачивается и ухмыляется, когда видит того самого светловолосого парня. — Как меня там? — Тэхён заинтересованно вскидывает бровь, когда парень оказывается возле него. — Не уверен, что именно так нужно обращаться к омегам, с которыми хочешь познакомиться. — Ой, да ладно тебе, — альфа мирно улыбается, но Тэхён разворачивается, с желанием скорее добраться домой и включить такую долгожданную серию любимого онгоинга после учебной недели. — Стой! — парень хватает Кима за руку и тянет на себя. — У меня к тебе предложение, — прижимает не удержавшего равновесие Тэхёна к холодной стене своим телом, нависая. Тэхён иронично поджимает губы: слишком банально, как для подката. — Эй, как тебя там! — Ким возвращает чужую фразу, ухмыляясь. — Я целую неделю ждал отдыха — и не горю желанием потратить его на… стоматолога, — опускает взгляд, оценивая тело напротив. — Но ты даже меня не выслушал, — шепчет на ухо парень, хватая Кима за запястье. — Меня зовут Чон Чонгук, и я бы хотел очень интересно провести с тобой время. — Как именно? — Тэхён смеётся, упираясь затылком в стену. — Грейпфрутовый сок будем пить? — размыкает губы языком, прикусывая нижнюю и в душе ликуя с того, что Чонгук пристально следит за каждым его действием. — Можно, — Чон хмыкает, возвращая взгляд и гипнотизируя чужие тепло-шоколадные радужки. — Только я вот грейпфрутовый не люблю… — разочарованно вздыхает, приближаясь. — Мне больше по душе персиковый, — шепчет прямо на ухо, в конце будто нечаянно черкая губами по шее. Тэхён прикрывает глаза, чувствуя, как тело реагирует на альфу, и усмехается, потому что его омежий запах — персик вперемешку с сахарным сиропом. — Ох, правда? — Тэхён вскидывает бровь, когда мурашки, прошедшие от мимолётного касания, исчезают. — Виагру ты тоже хочешь попробовать? — Для тебя мне она не понадобится, — Чонгук наконец-то отстраняется, давая Тэхёну больше свежего воздуха, не смешанного с терпким запахом кедра, и очаровательно улыбается, протягивая руку и выхватывая чужой телефон. Быстро подносит экран к тэхёновому лицу, чтобы разблокировать, и заходит в телефонную книжку, несколькими нажатиями добавляя свой номер в список контактов. — Вот, — отдаёт телефон. — Когда передумаешь — тогда и позвони, — подмигивает, возвращаясь в аудиторию. Тэхён проводит светловолосого взглядом и, улыбаясь, прикусывает губу: всё-таки этот альфа на сто процентов подходит под его вкусы. Ещё несколько секунд стоит, обдумывая произошедшее, а затем опускает взгляд на экран телефона, где светится чужой номер и надпись «Самый сексуальный стоматолог». Тэхён как-то таинственно улыбается, прикрывая глаза ладонью. Желание познакомиться ближе с этим парнем всё растёт и растёт. Ким возобновляет шаг, но телефон звенит от нового оповещения и парень заглядывает в экран. «Найдите свою любовь! Самое время для свидания!» — Это знаки такие? — Тэхён улыбается, смотря на оповещение из тиндера, и, спрятав телефон в задний карман джинс, открывает дверь. Выходит на улицу и наслаждается потоком холодного ветра, который раздувает тёмные волосы.

***

— У тебя руки слишком холодные… — Тэхён томно выдыхает горячий воздух, накаляющий давление в грудной клетке. — Пусть руки холодные, зато сердце горячее, — Чонгук ухмыляется, пальцами ещё больше задирая футболку, оглаживая подушечками рёбра. — Кровообращение у тебя хуёвое, а не сердце горячее, — Ким опирается затылком о стену, жалобно изгибаясь, пытаясь стать ближе к телу напротив, пока Чон оставляет влажные поцелуи на шее. Кто бы мог подумать, что в тот вечер Тэхён действительно напишет Чонгуку, и тот пригласит на свидание? Тэхён-то, по правде говоря, этого и не подозревал. А биохимия, нетронутыми книгами лежащая под кроватью в общежитии, — уж точно. Неправильно будет сказать, что Тэхён забил на учёбу — совсем нет, Намджун всё ещё называет его самым умным студентом на потоке, а преподаватели раз за разом пытаются утащить писать научные или ещё какие там работы. Он, как бы правильнее сказать, просто перестал уделять ей всё своё время. И онгоинги, столь жадно просматриваемые каждые выходные, тоже под раздачу попали. Тэхён теперь их меняет на время с Чонгуком, на свиданки в парке или просто разговор по телефону, впитывая низкий тембр любимого голоса. Кто бы мог подумать, что непроглядные бездны, как Тэхён красноречиво любит их называть, затянут похлеще зыбучих песков, не оставляя и шанса на спасение? Кто бы мог подумать, что и среди стоматологов нормальные альфы бывают. — Да тебе просто нормальные не попадались — вот ты и зациклился на мысли, что все мы отбитые, — Чонгук на предъявленное заявление тогда громко засмеялся и одним лишь предложением всё отмёл. Вообще, Тэхён — та ещё льдинка, Намджун тому свидетель. Сколько альф были отвергнуты. Скольким же он разбил сердце, придумывая всё новые и новые отговорки: как не медицинский — то работа, как не работа — то просто времени нет. А тут… Чонгук появился. Интересный, громкий, смешной. Парень с глазами цвета обсидиана, не принимающий отказа. Первый стоматолог из их универа, который понравился Тэхёну не только внешностью, но и, насколько бы слащаво не звучало, — душой. В любом случае — омежьему сердцу не прикажешь — и Тэхён тут не исключение. — Пойдём на кровать. Тэхён слегка приоткрывает глаза, сквозь дымку возбуждения глядя на Чонгука, утвердительно кивающего. Тот быстро поднимает омегу на руки и, ухмыльнувшись растерянности на чужом лице, направляется в спальню, хорошо выученную Тэхёном за последний год. Год, который Чон со всей уверенностью может назвать лучшим в своей жизни, а ещё наиболее сладким, как для альфы. Персиковый запах вскружил голову и перевернул всё, что только можно было в его жизни, начиная с принципов не спать с омегой дважды и заканчивая любимыми жанрами фильмов. Кто бы мог подумать, что Чонгук, доныне пускающий слюни лишь на аниме, переметнётся на сторону китайских дорам, с улыбкой глядя на довольного возлюбленного. Тот всегда вслух озвучивает эмоции: смеётся громко, да и рыдает не особо тише. Чонгук кладёт Тэхёна на кровать и спешно снимает с того футболку, открывая вид на медовую кожу, где ещё не сошли следы их предыдущих игр. Они делают это уже не в первый, и даже не в десятый раз. Да вот каждый словно по новой. Будто после всего пропускают по венам яд забвения, заставляющий хотеть упиваться чужим наслаждением вновь и вновь. Валит на спину, забираясь сверху и впиваясь в столь желанные губы, выговаривающие много мудрых мыслей за день. Тэхён разрывает поцелуй, вспоминая их первую встречу, и нагло улыбается. — Может, грейпфрутовый сок хочешь? — ехидно вскидывает бровь, рукой скользя по шее — к волосам, зарываясь в них. — Да я бы с радостью, но умереть могу, — Чон выпрямляется, скидывая мешающую футболку. — Ты действуешь сильнее виагры, боюсь, передоз будет, — клацает зубами, вновь нависая над губами возлюбленного. Тэхён приоткрывает рот, чтобы стрельнуть что-то в ответ, но альфа быстро опускается, языком проникая внутрь, скользя юрким кончиком по ребристому нёбу. Тело под ним почти что плывёт, размякая, а пальцы сжимают светлые волосы, оттягивая у корней. Чон рукой скользит по талии, щекоча дыханием пунцовые щёки. Оглаживает рёбра, поднимается к груди. Ловит низкий стон губами, сжимая чувствительную бусину пальцами. Тэхён выгибается, проезжаясь пахом по чужому возбуждению, и Чонгук несдержанно рычит: почему-то, по каким-то неизведанным причинам, сдерживаться с каждым разом всё сложнее, и держать внутреннего зверя в узде — тоже. — Подожди, тебя нужно подготовить, — Чонгук разрывает поцелуй, лбом упираясь в чужой и тяжело дыша, прикрыв веки. — Раздевайся, — поднимается на ноги, слезая с кровати, и звенит пряжкой ремня. Тэхён послушно кивает и, сбито дыша, избавляется от ненужных джинсов на пару с бельем. Вскидывает взгляд на Чонгука, точно так же оставшегося полностью обнажённым, и жадно облизывается, прикусывая нижнюю губу. Альфа тянется к тумбочке, доставая презерватив, пока Киму в голову приходит осознание: не приди то сообщение из тиндера тогда — он бы ни за что не написал и, тем более, не пошёл на свидание с надменным стоматологом. Тэхён издаёт смешок. — Тебе смешно? — Чонгук нелепо застывает в воздухе, смотря на темноволосого, и заинтересованно вскидывает бровь. — Ага, — Тэхён валится на локти, игриво проводя стопой ноги по голени другой. — Лежу вот и думаю — а тиндер и взаправду людей объединяет. Чонгук непонимающе моргает, чуть сводя брови к переносице, и бросает то, что успел захватить, на кровать. — Я перед тобой полностью обнажённый — а ты о других думаешь? — нависает над ухмыляющимся омегой, прижимая изящные запястья к кровати. — Конечно, — Тэхён кусает язык передними зубами — привычки очень быстро передаются. — Делать мне больше нечего — только лишь о других размышлять, — закатывает глаза. — Если бы мне не пришло тогда уведомление из тиндера — хрена с два я бы с тобой на свиданку пошёл, — довольно вскидывает бровь. — Ах, так мне что — не тебя целовать, а телефон твой? — Чонгук делает рывок, чтобы подняться, но Тэхён быстро оплетает его ногами, не давая и на сантиметр с места сдвинуться. — Лучше уж меня, — тепло улыбается, подаваясь навстречу растянутым в ухмылке губам и нежно прикасаясь, рукой в светлые волосы зарываясь. Чонгук гладит большим пальцем щеку, опуская руку, скользя по напряжённой талии к бёдрам. Оттягивает ягодицу, ловя тихий вздох губами, и подушечками пальцев проводит по сфинктеру, низко рыча, когда Тэхён неконтролируемо оттягивает его волосы. — Котик, если будешь так делать — мне не хватит сил сдержаться, — Чон, разорвав поцелуй, угрожающе смотрит на зацелованные губы, вмиг сожалеюще поджавшиеся. Вновь накрывает их своими, в голове собирая осколки здравого смысла в кучу, чтобы трезво оценивать ситуацию. Проникает внутрь сразу двумя пальцами, медленно нажимая на легко поддающийся сфинктер, благодаря обильно выделяющейся смазке. Разрывает поцелуй, упираясь лбом о чужой, боясь открывать глаза, боясь, что не выдержит. Тэхён снизу тяжело дышит, подрагивая от действий внизу, и это просто невыносимо. — Так узко… — Чонгук выдыхает в чужие губы, деля дыхание на двоих, и слегка сгибает вошедшие по самые костяшки пальцы. Тэхён от действия неуправляемо стонет, но тут же прикрывает рот рукой, чувствуя, как альфа напрягается. Чон начинает двигаться, растягивая, и лишь облизывает вмиг, словно от невыносимой жажды, ставшие сухими губы. Добавляет ещё один, жмурясь, когда от сокращения мышц вокруг пальцев начинает дёргаться собственный член. Случайно цепляет ногтями стенки изнутри и шипит, чувствуя, как Тэхён мстит, царапая загривок. О-о да, этот омега не даст себя в обиду. Чонгук издаёт смешок. — Ты?.. — Ничего, — Чонгук пресекает чужой вопрос на корню, поднимаясь и вынимая пальцы. — Подумал о том, какой же мне омега прекрасный достался, — усмехается, закидывая чужие бёдра наверх, заставляя коленями коснуться груди, и смотрит на сокращающийся сфинктер. Пока Тэхён опьяневшим гормонами мозгом обдумывает смысл фразы, Чон быстро надевает презерватив, возвращаясь в положение. Проводит ногтями по бёдрам, спускаясь к ягодицам, и удовлетворённо растягивает губы в ухмылке, когда Тэхён со стоном откидывает голову. У него было достаточно возможностей, чтобы изучить, что именно его омега обожает. Оттягивает ягодицы в стороны, большими пальцами давя на края ануса, не давая сомкнуться. — Знай, ты — тот ещё извращенец! — Тэхён краснеет от смущения и не смотрит в глаза, всё так же лежа затылком на кровати. — Ой, да ладно! — Чонгук издаёт смешок. — Это не я отсасывал тебе целый час со словами «Чонгук, твой член слишком восхитительный», — пытаясь спародировать голос парня, Чонгук меняет интонацию. — Я тогда чуть не откинулся, — возмущённо вскидывает брови. — Как вообще можно делать всё настолько медленно, даже ради собственной выгоды? — Но ты!.. Недовольства тонут в протяжном стоне, потому что член плавно входит на всю длину. Чон хмыкает, будучи готовым поклясться, что из головы Тэхёна вылетели абсолютно все мысли, не только возмущения. Начинает двигаться медленно, опуская взгляд и наблюдая, как брюнет его принимает. Окидывает взглядом член, искренне не понимая, чем это он так понравился Киму. Ну, длинный, да, сантиметров восемнадцать. Не особо толстый, покрытый выступающими под тонкой кожей венами, с аккуратной головкой. Тэхён сдается и стонет, когда плоть начинает стимулировать простату, электрическими зарядами накаляя возбуждение. Чонгук прерывает размышления и вскидывает взгляд на лицо парня, облизываясь. Он входит в него, подчиняет себе всецело, так почему же тогда хочется ещё больше? Глубже, быстрее, безумнее. Чон сбито выдыхает, хватая Кима за бёдра и наращивая темп фрикций, кусая губы, чтобы не спустить раньше времени. Тэхён тонет в водовороте захлестнувших эмоций, теряясь в собственном мире, который знаешь от корки и до корки. Теряется и в Чонгуке, запах кедра которого окружил со всех сторон, отдавая едва заметными нотками мёда, прекрасно подходящего к персику. Ароматы смешиваются, бьют по сознанию, которое и так уже по осколкам валяется, отражая языки пламени, бурлящие внутри. Чувствует, как альфа замедляется и облегчённо вдыхает, ибо кислорода катастрофически не хватает. Чонгук усмехается на чужие наивные мысли и, оставив член внутри на половину, скользит большим пальцем к входу, вставляя на одну фалангу. — Чонгук! Тэхён вскрикивает от незнакомых ощущений, поднимая голову и ошеломлённым взглядом упираясь в восторженное лицо блондина, приоткрывая рот от возобновившегося движения. Чон двигается медленно, проталкивая палец глубже вместе со стволом, томно выдыхая, когда входит на всю длину, бёдрами касаясь ягодиц. Смотрит на омегу, шея которого покраснела от напряжения, выступили столь сексуальные венки. Тэхён вдыхает, чтобы что-то сказать, но Чон со всей силы толкается бёдрами вперёд, заставляя Кима немного проскользить по одеялу, а изголовье кровати удариться о стену. Воздух, который предназначался для слов, очень быстро перетекает в протяжный стон, а голова без предупреждения откидывается на кровать, пока её хозяин пытается вновь глубоко вдохнуть. Стенки пульсируют, альфа от этого рычит, с каждым шлепком нашёптывая что-то несусветное, но такое возбуждающее. Чонгук стонет при каждом толчке, и Тэхён готов кончить уже сейчас. Чон редко себе позволяет такое, а на все заявления от Кима лишь отмахивается, не желая слушать. А тут во как разошёлся, будто хочет сегодня свести бедного омегу с ума. — Не могу больше… — Чонгук кусает губы, вынимая палец, и опирается по бокам от тела снизу, сжимая от напряжения простыни. Вновь сменяет толчки на быстрые, размашистые, заставляющие Кима поджать пальцы на ногах. Кончает Чон с рыком, входя глубоко, позволяя себе ещё несколько плавных движений, прежде чем выйти и выкинуть презерватив. Тэхён откидывается на подушки, теряясь в этом мире, теряясь в Чонгуке, теряясь в собственных эмоциях, сносящих крышу к чертям. Прикрывает глаза, слыша стук собственного сердца, и с вскриком поднимается на локтях, когда Чонгук неожиданно входит в него средним и указательным пальцами. — Хочешь, покажу тебе кое-что занятное? — Гук издевательски изгибает бровь, и Тэхён нервно сглатывает. Блондин тянется к телефону, лежащему на краю кровати, и, пользуясь мобильным управлением, включает широкую плазму, висящую на стене напротив кровати. Родители у Чона богатые (семья стоматологов как-никак), вот и прикупили сыночку квартиру в центре, да ещё и с таким шикарным оборудованием. Чон транслирует экран телефона на плазму и включает камеру. — Ты что делаешь?! — Тэхён вскрикивает, видя на экране свои бёдра, а также чонгукову руку внутри него. — Ты же всегда хотел посмотреть, да? — вскидывает бровь, немного проворачивая пальцы, тыл ладони разворачивая к объективу. Кисть у Гука забитая, точно так же, как и рукав, тату доходят до плеча, витиеватыми узорами расползаясь по коже. И Тэхён просто-напросто не может связать двух слов вместе, видя всё это совсем с другого ракурса. Чон вновь проворачивает кисть, ладонью кверху, вгоняя на полную длину и массируя подушечками простату. Тэхён громко стонет, закатывая глаза и почти что падая на спину, но вновь возвращается в прежнее положение, жадным взглядом облизывая экран телевизора, где так хорошо видно татуировки на жилистых руках, что просто сносит крышу от одного лишь взгляда. Чонгук не убирает руки с бугорка, пуская всё новые и новые разряды по омежьему телу, от чего Тэхён не выдерживает и всё же заваливается на спину, заводя руки за голову и хватаясь за подушки. Слишком много удовольствия. Чонгук издаёт ироничный смешок, откидывая к чертям телефон и наклоняясь, целуя шов под мошонкой, постепенно поднимаясь выше, языком скользя по члену к изнывающей головке, обхватывая губами. Тэхён стонет от жара, который только нарастает в геометрической прогрессии, стонет от пульсации внизу из-за стимуляции простаты, стонет от горячего рта на члене. Чонгук отпускает ствол, смотря, как тот шлёпается о низ живота, и слюна переходит на смуглую кожу. Наклоняется, играясь кончиком языка с уздечкой, ускоряя движения внутри и не отрывая взгляда от хаоса на чужом лице. Тэхён делит имя возлюбленного пополам со стоном, больше напоминающим скулёж, и изливается себе на живот, немного поднимая таз. Чонгук усмехается, целует в выступающие косточки и вынимает пальцы, несильно похлопывая по чувствительно пульсирующему после оргазма сфинктеру, заставляя Тэхёна ощутить крупную дрожь. Тот хрипит, дыша ртом, и что-то шепчет, не в состоянии озвучить в голос. Чонгук ухмыляется, вытирая смазку на пальцах о простыни, и ложится рядом, прижимая омегу к себе и крепко обнимая. Тэхён утыкается носом в грудь, жадно вдыхая любимый аромат, смешавшийся с его собственным. Они вместе уже достаточно, чтобы пропитаться запахами друг друга. Сжимает пальцы на чужом предплечье, хоть так показывая своё возмущение, раз не может и двух слов связать. Чонгук на это лишь смеётся. — Больше так долго мучить тебя не буду. — Не смей больше мне показывать такое на большом экране, — Тэхён хотел бы закричать, но лишь тяжело дышит в чужую грудь, не открывая глаз. — Это слишком смущающе, чёрт тебя дери. — Ах, так ты об этом, — Чон ухмыляется. — А я думал, тебе понравилось, — прикусывает нижнюю губу, пальцами зарываясь в тёмные волосы. — Ты таким хищным взглядом смотрел на мои руки, что я на миг подумал, что нравятся они тебе куда больше члена, который ты так усердно обсасывал целый час, — ухмыляется, пока Тэхён бьёт его по плечу, собрав все силы. — Молчи, — прячет озадаченное лицо в чужой груди, выводя носом узоры, ещё больше пропитываясь альфьим ароматом. — И всё же, — Чон хитро облизывается, — стоматологи лучше лечебников. — Да ты! Да как ты?! — Тэхён глубоко вдыхает с целью возмутиться и поднимается на локтях, чтобы заглянуть в нахальное лицо. Но не успевает и двух слов связать, как Чонгук нагло его перебивает: — Ох, так к тебе уже вернулись силы? — заинтригованно поднимает бровь, с наслаждением ловя недоуменное выражение на чужом лице. — Ну тогда давай по второму кругу, — расплывается в довольной улыбке. — Твоё лицо было слишком сексуальным, как для того, чтобы я не возбудился, — нависает над ошеломлённым Тэхёном, упираясь колом стоящим членом в истекающий смазкой вход.