Любовь короче, чем война

      Девушка с кучей вещей в руках запирает дверь в ванной, усаживаясь на холодный, чуть влажный пол. Там, в квартире, слышится громкий голос матери, которая уже весь день кричит на отца. Саша очень хочет съехать от вечно ссорящихся родителей, доводящих её до слёз. Но это не так легко. На работе платят не так много, чтобы она смогла исправно выплачивать аренду. Донцова поправляет каштановые волосы, края которых сожжены дешёвой краской, отдергивая край задравшейся футболки, и быстро открывает голосовую почту. Там светится одно непрочитанное сообщение.       Из трубки льётся хриплый голос, желающий доброго утра. Слышится приглушённый смех, а Александре кажется, что она видит тёплую улыбку. Она быстро печатает ответ, добавляя в конце скобочку. Через холодную клавиатуру он дарит ей тепло, радость, даже когда мама с папой кричат и посылают друг друга нахуй. Ей всё ещё не верилось, что он у неё есть.       Саша привстаёт с корточек, бросая взгляд в зеркало, осматривая себя, вспоминая их знакомство.        Девушка стояла на кассе, наблюдая за покупателями. Они приходят и уходят. Кто-то возвращается, кто-то нет. На значке блестели инициалы и звание — «Донцова А. Г. — бариста». Каштановые волосы были туго стянуты в хвост, концы которого спрятаны под зелёную кепочку. Поверх белой футболки и строгой юбки был накинут такого же цвета, что и головной убор, фартук.       В помещение пахло арабикой и карамелью. Привычный аромат для кофе-бара. Приятная атмосфера, приветливые и вежливые клиенты, и не менее вежливый персонал.       Это особенное удовольствие — гулять по городу в дождь, когда воздух пахнет влагой и чем-то еще… Чем-то родным. Раскрыв руки для объятий миру, любоваться потоками воды на тротуарах, отражающимися в них разноцветными рекламами и светом фонарей, вечером нанизанных на лески. Все резкие черты, которые проступают днём, сглаживаются, все недостатки тонут в полумраке вечера: остаются только великолепные исполины богатых домов, зовущие вывески баров и башенки, башни, едва видимые, почти полностью поглощенные мглой. И без того прекрасный, город преображается во время ливня, настраивает каждого прогуливающегося своего жителя или гостя на особое настроение, дарит силы, веру и прочее, что ранее человек мог потерять.       Когда девушка уже не надеется на поздних посетителей, колокольчик на двери одиноко звякает, и в помещение заходит промокший до нитки мужчина в простой чёрной водолазке, классических брюках и пальто. Да, в такую погоду — явно плохой выбор. Посетитель вешает верхнюю одежду на вешалку. Шатенка приветливо улыбается и получает такую же улыбку в ответ.       — Один американо, — говорит мужчина, усаживаясь за стойку.       Донцова кивает, оборачиваясь спиной к заказчику, что-то нажимая на автомате. Слышится шипящий звук, хлопок, звук полившейся из крана заварки. Пахнет безумно вкусно.       — А выпечка свежая? — Бариста оборачивается и видит хитрый прищур голубых глаз.       — Свежее не бывает, — улыбается. — Сегодня утром испекли.       — Тогда мне одну слойку с яблоком! — восклицает мужчина, хрипло посмеиваясь. — Раз уж сегодняшняя.       Донцова кивает. Она ловко достаёт с верхней полки бумажный стаканчик и наливает в него заварку, сверху прикрывая крышечкой. Следом булочка. Тонкие пальцы подцепляют пакет для выпечки и аккуратно хватают слойку железным зажимом, засовывая внутрь.       — Пожалуйста, — протягивает пакет мужчине. — С вас сто восемьдесят семь рублей…       Клиент протягивает карточку, предварительно выуженную из кошелька. Шатенка пробивает её в кассе, дергая чек, напечатавшийся тут же. Странно, ведь обычно заедает.       — И чего это вы в такую погоду и не дома? — Донцова протирает стол, смахивая крошки в мусорное ведро под столиком.       — На работе задержался, — пожимает плечами, делая глоток кофе.       Многие говорят, что город любви — Париж. Но Донцова будет отрицать это, говоря, что настоящий город любви — Питер.       — Мы раньше нигде не встречались? — резкий вопрос прорезает стоящую в помещение тишину, заставляя девушку вздрогнуть.       — Не думаю… — каштановые волосы падают на лоб, закрывая глаза.       — Олег, — представляется мужчина вдруг.       — Саша… — в такой же манере отвечает бариста.       — Саша! — орёт мать с кухни, а следом слышится звон бьющегося стекла.       Девушка быстро натягивает джинсы и футболку, скидывая с себя домашнюю одежду. Она выскальзывает из квартиры, прихватив сумку с трюмо и бежит на учебу.

***

      Голосовая почта пустует. А Саша так хочет услышать его голос. Что такое настоящая любовь? Над этой темой размышляли многие философы, писатели, историки и никто из них пока не дал четкого ответа. Дело в том, что у каждой эпохи свое видение настоящей любви. А ещё у каждого человека оно разное.       Любовь — это, как всегда казалось девушке, чувство крепкой привязанности к человеку, если верить толковому словарю. Привязанность возникает тогда, когда долго общаешься с человеком, а это общение подкрепляется удовлетворением какой-то потребности либо просто положительной эмоцией. Тогда и возникает эта привязанность, про которую идет речь в определении. Возможно, звучит слишком сопливо, из-за тех романов, которых она начиталась.       Донцова очень хочет услышать этот голос. Он нужен ей, как кислород. Да, привязалась. Точнее приковалась наручниками. А замок на них заржавел.       — Пойдём, сократим через тот двор… — кивает подруга, а шатенка соглашается, семеня следом.        Октябрь уже перевалил за середину, когда осень, наконец, вступила в свои права. Холодные дожди как будто смыли краски золота и багрянца, оставив лишь серую основу холста в оправе окна. Серое, низкое небо, серые деревья печально качают мокрыми ветками, серые дома. У природы осталась только одна краска, и она использует все ее оттенки, чтобы рисовать конец осени. Теперь без зонтика и теплого вязаного шарфа так просто не выйдешь на улицу. Осенний дождь, то стучит изморосью по лужам, усиливаясь порывами ветра, то собирает дождевую пыль, на время будто прекращаясь, начинает вновь.       Где-то во дворе слышится ругательство, слышны крики и шум борьбы. Девушки видят две дерущиеся фигуры. А Саше хочется молится, чтобы это был не он. Но все приметы указывают на обратное. Он же пел ей в голосовых сообщениях, когда она не могла уснуть из-за криков родителей. Говорил приятные вещи, а сейчас избивает кого-то за углом.       — Саш, пойдём, — тянет убегающая подруга, а девушка громко сглатывает, стоит и смотрит, ждёт, когда Олег заметит.       И он заметил, когда тело упало в лужу, брызжа кровью в стороны. Он заметил, но шатенка, поправляя мокрые волосы убежала. Убежала, стараясь не показать слёз.       Её телефон разрывается от голосовых, но она не читает. Игнорирует. Саше и так проблем хватает. И в семье, и с одногруппниками, которые будто ненавидят её с первого дня появления в этом чертовом колледже.       Шатенка тянет руку и отпрашивается в туалет, захватив наушник. Другие девочки слушают «BTS», «БИ-2», они слушают «Нервы» и «Nirvana», а у Саши свой любимый исполнитель. Он грубый и жестокий, как оказалось, но всё ещё другой, не такой, как другие люди. Никогда бы Донцова не подумала, что для того, чтобы влюбится, ей понадобится всего неделя. Неделя близкого общения, пусть и не в живую. Она видела его однажды, этого достаточно. Она видела его сегодня. Она простила…       В наушниках звучит его голос… Олег просит прощения, корит себя, извиняется. А Саша что? Саша прощает. Пишет быстро, что всё нормально.

***

      Капли дождя и пыли смешиваются, шатенка плачет. Лицо разбито в кровь, а появится дома в таком виде… Это всё равно, что совершить самоубийство. Но самое страшное случилось не с ней. Да, эти суки её избили. Костяшки на кулаках сбиты в кровь, а во рту металический привкус крови. Но Саша плачет потому что телефон ей разбили!       Сзади кто-то её обнимает, прижимает к себе, а Донцова вздрагивает, чувствуя холодное прикосновение одежды к телу. Два взрослых и совершенно мокрых человека стоят, обнимаются. Олег разворачивает шатенку к себе лицом, обхватывая ладонями лицо, проводя пальцами по щекам. Он хмурится, сводя тёмные брови на переносице, а голубые глаза сверкают недобрым пламенем. Адским пламенем.       — Они разбили тебе ли…       — Мне плевать! — перебивает его Саша. — Эти суки телефон мне разбили… Я ненавижу этот день! Почему ты смеёшься?       И в правду. Олег смеялся, смотря на покрасневшее от злости лицо, искаженное синяками и кровоподтёками, но даже они не могут скрыть этой красоты.       Саша чувствует себя одиноко. И только с этим мужчиной ей хорошо. Саша не чувствует от Олега давки, не чувствует этой жуткой снисходительности, выражающейся в тоне, насмешке и кривой улыбке. Он лишь слушает, отвечает, поддерживает, записывая голосовое, и которого льются сиплые ноты низкого голоса. Часто человек одинок из-за того, что у человека уже была неудачная попытка «раскрыть душу», а потом он сдаётся, раненой птицей падает вниз. Обида и разочарование приводят к замкнутости и одиночеству. Боятся сближаться с другими людьми те, кто пережил насилие и агрессию, кто хорошо знает, что такое предательство.       Александра открывает душу, а в неё плюют. Так бесстыдно, не замечая наивных детский слёз. И как иронично получилось: тот, от кого любви ждать не следовало, воздал её сполна. Этот «тот» сейчас крепко прижимает к себе.       И Донцова счастлива. Она счастлива. Ей и Олегу хорошо.