Просто два влюбленных человека (Его имя Тайн 2)

      Если на улице, на свежем воздухе, с ветром, дующим с волн, было жарко, то это просто ничто по сравнению с тем, что творилось в доме без кондиционера. Дим включил вентилятор, от которого никакой помощи, и все сидят в несчастном молчании, размахивая чем угодно перед своими лицами, чтобы почувствовать хоть какой-нибудь ветерок. Мэн и Босс исчезают вскоре после того, как все устраиваются, и Сарават всё ещё слишком зол на них, чтобы поинтересоваться, куда они ушли.       Сарават, от природы очень сильно потеет, но он не уверен, что когда-либо в своей жизни чувствовал себя таким влажным и липким. Большая капля пота стекает по лбу, и он смахивает её, глядя на неё так, словно она лично его оскорбила, а затем переводит взгляд на Мила, сидящего через комнату от него. По крайней мере, ему сейчас так же неуютно, как Саравату! Мил ловит его взгляд и начинает рыться в своём рюкзаке, игнорируя горящий взгляд Саравата.       — ОЙ! — Дим бросает веер и встаёт; вполне возможно, что он единственный человек, чей гнев сейчас сильнее, чем у Саравата. — Мы проиграли из-за вас, ребята! Кучка лохов. Вы подкаблучники!       Сарават переводит взгляд с Мила на Дима, который смотрит прямо на Саравата.       — Что? — говорит Сарават, держа себя в руках. Дим просто бросает на него взгляд и плюхается обратно на кровать; он ТАК УСТАЛ от сегодняшнего дерьма!       — Мы облажались из-за ТЕБЯ! Если бы ты поговорил по-хорошему, мы БЫ ВСЕ были в классном доме!       Все соглашаются, и Эрн громко и отчётливо произносит «Да!».       — Я, поговорить с ним по-хорошему? Ни за что на свете! — Дим в гневе ложится, закрыв лицо руками, и Сарават, прищурившись, смотрит на него. По шее Саравата стекает ещё больше пота; чертовски жарко, чтобы продолжать кричать.       — В любом случае, из-за чего вы двое ссоритесь? А? Мы здесь на отдыхе, тебе следует хорошо провести время и отдохнуть, но ты устроил такой хаос. Здесь так жарко! — он в разочарованно вытирает пот.       — Тебе не нужно знать причину нашей ссоры! — упрямо говорит Дим, снова садясь. — Скажем так, пострадало моё достоинство.       — Опять чушь о достоинстве! — стонет Сарават, убирая влажные волосы с лица.       — Пи’Дим! — все оборачиваются на голоса Мэна, который стоит на пороге. — Морепродукты, которые ты заказал, здесь!       Он входит в сопровождении Босса, оба несут большие белые холодильники, которые кажутся довольно тяжёлыми.       — И эта коробка тоже, — говорит Босс, когда они оба ставят их на пол. — Все морепродукты с рынка.       Дим показывает им большие пальцы, самодовольно улыбаясь.       — Спасибо.       — Когда ты заказал всё это? — Сарават кивает на холодильники, совершенно уверенный, что ответ ему не понравится.       — Совсем недавно, — отвечает Дим с тем же самодовольством. — Я купил всё это! Им нечего есть! Не делитесь с ними, — обращается Дим ко всем комнате, и Сарават просто смотрит на него в полном недоумении. Он знает Дима уже полтора года, как же он раньше не понял, что тот СУМАСШЕДШИЙ?!       — Ты как школьник!       — Ну и что? — поворачивается к нему Дим. — У них там есть кондиционер. А у нас морепродукты.       — Счастлив? — саркастически спрашивает Сарават, поднимая брови.       — Счастлив? Очень! — упрямо отвечает Дим.       Сарават избавлен от необходимости отвечать, так как всё трещит и электричество гаснет. Сарават оглядывает затемнённую комнату, не обращая внимания на крики и ругань членов своего клуба.       Конечно, отключилось электричество. Конечно, чёрт возьми.       — Что теперь? — стонет он.       — Это из-за тебя, Ват!!! — говорит Дим, а Сарават просто указывает на него в ответ.       — Это ТЫ!!!       — Это ты виноват! — Дим снова резко падает на кровать, закрывая лицо руками и постанывая, а Сарават просто отводит взгляд. Серьёзно, что, чёрт возьми, ещё может пойти не так в этот дурацкий день?       Сегодня их годовщина…       — Простите, автомат выбило из-за короткого замыкания, — к ним подошёл сотрудник отеля, чтобы объяснить ситуацию, когда они вышли из своего домика. — Мастер придёт завтра и всё починит.       Сарават снова пристально смотрит на Дима, а затем заставляет принять более вежливое выражение лицо для сотрудника.       — У вас остались какие-нибудь комнаты?       — Всё занято, — извиняющимся тоном говорит он. — Можете на ночь остаться у друзей? Я принесу вам дополнительные кровати.       — Конечно! — с энтузиазмом отвечает Босс из-за спины Саравата, который оглядывается на остальных в поисках одобрения.       — Да?       Дим, конечно, садится и упрямо смотрит на сотрудника отеля.       — Всё в порядке. Мы можем остаться здесь.       Музыкальный клуб съеживается одновременно, почти в идеальном унисоне.       — Эй, Пи’Дим! — поворачивается к нему Сарават, когда сотрудник кивает и уходит. — Да там ад внутри! Как мы будем спать? Нам нужен холодильник для морепродуктов. Мы тут не останемся.       — Пи’Дим… — медленно произносит Эрн, единственная, кроме Саравата, кто нашёл в себе мужество противостоять безумию Дима. — Тебе лучше помириться с Грином.       Однако Дим игнорирует её, Сарават вздыхает и отводит взгляд.       — Давайте сделаем так, — продолжает Эрн. — Ты поделишься морепродуктами с Грином. Он любит поесть, всё устаканится.       — Верно, — Сарават кивает, соглашаясь с её идеей. — Я знаю, что в глубине души ты хочешь помириться с Грином. Почему ты притворяешься, что это не так? Его фото всё ещё на заставке твоего экрана! — Сарават указывает на телефон Дима. — Дурацкое эго… Это же не сложно.       Честно говоря, Саравату сейчас было наплевать на отношения его друзей. Может быть, это делает его эгоистом, но буквально единственное, что для него имеет значение, — это то, что глупая ссора Дима портит его годовщину.       Он не уверен, кому удаётся достучаться до Дима, ему самому или Эрн, но Дим наконец неохотно соглашается. Они хватают холодильники и направляются в другой дом, Сарават идёт впереди. Грин и Тайн разговаривают снаружи, когда музыкальный клуб приближается к ним.       — Грин, — Сарават приветствует его, изо всех сил стараясь, чтобы его голос звучал спокойно, уважительно… ему нужно, чтобы всё получилось. Сарават смотрит на Дима, но Дим просто откашливается и отводит взгляд, поэтому Сарават продолжает. — Мы хотели бы разделить этот дом с вами. Мы пришли не с пустыми руками! — он показывает на холодильники. — У нас есть морепродукты с рынка. Поделимся с вами, — говорит он, улыбаясь в конце, надеясь, что достиг нужного уровня умиротворения.       Грин, похоже, задумался, когда Дим наконец заговорил, его тон был полной противоположностью тому, к чему стремился Сарават.       — Я отдам вам 1/3 морепродуктов.       Грин и Тайн обмениваются взглядами, затем Грин плавно переводит взгляд на Саравата.       — Насчёт дома, я не против.       О чёрт, слава вселенной, наконец-то что-то хорошее! Сарават улыбается, но Грин ещё не закончил.       — Насчёт морепродуктов, — говорит он, поворачиваясь к Диму. — Я хочу две 2/3.       — Нет! — упирает руки в бока Дим. — Даю одну треть. Забирай или уходи.       Чёрт возьми, Дим!!!!!       — Ни за что! — резко отвечает Грин, как и следовало ожидать.       — Тогда никаких морепродуктов! — Дим берет коробки. — Уходим.       Музыкальный клуб бросается с протестами; теперь, когда им предложили место в доме с кондиционером, они не собираются позволять тирании Дима взять вверх!       — Посмотрите на него! — кричит Грин, несмотря на попытки музыкального клуба остановить Дима; Сарават лично держит Дима за руку, положив руку ему на спину, пытаясь помешать ему поднять коробки.       — Вот какой он! — продолжает громко говорить Грин. — Он всегда такой! Он терпеть не может проигрывать, он жаждет победы! Он всегда получает то, чего хочет! И насчёт нашего канала на YouTube.       Очевидно, Грин произнёс волшебные слова; Дим опускает коробки встаёт, сердито указывая на Грина.       — Хм? Канал на Youtube? Что ещё за YouTube канал? — спрашивает Тайн.       Сарават упирает руки в бока, смотря на Грина, когда Дим шаркает ногами рядом с ним.       — Мы вместе давали название нашему каналу на YouTube, — рассказывает Грин Тайну. — Сначала мы договорились назвать его ГринДим, но Пи’Дим передумал. Он хотел, чтобы его имя шло первым! Он хотел ДимГрин.       Сарават смотрит на Дима в полном недоумении. Весь этот день, вся эта драма и чушь собачья, были из-за НАЗВАНИЯ КАНАЛА НА YOUTUBE?! О том, чьё имя было первым?! ВОТ что за «растоптанное достоинство Дима»?!       — Я — лидер! — говорит Дим, защищаясь, затем поворачивается к Саравату за поддержкой. — Моё имя должно стоять первым.       Сарават делает шаг назад; Дим определённо смотрит здесь не на того человека!       — Нам пришлось соревноваться в том дурацком волейбольном матче только потому, что ты хотел, чтобы твоё имя было перед его?!       — Это важно! — настаивает Дим. — Речь о моём достоинстве!       — Охххх! — разочарованно и недовольно стонет Сарават, к которому присоединяются другие участники. Если он ещё хоть раз услышит о долбаном достоинстве Дима!       — Верно? — Дим теперь умоляюще оглядывается по сторонам, надеясь, что кто-нибудь будет на его стороне, но всех из музыкального клуба это уже достало.       — Ребята, несите это внутрь! — объявляет Сарават, указывая на морепродукты. — Давайте поедим вместе!       — Помогите друг другу! — говорит Тайн, когда они с Грином присоединяются к музыкальному клубу, помогая унести коробки в домик. Наконец-то война закончилась.       — Грин, пошли, — дружелюбно говорит Сарават, приобнимая его за плечи, давая понять Диму, что он знает, в чём проблема.       — Мои деньги… — жалобно говорит Дим им вслед, но Сарават лишь усмехается.       — Нет, это бюджет клуба!       — Ват, это мои деньги! Я заплатил за это!       Сарават не знает, правда ли это, и ему, честно говоря пофиг, он продолжает идти в дом. Он чертовски голоден, а эти морепродукты не приготовят сами себя!       Грин отстраняется от Саравата и самодовольно позирует в дверях.       — Это ГринДим! — торжественно объявляет он, затем машет Диму и идёт за своими друзьями.

~

      За домом есть лужайка со столами и стульями, а также гриль. Все по очереди готовят, атмосфера праздничная и лёгкая, члены клубов весело общаются, наслаждаясь обедом.       Сарават занимает свою очередь у гриля и оказывается один, когда подходит Мил. На самом деле он выглядит немного нервным и оглядывается вокруг.       Сарават смотрит на него, должно быть, в 50-й раз за сегодняшний день. Серьёзно, вот это нервы у этого парня. Он знает, что в конце концов ему придётся с ним поговорить, поэтому, глубоко вздохнув, он наклоняется вперёд над столом.       — Кого ты ищешь?       — Твоего брата, — отвечает Мил, засунув руки в карманы, но в остальном уверенно оглядываясь назад. Сарават ненавидит это. Он делает паузу, собираясь с силами, затем смотрит на Мила.       — Серьёзно. Когда вы начали встречаться?       — Когда он стал чирлидером, — говорит Мил, а затем добавляет с улыбкой. — Но он мне начал нравиться задолго до этого.       Сарават отводит взгляд, качая головой. В этой чуши есть что-то очень подозрительное.       — Ты это серьёзно с ним? — Сарават агрессивно оглядывается на Мила. — Или ты просто хочешь отомстить мне?       — Отомстить тебе? — усмехается. Мил. — Зачем мне это делать? Пустая трата времени… Я бы предпочёл проводить время, играя в футбол с твоим братом.       Не такой реакции ожидал Сарават. Он откидывается назад.       — Так ты серьёзно.       — Если бы нет, я бы сейчас не стоял здесь и не разговаривал с тобой. Сарават отводит взгляд. Он не может спорить с этой логикой. Но это значит… чёрт возьми.       Он вспоминает прошлый год. Пхуконг не знал, что Сарават не любит девушек, понятия не имел об истории между Сараватом и Тайном, и все же, когда он увидел их вместе, он мгновенно понял, что это был человек, который сделал Саравата счастливым, и он открыто поддерживал их, даже прилагая усилия, чтобы узнать Тайна, пока Тайн всё ещё не обращал внимания на чувства Саравата.       Пхуконг никогда не осуждал своего брата, никогда не стоял у него на пути и не противостоял ему. Разве он не заслуживал такого же уважения со стороны Саравата?       Но Сарават все ещё старший брат, в конце концов, и все ещё должен защищать его. Он замечает большой нож на столе и медленно поднимает его, подождав мгновение, прежде чем быстро вонзить в стол, не сводя глаз с Мила.       Мил настороженно смотрит на нож, но стоит на своём, поднимая глаза на Саравата.       — Позаботься о нём как следует, — невесело ухмыляется Сарават. — Или я заберу его обратно.       Мил тихо смеётся.       — Теперь ты используешь мои собственные слова против меня?       Мил однажды пригрозил украсть у него Тайна именно этой фразой. Сарават смеётся и качает головой, снимая напряжение и вытаскивая кончик ножа из стола. На мероприятии 2U он предположил, что они с Милом потенциально могли бы поладить, ну или просто быть вежливыми по отношению друг к другу, если не дружелюбными.       Ну, время покажет.       — Иди к нему, — он кивает в том направлении, куда, как он видел, направлялся Пхуконг ранее.       — Туда? — Мил подтверждает, и Сарават указывает. — Спасибо, — говорит Мил по-английски, уходя, и Сарават ухмыляется, смотря ему вслед.       Он уже видит, что с этим новым развитием событий их ждут интересные времена.       После обеда два клуба проводят остаток вечера, играя вместе. Они позируют для селфи, играют в воде, и Сарават, наконец, обнимает Тайна, впервые они проводят время вместе с тех пор, как утром собирали мусор. Вряд ли это была годовщина, на которую надеялся Сарават, но, по крайней мере, теперь им было весело вместе.       И концерт всё ещё был запланирован на этот вечер.       Что-то произошло и с Тайном, с восхищением замечает Сарават. Когда они делают групповую фотографию, это Тайн обнимает Саравата за плечи; когда все играют и плещутся в воде, Тайн кокетливо тянется к Саравату, притягивает его ближе и играет с ним, позволяя ему открыто обнимать его без тени застенчивости; он позволяет Саравату наклониться над ним, когда они лежат на пляже, убирает волосы с его лица и просто счастливо смотрит на него.       Сарават знает, что Тайн вырос в очень традиционной семье и всегда упрямо придерживался тайского способа твердо хранить проявления любви за закрытыми дверями. Сарават много раз дразнил его по этому поводу, иногда слегка подталкивая, но всегда отступал и смеялся, когда Тайн жаловался и останавливал его. Сарават не знал, это так на него повлиял местный воздух, затяжная атмосфера медового месяца, когда они воссоединились после того, как Дим разлучил их, или это было из-за их годовщины, но Сарават никогда не видел, чтобы Тайн вёл себя так, и он наслаждается этим.       В конце концов, все начинает успокаиваться. Сарават достаёт из своего багажа гитару, отходит от остальных, и начинает играть песню Scrubb, зная, что это притянет к нему Тайна, где бы он ни был. Конечно же, Тайн пропускает только первые несколько строк, прежде чем опускается и садится на песок рядом с Сараватом.       Сарават улыбается ему и продолжает играть песню. Тайн улыбается и покачивается в такт музыке, смотря на воду.       Сарават играет финальный аккорд, затем радостно смотрит на Тайна и опирается на гитару.       — Как это было? Ты почувствовал любовь?       — Как бы я почувствовал любовь? — спрашивает Тайн, оглядываясь на него. — Это не песня о любви.       — Как же так? Каждую песню, которую я играю для тебя, я играю с любовью, — парирует Сарават, прищурившись на него.       — Фу. Как слащаво, — говорит Тайн, но его лицо расплывается в широкой улыбке, от которой сердце Саравата тает.       Сарават улыбается в ответ; реакция Тайна обычная, но выражение лица и ощутимый комфорт — всё новое. Он протягивает руку и кладёт её на голову Тайна.       — Куда ты ходил?       — За полотенцем для тебя, — Тайн снимает полотенце, которое было перекинуто через его плечо. — У тебя мокрые волосы. Ты можешь заболеть, — он протягивает руку с полотенцем, кладёт его на голову Саравата и начинает вытирать его волосы насухо. Сарават издаёт жалобный звук, отстраняясь. Кого волнует, что у него мокрые волосы? Вода, как и погода, ещё горячая, чтобы он мог заболеть. Тайн со вздохом отстраняется, позволяя полотенцу лечь на плечи Саравата.       — Почему бы тебе не позаботиться о себе так, как ты заботишься обо мне?       Сарават улыбается и смотрит в сторону, задумавшись, затем снова переводит взгляд на Тайна.       — Я твой парень. Я должен заботиться о тебе.       — Я знаю, — говорит Тайн, наклоняясь к руке Саравата, лежащей на его голове. — Но быть в отношениях — это означает давать и брать. Давай сделаем так: когда тебе лень заботиться о себе, позволь мне позаботиться о тебе, — Тайн протягивает руку, повторяя любимый жест Саравата, и кладёт руку на голову Саравата. — Хорошо?       Сарават, прищурившись, смотрит на него, с лёгким смешком отталкивая руку Тайна. Никто никогда не заботился о Саравате, по-настоящему, с тех пор, как он был ребёнком. Он даже не может выразить, что чувствует сейчас, слыша эти слова Тайна. Поэтому он даже и не пытается.       — Заботиться обо мне легко, — говорит он вместо этого. — Просто позволь мне пожамкать тебя за грудь, — он сопровождает свои слова жестами, всё, что угодно, чтобы скрыть свою минутную слабость.       Тайн смотрит на свою грудь, затем ухмыляется.       — Мою грудь? Хорошо!       Сарават ошеломленно смотрит на него: «Хорошо»?! Они были на пляже! На публике! Остальные участники были всего в 20 метрах от них, все они могли прекрасно их видеть!       Новоиспечённый нежный Тайн, похоже, не обращает внимание на всё это, когда поворачивается лицом к Саравату.       — Хорошо, вперёд!       Он хватает руки Саравата и прижимает их к своей груди.       — Сделай это! Пожамкай их!       — Эй! — слабо говорит Сарават, слегка вздрагивая и убирая руки. Что происходит?!       — Вперёд! — настаивает Тайн, снова хватая его за руки и прижимая их к своей груди, когда Сарават снова отстраняется, полностью потрясённый этой ситуацией. ЧТО ПРОИСХОДИТ?!       Тайн начинает смеяться и отстраняется, снова поворачиваясь лицом к океану.       — А я думал, ты смелый! — поддразнивает он.       Сарават поджимает губы, угрожающе указывая на Тайна, но Тайн просто откидывается на песок, опираясь на локти с самодовольным выражением лица. Ладно, может быть, у этой открытой стороны Тайна была и обратная сторона.       Или не обратная сторона…необходим период некой адаптации.       Сарават улыбается ему, откладывая гитару в сторону, затем принимает ту же позу, что и Тайн, придвигаясь ближе, чтобы их плечи соприкасались. Тайн оглядывается на него, и его самодовольный взгляд смягчается искренней улыбкой, как у Саравата, и они просто смотрят друг на друга.       Саравату кажется, что он мог бы остаться в таком положении до конца дня, вот так. К сожалению, солнце садится, и комары летают в поисках пищи, поэтому Сарават и Тайн встают и возвращаются к группе. Они переодеваются, избавляясь от мокрой одежды и устраиваются с Мэном и Боссом за столиком, поглощая ещё немного морепродуктов и наслаждаясь напитками. Сарават замечает проходящих мимо Эрн и Пэр, ухмыляется Боссу, и затем поворачивается к ним.       — Эрн! У нас тут полно кальмаров. Возьми!       Эрн смотрит на него как на сумасшедшего, затем замечает Босса и всё понимает; Босс внезапно глубоко очарован своим напитком и не смотрит больше никуда, кроме как в его глубины, пока пьёт его.       — Подождите здесь. Стойте тут, — Сарават смотрит на Эрн, а потом поворачивается и ухмыляется Боссу. — Почему не говоришь с нашими подругами?       — В чем дело, Босс? — поддразнивает Эрн, присоединяясь к Саравату. Пэр просто стоит рядом с ней и смеётся.       — Он хочет пить! — кричит Мэн, хлопая Босса по ноге.       — Поговори с ними! — настаивает Сарават, когда Босс, наконец, отлипает от своего напитка и неловко смотрит на своих друзей. Он не говорит ни слова, и Сарават смеётся; кто знал, что его друг был ТАКИМ неловким?       Эрн тоже смеется.        — Мы уходим. Не напивайтесь слишком сильно! — и они с Пэр уходят, посмеиваясь вместе, когда Сарават сам бьёт Босса по ноге, указывая большим пальцем на спины девушек.       Босс только нервно и яростно качает головой.       — Ты отстой, — жалуется Мэн Боссу, встряхивая его за плечо. Босс стряхивает его руку и поворачивается, чтобы с тоской посмотреть в ту сторону, где была Пэр.       Мэн всё равно продолжает.       — У тебя был такой хороший шанс сегодня. Чего ты в воду полез?       — Что случилось? — спрашивает Сарават, делая глоток напитка.       — Эй, Ват, Тайн… — вздрагивает Мэн, и Босс бьёт его.       — Не надо!       — А я расскажу! — парирует Мэн. — Сегодня вечером у Босса был шанс признаться Пэр, но он бросился в воду!       — Так застеснялся? — смеётся Сарават.       — Жарко было! — неубедительно настаивает Босс, и Сарават снова смеётся, смотря на Тайна, чтобы поделиться шуткой, и замечает, что Тайн смотрит на часы, даже не слушая.       — Решил искупаться! — продолжает настаивать Босс, а Мэн поддразнивает его в ответ.       — Ты уверен?       Сарават перестаёт слушать, делает глоток и смотрит на Тайна. До его юбилейного концерта осталось чуть менее 2 часов… План состоял в том, чтобы пообщаться с Мэном и Боссом, устроиться поудобнее, затем Сарават извинится, чтобы подготовиться, и Мэн с Боссом выведут Тайна к сцене. Тайн снова смотрит на часы, и Сарават хмурится. Почему его парню вдруг не терпится уйти?       — Почему ты всё время смотришь на часы? — спрашивает он Тайна, надеясь, что звучит равнодушно. Он закрывает лицо руками, наклоняясь вперёд, пытаясь выглядеть расслабленным. — Надо куда-то идти?       — Да нет, — Тайн делает глоток, избегая зрительного контакта с Сараватом. Это подозрительно. Сарават поворачивает голову, затем протягивает руку и тычет пальцем под подбородок.       — В чём дело?       Тайн удивленно смотрит на него. Сарават никогда раньше не делал такого жеста, — затем улыбается, несколько натянуто.       — Ничего.       — Ты можешь поговорить со мной, — напоминает ему Сарават, но Тайн просто оглядывается, а затем вскакивает.       — Я пойду принесу ещё льда! У нас тут закончился! — он вскакивает, хватает холодильник и спешит прочь, оставляя Саравата в замешательстве наблюдать за ним.       — Тайн??? — он смотрит на стол. — У нас ещё много… — он снова поднимает глаза, но за эти несколько секунд Тайн успел исчезнуть из поля зрения. Сарават подумывает о том, чтобы пойти и найти его, но сопротивляется этому порыву.       — Всё готово к сегодняшнему вечеру? — наклоняется Мэн к Саравату, привлекая его внимание.       — Да, готово. Чуть раньше я нашёл сцену, именно так, как ты её описал. Это будет идеально, — Сарават указывает на своих друзей. — Просто убедитесь, что доставите туда Тайна, не вызывая у него подозрений!       — Конечно! Ты выбрал правильных людей, мы хорошие актёры! — Мэн выпячивает грудь, и Сарават, прищурившись, смотрит на него, внезапно всерьёз усомнившись в его плане. Этим его друзьям совершенно нельзя было доверять.       — О, успокойся, — усмехается Мэн, словно читая мысли Саравата. — Мы поняли.       — Ш-ш-ш-ш-ш! — Босс шипит им, чтобы они заткнулись, Сарават поднимает глаза и видит, что Тайн возвращается к ним. Он смотрит на своих друзей, жестом предлагая им что-нибудь сказать, и Мэн начинает рассказывать какую-то случайную историю, как только Тайн оказывается в пределах слышимости.       — Эй, — Тайн не садится, а кладет руку на плечо Саравата. — Хочешь прогуляться со мной?       Ух-х…дерьмо. Ладно, это все ещё может сработать. Сарават улыбается ему и соглашается, встаёт, затем многозначительно смотрит на своих друзей, которые смотрят на них широко раскрытыми глазами и в замешательстве.       — Просто следите за временем и помогите мне, — шипит он, затем поворачивается, чтобы последовать за Тайном, надеясь, что его друзья не совсем всё испортят.       Пляж прекрасен ночью. Тайн и Сарават медленно, небрежно прогуливаются, уходя в сторону подальше от своих друзей. Тайн ведёт их к небольшому павильону немного дальше по пляжу.       — Здесь так хорошо, — тихо говорит Тайн, когда они приближаются. Сарават улыбается.       — С тобой везде хорошо.       Тайн смотрит на него, затем улыбается и отводит взгляд. Сарават усмехается.       — Эй, Ват… — начинает Тайн, засунув руки в карманы и смотря вперёд. — Ты когда-нибудь думал о том, что бы ты сделал, если бы я отказал тебе в тот день?       Они останавливаются.       — Нет, — честно отвечает он, качая головой. Тайн недоверчиво смеётся.       — Ты был так уверен в себе?       Сарават делает глубокий вдох и прикусывает губу, вспоминая. В тот день он был напуган больше, чем когда-либо прежде, хотя воспоминания об этом чувстве полностью затмились воспоминаниями о том, что он чувствовал, когда получил своё «да».       — Нет, — отвечает он, смотря на Тайна. — Но когда я влюблён, моё сердце не думает о плохом, — он делает шаг вперёд, сокращая расстояние между ними и изучая своего парня; Тайн задумчиво смотрит вниз, поэтому Сарават продолжает. — В худшем случае мне было бы больно, но я бы забыл тебя.       Тайн смеётся над этим.       — Тогда тебе повезло, что я тебе не отказал, — Сарават понимающе кивает.       — Верно… — усмехается он и наклоняет голову. — Мне также посчастливилось увидеть, как ты плачешь, — поддразнивает он.       — Оййй! — Тайн свирепо смотрит на него и толкает плечом. — Не напоминай!       Сарават хихикает, когда Тайн смущённо отводит взгляд, затем делает глубокий вдох.       — С того дня мы через многое прошли вместе, — говорит он Тайну, и тот кивает.       — Верно, — соглашается Тайн и делает несколько шагов мимо Саравата, направляясь в павильон. Сарават поворачивает голову, с любопытством следуя за Тайном, и открывает рот, чтобы сказать что-то ещё, когда Босс внезапно зовёт его.       — Ват! Футбольный матч начинается!       Футбольный матч? Сарават бросает на него недовольный взгляд. Это и есть то оправдание, которое он придумал? Босс не смотрит на него, но неловко смотрит на Тайна; Тайн повернулся в замешательстве при внезапном появлении Босса на их прогулке.       Дерьмо.       — Могу я пойти посмотреть игру? — спрашивает Сарават Тайна, пытаясь скрыть подозрительное поведение Босса.       — Но сегодня… — начинает Тайн, и Сарават перебивает его, понимая, что он собирается сказать.       — Это Манчестер Юнайтед против Ливерпуля! Матч вот-вот начнётся! Дай мне глянуть.       Тайн в шоке смотрит на него, а Сарават машет рукой и уходит, толкая Босса перед собой и шипя.       — Серьёзно? Теперь я выгляжу как придурок, который предпочёл посмотреть игру, вместо того, чтобы проводить время со своим парнем!       — Ты не сказал, что мне следует сказать, это было лучшее, что я мог придумать! — шипит Босс в ответ, и Сарават стонет.       — Ладно. Мэн всё готовит?       Босс кивает.       — Скоро должен быть готов.       — Хорошо. Дай мне взять гитару и быстро разогреться, а потом сходи за Тайном. Дай ему этот билет, — он достаёт из кармана билет ручной работы, который приготовил ранее на этой неделе, и передаёт его своему другу. Босс смотрит на него и фыркает.       — Серьёзно?       Сарават просто смотрит на него, затем отворачивается, направляясь к дому и своей гитаре.       Он сидит внутри, дважды и трижды проверяя свою гитару, надеясь, что Мэн всё вспомнит. Сцена с подсветкой очевидна, но как насчёт единственного стула для Тайна? А как насчёт бутылки с напитком со стикером на ней? Эта часть была ключевой; стикеры на бутылках были важной частью их с Тайном истории.       Он готовится немного дольше, чем предполагалось, собираясь с духом. Странно так нервничать, не правда ли? Наконец он встаёт, громко выдыхая и встряхиваясь. Хорошо, он готов. Он справится. Он отправляется на сцену, чтобы найти Мэна и Босса. Всё выглядит идеально, именно так, как представлял себе Сарават, и он сияет.       — Спасибо вам, ребята.       Его друзья улыбаются в ответ, обнимая друг друга за плечи.       — Хорошо, давай сделаем это!       Сарават прячется за сценой. Мэн занимает свою позицию на пляже, чтобы поприветствовать Тайна, а Босс отправляется на поиски специального гостя.       Он не возвращается почти 45 минут.       К тому времени Сарават тяжело дышит, почти дрожа от нервов. Что, чёрт возьми, происходит? Между тем временем, проведённым в доме, и теперь этим, он был разлучён с Тайном уже почти 2 часа!       — Э-э… — говорит Мэн. — Ват?       Сарават высовывает голову и видит приближающегося Босса…одного.       — Плохие новости, инспектор, — говорит Босс, качая головой. — Я нигде не могу его найти.       Сарават суёт свою гитару в руки Мэна и убегает. Куда, чёрт возьми, делся Тайн? Он бежит, отчаянно озираясь, пробегая весь пляж, прежде чем, наконец, находит его…лежащим на песке. Спит?       Отключился. Сарават внезапно понимает, что Ом и Фонг тоже там…когда, чёрт возьми, они прибыли? И вокруг них пустые бутылки.       Чёрт!       Оставив друзей Тайна спать на песке, Сарават оглядывается назад, где неловко стоит Босс, который последовал за Сараватом. Босс грустно улыбается ему, и Сарават вздыхает, откидывая волосы с лица.       — Помоги мне затащить его внутрь.

~

      Саравату и Боссу удаётся затащить Тайна в постель, затем Босс сочувственно хлопает Саравата по плечу и оставляет их наедине. Сарават натягивает одеяло на ноги Тайна, затем берет стул и устраивается рядом с ним, наблюдая, как он спит.       Это было совершенно не так, как он ожидал или надеялся провести их годовщину, и он совсем не уверен, что произошло. Как же так получилось, что эта ночь закончилась так?       Воспоминания начинают всплывать в сознании Саравата, оживая перед его глазами, как сцены из фильма. В первый раз он увидел Тайна пьяным, когда Саравату удалось убедить Тайна позволить ему провести ночь в его комнате. Он почти во всём признался той ночью, сидя на балконе общежития Тайна. Утром он впервые увидел Тайна без рубашки. Затем был момент, когда Тайн признался, что он ревновал, когда увидел, как фанаты облепили Саравата… Тогда он тоже был пьян, и это был первый раз, когда Тайн вслух подтвердил, что чувства Саравата не были односторонними, что его чувства были взаимными.       Возвращаясь ещё дальше, когда он впервые увидел Тайна… Выражение счастья на его лице, эта улыбка, когда он впервые слушал живое выступление Scrubb…Эта улыбка была тем, что изначально зацепило Саравата. На всю жизнь.       Сарават протягивает руку, нежно убирая волосы Тайна со лба. Неужели он не выспался? Сарават знает, что у Тайна удивительно быстрый период восстановления, когда дело касается алкоголя. Он видел, как Тайн протрезвел всего за несколько часов, когда Саравату потребовалась целая ночь, чтобы прийти в себя. Тайн спал уже по меньшей мере полтора часа, а может, и дольше, в зависимости от того, как долго он был на пляже. Приняв решение, Сарават встаёт и берёт для него бутылку воды и нашатырь, затем садится обратно и подносит нашатырь под нос Тайна, пока Тайн не начинает шевелиться.       Тайн медленно открывает глаза, моргает и в замешательстве оглядывается. Сарават убирает нашатырь и улыбается, открывая бутылку с водой, передавая её Тайну, который потягивается и слегка встряхивается.       — Выпей немного воды, — тихо говорит Сарават, и Тайн берет её, садясь, слегка морщась и не смотря на Саравата.       — Что с тобой случилось? — спрашивает Сарават тем же тихим, обеспокоенным голосом. Тайн смотрит на него, затем отводит взгляд, прочищая горло.       — Я пошёл прогуляться, — бормочет он, ставя бутылку на стол. — И просто споткнулся.       Ну да. Неужели Тайн думает, что Сарават не чувствует запаха алкоголя? Однако он отказывается от комментариев, вместо этого протягивает руку и обхватывает щеку Тайна, проверяя обе стороны его лица.       — Ты поранился? Дай мне посмотреть, — лицо Тайна немного в пятнах от выпитого и сна, но невредимо, и Сарават опускает руку. — Просто будь осторожнее в следующий раз.       Тайн смотрит на него, но снова отводит взгляд, неловко ёрзая и глубоко вздыхая. Сарават мгновение наблюдает за ним, гадая, найдёт ли он в себе силы заговорить самостоятельно. Однако Тайн просто продолжает двигаться, и Сарават наклоняется, сам начиная разговор.       — Ты хочешь мне что-нибудь сказать?       Тайн не отвечает, просто продолжает бросать взгляды на Саравата и ёрзать, и Сарават со вздохом откидывается на спинку стула.       — Я всегда могу сказать, когда ты ведёшь себя подозрительно. Просто скажи мне, — Тайн вздыхает, и Сарават снова наклоняется вперёд, не позволяя ему упасть. — Ты говорил, что мы можем поговорить по душам.       Тайн снова вздыхает, затем, наконец, говорит, слова выходят неохотно.       — Отлично. Я не споткнулся. Я упал, потому что был пьян. Я был пьян, потому что ты забыл о нашей годовщине.       Забыл об их годовщине?! Сарават в шоке смотрит на него. Неужели он всерьёз думал, что на это есть хоть малейший шанс?! Разве Сарават не сказал ему раньше, что он знает, какой сегодня день?       — Я попросил тебя прогуляться, — продолжает Тайн тем же угрюмым тоном. — Потому что хотел сделать тебе сюрприз.       О. Сарават качает головой, подавляя улыбку, наконец-то понимая. Эта прогулка к павильону… Должно быть, у Тайна там было запланировано что-то особенное, и Сарават всё испортил, слишком занятый приготовлением собственного сюрприза.       — Я собирался сыграть для тебя на гитаре, — подтверждает Тайн, и Сарават издаёт слабый смешок; они даже спланировали одинаковые сюрпризы! Он отводит взгляд, успокаиваясь и убеждаясь, что может говорить серьёзно, прежде чем кивнуть.       — Ладно. Хорошо, что ты сказал об этом.       Тайн вздыхает в сотый раз, когда Сарават продолжает, улыбка снова появляется на его лице.       — Мне тоже нужно тебе кое-что сказать. Я… — он указывает на себя. — Не забыл о нашей годовщине. Я тоже приготовил сюрприз. Но он был испорчен.       Тайн смотрит на него широко раскрытыми глазами, все следы печали постепенно исчезают.       — Вот почему Босс притворился, что зовёт меня на футбольный матч, — добавляет Сарават, чувствуя необходимость напомнить Тайну, что он никогда бы не бросил его по такой глупой причине. — Ты понимаешь это?       Медленная улыбка расплывается на лице Тайна, и они с Сараватом обмениваются взглядами. Сарават качает головой, откидываясь на спинку стула, его собственное счастье угасает. Да, они оба планировали сюрпризы, они оба хотели сделать что-то особенное, но что теперь? Уже за полночь, технически их годовщина уже прошла.       — Всё испорчено, — громко ворчит Сарават. Тайн, похоже, не замечает раздражения Саравата, просто смотрит на него, все ещё счастливо улыбаясь.       — Ты действительно не забыл?       — Ты сомневаешься во мне? Ты мой первый парень.       Первый, последний и единственный! Сарават наклоняется вперёд, улыбка снова озаряет его лицо, когда он смотрит на Тайна. Улыбка Тайна всегда была его лекарством, его радостью. Улыбка Тайна вдохновила Саравата на первую в истории песню о любви.       — Как я мог забыть нашу годовщину? Хм? Ты слишком много думаешь.       Он тыкает пальцем Тайну под подбородок, повторяя движение, сделанное ранее, и Тайн тихо хихикает. Сарават решает, что ему нравится этот жест. Он улыбается ему в ответ.       — Тогда… — кивает Тайн. — Уже поздно спрашивать, что за сюрприз?       Никогда не будет слишком поздно. Сарават даже не колеблется, просто лезет в карман рубашки и достаёт билет, который Босс вернул ему. Он всматривается в него, вспоминая, как он сам спроектировал его, несмотря на то, что почти не обладал художественными способностями, в один из дней, когда Тайн был с Грином, планируя эту поездку. Сверху написано: «Юбилейный концерт». Место: пляж. Время: 21:00. Место: «VIP Для моего Тайна», в комплекте с маленьким мультяшным изображением гитары и кролика.       Он с улыбкой протягивает его Тайну.       — Не хочешь пойти со мной на концерт?       — Эй! — смеётся Тайн, удивлённо смотря на него. Он оглядывается на Саравата с усмешкой и кивает. Сарават протягивает руку и гладит Тайна по волосам.       — Дай мне 15 минут, затем приходи на пляж; иди налево от того места, где мы ели, и ты увидишь Мэна. Он покажет тебе остальной путь.       Тайн вопросительно поднимает брови, все ещё сияя, но Сарават больше ничего не говорит, просто ухмыляется и спешит на поиски своих друзей. Технически это уже не их годовщина, но он все ещё может сделать это.       Мэн и Босс вернулись к столу, и Сарават хватает их. Босс идет за гитарой Саравата с того места, где он оставил её раньше, и Мэн идет с Сараватом на сцену, подбадривая его. Когда Босс возвращается, он стоит на сцене, держа гитару, в то время как Сарават прячется за деревом, как и раньше. Теперь он не нервничает, а взбудоражен. Он готов.       — Добрый вечер! — слышит голос Мэна Сарават и понимает, что Тайн прибыл. Он ухмыляется, возбужденно трясет руками, слушая Мэна. — Могу я взглянуть на ваш билет, пожалуйста?       Тайн смеётся, и наступает короткая пауза, когда Сарават предполагает, что Тайн передал билет, а Мэн проверяет его.       — Мистер Тайн! Сюда, пожалуйста. Следуйте за мной.       — Что с тобой? — смеётся в ответ Тайн, и Сарават хихикает, желая, чтобы он мог их видеть, но не желая выдавать, где он прячется.       — Мистер Тайн, пожалуйста, присаживайтесь.       Мгновение спустя Сарават слышит, как Босс, стоящий на сцене с гитарой в руках, говорит: «Здравствуй».       Его очередь.       Сделав глубокий вдох, Сарават поднимается со своего места и подходит к сцене. Он чувствует на себе взгляд Тайна, когда берёт гитару. Босс убегает, чтобы присоединиться к Мэну в аудитории позади Тайна, но Сарават их больше не видит.       Тайн сидит и улыбается ему, и сердце Саравата переполняется. Тайн — это всё, что существует для него во всём мире. Сарават тоже улыбается, натягивая ремень гитары, его сердце колотится от возбуждения.       — Добро пожаловать, все почетные гости, на празднование того, что этот недотёпа в моей жизни уже целый год, — Тайн ухмыляется, и Сарават продолжает. — Хотя он даже не знал, что вращался вокруг моей вселенной задолго до этого.       Слух о том, что концерт Саравата, по-видимому, начался, распространился; CTRL-S появляется первым, и Сарават просто мельком смотрит на них, прежде чем снова сосредоточиться на Тайне. Он выстукивает ритм на гитаре, затем начинает играть, полностью игнорируя, как появляется всё больше людей, включаются камеры и появляются светящиеся палочки.       Тайн — единственный, кто сейчас имеет значение, и Сарават начинает петь. Миллионы звезд в ночном небе Есть ли какая-нибудь звезда, которая остается неподвижной? Та, которая не вращается ни вокруг одной планеты? Я никогда таких не видел Моя звезда вращается так далеко Они все далеки друг от друга Я думаю, твоя звезда точно такая же Им нужно очень много много световых лет, чтобы встретиться Но когда две звезды вращаются вокруг друг друга, пока они не встретят друг друга Времена года меняются Оборот тоже меняется Когда мы встретились Наши жизни изменились Всё это меняется А наши сердца бьются в одном ритме       (очевидно, Тайн больше не может сидеть и смотреть; он встаёт и присоединяется к Саравату на сцене, Сарават улыбается во время пения и поворачивается в сторону, чтобы посмотреть на него). Ты вращаешься вокруг меня Я вращаюсь вокруг тебя       (Тайн начинает подпевать, радостно замечает Сарават). И две звезды вращаются сами по себе Ты меня привлекаешь Я привлекаю тебя Две звезды красиво сияют друг на друге       Он повторяет припев ещё два раза, и песня заканчивается, а аудитория — их гораздо больше, чем предполагал Сарават — аплодирует и ликует. Тайн стоит рядом с ним на сцене, тоже аплодирует, и Сарават улыбается ему.       — Спасибо.       Затем Мэн выходит вперед, его рот подергивается от едва сдерживаемого возбуждения, когда он передаёт Саравату бутылку с напитком со стикером на ней. Сарават берет бутылку и улыбается Тайну, затем поворачивается к нему спиной, вытаскивая маркер из кармана.       Его первоначальная идея состояла в том, чтобы написать «Ты выйдешь за меня?», но теперь вдруг всё кажется неправильным. Он говорил это слишком много раз, полушутя, Тайн не поймёт, он подумает, что Сарават просто дразнит или что-то в этом роде, как раньше… ему нужен новый способ выразить это чувство, это желание, чтобы получить своё следующее «да».       — Что? — Тайн кладет руку на плечо Саравата, пытаясь разглядеть, что он делает, и Сарават отстраняется.       — Эй! Это секрет!       Он слышит, как все хихикают и спрашивают, что это такое, и Сарават, наконец, знает, что написать. Это идеально. Он ухмыляется, снова закрывая маркер и поворачивается к Тайну.       — С годовщиной.       Тайн берёт бутылку и переворачивает её, чтобы прочитать надпись.       «Давай состаримся вместе»       Он поднимает глаза и улыбается Саравату, который наклоняется вперёд, складывает ладони рупором, чтобы скрыть губы от толпы, и шепчет на ухо Тайну:       — Останешься со мной навсегда?       Он отстраняется с улыбкой, он снова немного нервничает, но Тайн улыбается в ответ, полностью успокаивая Саравата, затем наклоняется, чтобы прошептать свой ответ.       — Останусь.       Счастье, большее, чем когда-либо испытывал Сарават, полностью наполняет его этими словами; он смотрит вперёд, чувствуя, как слёзы счастья наворачиваются на глаза, и он заставляет себя не дать им упасть.       Он получил свое «да».       Он смотрит на Тайна, который ярко сияет, его улыбка освещает ночь, притупляя всё остальное вокруг. Он — самое прекрасное, что Сарават когда-либо видел. Он протягивает руку и кладет её на голову Тайна, почти наклоняясь для поцелуя, пока крики и аплодисменты зрителей, которые всё ещё наблюдают за ними, наконец, не проникают в его сознание, и он поворачивается, чтобы посмотреть на них, на мгновение смущенный их реакцией. Тайн тоже смотрит на них, на его лице виднеется немного смущения, но он всё равно наклоняется к Саравату, который вместо поцелуя обнимает Тайна за плечи, притягивая его ближе.       Они могут поцеловаться позже.       У них есть вся оставшаяся жизнь.