take me home

      Венти был пьян. Пьян в энный раз, и он взывал к ветрам для единственного, кто мог услышать его.       Сяо аккуратно опустился возле пьяного барда, что сидел на верхушке статуи Барбатоса, чьи руки застыли в протянутом виде.       — Ты... — вздохнул Сяо, заметив, как Венти опёрся на руки статуи, будто бы на ложе, а до земли было вовсе не так высоко. — Из всех мест, где можно было протрезветь, ты выбрал это?       — Сяо! Ты наконец-то тут! — Венти хихикнул. — Что я могу сказать, с этого места открывается один из лучших видов на Тейват, — он повернул голову и с тоской взглянул на гигантское дерево посреди равнины за пределами Мондштадта. Ещё одно место для утешения с ещё одним прекрасным видом, как однажды сказал Венти. — Несмотря на холодный ночной ветерок, находиться здесь наверху не так уж и плохо. Хотя я бы простудился, если бы ты не прибыл так быстро.       Сяо проворчал в ответ, подходя к барду, и с лёгкостью подхватил его, словно невесту. Венти никогда не пытался вырваться из его рук. По сути, он погружался в них даже глубже, обнимая Сяо за плечи и пряча лицо на груди.       — Давай найдём место получше, чтобы протрезветь, хорошо? — шёпотом спросил Сяо. Он ощутил, насколько замёрз бард — будь проклят его наряд за отсутствие каких-либо тёплых подкладок. Он и сам носил тонкую одежду, но успел привыкнуть к такому. Вероятно, Архонт в его руках тоже, но его тело твердило иначе. С другой стороны, они оба были бессмертными. Такие неудобства, как обычная простуда, ни на кого из них не повлияют.       — Окееееюшки, — ответил Венти, закрывая глаза и согревая своё лицо теплом, исходящим от Сяо. — Куда же?       — На постоялый двор «Ваншу», — предложил Сяо. Он не так часто бывал в Мондштадте, и они могли бы как обычно передохнуть на вершине Утёса Звездолова, пока Венти бы не проснулся от пьяного сна, удерживаемый Сяо от падения на пляж снизу. Это больше не повторится. Сегодня Сяо почувствовал себя обязанным вернуться на своё место на постоялом дворе и внимательно проследить за любыми беспорядками в далёком лесу павших Архонтов. Но он также не мог оставить пьяного барда одного, особенно учитывая то, что тот позвал его.       — Постоялый двор «Ваншу»? — переспросил Венти, посмеиваясь в шею Сяо. — Пожалуйста, будь аккуратней со старым-бедным мною.       Сяо покраснел, осознав подтекст этих слов.       — Мы не будем ничего делать. Ты пьян. Не обнадёживай себя.       — Раньше это никогда не останавливало тебя, — надул губы Венти.       — Тебе следует заткнуться, пока ты не прикусил свой язык по дороге, — слабо пригрозил Сяо. Его хватка усилилась перед тем, как они исчезли в протянутых руках статуи, бесследно оставив Мондштадт. Кроме оставшейся полупустой бутылки одуванчикового вина на статуе, что можно было бы назвать подношением Анемо Архонту.

***

      Их путешествие было быстрым благодаря помощи Барбатоса сильными потоками ветра и способности Алатуса, которая позволяла управлять указанными ветрами для применения телепортации. Пара вроде них была довольно уникальной — едва ли можно было ожидать, что Адепт одной нации и Архонт другой будут столь близки. Особенно учитывая то, что упомянутый Адепт обладал Глазом Бога, благословённым тем же Архонтом. О, и они были влюблены. Если под этим люди подразумевали нахождение "дома" друг в друге после почти тысячелетия тоски.       Единственными другими такими же уникальными и довольно безучастными отношениями, о которых известно, были отношения некоего Архонта в отставке и его смертного любовника, которые чуть не привели к катастрофической трагедии. «Да ладно, что за веселье в жизни, если нет никаких препятствий для любви!» — сказал Венти, удерживая разъярённого Адепта от разрыва смертного на части за попытку причинить вред его повелителю и за попытку уничтожения всего того, что он стремился защитить.       На постоялом дворе «Ваншу» было тихо в это время ночи, и только босс возилась за своим столом, чтобы как раз заметить Адепта, несущего чужеземного барда в своих руках на балкон.       — Боже мой, — прошептала босс, поднося руку ко рту. — Сяо, ты привёл домой любовника?       — Он не мой любовник, — огрызнулся Сяо.       Венти промолчал. Заснул ли он? Нет. Сяо почувствовал, как колется игривый ветер, неестественно сильный, пытаясь отреагировать на слова Сяо.       Что значит «не твой любовник»??       — Да, разумеется. Вам двоим нужна комната на ночь? — в её тоне слышались нотки поддразнивания. — Эта ночь довольно подходит для-       — Нет, не нужна. Я поднимусь на верхний этаж, чтобы продолжить свои обязанности. Могу ли я попросить одеяло вместо комнаты?       — И вина, — прошептал Венти в ухо Сяо.       — ...А также суп для похмелья и миндальный тофу, если есть, — добавил Сяо. Бард пробурчал тихое "неееет".       — Да, конечно же. Можете идти. Я позову кого-нибудь, чтобы принесли вам одеяло и блюда, когда они будут готовы.       — Благодарю, жена босса, — ответил Сяо, насмехаясь над путешественником*.       — Прошу, зови меня матерью.       Сяо не мог не улыбнуться, рассматривая, как посветлело её лицо во время их традиционного обмена любезностями.       — Только в твоих мечтах, — возразил он.       Он вернулся на своё обычное место наверху постоялого двора «Ваншу» всё так же с Венти на руках, весьма довольным тем, что его держат.       Теперь, оставшись наедине, Сяо ослабил хватку на барде, позволив ему встать самому. Венти послушался с хныком, продолжая держать руки обвитыми вокруг шеи Сяо, вслепую найдя опору на земле. Они были примерно одного роста, Сяо был лишь несколько выше, чем не мог хвалиться Венти. Если только он специально не станет повыше. Но в этой форме Венти мог спокойно продолжать обнимать его по причинам, которые, как сказал себе Сяо, были просто для согрева.       — Тебе действительно так холодно? — спросил Сяо, заматывая Венти в свою же накидку. С надеждой, что этот слой одежды добавит дополнительную теплоизоляцию.       — Ты как ходячая грелка, — пробормотал Венти, теснее прижимаясь, а Сяо на это не выказал признаков неудобства. — И я не хочу отпускать.       — Только не усни на мне сейчас. Скоро будет еда.       — Похмельный суп, — напомнил Венти. Не фирменное блюдо Ли Юэ или Мондштадта, но определённо довольно известное блюдо, согревшее сердца многих. Нарезанная кубиками говядина, грибы, капуста и редис добавляются в горячее рагу из кимчи**. — Эх блин, настолько же, насколько вкусно это звучит, я предпочёл бы оставить вкус сладкого вина из одуванчиков во рту хотя бы на миг подольше.       — Не переживай. Ты всё ещё пахнешь как своё дражайшее вино, — Сяо сморщил нос. Венти выскользнул из объятий в притворном шоке.       — Ты хочешь сказать, что я хорошо пахну или же плохо?       — Спорный вопрос, — усмехнулся Сяо.       — Как ты можешь. Ни капли уважения, — проворчал Венти, нахмурив брови. Впрочем, его лицо мгновенно просветлело, когда он увидел двух работников гостиницы, что поднимались по ступенькам со свёрнутым одеялом и подносом заказанных блюд. Сяо поблагодарил их, забирая поднос с лёгким кивком, в то время как Венти схватил одеяло и завернулся в него сразу же, как только сотрудники постоялого двора скрылись из виду.       Они расположились на краю балкона, отгороженные от любой опасности замысловатыми деревянными перилами. Сяо осторожно поставил поднос, когда к нему присоединился пучок-одеял-Венти.       — Пахнет довольно хорошо, — вздохнул Венти. Он взял ложку и поднёс ко рту немного супа. — На вкус так же неплохо. Тебе стоит попробовать.       — Смотри не пролей на одеяло, — пригрозил Сяо, когда Венти потянулся за ещё одной ложкой супа.       — Так точно, сэр, — ответил Венти, поправляя одеяло и наклоняясь вперёд, чтобы суп не пролился по пути между миской и ртом. Сяо рассеянно наблюдал, как юноша уплетал миску супа, а через несколько мгновений он взял свою ложку, чтобы тоже немного попробовать. Управившись с одним блюдом, они разделили миндальный тофу, наслаждаясь теплом, что разливалось в их желудках от супа, а затем восхитительной сладостью тофу, на вкус, как приятные беспечные сны.       Поднос с грязной посудой был возвращён, и двое расположились ещё выше, на самом верху гостиницы, где низкая платформа с перилами позволяла уединиться от посторонних глаз.       Сяо прислонился к деревянной стене, как к его плечу прильнул Венти. Теперь они разделили плед, как предложил Венти, как раз отметивший, что одеяло не смогло бы согреть без источника тепла, которым являлся Сяо. И пусть Адепт не чувствовал холод, но близость между ними была чем-то, от чего он никогда не мог заставить себя отказаться.       Когда они оба направили взгляды вдаль, в сторону Каменного леса Гуюнь, Венти вдруг подал голос:       — Когда же ты освободишься от своих обязанностей?       Сяо хмыкнул.       — Когда я отплачу свои долги.       — Разве Моракс не освободил тебя от долгов после того, как покинул свою должность?       — Я всегда буду в долгу перед ним за своё освобождение, вне зависимости от того, в какой он находится форме.       — Освобождение, да... — повторил Венти. Как Анемо Архонт, он хорошо помнил, когда сам Якса испытывал тоску свободы, прежде чем ему дали новое имя. Прямо перед тем, как Сяо поклялся в своей верности Гео Архонту, победившего старого хозяина Сяо. Как только Моракс передал Глаз Бога, чтобы испытать доверие лежавшего в куче тел юноши, Венти разделил с Яксой прилив надежды на избавление. Сколько времени прошло с тех пор, как я наконец смог дышать, и некому было обернуть мои собственные слова и когти против жизни невинных людей?       Венти улыбнулся, вспомнив, как покойная Богиня Пыли объяснила ему, как окаменело лицо Гео Архонта, когда он передал Глаз Бога Яксе только для того, чтобы оно засияло Анемо, а не Гео. Но Сяо по-прежнему оставался верным Гео Архонту. Для него, тот даже не встречал Анемо Архонта, только нёс благословение своего бога. Однако с тех пор Венти был заинтригован этим Яксой, заполучившем Анемо способности. Все действия Сяо — тогда, когда Венти пришёл познакомиться с ним и заметил почти вопиющую преданность Мораксу и жажду пролить кровь, стоило ему подойти слишком близко — доказывали всё, кроме его заинтересованности в Барбатосе.       Мой — подумал Венти, приподнимаясь и оставляя нежный поцелуй на удивлённых губах Сяо. Отстранившись, он увидел, как Сяо усмехнулся.       — Похоже, ты ревнуешь, — поддразнил его Адепт.       — Ни в коем случае, — Венти устроился обратно, положив голову на плечо Сяо. — Ревность для юных. Я уже тысячи лет как слишком стар для этого.       — Ты абсолютно незрелый для своего-то возраста.       Венти опустился на колени Сяо.       — Ах, правда? Как кто-то настолько незрелый может являться одним из семи изначальных Архонтов Тейвата?       — Для такого как ты, боги сделали исключение.       — Послушай, я помог сделать Мондштадт таким, каким он является сегодня! Дважды!       Сяо хмыкнул.       — Ой, ну и ладно. Я больше не буду выслушивать твои оскорбления, Алатус, — нахмурился Венти. Он повернулся и лёг на бок, по-прежнему лёжа на коленях Сяо, но отвернувшись. — Доброй ночи.       — Уже спишь?       — Я больше не хочу с тобой разговаривать.       Сяо вздохнул, подвигая одеяло, чтобы оно лучше накрывало Венти, когда тот подвинулся.       — Я сожалею.       — Тебе действительно лучше сожалеть.       — Как я могу загладить свою вину?       Венти замер на мгновенье.       — Стань моим пятым ветром.       — Это слишком большая ответственность. И ещё одно звание, которое мне придётся нести.       — Ты уже с готовностью добавил "любовник Анемо Архонта" и "парень Венти, смертного барда". Кому повредит ещё один лишний титул?       — Моей старой изувеченной душе.       — Так ты теперь тоже старый?       — Мгммм.       Венти рассмеялся, повернулся и снова лёг на спину, лицом к Яксе. Ох, какие кульбиты делало сердце Сяо, когда столь яркий бард улыбался только ему.       Сяо наклонился для одного поцелуя, и другого. И третьего, который заставил Венти приподняться и залезть на колени Сяо, не отрывая губ друг от друга, пока они не потеряли голову в исступлении.       Сяо отстранился спустя неизвестно сколько времени. Венти захныкал, пытаясь вновь поймать его губы, но встретил только воздух.       — Алатус, почему ты остановился?       — Лорд Барбатос, у меня есть обязанности на сегодня, — ответил Сяо с притворными формальностями. — И ты всё ещё пьян.       Он до сих пор мог ощущать вкус вина на языке Венти.       — Я не пьян. И я, Барбатос, освобождаю тебя от твоих обязанностей до конца этого вечера.       Сяо усмехнулся, одаривая сидящего на его коленях пьяницу коротким поцелуем.       — Конечно, ты не пьян. Тогда, можешь сказать который час?       — Хорошо, — Венти повернулся, чтобы взглянуть на луну, определяя, что сейчас было примерно за полночь. — Я. Не. Пьян.       Сяо фыркнул.       — Пусть так. Но мы всё равно остаёмся здесь на ночь. Тебе нужно поспать и убрать весь алкоголь из своего организма.       — Тц. Обломщик, — пробормотал он, сползая с колен Сяо и возвращаясь в прежнее положение, кладя голову на его колени. — Ладно.       — Хорошо выспись.       — Ммммммм.       — Венти.       — Ммм?       — Однажды, я стану твоим пятым ветром.       — Правда?       — Когда мои долги в Ли Юэ будут погашены-       — Ясно. Я вижу, к чему это идёт.       — ...через пару тысяч лет.       — Спокойной ночи, Алатус, — Венти закрыл глаза, проваливаясь в сон, когда он услышал мягкий смешок Сяо, сопровождаемый нежно проводящей сквозь волосы Венти рукой.

***

      Венти старался лишний раз не звать Сяо, зная, что Адепт ненавидел, когда его отвлекают. Особенно после того случая, когда он случайно навредил невинной душе, и её воскрешение обернулось трагедией, до того момента, пока она не простила виновного.***       Поэтому он звал его только во времена, когда чувствовал, что им обоим было необходимо утешение. Изменение потоков ветра, приходящих из Ли Юэ, также означало, что Сяо был как-то ранен — поскольку Венти мог расслышать далёкие голоса, которые, как однажды сказал ему Сяо, кричали ему проклятия прямо в уши. Может, дело было просто в его пьяном до безумия рассудке, но ветер сегодня был холодным и резким, что не совсем нравилось Венти, который пытался умиротвориться в ностальгии, сидя на руках своего старого друга.       На вершине статуи, в руках, где он одиноко сидел, он прошептал ветру:       — Сяо, если ты меня слышишь — забери меня домой.