Поспорить с судьбой: мы встретимся вновь

Если вы не хотите разговаривать, то проблема никуда не денется. Если вы будете просто смотреть на неё, то в конечном итоге потеряете возможность решить её. Ёимия. Genshin Impact

Казалось, что поездка в Мондштад поможет им лучше понимать друг друга. На деле же получалось, куда бы они не отправились, от проблемы сбежать не получалось. И пусть даже это всё казалось таким глупым и неважным, какая-то драма ради самой драмы, но поговорить им стоило. Вот только, чем больше проходило времени, тем сложнее было начать разговор. По итогу, это завело их в тупик. Казалось, что момент уже упущен и говорить об этом не было смысла. — Нам нужно поговорить, — спокойно сказал Чжун Ли за обедом в их первый совместный выходной, когда кто-то не стремился уйти. — Хорошо, — кивнул Тарталья и отложил палочки. С каждым разом у него получалось всё лучше. — В чём дело, Аякс? — Чжун Ли намеренно использовал настоящее имя парня. Но шутка ли, оно совпадало в двух жизнях. — Ты снова начал ввязываться в драки, постоянно уходишь, будто сторонишься меня… — Всё в порядке, — упрямо заявил юноша. На самом деле ничерта не было в порядке, но говорить и правда не хотелось. Аппетит резко пропал. Дурная привычка, вбитая в голову, что все чувства должны скрываться внутри, он не имеет права на переживания. Да и в конце концов, кому понравится этот комок негатива, который появился за последние дни? Чжун Ли всем своим видом показывал, что ничуть в это не поверил, но Чайльду и не нужно было подобное. До этого же они как-то успешно играли спектакль, что всё у них хорошо. — Я что-то не так сделал? Или ты что-то скрываешь от меня? — предпринял ещё одну попытку достучаться мужчина. Он прекрасно понимал, что если они будут избегать разговора, ни к чему хорошему это не приведёт. Но каждый раз Тарталья уходил от ответа, или попросту сбегал по срочным делам. Чжун Ли пытался не давить, но понимал, что это совсем не выход. — Нет, разве идеальный человек вроде тебя может сделать что-то не так? И в этих словах оказалось куда больше яда, чем хотелось бы. Аякс был зол, но в первую очередь на себя за свою неспособность справиться с чувствами. И на развивающийся комплекс неполноценности, если уж на то пошло. Проблема была в самом Тарталье, он это понимал и хотел для начала справиться или же подавить свои эмоции сам. Но получалось отвратно плохо. И с этими словами всё стало только хуже. — Извини? И вот это невозмутимое выражение лица, тон, которым было задан вопрос, окончательно прорвал плотину, которую Тарталья так усиленно строил в своей душе. Эмоции дело тонкое, и если вовремя с ними не разбираться, они лишь накапливаются и могут погубить не только самого человека, но и тех, кто находиться рядом во время этого срыва. Аякс не кричал, не крушил посуду и не вскакивал с места. Это было кое-что похуже, внутри него будто что-то сломалось в один момент. Оказывается, жить с Архонтом очень сложно, когда ты просто человек, проходящая эпоха в тысячелетней памяти божества. Им никогда не стать на одном уровне. — Аякс, я никогда не стремился и не пытался быть идеальным, — после некоторой паузы сказал Чжун Ли. — Наоборот. — Ты не идеальный, — согласился парень. Он старательно отводил взгляд, ведь встретиться с ним означало проигрыш. Сам юноша не знал, что именно это могло значить: или они не поговорят, или конфликт разгорится ещё сильнее. И не хотел это проверять. — Ты знаешь всё об истории, ты буквально прожил её. Бог войны, Архонт контрактов, Бог Очага… Ты можешь разбираться во всём, даже в вине другой страны. А кто я рядом с тобой? Студент, который вечно ввязывается в драки. Человек, которого ты не смог спасти столетия назад? Я правда не уверен, что моё место рядом с тобой. Эти слова неожиданно больно ударили по мужчине. А ведь казалось, что за тысячелетия произошло столько, что сердце уже не может болеть. Оказывается, оно всё ещё не из камня. Чжун Ли где-то в глубине души опасался этого, но так же и знал, что подобное может произойти. Они изначально были слишком разными. Уставшему от вечной жизни Архонту не место рядом с молодым юношей. Всё же как бы он не старался, а стать обычным смертным у него никогда не выйдет. Собственные переживания и эмоции затмили, не дали увидеть картину целостной и понять, что эти слова — немой крик о помощи. Всё же, Чжун Ли был большим человеком, чем сам считал. И он воспринял эти слова на свой счёт. — Мне уйти? — тихо спросил мужчина. Чайльд вскинулся, ведь совершенно не этого он хотел, не этого ожидал. Но встретил лишь маску равнодушия. Не смог рассмотреть то, что скрывается за этим деланным спокойствием. Ему… правда всё равно? — Нет, — после паузы сказал парень. А затем на этой кухне неожиданно стало тяжело дышать. — Мне нужно на свежий воздух. Он должен был добавить что-то вроде «Не уходи, мы продолжим когда я вернусь и обязательно нормально поговорим». Возможно, какая-то смутная догадка была в душе, но Аякс проигнорировал это всё. Он натянул ветровку, схватил телефон и ключи, а затем быстрым шагом сбежал по ступенькам вниз, полностью игнорируя лифт этажом ниже. Чжун Ли поднялся. Этого правда стоило ожидать, просто… Хотелось верить, что в этот раз будет всё совсем иначе. Мужчина не жалел о проведённом времени, о том что они были близки. Только вот… Видимо, их любви оказалось недостаточно. А может, это изначально было лишь ему нужно? Как всё произошло, если вернуться к самым истокам? Это он навязал свои чувства, ошарашил известием, что парень — перерождение человека которого он любил и как бы ждал взамен чувств. Чжун Ли провёл рукой по столу, затем поднялся и стал складывать пустые пиалы в раковину и убирать остатки еды. Он навязал эти чувства. Если так подумать, изначально ведь никто не просил воскрешать себя, или ждать. Изначально это было лишь его эгоистичным желанием. Так имел ли мужчина право и дальше тешить себя иллюзией? Ведь у Чайльда действительно вся жизнь впереди. И не обязательно он должен быть рядом. Ещё когда-то в первую их встречу, он видел другой образ — молодой мужчина в котором безошибочно угадывался Тарталья, с ребёнком на руках. Такова была судьба этого человека, Архонт в очередной раз решил вмешаться в естественный ход событий. Просто чтобы не чувствовать больше одиночества. Правильно, такой как он не имеет права на подобную судьбу. Моракс обвёл взглядом небольшую кухню. Всё это — затянувшийся сон, но всё же нужно пробуждаться. Или, вернее сказать, вернуться туда, где ему самое место. Последний из Архонтов, ему нужно было уже давно последовать за почившими друзьями. В конце концов, это было ожидаемо — вертится в голове у Чжун Ли, пока он собирает вещи, сохраняя внешнее спокойствие. На деле же в душе царил хаос и полная суматоха, но его тело так и не научилось выражать эмоции в полной мере. Сожаления не было, и те несколько месяцев действительно стоили столетий ожидания. Но так отчаянно хотелось напиться, и это вполне себе смертное желание он воплотит чуть позже, когда исчезнет из жизни Чайльда Тартальи. Нет, Аякса. Даже при том, что изначально именно он арендовал эту квартиру, его вещей оказалось значительно меньше, чем его сожителя. Все важные книги хранились в его походном рюкзаке — очередная утраченная технология и изобретение Адептов одновременно — а одежда… Её было немного. Как у Архонта, у него было целое подпространство, в котором он мог жить, так что… В любом месте Моракс мог чувствовать себя как дома. Изобретение Гуй Чжун, если уж на то пошло, её прощальный подарок. Тоска сдавила сердце. Мужчина должен был быть привычным к одиночеству и правда считал, что после стольких потерь уже ничего не страшно, но жизнь как обычно подкидывает сюрпризы. Он всё ещё достаточно человечен, но не достаточно человек, чтобы быть рядом со смертным. Парадокс. Застрял между двумя мирами и уже не мог принадлежать ни одному из них. Ненужный, забытый всеми бывший Архонт. Он как раз клал ключи на тумбочку в коридоре, чтобы больше никогда сюда не вернуться, когда ключ в замке повернулся, дверь открылась и явила собой Тарталью. Тот замер, глядя на чемодан, а после посмотрел в лицо мужчины и заметил печаль и тоску. — Что ты, мать твою, делаешь? — даже не закрыв дверь, спросил Тарталья. Его голос был тихим, он будто не мог в это поверить. — Ухожу из твоей жизни, — удивительно спокойно сказал Чжун Ли. Даже в такой ситуации не терял самообладания. Зато терпение терял Тарталья, он резко закрыл дверь с громким хлопком, и прошёл в квартиру. — Нет, — спокойно, уверенно сказал он. От него тянуло тяжёлым сигаретным дымом, но в целом больше ничего не выдавало переживаний. Даже руки не были разбиты в кровь — мимоходом отметил Чжун Ли. — Нет? — переспросил Моракс. — Что ты себе надумал? Нет уж, давай поговорим, — с нажимом сказал Чайльд. Он схватил мужчину за руку и потянул в гостиную, подальше от любопытных соседей, которые могли услышать их разговоры. Стены в доме были тонкими, в этом они уже убедились. — Я разве говорил, что мы расстаёмся? Как ты это услышал, а? Вроде бы он должен говорить о том, что его мучило столько времени, а по итогу приходилось уговаривать остаться. Надо же, как многое может измениться за каких-то полчаса. Учитывая свой вспыльчивый характер, Тарталья решил выйти на улицу и прежде успокоиться, всё обдумать, можно сказать, проиграть в голове возможные диалоги, а уже потом возвращаться и встречаться лично. Когда эмоции утихнут и станет легче говорить. По итогу что? Его уход подействовал как катализатор совсем неправильных мыслей Чжун Ли. Но теперь Аякс хотя бы готов был всё обсудить. — Ты прав в том, что между нами тысячелетия, — терпеливо сказал Чжун Ли. — И что с того? Архонты… — Чайльд замолчал и покосился на стоящего рядом мужчину. Он буквально сейчас обращался с мольбой к тому, с кем жил под одной крышей. Очередной парадокс и веселье их семейной жизни. Тарталья не выдержал, сначала хмыкнул, а затем тихо засмеялся, закрыв лицо рукой и это несколько разрядило атмосферу. Смех нарастал, и таким образом эмоции и напряжение выходило, становилось легче дышать. Парень сел на диван и подобрал под себя ноги, глядя снизу вверх на любовника. — Давай ещё раз, окей? Ты тысячелетний Архонт, я обычный студент. Наши отношения изначально странные и запутанные. И мне правда бывает сложно, особенно если я не знаю твоего прошлого. Ты знаешь обо мне даже больше, чем я сам, и это несколько несправедливо, тебе так не кажется? Чжун Ли начинал понимать, что смертные всё же не так просты, как может показаться на первый взгляд. Он бог войны, буквально прошёл через Ад сражений в этом мире и не раз. Для него это было всё сложно, и лучше было бы, если всё сводилось только к конкретным решениям и действиям. С человеком же приходится угадывать эмоции, и иногда то, что тот говорит, значит совсем другое. Это было сложно. — Значит, ты не хочешь расстаться? — спросил Чжун Ли, чувствуя себя полным идиотом. Неприятное ощущение. — Архонты, нет! Да, с тобой порой бывает сложно, я тоже не подарок. Но в этом и суть отношений. Просто… Я правда не могу даже близко стоять с твоими бывшими. Будто кусочек мозаики встал на место. Вот оно что. Моракс и подумать не мог, что всё будет связано с его прошлым, вот так буквально. он считал, что это не имеет никакого значения, но оказывается это совсем не так для его возлюбленного. — Аякс… — Глупо? Да. Но я всё ещё просто человек, поэтому сделаем на это скидку, окей? Взгляд Чжун Ли становится мягче, он подошёл к дивану и наклонился, чтобы мягко прикоснуться губами к чужим, будто спрашивая разрешения. Ощущалась горечь никотина. Он не знал, какие эмоции были в душе парня, до этого Моракс не встречался с людьми и это было несколько сложно. Одна рука легла на плечо, и его почти сразу же обняли за шею, Аякс отвечал на поцелуй. Пусть ещё не всё было решено между ними, но первый шаг к пониманию они уже сделали. — Что именно ты хочешь узнать? — отстранившись, спросил Чжун Ли. Это был долгий день и вечер, когда был выпит не один чайник чая и бывший Архонт рассказывал о той истории, которую не описывают в учебниках и книгах. Он рассказывал историю своей жизни, своих бывших отношений. В этот раз Чайльд реагировал спокойнее, спрашивал то что его волновало. Наконец,юноша убедился в том, что его парень больше не испытывает никаких чувств к тем, кто был в прошлом. — А если бы кто-то из них вернулся… Тот же Аждаха или Осиал… Кого бы из нас ты выбрал? Вопрос был закономерным, и Чжун Ли сам задумался. В тот момент он считал, что прошлое осталось там, в веках назад. Мужчина обнял Аякса за плечи и поцеловал его в висок. — Не думаю, что это возможно. Они остались в прошлом, и там им самое место. Позже, находясь в постели, Тарталья переворачивался со одного бока на другой. Сон никак не шёл. Они поговорили, наконец решились все недомолвки, но… Стараясь не разбудить возлюбленного, Аякс осторожно убрал его руку и поднялся, почти бесшумно вышел из комнаты и прикрыл за собой дверь. Босыми ногами он прошёл на кухню, включил свет на вытяжке, затем нажал выключатель на чайнике и поставил чашку. В их доме была целая заначка обычных чайных пакетиков, которые Чжун Ли презрительно игнорировал и делал вид что не замечает эту коробку «чайной трухи». Они стояли где-то рядом с «помоями» в виде растворимого кофе, опять же со слов мужчины. Тарталья привычным движением бросил пакетик на дно своей большой чашки, залил её кипятком и добавил туда пару ложек сахара, а затем бросил ещё и лимон. Привычный для Снежной рецепт приготовления идеального напитка. Парень встал возле окна, обнимая двумя руками чашку и смотрел перед собой. Что было бы, если бы он задержался немного дольше на улице и не успел? Даже при всём своём желании и возможностях, найти Архонта который скрывается, было бы сложной задачей, скорее даже невыполнимой. И вроде бы всё обошлось, а только сейчас приходило осознание катастрофы, которую удалось избежать. Как изменилась бы его жизнь? Чайльд закрыл глаза. Просто представить, что в тот момент он вернулся в пустую квартиру… В груди стало больно. Чжун Ли стал его миром, его светом в этой квартире и стране, в его жизни. В последнее время они мало времени проводили вместе, но каждую ночь он чувствовал его тепло рядом, ощущал, что если прижаться ближе, то получит крепкие объятия. То что рядом совсем не ценилось. Чай уже не был обжигающе-горячим, но всё ещё нёс в себе вкус дома. Снежная. За всеми этими событиями и переездом Аякс старался не думать, как же сильно скучает. Это не было так ощутимо, когда его семья была рядом. Сейчас же отца перевели в Сумеру и неожиданно парень остался один, в чужой стране. К счастью, его не тянули с собой, у него была учёба и свои обязательства. А вот Тевкра рядом не хватало. Близился Новый год, этот семейный праздник хотелось провести с Чжун Ли, но так же его ждали на родине. Жалкие недели, чтобы принять окончательное решение. Вздохнув, Чайльд поставил недопитый чай на стол, и так же тихо вернулся в кровать. Чжун Ли лежал к нему спиной, парень придвинулся и крепко его обнял, невесомо поцеловал в плечо. Но Аякс не мог знать, что до самого его возвращения глаза мужчины были открыты, и только когда он вернулся, Чжун Ли расслабился и спокойно вздохнул. Так же боялся потерять. Он мог потерять мужчину навсегда. Эта навязчивая мысль билась внутри, и Тарталья сильнее сжал возлюбленного в своих объятиях. Так глупо сравнивать себя с бывшими, а по итогу самому оказаться ещё хуже. Аякс чувствовал себя ужасно, ведь практически две недели почти не был дома, и они потеряли это время. Из-за своего эгоизма. Конечно, что такое это время, оно пролетело незаметно. Но их жизнь была смертной, и думая об этом, становилось не по себе, хотелось жить как можно ярче, чтобы было что вспомнить. Ценить буквально каждый день, ведь дни пролетают слишком быстро. - Я не сплю, - тихо сказал Чжун Ли. - Хорошо, - глупо ляпнул Тарталья и прикусил свой язык. Может, наконец, стоит включить голову, хоть немного? - Больше никогда не уходи. Ты нужен мне, - куда-то в шею прошептал парень. Вместо любых слов мужчина повернулся на бок и нашёл в темноте чужие губы. Эти слова, они были так нужны для того, кто привык жить в одиночестве. Оглядываясь назад, Чжун Ли не готов был вернуться к тому существованию, которое вёл почти всю свою жизнь. Ему тоже нужен был Тарталья, как воздух, как главное доказательство того, что жизнь ещё ценна. - Люблю, - прошептал Аякс, прикусывая подбородок мужчины. Поцелуями-укусами спускался ниже, к шее. Старался не оставлять следов, но так сложно было устоять перед этим манящим ароматом кожи. Руки спустились под ткань брюк и сильно сжали ягодицы, прижимая к себе. Желание, такое горячее и яркое захватило неожиданно. И чувствуя жар, исходящий от тела Тартальи, становилось понятно - этой ночью никто не станет спать. Чжун Ли не был против, отзывался на каждое прикосновение, впитывал страсть, чтобы ответить вдвойне эмоциями. В Мондштадте были обжигающая страсть и опаляющее чувство ревности. Сейчас в каждом поцелуе была нежность. Тарталья навис сверху, сел на чужие бёдра и потёрся, ощущая жар между ягодиц. Приятно. С особым удовольствием он стал расстёгивать пуговицы рубашки. В свете полной луны было более чем прекрасно видно лицо возлюбленного. Совершенный человек, и только его. Парень прикоснулся рукой к щеке, поглаживая, любовался ярким янтарём глаз. Чжун Ли повернул голову и поцеловал ладонь, ощущая как сердце бьётся в груди. Ему нужен этот парень. Как он мог считать, что уйдя, жизнь ещё будет иметь свой смысл? Приподнявшись, Чайльд спустился ниже, поцеловал аккуратную дорожку волос возле резинки брюк и провёл языком вокруг пупка. Чжун Ли говорил, что он не помнил, были ли у него родители, его воспоминания начинаются с Селестии, где он был энергией, прежде чем оказаться в Тейвате и стать Богом Войны. Возможно поэтому он такой идеальный? Всё в этом человеке было совершенно. И это не было проявлением какой-то фанатичной влюблённости, хотя сейчас Аякс чувствовал себя самым преданным последователем Моракса. Узнав прошлое возлюбленного, он стал лучше его понимать и ценить тот факт, что они вместе. С особым удовольствием парень потянул за резинку просторных штанов, чувствуя, как Чжун Ли приподнимает бёдра, помогает избавить себя от одежды. Он спал без белья, и этот факт особенно возбуждал каждый раз. Одеяло было сдвинуто в сторону, и никто не заметил, как оно мягко соскользнуло вниз и упало на пол. Тарталья закинул одну ногу себе на плечо, нависая, получил безграничный доступ к этому телу. Такой желанный. Парень прикоснулся губами к головке, провёл по ней и сдвинул крайнюю плоть, ощущал терпкий вкус, сжимал напряжённые бёдра пальцами с такой силой, что могут остаться синяки. Пускай. Так приятно чувствовать, как тело под ним расслабляется, всецело доверяет и отдаётся. Он мог вырвать с вечно сдержанного бывшего Архонта сбитое дыхание и тихие стоны. Если раньше Тарталья ощущал ревность, думая, кто же до него обладал этим телом, то сейчас наконец пришло смирение и осознание того, что это действительно не важно. Главное, что Чайльд будет последним. Ради него Чжун Ли обменял свою вечность и стал смертным, они действительно могли состариться вместе и это было по-своему прекрасно. Язык спустился ниже, ощущая, как поджались яички, чтобы наконец провести вокруг колечка мышц. Почти тут же Аякс почувствовал хватку на своих волосах. И пусть только Чжун Ли попробует сказать, будто это ему не нравилось. Не терпя возражений, парень придвинулся ближе, дразня вход и проникая самим кончиком. Ему было достаточно знать, что это было приятно, постепенно дыхание мужчины становилось тяжёлым. Вместо волос тот сжимал пальцами простынь, выгибался на встречу. Такой открытый, доступный. Только его. Юноша отстранился, навис сверху и посмотрел в полуприкрытые глаза. Никто больше не смел видеть его Архонта таким. Улыбнувшись, Аякс оставил короткий поцелуй на губах, и отстранился, чтобы найти смазку. - Нижний ящик слева, - сказал Чжун Ли. Он лежал, закрыв глаза согнутой рукой и приходил в себя. Этот парень... сводил его с ума. В такие моменты мужчина наконец не чувствовал себя всесильным Архонтом, или же древним божеством. Он ощущал свою слабость перед сильными руками, направлял, как ему будет приятно и чувствовал, что в этот момент ради него сделают всё. Чжун Ли закусил губу, ощущая, как обжигающие слёзы подступают к глазам, а в носу противно щиплет. Почему именно сейчас? Настолько сильно перенервничал, когда поверил что Аякс хочет разорвать отношения? Солёная влага размазалась под давлением руки, что закрывала глаза, скатилась по вискам вниз. Моракс забыл как это, ощущать себя любимым. Разговоры о прошлом сделали его поразительно сентиментальным. Тарталья снова оказался сверху, он мягко убрал чужую руку и переплёл их пальцы, прижал ладонь к кровати. Не спрашивал, откуда эти эмоции, не задавал лишних вопросов. Вместо этого нежно, касался губ, целовал так, будто в последний раз. Целовал виски и ощущал солёный привкус. Если спросит сейчас, разрушит всю атмосферу. И пока Чжун Ли не отталкивает его, всё в порядке. Его руку сжали в ответ, мужчина крепко обнял его одной рукой, тяжело дыша на ухо, старался быть как можно ближе. - Не останавливайся, прошу. И в этой просьбе было смешано так много эмоций: страх одиночества, желание, любовь, стремление быть любимым. Кивок головы был согласием, а затем Аякс для удобства отстранился, выдавил немного геля на пальцы и провёл ими по сжатому колечку мышц. Глупо просить расслабиться, будто это между ними в первый раз. Правда, после перерыва стоило бережнее относится к телу возлюбленного, чтобы не причинить ему лишней боли. Поэтому проникал бережно, неторопливо, начиная с одного пальца и почти сразу же добавил второй. Тарталья вздрогнул, когда длинные пальцы мужчины прикоснулись к его напряжённому члену, поглаживая через ткань спальных шорт. «Хватит меня дразнить, иначе я точно не смогу сдержаться», - сдавленно подумал парень, но даже не предпринял попытки уйти от прикосновений. Это было приятно. - Иди сюда. Сначала он не понял, что от него хотели. Отстранился, когда почувствовал, как чужие пальцы сжимают его запястье и вынуждают выйти из горячего нутра. Сделал больно и не заметил? Но этот взгляд ярко-жёлтых глаз... Чайльд терял контроль над ситуацией, позволял себя направить, становился и выгибался так, как от него хотели. И замер, начиная понимать, что именно намеревался делать Чжун Ли. Его дыхание сбилось, когда порывистым движением с него сняли шорты с боксёрами, а затем этот идеальный во всём мужчина устроился между его ног и... Парень закусил губу, ощущая, какое удовольствие приносят губы и язык. Осторожные движения, действия, будто прислушивались к ответной реакции. «Хоть где-то ему не хватает практики» - как-то ошалело подумал Тарталья. И отпустил ситуацию. Ему это правда нравилось, и быть может, Чжун Ли действительно это делает в первый раз. А затем вернулся к подготовке, зачерпнув больше смазки и введя сразу три сведённых пальца внутрь. Они никогда не обсуждали то, что хотят попробовать в постели. Чжун Ли позволял делать с собой всё своему любовнику, направлял, когда тот делал что-то не так, был отзывчивым и таким горячим. Но представить, что вечно сдержанный мужчина сам предложит попробовать позу 69... Что ж, это радовало парня. Он вводил пальцы медленно, всё ещё ощущая сопротивление и помогал себе языком, лаская чувствительные яички, касался языком входа, смачивая ещё и своей слюной. Чувствуя, что это может оказаться слишком для него, Тарталья отстранился, тяжело дыша. Приятно, но не хотелось кончить раньше времени. И так тяжело было сдерживать себя, чтобы не сорваться. - Я люблю тебя, - шептал Аякс когда уверенно входил внутрь, придерживая за бёдра. И видел ответные чувства в чужих глазах, в том, как его жадно принимает тело. Готов был повторять это снова и снова, заново влюбляясь в этого мужчину. Забываться в едином ритме, двигаться на встречу и срывать жадные сдержанные стоны. Тарталья был влюблён, наслаждался тем, как постепенно Чжун Ли расслабляется, сам двигается ему на встречу. А затем вдавливает в кровать, уверенно седлает его бёдра и прижимает его руки за запястья, мерно опускаясь на его члене. Восхитительное зрелище, от которого кровь приливает к голове, заставляя проявляться румянцу на щеках. Кажется, им стоило вместо ссор вот так бурно примеряться, и тогда проблем станет меньше. - Люблю, - прошептал мужчина в губы, когда наклонился за поцелуем. Член вошёл до основания, и прямо сейчас они были как никогда близки. Услышав эти слова, Тарталья судорожно выдохнул. Эти слова были редкими, но каждый раз особенно ценными. - Ты восхитителен, - прошептал юноша, провёл рукой от шеи ниже, касался груди. И подался бёдрами вверх, намекая, что стоит возобновить движения. - Только мой. Луна давно спряталась за соседним домом, комната погрузилась в темноту, а эти двое никак не могли насладиться друг другом. Измождённые, мокрые от пота, они продолжали обниматься и лениво терзать губы поцелуями. Тарталья закинул чужую ногу себе на бедро и провёл пальцами между ягодиц мужчины, ощущая свою сперму. Они не пользовались презервативами, и как признался Чжун Ли, ему действительно нравилось, когда парень кончал в него. Стоило ли упоминать, что после этих слов желание в Тарталье вновь проснулось, и его семени стало ещё больше? Уснули они ближе к рассвету, уставшие и без сил дойти даже до душа. Вернее, бывший Архонт даже предпринял попытку подняться, но его тут же утянули в объятия с неясным шепотом куда-то в грудь "Всё потом, спи". Утром в теле чувствовалась приятная усталость. Вместе чистя зубы, Тарталья сонно разглядывал россыпь несдержанных укусов на шее и ключицах Чжун Ли, а мужчина смотрел на следы от его ногтей на спине Чайльда. У обоих был помятый видок, даже контрастный душ не особо помог. Всплеск гормонов конечно дарил свой заряд бодрости утром, но два часа сна слишком мало. Затем бывший Архонт кисточкой отточенными движениями подводил глаза, в то время как парень пытался уложить свои волосы. В таких мелочах проявлялась стабильность их семейной жизни. Мужчина привычно готовил завтрак на двоих, помешивая палочками еду на сковородке, и следил за кофе. Ему предстояло читать лекцию для студентов, а после вернуться к реставрации чайника эпохи Войны Архонтов. Увлекательный день, а лучше бы остаться дома и лежать в кровати. Нет, променять эти отношения на одиночество он точно не сможет. - Думаю, я бы не выдержал и вернулся, - глубокомысленно заявил Чжун Ли, когда его обняли со спины. - М? - в шею прошептал юноша. - Я люблю тебя, Аякс. Архонт повернул голову и поцеловал его в щеку, а затем улыбнулся и вернулся к готовке. Каждое преодоление ссоры делает людей ближе, отношения становятся качественно лучше. Тарталья улыбнулся и принялся накрывать на стол, всё ещё чувствуя поднесение от сказанных слов. Их соседка снизу странно косилась на эту парочку, когда зашла в лифт. У них были настороженно-нейтральные отношения, но в последний раз та грозилась полицию вызвать, если они снова будут шуметь ночью. Так продлилось ровно два этажа, прежде чем она презрительно хмыкнула. - Какие-то проблемы, госпожа? - предельно вежливо поинтересовался Чжун Ли. - Можно и тише себя ночью вести. Из-за ваших стонов и скрипов кровати я не могла уснуть. Что за времена пошли, с виду солидный мужчина, а молодых мальчиков совращает и склоняет к непотребствам. Тарталья только воздухом поперхнулся и старательно прикрылся кулаком, сдерживая смех. Он правда старался не смеяться, но переглянувшись с Чжун Ли не сдержался и самодовольно растянул губы в усмешке. Глаза выдавали желание сделать шалость, и никакие мысленные предупреждения от сожителя не могли спасти ситуацию. Как на зло, он даже имени её не мог вспомнить, да и не важно. - Тут ещё вопрос, кто кого совращает, госпожа, - парень игнорировал убийственный взгляд любовника, обнял его за талию и притянул к себе. - Не завидуйте тому, насколько господин Чжун Ли отличный любовник. Он только мой. Все возмущения тот подавил своим смехом. Так приятно не сдерживать своих эмоций и любовь. А затем окончательно решил её добить, и поцеловал Чжун Ли в щеку, довольный своей выходкой. - Она же жизни нам не даст теперь, - покачал головой мужчина, когда они вышли из дома, снова держась на почтительном расстоянии дружбы. - Не беда. Я давно хотел переехать в другую квартиру. Ты же знаешь, моя семья съехала, а дом остался свободным. Так что в ближайшие дни займёмся переездом. Не зря же я хожу туда кормить кота, верно? Даже не смотря на эту шалость, Чжун Ли был в приподнятом настроении. Идея переезда ему нравилась, хотелось сменить обстановку.