Любовь на карантине

      Утро начинается с щебета птичек, смеха Хосока и тянущей боли в пояснице. Она окончательно будит Чимина и напоминает о событиях минувшей ночи. В памяти всплывают картинки одна краше другой, от которых его бросает то в жар, то в холод. У него был секс с Юнги, это случилось, это произошло прямо здесь, на этой кровати. Он немного анализирует свои чувства по этому поводу и понимает, что он несказанно счастлив и спокоен. Тело приятно ломит от вчерашних упражнений в постели и улыбаясь своим мыслям он встает чтобы открыть окно и проветрить комнату, потому что ему кажется, что в воздухе все еще пахнет латексом и бананами. Он неспеша принимает душ и выходит на свет божий. Его встречает и тут же берет в оборот Хосок, который немедля тянет его помогать накрывать на стол к обеду. Да, он проспал завтрак, но это его совсем не волнует. Он неторопливо идет в беседку с посудой и находит там прибитого Чонгука, который усердно его не замечает и в общем ведет себя еще подозрительнее чем вчера. — Гуки, доброе утро, говорю. — Щелкает у него перед носом пальцами, а Чонгук наконец поднимает глаза на Чимина и смотрит таким расстроенным, вперемешку обиженным взглядом, что ему не по себе становится. — Гук, с тобой все в порядке? — Нет. — Что случилось? — Давай не сейчас, ок? — Сдавленно отвечает Чонгук, а потом прикрыв микрофон рукой шепотом добавляет, — вечером поговорим. Этой ночью не получилось пообщаться, ты слишком сильно…спал. — И не добавляя больше ни слова, идет на кухню помогать с готовкой. Чимина как обухом по голове ударяет. Мелкий приходил к нему и по всей вероятности их слышал. Он подавляет в себе резкое желание расплакаться, но когда видит Юнги, который весело болтает с Джином и несет большую сковороду еды, то не выдерживает и срывается в уборную, где нет камер. Проходит пять или десять минут прежде чем, он берет себя в руки. И наконец пишет Юнги. 🐥 Гук приходил ночью. Он нас слышал. Старший удобно устроившись с миской еды, читает сообщение и резко смотрит в сторону Чонгука. Он тоже заметил подавленный вид мелкого, а теперь он понял ему причину. Тот сидит как в воду опущенный и без аппетита жует мясо. — Блять, — Думает Юнги, а Гук как будто почувствовав, что на него смотрят, поднимает поникшие глаза, но встретившись с сосредоточенным Юнги который в упор на него смотрит, быстро отводит взгляд. И не сделаешь же ничего. Камеры натыканы в каждом сраном углу так, что «мертвые зоны» только в сортирах, но идти туда вдвоем с мелким будет слишком подозрительно. — Блять. — еще раз думает старший. 🐱 Гуки, нужно поговорить, — Незаметно пишет Юнги Чонгуку и следит за его движениями. Тот читает, нервно жуя нижнюю губу и наконец отвечает. 🐰 Да надо бы, хен 🐱 Сегодня вечером. А сейчас не пались, очень прошу. Чонгук мелко кивает 🐰 Я постараюсь. Наконец появляется Чимин и садится напротив Юнги. Они почти не смотрят друг на друга. Хорошее настроение с которым они проснулись сегодня, как кошка языком слизала. Но делать нечего. Съемки никто не отменял и деньги им платят не за кислые мины, поэтому натянув маску веселья они как истинные профессионалы отыгрывают свои роли. Чонгук убегает рисовать картину, Чимин идет плавать на лодке с Джином и Намджуном, а Юнги закрывается у себя в трейлере с ноутом и наушниками. День тянется мучительно долго, кажется что время застопорилось и никак не хочет наступать вечер. Ребята успели переделать кучу активностей когда на поляну наконец опускаются сумерки. Ужинать решают в другой беседке. Расположившись в удобных креслах они как всегда затягивают разговоры на безопасные темы, шутят и дурачатся, перемежая веселье стуканием рюмок и бумажных стаканчиков. У Чимина дикое желание напиться и он почти не контролируя себя, то и дело подливает себе вино. Как ни странно обычно малопьющий Чонгук тоже налегает на алкоголь, не уступая другу. Они то и дело чокаются стаканами и даже немного разговаривают, что обнадеживает Чимина. Когда камеры выключаются, градус веселья повышается, голоса становятся громче, шутки неприличней, разговоры откровеннее. Вспоминают истории, кто кого спалил за дрочкой, стремные свидания и казусы со стояками на концертах. Чимин и Юнги подтягивают свои кресла поближе к Чонгуку. Обсудить волнующую тему они не решаются, пока рядом находятся остальные мемберы, но когда все расходятся по комнатам, Чонгук выпаливает. — Вы геи? — У него весь день в голове кружилось множество хорошо сформулированных вопросов, которые он придумывал, чтобы задать их Чимину и хёну, но изрядно накидавшись, единственное что он мог изречь было это. — Нет. — Да. — Одновременно отвечают те, резко переглядываются и снова отвечают тоже самое. С секунду они молчат и потом Юнги с деловым лицом говорит Чонгуку. — Я бы не вешал ярлыков, Гуки. — Тот ждет продолжения, но его не следует, потому что видимо Юнги решил, что он исчерпывающе ответил на поставленный вопрос, поэтому спокойно отпивает глоток пива из банки и молчит. Чонгук смотрит на Чимина, в надежде что тот разъяснит ситуацию. — Ну… Гуки, зависит от того, что ты слышал? — Все. — Эм, ну тогда по всей вероятности мы геи. — Би. — Встревает Юнги, а младший согласно кивает и они снова молчат. — Вот такие дела, даа. — Тянет Чимин, который ненавидит неловкую тишину, но она надолго не задерживается, потому что Чонгука прорывает. — Не могу в это поверить. Ладно Юнги, мы с ним эти темы не обсуждаем, но ты, Чимин. Я думал мы друзья. Я тебе все про себя рассказываю, когда, с кем, сколько раз, как это было. Ты сука все обо мне знаешь, а ты скрываешь от меня такую важную часть своей жизни. Ты не считаешь меня своим другом, да? Я для тебя кто вообще? — Поток обиды вырывается из Гука и течет непрерывным ручьем. — Просто, мелкий, которому не положено ничего знать, да? Чимин опешил от такого наезда, но до него медленно начинает доходить, что мелкий всего лишь обижен на него, а не считает теперь его каким-то уродом из-за того, что слышал. У него глыба с плеч свалилась, но надо же теперь и на претензии ответить. — Да ты меня как облупленного знаешь, о чем ты? Я тебе все рассказываю, как и ты мне. — Ну видимо не все, раз я охуел вчера. — Почти кричит Чонгук. — Да я тоже охуел! — Чимин не в состоянии контролировать эмоции, поэтому тоже срывается на крик. — Это мой первый раз был вообще-то. Блять, ты не должен был узнать это так. Да господи, когда я тебе должен был об этом сообщить? Только Юнги за порог и я побежал к тебе душу изливать? Ты так себе это представляешь? — Чимин вздыхает и уже более спокойно продолжает, — я собирался тебе рассказать, когда смог бы сам это в себе принять окончательно. Юнги успокаивающе поглаживает его по спине и с укором смотрит на мелкого, мол хера ты моего Чимина тут доводишь? А Чонгуку наконец становится немного совестно и он уже более мягко говорит. — Я же не знал, что это у тебя, у вас впервые. — Ну теперь знаешь. — Примиряюще отвечает Юнги. Они снова молчат. — Я все равно не могу поверить. — Но это так. — Так вы, это… прям встречаетесь? — Чонгук старательно не смотрит в глаза Юнги. При всей своей наглости он все же не привык о таком спрашивать старшего, а тот не может придумать, что ответить. Он то и сам не знает, что между ними. В себе он уверен на двести процентов, а вот что Чимин думает об их непонятных отношениях он не имеет представления, а спрашивать побоялся вчера. Хоть вопрос и вертелся на языке, но озвучен не был. Не хотел он нарушать хрупкую идиллию между ними тяжелыми разговорами «О нас». Чимин решает все за них двоих. — Да. Мы встречаемся, — а потом неуверенно смотрит на Юнги, — ведь да, хен? Тот с пол минуты смотрит в ответ, а потом кивает и улыбается самой счастливой улыбкой. Он с большим усилием удерживает слезы радости которые просятся на глаза, он же мужик, но маленькая непослушная капля все-таки срывается с ресниц. Чимин смотрит как тот неуклюже пытается вытереть предательницу и умиляется. — Вот видишь, что ты натворил, теперь хён из-за тебя рыдает. — Не без удовольствия воркует Чимин, обращаясь к Чонгуку. — Я не рыдаю! Это мошка в глаз попала. — Бурчит Юнги и прячется за банку пива. А Чимин и Чонгук уже вдвоем умиляются с вида сконфуженного хена. — Дай посмотрю. — С этими словами Чимин тянет свои ручонки к лицу старшего, попутно складывая губы трубочкой, чтобы подуть ему в глаз. — Она улетела. — Вскакивает Юнги и идет еще за пивом к холодильнику. Чонгук смотрит вслед удаляющемуся хену. — Тэхен знает? — Внезапно с ревностью спрашивает он. — Нет. — Вот и хорошо. — С нечитаемым лицом говорит младший. — Кстати, о Тэхене, что у вас произошло? И о чем ты хотел поговорить когда приходил ночью? Чонгук напряженно уставился на стакан у себя в руке, словно не решаясь что-то сказать. Вернулся Юнги с двумя банками пива. Он сначала открыл одну и протянул Чимину, а уже после открыл себе и отхлебнув глоток, участливо посмотрел на парней. — Ладно. — Наконец отмирает мелкий. — Я расскажу. Только никому, пожалуйста. Вы же рассказали. Ну вы бы конечно молчали бы до последнего, если бы не обстоятельства… — Ц. Говори уже. — нетерпеливо перебивает упреки Гука Чимин. — Короче. Позавчера, после инцидента с…порно, я ушел к себе. — Вернее убежал так, что пятки в зад влипали. — Не удержавшись вставляет свои пять копеек, опять же Чимин. — Блин, да. Я зассал, не суть. В общем ко мне пришел Тэ. Ну и слово за слово, у нас случился голландский штурвал. — Фига себе! Какой? — Юнги удивленно смотрит на мелкого. — Двойной. — Вау, капитан. — Со знанием дела, смеётся старший. Чимин же растерянно лупает глазами. — Что? Какой штурвал, вы о чем? — Они подрочили друг другу, — поясняет старший. — Фига себе. — Очередь Чимина удивляться. — Это что же за слова у вас такие были? — Блять, что мне делать? Я не хочу…то есть я не знаю. Я же не гей. И у меня вроде как девушка есть. — Когда ты с ней последний раз виделся? — В октябре. — Пол года назад. Ты уверен, что она у тебя все еще есть? — Отпивая пиво спрашивает Чимин. — Не знаю, я с ней не списывался с февраля. — Чувак, у тебя нет девушки. — Подытоживает Юнги. — Окей, нет! Но и парня я заводить себе не собираюсь. Я не знаю как это произошло. Мы говорили, а потом бах… — Затухает Гук. — Бах! И ты дрочишь нашему Тэтэ. — Заканчивает за ним Чимин. — Ну да. — Обреченно вздыхает самый младший в компании. — Извини, гм, я может чего-то не понимаю, — Начинает Юнги, -Но вы разве этим никогда не занимались? Две пары непонимающих глаз уставились на старшего. — Я имею в виду, вы же как неразлучники, как лебеди блять. Друг без друга никуда. — Фу, хён! Как ты мог подумать такое! — Возмущенно орет Чонгук, а Юнги тихо смеется. — Прости, я был уверен, что вы там мутите что-то по тихой грусти. — Нет. Мы друзья! — Ну теперь друзья с привилегиями, судя по всему. — Жмет плечами Чимин. — Чимин, блять! — Чонгук пихает друга в плечо. — Ай, Гук, контролируй силу, больно же. — Что мне делать? — Уже сокрушенно спрашивает младший и трет ранее удареное им место. — Вам нужно поговорить. Разговоры решают. — Сопровождает кивками свои слова Юнги. — Худшее, что можно сделать сейчас, это теряться от него и от ситуации в целом. — А что ему сказать? — Так и скажи, что отношений не хочешь. Будь честен, лучше так, чем давать пустые обещания. — Легко сказать. Я уверен, если я пойду к нему поговорить наедине, то сразу язык в жопу засуну и не смогу ничего сказать. Чимин и Юнги в унисон ржут, а Чонгук понимая, что только что ляпнул, краснеет на глазах. — Ха-ха, смешно, язык в жопе, вам что, по восемь лет? — Тяжелое у тебя детство было, Гуки. — Сквозь удушающий смех выдавливает Чимин. — Блять. Ну вас. Нашел кого спросить. — Ладно, ладно. Все. Мы успокоились. — Говорит посмеиваясь Юнги. — Но я серьезно. Вы должны обсудить и решить, что это было, стоит ли продолжать это или остановиться. Ты не один попал в эту ситуацию и выпутываться из нее вам обоим. Только смотри чтобы слово за слово не отсосал ему. — Заканчивает свой монолог шуткой Юнги и Чимин опять ржет. Чонгук не выдерживает и вторит ему. — Ладно, это было смешно, — Соглашается он. Они еще болтают, на эту тему недолго, но Юнги начинает все чаще и чаще зевать и в конце концов оставляет ребят допивать свои напитки. Он нагибается к Чимину и нежно чмокает его в губы. Чонгук, как загипнотизированный наблюдает за этой картиной, а когда хён удаляется восвояси, налетает к Чимину с вопросами. Он требует все подробности. С чего началось, как это случилось и самое главное чем это вчера обернулось. Чимин еле поспевает отбивать вопросы ответами. На моменте, когда Чимин начал описывать свои душевные терзания о подготовке к сексу, Чонгук его демонстративно перебил. Налил себе полный стакан вина, выпил его одним махом и со словами, — Продолжай, — снова раскинул уши. В конце их разговора, когда то один, то второй то и дело подливали себе алкоголь, оба парня были в ноль. Они общались уже исключительно звуками и смешками. Чимин раздолбал москитную сетку Гука, они ее общими усилиями вынесли на улицу. Опять же Чимин ебнулся, где-то на подходе к своей комнате и кое-как доковыляв до постели, не раздеваясь и не умываясь завалился спать мертвым сном.