Круговорот

- Боггартовы яйца, - выругался Алексус, закрывая лицо ладонями. - Я всегда говорил, что проблемы лучше решать в постели, - хмыкнул Малфой, накрывая тело Фина своим. - Ты тяжелый, Люциус. - Потерпишь. – Алексус только хмыкнул в ответ. Самое ужасное было то, что доктору было до ужаса приятно и комфортно, да что уж там, они оба это прекрасно знали, поэтому Малфой и был здесь. Поэтому запирающие чары не оповестили о том, что в комнате есть посторонний. Поэтому магия Алексуса приняла мужчину. Но все происходящее было неправильным. Фин быстрым движением выбрался из-под мужчины и скрылся за дверью ванной комнаты. Через несколько минут он вернулся, успев натянуть светлые пижамные брюки. Люциус лежал на его кровати полностью обнаженный и наблюдал за его действиями. Сейчас мужчина был похож на, прости Мерлин, большого и довольного кота, который уже получил свою порцию сливок на обед, но еще надеется на добавку. Молодой маг хмыкнул, опускаясь в кресло. - А я всегда говорил, что постель не выход из ситуации. Насколько бы кричащей она не была. Ты обманщик, Люциус, - хмыкнул доктор. Лицо Малфоя в мгновение приобрело серьезное выражение. - У меня критичный случай. Дело в моем наследнике. В моем сыне. В Драко. Он тронулся умом. Это то же, что было у Нарциссы. - Проблемы с рассудком, которые возникали на разных этапах жизни каждого из семьи Блэков, в том числе и у Нарциссы. Это генетическое отклонение и кровное. Только у прямых наследников. Драко наследник рода Малфоев, поэтому проблемы, которые возникли у Нарциссы, исключены. – подытожил Фин, удивляясь самому себе. Почему он, боггарт его раздери, помогает Малфою? После всей той истории с Нарциссой и их взаимоотношениями. - Но что это тогда? – Люциус выглядел крайне обеспокоенным. В такие моменты Алексус замечал, что Малфой тоже может переживать и сочувствовать, быть любящим отцом и главой рода, который беспокоится о его продолжении. - Нужно обследовать его, как минимум, – пожал плечами маг, смотря на мужчину. – Для начала, нужен он сам, нужно побеседовать с ним. - Он невменяем! Алексус! Он несет полнейшую чушь о том, что все годы после выпуска жил с Гарри Поттером и у них будет ребенок! Как в это вообще можно поверить, если Поттер скоро становится Малфой-Поттером, но от ветви французских Малфоев! Если именно Келиас его обрюхатил! Святая Моргана! – Люциус начал было повышать голос и терять контроль, но Алексус остановил его, подняв ладонь вверх. Многое стало ясно, если Малфой говорит правду. Вот почему ребенок уже принадлежит роду Малфоев. Фин хмыкнул, прикусывая губу ,но решил пока не делиться мыслями с мужчиной. - Не тебе решать вменяем он или нет. Ты не доктор, чтобы ставить такие диагнозы. Мне нужно его осмотреть, – молодой мужчина вновь посмотрел на Люциуса. – И давай в этот раз без вынужденных горе-романов и всего этого прочего. Не пользуйся моими слабостями ради своей выгоды и ради того, чтобы дело двигалось быстрее, как тогда, с Нарциссой. - Все было искренне, – возмутился Малфой. - Хватит, Люциус, я устал верить в то, чего нет. Я помогу Драко и без твоих чувств ко мне. А теперь, если хочешь, оставайся здесь, ты же гость, а я пойду. И больше не прикасайся ко мне. Пожалуйста. Алексус поднялся из кресла и вышел из комнаты, направляясь в свой кабинет. Гарри снился кошмар. Ему снилось, что он падает в бесконечно длинную пропасть, а перед его глазами постоянно мелькают лица каких-то незнакомых ему людей. Наконец, он достиг дна, и оно обожгло его. Обожгло до самых костей. Поттер закричал. Келиас проснулся оттого, что юноша, лежавший на второй половине кровати, метался, комкал простыни, хрипло дышал и измученно стонал. Келиас испугался еще больше, когда Гарри закричал. Закричал громко и истошно. Мужчина сразу же попытался разбудить его, прижать к себе, но сон никак не отпускал Поттера. Тогда, Малфой несильно сжал плечи Поттера, погружаясь в его сознание и утаскивая будущего супруга за собой, в реальность. Гарри открыл глаза, резко садясь на постель. - Что это было? – испуганно спросил он, часто дыша, и оглядываясь на Келиаса. - Кошмар, - пожал плечами мужчина, - ночной кошмар, и ничего более. Такое у всех случается. Иди-ка лучше ко мне, - он развел руки в стороны, в приглашающем жесте и Гарри ничего не оставалось, как подчиниться мужчине. Вмиг он оказался в крепком кольце рук Келиаса. - Келиас, - подал голос Поттер. - Да? - Люциус и Алексус были раньше знакомы? - Вполне возможно, что были. - Но почему тогда Алексус так себя вел вечером? - Думаю, можно понять Алексуса. Он много работает в последнее время, очень устает, а тут объявляется непонятно кто и с моей помощью пытается вклиниться в график приемов. Я поставил нашего доктора в затруднительное положение, и он не смог отказать. Мне немного не по себе от этого. - Но все наладится, да? - Конечно, Гарри, а теперь спи. – Келиас мягко провел языком по ушной раковинке Поттера и слегка прикусил мочку. Брюнет слегка вздрогнул, но не отстранился от мужчины, а лишь устроился поудобнее в теплых объятиях. Утро встретило обитателей особняка ярко-апельсиновыми лучами солнца, которые пробирались во все окна и щели, преодолевали тяжелые портьеры и ласкали каждый дюйм комнат. Люциус потянулся всем телом, непристойно зевая и хмыкнул. Алексус так и не вернулся в постель, значит, он остался у себя в кабинете. Ночью Малфой так и не ушел из спальни Фина. Доктор показался ему до изнеможения уставшим и таким… родным. Мужчина даже почти поверил, что ему удалось разрушить тот барьер, что был между ним и молодым магом. Но Люциус ошибся. Видимо, требовалось нечто большее, чем просто слова и секс. Но был ли смысл что-либо менять? Простит ли Алексус его за прошлые ошибки? И почему нынешняя ситуация с Драко так похожа на ту, что случилась тогда с Нарциссой? Мужчина поднялся с постели и направился к двери, ведущую в кабинет доктора. И, конечно же, мужчина не был удивлён тому количеству запирающих чар, которые были наложены на дверь. Но у Малфоя был козырь в рукаве, который подчинил бы любую магию, используемую в этом особняке. Он приложил ладонь к двери: - Откройся главе рода Малфоев, – тихо произнес он. Раздался щелчок, и дверь действительно отворилась. Люциус прошел вглубь комнаты, осматриваясь: множество шкафов с книгами, два больших окна, диван, пара кресел, кушетка и письменный стол. Именно за ним, на куче бумаг, спал Алексус. Малфой приблизился, чтобы разглядеть бумаги. - «Учение о безумстве крови», «Кровная Психология», «Психическое кровное наследие», - тихо читал мужчина названия фолиантов и документов, находящихся на столе. Внезапно Алексус издал тихий стон и его будто отбросило в кресло. Люциус нахмурился. Теперь все его внимание было сконцентрировано на молодом маге. На лице доктора мелькали десятки эмоций, бисеринки пота скатывались по вискам, а руки сжимали подлокотники. Через секунду он выкрикнул: «Нет! Только не Люциуса!» и широко распахнул глаза, вжимаясь до предела в кресло. Алексус был в ужасе, Люциус был заинтригован. Молодому магу потребовалось несколько долгих минут, чтобы прийти в себя. Осознание того, что только что произошло, обрушилось на него огромным цунами. - Мордред… - доктор закрыл лицо ладонями, - Люциус, какого Мордреда ты тут делаешь? - Осведомляюсь, не умер ли доктор моего сына от ночного кошмара, - невозмутимо ответил мужчина, присаживаясь на край стола. - Голый? - Тебя смущает? - Скорее не интересует. - Ладно, поехали, посмотрим на Драко. - С чего ты взял, что он уже во Франции? – приподнял брови Люциус - Слишком хорошо тебя знаю, - фыркнул доктор. - Через полчаса в холле, - едва заметно улыбнулся Малфой, покидая кабинет Фина. - Дело дрянь, - пробубнил Алексус, уходя в ванную.