Пути, которые мы выбираем

Суббота всегда была днем Себастиана. Один день в неделю, принадлежавший только им двоим. Сэм начинал ждать Себастиана с самого утра. Едва приняв душ и позавтракав, он выскакивал на улицу. Объяснить, зачем он это делает, он не мог ничем, помимо желания увидеть Себастиана поскорее. Почему-то это казалось важным, увидеть, как он идет к нему со стороны дороги от площади. Когда Себастиан проходил мимо домика сестер, Сэм его уже видел: он занимал наблюдательную позицию под деревом, где торчал, играя на игровой консоли, несколько часов. Себастиан шел неторопливо, засунув руки в карманы. Он всегда был одет в черное — черные джинсы, черная кофта с капюшоном, черные кроссовки. Вкупе с черными волосами он являл собой завершенный образ крутого парня, которым, в общем-то, и являлся. Расстояние между их домами можно было преодолеть за три с лишним часа, это был нелегкий путь. Можно было сказать, что они с Себастианом жили в противоположных концах Пеликана, который хоть и был совсем небольшим, но все-таки — это был город. Со своими магазинами и библиотекой. У них даже имелись шахты, заброшенные, после происшествия с Джорджем. И здание клуба стояло заброшенным… И дом на старой ферме к северо-востоку от города был заперт в ожидании мифического владельца. Мэр держал ключи у себя, но на ферму все равно приходил то один, то другой житель. То бродяга Линус ходил в лес возле нее собирать ежевику, то Эбигейл «исследовала» закрытую территорию, что выражалось для нее в увлеченном изучении всего, что осталось на ферме и создании набросков с натуры местных пейзажей. И среди всего этого пространства, Сэм и Себастиан раз за разом повторяли один-единственный маршрут между домами друг друга. Когда Сэм приходил к Себастиану, он умудрялся добегать до его дома за два часа с минутами, запыхавшийся и счастливый. Но он был у Себастиана один всего пару раз. С Эбигейл же они ходили привычным шагом. Они с ней приходили к Себастиану поиграть в «Хроники Соляриона», но чёткого расписания для этого не было, все оговаривалось индивидуально. Впрочем, обычно они собирались в дождь. У Эбигейл же в комнате Сэм ни разу не был и мог только догадываться, приглашала ли она Себастиана. Зато Себастиан сам приходил к нему. Каждую субботу. Эта суббота стала первым исключением. По привычке проснувшись рано, Сэм улыбнулся мысли, что наступил любимый день недели. На несколько мгновений он забыл обо всем: о том, что они с Себастианом поссорились, о том, что не виделись вчера. Это же их суббота! Он обязан прийти! Но улыбка Сэма потухла через мгновение. И сменилась упрямым поджиманием губ. Ладно. Ладно! Себастиан решил выступить со сценкой «Ты делаешь то, что мне не нравится, и поэтому я тебя игнорирую», и он ему с удовольствием подыграет! Встав с постели, Сэм решительно начал день, как обычно. Сходил в душ, позавтракал и вышел на улицу. Вот только ждать несколько часов Себастиана он не собирался. Он вообще не будет ждать, пойдет к Алексу прямо сейчас. Здесь недалеко, минут пятнадцать до его дома. А слова найдутся по дороге. В Стардью вставали рано, наверняка и Алекс уже не спит. Была половина девятого утра, и Сэм твердо все решил, но ноги повернули его в противоположную сторону. «Нужно принести подарок», — подумал Сэм, вышагивая по дороге в сторону ранчо Марни. Дорога была длинной, и Сэм вовсе не планировал доходить до самого ранчо. Он вообще не очень представлял, куда и зачем идет, только ноги гнали его прочь от дома Алекса, потому что в глубине души он боялся, что если все-таки придет туда, это станет не только началом чего-то нового, но и сильно изменит его жизнь. Сэм остерегался принимать решения, но на этот раз твёрдо определил для себя, что пойдёт наперекор Себастиану. И просто оттягивал момент. Себастиан не хочет, чтобы он общался с Алексом. Почему? Алекс выглядит обычным парнем. Он живет с бабушкой и дедушкой. Его дедушка — инвалид, он повредил ноги вследствие несчастного случая в шахте. Это Сэм знал от мамы. Алекс увлекался спортом, дружил с Хэйли и использовал лак, чтобы уложить в прическу светло-каштановые волосы. Сэм знал о нем немного, удивительно немного для того, кто живет в крохотном городке, где все жители называют друг друга по именам. Но он хотел узнать больше. Пусть и спустя четыре года. А Себастиан за всю жизнь в долине так и не познакомился с Алексом нормально. В конце концов, это невежливо. Даже неприлично. Сэм остановился и пошел медленнее. Он не понимал, от чего убегает, но зашел довольно далеко. Вдали уже виднелось ранчо. «К Йобе подарки!» — резко подумал Сэм. Алекс парень, он сам парень, к чему? Он же не ухаживать за ним собирается, как за девушкой. Да он и Эбигейл никогда ничего не дарил. Только на День Рождения исправно приносил цветы. И один раз принес ежевичный коблер, который приготовила мама, Эбигейл тогда очень обрадовалась. «Наберу цветов! — решил Сэм, остановившись на поляне, пестрящей полевыми цветами. — И подарю их Эвелин. В знак вежливости. Придется же стучаться в дом, наверняка откроет она. Не Джордж же». Мысль о том, что открыть дверь может сам Алекс, Сэму в голову не пришла. Быстро нарвав букет из одуванчиков, Сэм повернул в сторону от ранчо. К дому Алекса он подошел к начале десятого. И вопрос с тем, кто откроет дверь, отпал сам собой: Алекс возле дома, под деревом, разминался с мячом. Сэм почувствовал себя ужасно глупо с букетом одуванчиков, но деть его было уже некуда — Алекс скосил на него взгляд. Поистине, вариант «Это для твоей бабушки» был бы максимально абсурдным. Глупее могла быть только фраза «Это тебе». Сэм прикинул, что начало положено просто прекрасное, и прошел мимо дома Алекса. Нужно было избавиться от букета и вернуться. Как же глупо. И понадобилось же ему собирать эти одуванчики. Куда их теперь деть? Может, дойти до магазина и подарить Эбигейл? Нет уж: Пьер точно надумает себе, а после вчерашнего прощания у салуна и Эбигейл тоже. Так быстро развивать отношения с Эбигейл Сэм не планировал. Вчерашний день и так был запоминающимся аккордом. «Выкину», — решил Сэм, но исполнить свою затею не успел — Алекс его окликнул. — Эй, привет, — поздоровался он. — Кому это с утра повезло? Ситуация стала хуже в полтора раза. А то и в два с половиной. Сэм мучительно соображал. — Привет, — наконец выдавил он. — Да я просто так собираю, гуляю. Хотел отнести домой. Маме! — нашелся он. — Она любит полевые цветы. Джоди называла одуванчики «сорняками» и терпеть их не могла, но это показалось несущественной ложью. Какое Алексу дело до того, что любит или ненавидит мама Сэма. — Ну да, маме, — хмыкнул Алекс, беря мяч в руки. — Если мама терпит, хочешь поиграть? Я каждый день разминаюсь, но одному немного надоело. Все складывалось как нельзя лучше, и букет мгновенно перестал иметь значение. Ну и пусть Алекс решил, что он для кого-то. Главное, что не узнал правду. Она была куда непригляднее. — Ты же к Пенни шел? — Алекс швырнул ему мяч с такой силой, что Сэм охнул и едва спас себя от удара в грудь, перехватив его. Сказанное дошло до него не сразу. Но Алекс уже потерял интерес. На лице его отразилось изумление, сменившееся азартом. — Еще никто не мог перехватить мой удар! — с вызовом уверил он. — И многие пытались? — поддразнил Сэм, припоминая пару минут назад сказанную фразу о том, что обычно Алекс разминается один. Сэму тоже не было в новинку заниматься любимым делом в одиночестве. Он целыми днями играл в своей комнате на гитаре, когда не подрабатывал в магазине и не проводил время с Эбигейл и Себастианом. Теперь и «суббота Себастиана» должна была превратиться в субботу игры на гитаре в своей комнате. Впрочем… сейчас он играл в мяч с Алексом. Так что как минимум эта суббота стала «субботой Алекса». — Я вообще-то вывел свою школьную команду на региональные соревнования! Конечно, многие! — Ты, наверное, много тренировался, чтобы достичь такого результата. — Я много тренируюсь и сейчас. Хочу вступить в команду Зузу Сити «Танеллерс». — Я жил в Зузу. В Стардью мне нравится больше. В долине все дни были похожи, но Сэм не жаловался. В городе ему нравилось меньше. Там было шумно и жарко летом. Лето же в долине с ее лесами, горами и океаном было куда счастливее. И даже жара не так угнетала. Лето Сэм любил больше весны, когда от цветочной пыльцы у него начиналась аллергия. Но и осень с зимой тоже были хороши. Дело было в компании, в людях, что тебя окружают. Его устраивала компания Себастиана и Эбигейл, но нельзя закрываться от нового. «Себастиан, наверняка, сейчас сидит в своей комнате перед компьютером, — злорадно подумал Сэм, швыряя мяч Алексу. — Он даже играть не сможет, его синтезатор у меня. Так и будет сидеть за работой». Алекс швырнул мяч особенно сильно, и он все-таки врезался в грудь Сэму. Дыхание у него перехватило. Этот удар выбил из него отстраненные мысли, Себастиан стал фоном, и Сэм вернулся в здесь и сейчас. — Я тебе сейчас так же сильно кину! — в запале пообещал он, и Алекс радостно усмехнулся. — Попробуй! Сэм потерял счет времени, и остановился только тогда, когда у него нещадно заныли руки. — Все, я больше не могу, — покачал головой он, поводя пальцами. — Руки сейчас отвалятся. Алекс довольно хмыкнул и подхватил мяч под мышку. — Ты долго продержался, — похвалил он. — Для первого раза очень неплохо. Он замер на мгновение, а потом предложил таким искусственно отстраненным тоном, что сразу стало понятно, что он хочет, чтобы Сэм согласился. — Если хочешь, можешь прийти еще как-нибудь. Я тут почти каждый день в это время. Ну то есть, вообще-то каждый, — Алекс и так был раскрасневшийся, но Сэму было приятно думать, что он смутился из-за своих слов. Все прошло как нельзя лучше. Нужно было просто сделать первый шаг, и Алекс сам захотел с ним дружить. Сэм отогнал от себя мысль, что этим первым шагом стала ссора с Себастианом. — В понедельник и среду я работаю, — сказал Сэм, и Алекс уважительно кивнул. — По пятницам я… занят. А в остальные дни могу. Буду рад прийти. — Классно, — Алекс улыбнулся ему с искренней радостью. — Ну ладно, тогда увидимся завтра. Я еще здесь побуду, а потом пойду тягать гантели. Нужно поддерживать себя в форме. Сэм был готов выпустить с кончика языка комплимент в стиле «Ты вообще человек? Как у тебя сил хватает!» но его отвлек звук захлопываемой двери. Они с Алексом синхронно обернулись, и увидели вдалеке выходящую из трейлера Пенни. Лицо Алекса приняло лукавое выражение. — Твой букет не завял? — спросил он. — А, да я наберу новый… — растерянно заозирался Сэм, пытаясь понять, куда он зашвырнул одуванчики. — Ну набери, — хмыкнул Алекс. — Я слышал от Эвелин, что ее любимые цветы — маки. — Да это не для Пенни! — с досадой огрызнулся Сэм. — Ага, для мамы, — не поверил Алекс и высоко подкинул мяч.