Кровь с примесью гравия и стука колес

Звон будильника часов так в двенадцать не отпускает парней до того момента, как сон не уходит окончательно у одного из них. Хасегава аккуратно приподнимается на локтях и тянется к штанам на стуле, достает свой разряженный телефон и выключает раздражитель в то время, как Рэки что-то бормочет и отворачивается, лишая Лангу тёплых объятий. — Прости, будильник не отключил, я всегда в двенадцать встаю, — шепчет Хасегава и невесомыми касаниями убирает рыжие пряди с лица, оставляя мягкий поцелуй на щеке. — Да-да, просто ложись уже дальше спать, — Рэки жмурится и чихает от летающей с утра пораньше пыли, что на солнце блестела и медленно меняла ход своего движения. Но у Ланги планы другие, он кладёт ладонь на открытое плечо Рэки и медленно спускается по руке, останавливаясь на сгибе локтя и начиная перебирать пальцами. Идёт дальше, проводит по запястью и сплетает свои пальцы с чужими, целует в щеку, спускается к подбородку, когда Каян задирает голову, оставляет поцелуй и на шее. Смело отпускает чужую тёплую ладонь, опускает руку на бедро и поднимается вверх, задирая майку. Оглаживает ребра и еле-заметный пресс, спускается поцелуями на плечо, с которого начал касания и цепляет пальцами бусинки сосков, на что слышит тихий стон. Рэки разворачивается на спину и одним слегка приоткрытым глазом наблюдает за движением чужой руки, поднимает взгляд на сладкую снежную улыбку и отвечает взаимной, потягивается и после обнимает Хасегаву за шею, притягивая к себе для поцелуя. Касание губ отдает теплом и уютом, медленно перерастает в более глубокий и страстный, но по-утреннему ленивый. Ланга чувствует, как тянется резинка на чужих шортах и останавливает руку на животе, отдаваясь поцелую и спокойно отстраняясь, сонно смотрит в янтарные глаза. Они оба улыбаются, понимая, что у обоих утренняя проблема одинаковая. От этого даже забавно. Рэки кладет одну руку на бледную щеку, а вторую на тонкую талию. В миг они меняются положениями, теперь уже Рэки нависает над Лангой, чувствуя, как собственные волосы щекочут личико, заставляя снова чихнуть, что заставляет Лангу тихо посмеяться. Он прижимает Рэки в своих объятиях к собственной груди. — Доброе утро, Рэки, — Хасегава мерно водит пальцами в волосах Каяна. — И тебе доброе, — Каян позволяет себе на секунду расслабиться, прикрыть глаза и ощутить всю атмосферу этого утра. Надолго обоих не хватает, и первым все же действует сидящий на поясе Хасегавы Рэки. Он аккуратно двигает бёдрами, чувствуя, как собственная утренняя эрекция встречается с ответной чужой. Оба краснеют и смеются с этого, но тихо, чтобы остальных не разбудить. Руки Ланги вновь отправляются изучать желанное тело, поднимаясь лишь чтобы Рэки смог снять с него футболку, предложенную Рэки этой ночью. Так же на полу пропадает и майка, обнажившая тело Каяна. Рэки все не может остановиться, трётся об чужой член через два слоя одежды, тяжело дышит и пытается не сбиться с их общего ритма движения языков. Ему столько всего предстоит узнать. Столько же, сколько и Ланге о Рэки, и это будоражило сознание. У них ещё одна бесконечность впереди, и все обиды давно забыты. Они научились жить настоящим, поэтому не строят планов на будущее и не сожалеют о прошлом. В данный момент они наслаждаются приятным вкусом чужих губ, гладкостью кожи и изгибами тела. Когда им уже не мешает ничего, они обхватывают органы вместе, ведут руками вверх-вниз, плавно и лениво, от того медленно. Но они упиваются этой нежностью в ласках, теряют стоны в мягких поцелуях и совсем никуда не торопятся. Белесая жидкость пачкает их животы со сдавленными стонами ровно в тот момент, когда в комнату стучится Масае. — Подожди, мам! — кричит Рэки и лезет под кровать за салфетками. Он вытирает последствия их утренней активности, кидая использованные салфетки обратно под кровать с мыслью, что выбросит потом. — Что такое? — Рэки кутает и себя, и Лангу в одеяло, и смотрит на дверь. Женщина открывает дверь в комнату и мило улыбается. Вероятно, она всё слышала, да и растрепанный вид голых парней подтверждает догадки. — Завтрак готов, жду вас. Рэки кивает, а после ощущает на себе пристальный непонимающий взгляд Хасегавы. — Тебя это не смущает? — интересуется раскрасневшийся Хасегава, но затыкается, когда Рэки набрасывается на него с новой порцией утренних поцелуев.

***

До завтрака оба сошлись во мнении, что желают большего, поэтому пропустив обед, они добежали до аптеки, беря всё для мер предосторожности, как советовали сайты. Дом освобождается ближе к четырём часам, оставаясь в полном распоряжении. И вот они на той же кровати, заканчивая с долгими нежными прелюдиями, одновременно тянутся к бутылочке смазки, где их руки сталкиваются. Ланга уступает лубрикант Рэки и тот забирает гель. Подготовке партнёра Рэки уделяет как можно больше внимания. Сначала он долго возбуждал его, морально подготавливая к большему, хотя он давно готов. Их отношения двигаются стремительно быстро, ведь они и так упустили многое, но эта мысль не посещает сейчас никого из них. Рэки смазывает анал партнёра, начинает с одного пальца, выжидает согласия, и лишь потом добавляет второй, не забыв поинтересоваться, как Ланга себя чувствует. Следует третий палец, и спустя продолжительное время оба соглашаются с тем, что пора приступать к главному. — Если что-то будет не так, говори стоп, хорошо? — уточняет Рэки, натягивая контрацептив. Ланга кивает и выдыхает перед тем, как Рэки, убедившийся в достаточном количестве смазки, плавно проникает. Как только головка члена оказывается внутри, он останавливается. — Все в порядке? — Рэки тянется к телу снизу, одаривая ласками. — Тянет немного… Но я в порядке — кивает Хасегава. Проходит еще некоторое время, когда с губ Ланги срываются первые полноценные стоны. Он неосознанно сжал Рэки внутри себя, впившись ногтями в чужие плечи, на что Каян остановился, обеспокоенно осматривая возлюбленного. — Ланга, что-то не так? Я поторопился? Ты как? — Нет-нет. Не останавливайся, я прекрасно себя чувствую, — выдохнув, ответил Ланга, отпуская его плечи. Неуверенно, но движение Рэки продолжил. Прошло буквально немного, минут 5, они дольше готовились, но оба довольные завалились на кровать, тяжело дыша. — Знаешь… — начал Каян.— Возможно, быть слабым местами круто — В плане? — с отдышкой и тихим хриплым смехом прозвучала реакция. — Если отпустить человека — сильный поступок, то я не хочу быть сильным, буду тянуться за ним до последнего. — Звучит, как что-то уровня мелодрам — посмеялся Хасегава и набрал воздух в лёгкие, уткнув взгляд в потолок. — Забавно, ведь только месяц назад ты говорил, что готов меня отпустить.

***

Этим вечером, как он и обещал Джо, он отправился к итальянскому ресторанчику, но не один, как планировал изначально, а в компании, как он сказал другим «неожиданного гостя». Все были в предвкушении. И стоило Рэки открыть дверь ресторана, как выключенный свет загорелся и взору открылся украшенный к празднику зал — С днем рожде-… — застыл общий шум от вида спутника Рэки.