Revenge for love

Конец ноября. Снег покрывает все улицы Сеула белым одеялом. На кладбище, расположенном в посёлке недалеко от Сеула, веет могильным холодом. Народ уже начинает расходиться, и около небольшой могилы остаются четверо альф. Смотрят на небольшой холмик, а кто-то на табличку, где черными буквами выгравировано: Чхве Шин 1998—2021 Хосок отводит взгляд от таблички и переводит его на небо, откуда, он уверен, на него смотрит Шин с такими же сияющими глазами, как на фотографии могилы. Снег ровным слоем покрывает землю, а маленькие снежинки приземляются на пальто альф. — Хосок, — начинает Намджун. — Пожалуйста, не забывай жить. Если кто-то важный ушёл из твоей жизни, то не нужно идти вслед за ним. Я понимаю, тебе сейчас тяжело, но живи. В мире столько всего прекрасного, ты ещё столького не видел, нужно жить, Хосок, — положил руку на плечо и слегка сжал, — Пообещай. Пообещай нам всем. Чон тяжело вздохнул и перевёл взгляд на Намджуна. Его слова вдохнули в Хосока жизни, поэтому он, не колеблясь, ответил: — Обещаю.

***

Пять дней Тэхен раздумывал о своей жизни, пока воплощал все свои переживания на холсте. Он не видел Чонгука пять дней. Столько же времени он не видел Джина, папу и Юнги. Закрылся у себя в квартире и выходил на улицу только для того, чтобы заскочить в ближайший магазин и купить еды. Ким понял, что ему нравится Чонгук. Как альфа и как человек. Но травма из детства не давала омеге довериться альфе. Ну нет доверия, что поделаешь. Зато есть вдохновение. Первая картина получилась неплохой. На ней была изображена длинная дорога, уходящая вдаль, а небо было усыпано звёздами и созвездиями. Также на картине были изображены деревья, тянущиеся вдоль дороги. Выглядело это всё загадочно и неизвестно, что нравилось Тэхену. Вторая картина была самой яркой. Различные карусели и аттракционы так и бросались в глаза. Омега даже посмеялся от увиденного веселья. Такое же чёрное небо с яркими звёздами. Тэхену и эта картина понравилась. Третья картина была настолько очевидной, так что омега сразу понял кто изображён на картине. Омежьи руки затряслись, когда он сделал последний штрих и заглянул в его глаза. На него смотрел Чонгук. С такими же крупными чёрными глазами, с такой же родинкой под губой, с таким же крупноватым носом и с такими же угольными волосами. Ему хотелось потрогать их, но позже понял, что не сможет этого сделать. Желание рисовать пропало. Он боялся, что на следующей картине будет такое же лицо. Позже он рассмотрел другие картины и ужаснулся. Все они были связаны. Дорога — это место, где Чонгук с Тэхеном познакомились. Аттракционы — это то место, куда его водил Чонгук. А третья картина была и так понятна. Но их объединяло одно. Все они были связаны с Чонгуком. Он плакал, когда нашёл связь этих картин. Плакал, когда вспоминал их поход на аттракционы. Плакал, когда смотрел на Чонгука. Спустя несколько переживаний и слёз в дверь позвонили. Он вытер слёзы рукой и встал, подходя к входной двери. В глазке он ничего не увидел, но когда открыл дверь, то встретился глазами с тем, с кем виделся только что. Чонгук выглядит подавлено, но всё равно являет свою улыбку омеге, который только сейчас понял, что видит его. Настоящего его. — Привет, — первым здоровается альфа и осматривает омегу с ног до головы. — П… Привет, — Тэхен заикнулся и не мог заглянуть так же уверенно, как альфа, в глаза. — Можно мне пройти? — спросил, но всё равно поставил ногу, чтобы Ким не закрыл дверь. — Да, проходи, — омега немного нервничал и молился, чтобы альфе не приспичило пройти к нему в комнату. Альфа медленно прошел на кухню и сел на стул, рассматривая свои ноги. — Будешь что-нибудь пить? Кофе? Чай? Вода? — Вода, — просто ответил Чон и взглянул на омегу. После получение воды он сказал тихое «спасибо» и продолжил молчать. Первым этой напряженной тишины не выдержал омега. — Зачем ты приехал? Чонгук посмотрел на него вымученной улыбкой, но эта улыбка превратилась в грустную гримасу, и он заплакал. Просто взял и заплакал. Ким удивился. Он не ожидал такого от Чонгука. Альфа закрыл лицо руками, чтобы слёз стало меньше, но они не переставали течь. — Чонгук, что случилось? — Ким подошёл к нему ближе. Тот ничего не ответил, только притянул омегу ближе и обнял его за талию, утыкаясь лицом ему в живот. Тэхён был немножко в шоке с такого Чона, но положил свои руки ему на голову и нежно погладил её. — Я не могу так больше… — шептал альфа, отчего Киму нужно было прислушиваться, чтобы понять, о чём тот говорил. — Что с тобой? — он опять провёл рукой по его волосам, отчего Чонгука начал успокаиваться. — Когда мы были в парке аттракционов в мой дом проникли люди и пырнули омегу моего брата в живот, — он всхлипнул. — Он был помощником по дому. Вскоре я узнал об этом и вспомнил, что дома должен был быть Чимин. Я весь на нервах звоню Юнги и, оказывается, брат был у него. Началась течка. Я был так перепуган, у меня кроме него больше никого нет… Я бы не смог выжить без него, — омега продолжал гладить его волосы, — Омега был беременный и потерял ребёнка из-за раны. Но вскоре умер сам из-за того, что узнал о выкидыше. Сегодня его хоронили. Мне было больно смотреть на Хосока. Намджун сказал ему сегодня очень важную вещь: «Что бы не произошло, нужно продолжать жить». Хосок пообещал нам, но я вижу что ему плохо, — всхлипнул, — Я приехал к тебе, потому что… Хотел побыть с тобой, хотел увидеть тебя, хотел погреться твоим теплом, — поднимает к нему голову и улыбается, начиная вставать со стул, но не отпуская руки с талии омеги. Всё это звучало смущающе и Тэхен покраснел, но не отвёл взгляд от альфы. — Ты мне необходим. Ты как воздух, я хочу дышать тобой постоянно, — приближается носом к его шее и вдыхает. — Хочу вдыхать запах зимней вишни, — целует в шею и проводит по ней губами, отчего у омеги появляются мурашки, — Позволь быть рядом, я не смогу без тебя, у меня всё порхает внутри при виде тебя. Пусти в своё сердце, — носом проводит по щеке. Сердце омеги сжалось от этих слов болезненным комком, но вскоре он понял: они не смогут друг без друга. — Чонгук, — медленно начал. — Мне тоже плохо без тебя. Я просыпаюсь ночами от того, что не вижу тебя рядом, — появляются слёзы на глазах. — Хочу засыпать и просыпаться с тобой… Хочу дарить тепло, и чтобы ты дарил его мне… Хочу гулять с тобой по городу, держась за руки… — проводит большим пальцем по его щеке. — Хочу любить и быть любимым, — произносит это, и альфа начинает дышать свободнее. Кто бы мог подумать, что эти двое найдут друг друга благодаря дороге? Чонгук за талию притягивает его к себе ближе и водит губами по щеке, доходя до губ. Мягко касается их, и от этого действия Тэхен покрывается мурашками. Альфа сминает его пухлые губы в нежном поцелуе. Посасывает нижнюю губу, а после раскрывает губы Кима своими и просовывает язык. Омега учится и повторяет за Чонгуком, медленно сцепляя их языки и держась руками за его плечи. Поцелуй выходит нежным, поэтому Чонгук отстраняется первым, а Тэхен утыкается ему носом в шею, сгорая от смущения. Теперь всё будет по другому

***

Стрельба убирает напряжение. Хосоку это помогает, поэтому он и находится здесь. Все еще не может поверить в это. В один день потерять столько людей. Он сбил все мишени, все раскрошил на кусочки. Обычно в тир приходит Чонгук, чтобы попрактиковаться в стрельбе, но сегодня здесь его старший брат. Потратил все пули, которые были здесь. Чонгук его за это по голове не погладит, но Чону все равно. Пусть хоть побьют его, по сравнению с потерей Шина и сына — это мелочь. Железная дверь открывается, и в помещение входит Тиен с ножом в руке. Он не сразу замечает альфу, но потом пугается от неожиданности. — Блять, Хосок, напугал, — подходит к нему ближе и рассматривает лезвие ножа. Старший на него не отреагировал и просто положил пистолет на стол. Тиен посмотрел на его лицо, потом на мишени и ужаснулся. — Пиздец, — все что он сумел произнести. — Настолько все плохо? — спросил Чон безразлично. — Ну… Ничего хорошего я тут не вижу, — почесал затылок. — Эх… Придется заказывать новые мишени. — Я закажу. — Блять, только хотел потренироваться ножом, зря значит наточил его, — убирает нож в карман. — Что сейчас будешь делать? — Хочу накуриться травки. — Может лучше не надо? Запасов и так мало, торговля не идет, — похлопал его по плечу. — Мне это нужно, хочу забыться ненадолго, ты со мной? — Я не оставлю тебя одного, так что пойдем быстрей.

***

Намджун расположился на диване в гостиной, выбирая фильм для просмотра. Джину захотелось романтики, поэтому нет ничего романтичнее, чем просмотр кино со своей второй половинкой. Сокджин делает различные закуски, по типу сухариков, чипсов и картошки фри. Все красиво раскладывает по тарелке, а потом несет в гостиную и ставит на маленький столик. Омега садится рядом с Намджуном и берет в руки горстку чипсов, а потом отправляет это все в рот. — Почему так далеко сел? — притягивает его к себе и садит на колени, укутывая их обоих пледом. — Потому что я ем, — отвечает омега и начинает кормить Кима картошкой. — Ммм, вкуснятина, — облизывается и ухмыляется, ведя рукой под пледом по ноге Джина. — Но ты вкуснее. — Да, знаю, — продолжает смотреть фильм, не обращая внимания на руку, ползущую по его внутренней стороне бедра. Намджун не прекращает своих действий, а наоборот проникает ладонью под шорты и гладит его ягодицы. — Намджун, у тебя там, — указывает взглядом на голову. — Кроме секса ещё что-нибудь есть? — Я очень ненасытный, — мнет его ягодицу. — Я заметил, мы занимались сексом 10 минут назад, но ты снова возбуждаешься, — поворачивает к нему голову. — Иди подрочи в ду́ше, а я хочу посмотреть фильм, — отворачивается и продолжает смотреть фильм. Руки альфы из-под шорт омеги исчезают и перемещаются на талию Джина. — Ладно, давай посмотрим фильм, — недовольно бубнит ему в шею. — Вот и хорошо, — довольно улыбается. — А давай позовем всех наших друзей и устроим что-то по типу вечеринки? Я давно хотел это сделать, но у всех что-то происходит... — Мне кажется Хосок откажется от этого, ему сейчас тяжело, не лучшее время для вечеринок, — притягивает Джина ближе к себе. — Просто поживем в загородном доме, подальше от убийц, — услышав последнее слово Намджун напрягся. — На два дня с шашлыками, с алкоголем, развеемся. Ты согласен? — смотрит на него с надеждой в глазах. — Я всё равно поинтересуюсь у него, если он откажется, то никакого отдыха не будет, — гладит Сокджина по спине и вдыхает его запах ванили. — Хорошо, я согласен, — целует его в макушку.

***

— Ну, пожалуйста, Юнги! Мин стоит у своего стола и заполняет какие-то бумаги, параллельно слушая Чимина. Сегодня он решил взять в центр кардиологии Чона, а омега ведь любопытный, вот теперь пытается изучить больницу. — Нет, Чими, сиди здесь и не высовывайся, — строго говорит, не отрываясь от бумаг. — Но я хотел посмотреть больницу, я недолго, на 10 минут уйду и приду, пожалуйста. — Меня наругает начальство, если они увидят постороннего человека в больнице, — отрывается от бумаг и подходит к Чимину, целуя его в лоб. — Нууу, не расстраивайся, малыш, так нужно, — гладит по волосам. — Ладно, понял, никуда не выйду без твоего разрешения, — устраивается поудобнее и смотрит на уходящего Мина. — Эх, прости Юнги, но я очень любопытный. Преодолев порог кабинета альфы, Чон двинулся по коридору, рассматривая на ходу пациентов, которые улыбались и кланялись ему, и он в ответ делал тоже самое. В один момент его привлек один пациент. В палате на белой заправленной кровате сидел взрослый омега и смотрел в окно, наблюдая за ветром и листьями. Чимин медленно прошел в палату и встал рядом с омегой. — Здравствуйте, — кланяется. — Мы раньше не виделись? — Здравствуй, Чимин, — поворачивается к нему, и тут Чимин ужасается, заметив в лице напротив знакомые черты. — Папа?