Очарование

      Я так сильно привык завтракать в пекарне её родителей, или же именно её выпечкой, что ничего другого с утра в горло не лезет. Поэтому последние несколько лет я пропускаю завтрак. С начала просто не хотелось есть, а потом я привык. Это послужило причиной того, что мой вес немного снизился, и теперь я могу вообще не переживать о весе. Зато, я могу поспать подольше, потому как ложиться мне приходится действительно поздно. Работать я стараюсь побольше, а если я слишком долго отдыхаю, как например это было год назад, когда я подвернул ногу на съёмке, то начинаю рефлексировать и мысли окатывают меня как ведро ледяной воды. Хотя, может что-то и изменилось во мне, навряд ли. Вот и сегодня я встал на пол часа позже, я не менял время будильника уже где-то год, может. Но можно ли теперь говорить, что это на пол часа позже, если я встаю так уже целый год? Вообще у меня довольно хорошая квартира, просторная и комфортная. Правда немного тёмная, но я не люблю когда слишком светло. Родительский дом конечно, оставил свой отпечаток на мне. Стиль моей квартиры самую малость может напомнить его, но вот что точно отличает эти два места, так это изобилие милых вещиц, всяких мелочей, множество подушечек на диване, и на кровати в спальне. А чего стоят фигурки на стеклянной полке в гостиной, между прочим с подсветкой. А журавлики, над потолком в прихожей. Я делал их часами, чтобы отвлечься в первый месяц, но повесил лишь те два, которые сделала она, это она мне показала, как их делать. Так же у меня шикарная кухня с панорамными окнами, только вот я там ничего не готовлю, кроме кофе и протеиновых коктейлей. И то, кофе я за частую покупаю в кофейне по дороге. Я стараюсь не осквернять своё убежище сигаретным дымом, и курю на маленьком балкончике, с которого открывается не плохой вид на дома, шоссе и Эйфелеву башню, её можно увидеть с моего четвёртого этажа. Просто для меня, моя квартира — это место, где я могу расслабиться и забыть о своих проблемах. Спрятаться. Да, я не купил себе огромный особняк где-то на окраине, с бассейном и центральной лестницей, по правде, меня дико тошнит от таких лестниц. В моей квартире всего две комнаты: гостиная с огромным телеком и приставкой, в которую мы с Нино рубимся с огромного дивана; спальня с огромной и дико удобной двуспальной кроватью, и милым балкончиком, на котором едва хватает места. И мне отлично, мой мир и должен быть маленьким, ведь в нём умещается только половина меня самого.

***

— Да блин, я опаздываю и не смогу занести тебе круассаны, просто потерпи до трех часов. — А когда ты не опаздываешь –то? — Это было…было… НА ПРОШЛОЙ НЕДЕЛЕ! — Боже, не кричи, подожду я тебя. — Супер — Кстати, где у тебя сегодня проходит практика? — Сегодня, надо быть на каком-то показе, не могу никак вспомнить имя дизайнера, слишком сложное, я просто раньше не слышала о нём. Но ему понравилось несколько моих изделий, и он попросил их принести, и сказал, что в начале мероприятия добавит моё имя в приветственую речь. Так что, получается, это будет мой первый показ. — И что? Ты так просто согласилась? Он же просто использует твой труд! — Алья, ты чем слушаешь? Я же сказала, что моё имя будет добавлено. Тем более, это пойдёт мне только на пользу. Люди уже будут хоть что-то обо мне знать, как никак последний год обучения. — Ладно, просто будь осторожна. — Эй я бывшая Ледибаг! — Да, но ты ещё и Маринетт. — Ладно, после показа сразу к тебе, с миндальными круассанами, мамочка. — Никакая я ещё не мамочка, прекращай! — Кладу трубку.       Маринетт Дюпен-Чен. Очень талантливая и умная девушка. Она так внимательна к окружающим и всегда старается помочь. А так же, она очень милая и невероятно красивая. Только вот, это уже совершенно другая Маринетт. Она всегда идёт на пролом, и если нужно пойдёт по головам. Никто не смеет причинить ей боль или вред, она ответит тем же, но в несколько раз хуже. Одно но, она никогда не нападёт первая. Она всегда говорит правду в лицо, и не может терпеть когда ей врут. Её характеру позавидовала бы даже сама Ледибаг! Только вот нет никакой Ледибаг уже год. Как бы Тикки не просила и какие бы варианты не предлагала, Маринетт просто напросто сняла серёжки и всё. Сейчас она снова переехала к родителям, около полугода назад, когда рассталась со своим парнем — Лукой. Вместе они были не долго, месяцев семь-восемь. Но это единственный парень, которого Маринетт подпустила к себе.Он просто не чувствовал себя любимым, а Маринетт не могла не согласиться с этим. Он был действительно очень хорошим парнем. Ей совсем не хотелось его обижать. Может и правда первая любовь — последняя…       Но теперь у Маринетт всё хорошо. Совсем скоро она закончит университет и станет дизайнером. Будет добиваться своих целей и приходить к Алье в гости, чтобы играть с малышом. Конечно последнее ещё под вопросом, но Маринетт почему-то уверена. Ну а пока, Маринетт выбегает из пекарни и запрыгивает в такси, быстро говоря таксисту адрес. Нужно всё проверить в пятьсот первый раз, все ли костюмы она взяла. Про себя Маринетт конечно же тоже не забыла. Выбор пал на брючный костюм, состоящий из оливковых свободных, брюк с высокой посадкой, топа молочного цвета и оливкового оверсайз пиджака. С волосами была беда, кудри здесь ни к месту, высокий хвост — слишком скучно, а вот зачёсанные назад распущенные волосы — в самый раз. Маринетт чуть не уехала в домашних тапочках, но мама напомнила о том, что следует переобуться в молочные лоферы.        Помещение уже во всю кишело людьми, было практически не пройти, моделям доделывали макияж и причёску, некоторые фотографы уже щёлкали камерами, а зрители занимали свои места. У Маринетт конечно же было место в первом ряду, а у некоторых её одногруппников, которые тоже д были здесь, человека два- три, конечно же дальше, но ей не было стыдно, ведь она это заслужила. Но думать о месте рано, сначала нужно добраться до нужно павильона.

***

      Я сидел и уже с нетерпением ждал, когда же показ закончится, хотя он ещё даже не начался, сегодня мне не особо удалось выспаться, я пол ночи провёл на своём балконе. Но никого это не волнует, и никто не должен знать, что там я делал, где, и с кем. Но благо до показа ещё пятнадцать минут, волосы мне давно уложили, а макияж почти закончен, остались только губы, так что пока визажист орудовал кисточкой, я мог отчётливо видеть что происходит в павильоне. Кто-то бегал и искал визажистов или стилистов, кто-то просто общался, а кто-то бежал с кучей костюмов, как Маринетт. Что? Маринетт? Я будто оглох, в голове только крутились эти вопросы. Сердце бешено забилось, а мне стало жарко, и даже пот выступил на лбу. Я не чувствовал как визажист вытирает его, что-то бурча себе под нос. Я не решался встать со стула. Даже учитывая, что визажист закончил минут пять назад. Я не мог даже выйти покурить, чтобы не испортить одежду. Может мне показалось? Точно показалось. Сколько в Париже таких девушек? Очень много.Мне нужно успокоиться, на подиум через семь минут.

***

— Мадмуазель Дюпен — Чен, боже, я уже начал беспокоиться. У нас начало через четырнадцать минут. — Прощу прощения, больше такого не повторится. — Вы настроены на то, что наша встреча не последняя. Я ценю такой подход. — Благодарю. Наконец-то Маринетт удалось занять своё место, рядом с критиками и модными дизайнерами, почти на ровне. Она так долго жаждала этого, и наконец-то находится в своей тарелке. Неужели, она только что, услышала своё имя со сцены, неужели она встаёт сейчас перед всеми гостями под аплодисменты и кланится в разные стороны. Она правда здесь? Вот, с официальной частью покончено и теперь можно спокойно наслаждаться шоу и потрясающими костюмами, с трепетом ожидая свои творения. И они не заставили долго себя ждать, уже на пятой девушке был фиолетовый топ, с тёмно-зелёной подкладкой. А сверху чёрная узорчатая ткань, с самодельными чёрными бабочками. Всё цвета так гармонировали между собой, что казалось — это какой-то совершенно новый оттенок. Маринетт обожает эту работу, она так долго разрабатывала этот топ. И очень горда собой, увидев его на подиуме. Но… Что с шестой моделью? Почему, почему это Адриан? — Твою мать….