"Похороним Мать Ночи"

Астрид недовольно смотрела на меня и молчала, иногда поглядывая на шута, который при каждом её взгляде смеялся, а я уже не мог сдерживаться и смеялся вместе с ним. От этого она становилась злее, но нам было всё равно, ведь вся эта ситуация казалась какой-то шуткой. Ведьма встала со своего места и вышла из комнаты, после чего мы с Цицероном залились звонким, истеричным смехом. Когда же мы закончили, Астрид вернулась и села на место. Она выглядела более спокойной, поэтому было уже не так страшно, от чего даже Цицерон не улыбался. - Вы совсем охренели? - Астрид, мы... - Я разочарована. Оставшаяся в живых Гильдия Воров грозиться нам местью. И всё из-за вас двоих!- уже срываясь на крик, вещала глава. - Послушай... - Не смей и слова проронить.- указала она на меня пальцем, как на самого виноватого.- Вы оба. Проваливайте. Я не могу подвергать Братство опасности. - Астрид, не слишком ли ты с ними...?- вступилась за нас Бабетта, но Цицерон поднялся со стула и, присвистывая, ушёл собирать вещи. Бабетта покачала головой, а Астрид ухмыльнулась и посмотрела на меня. - Увижу на территории Фолкрита, и вам не жить.- сказала она. Я лишь улыбнулся и последовал примеру Цицерона, попрощавшись с вампиршей. Мы приехали в поместье "У реки", чтобы забрать ещё пару своих вещей. Мне оттуда ничего не надо было, но Цицерон настаивал на том, что нужно забрать ту самую сумку, которую он туда перенёс. Найдя её имперец ликовал, говоря, что я скоро всё сам пойму. Пройдясь немного по своей старой комнате, я взял всего одну книгу и пару мешочков золота, которые нам любезно оставила вампирша. Неделю спустя мы нашли старый заброшенный дом близ Вайтрана и поселились в нём. После первого дождя мы поняли, что крышу стоит подлатать, после второго укрепили стены. Покончив с обустройством дома, меня заинтересовала сумка Цицерона. И как-то вечером... - Зачем она тебе? Она ведь тяжёлая и бесполезная, ты её ни разу не открывал.- стал я выпытывать то, что меня интересует. - О, я уже и забыл о ней.- посмеялся имперец. Он достал сумку из-под стола и, после какого-то громкого хруста, вытащил оттуда череп?! Меня чуть не стошнило, но после этого я стал различать кость от перевязок. - Это же.... - Мать Ночи!- возбуждённо прокричал Цицерон. - Что она делает в твоей сумке?- еле сдерживая улыбку говорил я. Всё это время она была рядом, а я не знал... - Фалем, Фалем, ты мог бы и догадаться....- немного грустно и даже с обидой сказал он мне. Я так ничего и не понял, поэтому шут положил череп на место, повесил сумку через плечо и пошёл на улицу, я же, естественно, последовал за ним. Цицерон скинул усопшую на землю, без той заботы и волнения, что было раньше, будто она для него больше ничего не значит, и вручил мне лопату. - Мы будем её хоронить.- вполне серьёзно произнёс он. До меня не дошло с первого раза, поэтому я переспросил и имперец повторил мне по слогам: "Хо-ро-нить". Закончив копать довольно глубокую яму, мы переглянулись и я не видел того безумия в глазах Цицерона, которое его обычно преследует, он просто был рад и улыбался. Я скинул Мать Ночи в яму и Цицерон, кинув за ней свою глупую шапку, засыпал её землёй, а потом мы вместе возложили на землю лаванду, что росла рядом. После этого я смотрел на могилу и не понимал ничего, хотелось что-то сказать, но слов не находилось, я просто смотрел на горку земли. - Цицерон...- наконец я решил спросить его что только что было, но не успел, ведь он притянул меня к себе и поцеловал. Каждый восход солнца я встречаю в его объятиях, а горноцвет теперь мой любимый цветок.