Муж и жена (глазами жены)

Я проснулась утром и привела себя в порядок. После того, как тело моей бедной Несси предали земле, мне стало немного легче, хотя сердце сжималось от боли и обиды за мою несчастную сестренку и слезы текли из моих глаз, как я не старалась их унять. Теперь ее невинная душа должна обрести тот покой и ту свободу, которых у нее никогда не было. В доме была тишина. Присутствие Ренвика придавало мне уверенность, я не знала как вести себя с экономкой, которая явно меня возненавидела. И хотя Ренвик мне сказал, что я здесь хозяйка, мне было неловко чувствовать себя в такой роли. Но я понимала, что причина такого отношения экономки ко мне – мое прошлое, ведь она должна теперь прислуживать падшей женщине. Я не сомневалась, что высказать мне в лицо или Ренвику все что она думает, она не посмеет. Подумав, я решила не обращать на нее внимания, завтра я уеду отсюда и больше никогда ее не увижу. Я застелила кровать и вышла на лестничную площадку. Дверь в комнату Ренвика снова была приоткрыта. Я остановилась на пороге: комната уже мало была похожа на жилую. Возле стены стояли чемоданы, шкаф был пуст, только лежащие на умывальнике принадлежности для бритья и умывания говорили о том, что в комнате еще кто-то живет. Мне стало не по себе, все-таки Ренвик еще не был моим мужем. Я поспешно вышла и спустилась на кухню. -Доброе утро, мисс! – сухо поздоровалась со мной экономка. -Доброе утро! – спокойно ответила я. -Что вы хотите на завтрак? Мне пришло в голову, что если она меня спрашивает, а не ставит на стол то, что есть, то она меня боится. Я опять растерялась, меня никто никогда не боялся. -А что у вас есть? -Есть каша, могу сделать яичницу с ветчиной. -Я буду завтракать кашей. На столе вскоре появилась тарелка с овсяной кашей, кофе и свежие булочки, намазанные толстым слоем масла. Ренвик всерьез занялся моим питанием. Я позавтракала и отнесла тарелки на кухню. Теперь я уже знала где что лежит на кухне. Экономка готовила обед. Я предложила помощь, она поставила передо мной продукты и сказала как подготовить их для супа. Я решила с ней не разговаривать. Закончив работу, я ушла в свою комнату и легла с книгой на кровать, пытаясь отвлечься. За эти несколько дней проведенных здесь, я так привыкла к тому, что Ренвик возле меня, что не видя его один день, я не находила себе места от тоски. Мне так хотелось прижаться к его груди и уткнуться лицом в его руки, которые я обожала. Его руки так успокаивали боль в моем истерзаном теле и в моей измученной душе! Слезы полились из моих глаз. Экономка позвала меня обедать. Я поела немного супа, мяса с гарниром и пудинг с изюмом. Помыв посуду, я решила прилечь, но не успела выйти из кухни, как в передней раздался звонок. -Наверное, какой-то пациент. – удивилась экономка и пошла открывать дверь, но вскоре она вернулась на кухню. – Это к вам пришли. – сказала она. -Ко мне? – удивилась я. «Неужели заявился мой отец?» - испугалась я. Что я буду делать одна, если он на меня набросится? Больше никого я ждать не могла. -Это жена Джибсона, директора школы. Она ждет в приемной. Я вышла в приемную и увидела незнакомую мне небольшого роста женщину лет тридцати. Она была изящно, но не броско одета по последней моде. Я опять невольно сравнила ее платье со своим, платьем прислуги, но взяв себя в руки и подумав, что теперь я не прислуга, я храбро посмотрела ей в глаза. -Здравствуйте! -Здравствуйте, Мэри! – женщина улыбнулась и протянула мне руку. – Я – Френсис, жена Джибсона, директора школы, в которой училась... Она запнулась, но продолжила. -Джибсон – друг Ренвика, они учились вместе. -Да, я знаю, Ренвик мне говорил. – я пожала протянутую руку. –Садитесь. Хотите чаю? -Не откажусь. – Френсис сняла шляпку, а я распорядилась, чтобы нам принесли чай и какое-то угощение. Если бы экономка могла бы убить меня взглядом, она бы это сделала с огромным удовольствием. И я, и Френсис испытывали смущение, но за чаем разговор пошел легче. -Вкусный пудинг. – похвалила Френсис. – Экономка Ренвика отличная кухарка. Кстати, мы когда с мужем были в Эдинбурге, мы там нашли кондитерскую с очень вкусными сладостями. Обязательно посетите ее. Я улыбнулась. -Эдинбург – чудесный город, мне там очень понравилось, думаю вам тоже он придется по душе. -Ренвик мне много о нем рассказывал, он так рвется снова там жить. Наш разговор постепенно перешел в дружескую болтовню о разных пустяках. Время пролетело быстро и моей гостье пришлось уходить. -Жалко, что вы уезжаете, мы с мужем очень любим Ренвика. – сказала она. -Вы завтра придете на наше венчание? – робко спросила я. -Конечно! Мы так рады за Ренвика, он просто светится от счастья. Я невольно вспомнила, как страдала от своей неразделенной любви к нему и смутилась. -Я бы хотела вам чем-то помочь, Мэри. – неожиданно тихо произнесла Френсис. -Спасибо, вы и так мне очень помогли своим приходом. Френсис обняла меня. Я собрала посуду и отнесла ее на кухню. -Будете ужинать? – спросила экономка. -Нет, спасибо. Я помыла посуду, поставила все на место и ушла к себе. Я легла в кровать и дала волю слезам. Засыпая, я слышала как хлопнула входная дверь, голоса экономки и Ренвика. Вдруг Ренвик что-то резко сказал экономке, я только расслышала «она у себя дома и такая же здесь хозяйка как и я». Потом я услышала знакомые мне торопливые шаги, которые замедлились. Мне показалось, что дернулась ручка моей двери, но хлопнула соседняя дверь и все стихло.