Этот чёртов мир

      – Эй! Э-э-эй! Господи, он вообще живой?       – Нет, это просто херабринятина какая-то. Как мы могли напутать мир-то! Мы!       – Может потому что вы два чокнутых ублюдка, которые сидят неизвестно…       – Да тише!       Егор тяжело вздохнул, переносицу потер. Он и светлый паренек - он представился Давидом Роменским, вежливо улыбнулся - склонились над упавшими с неба. Упавшие были похожи друг на друга лицами уставшими, одеждой - потертой, повидавшей явно время. Футболка белая у одного снизу была запачкана, у второго толстовка с пятнами бордовыми, невольно пугающую ассоциацию с кровью вызывающие. Линч и Роменский их пытались привести в себя, пока Никита - Никита Берг, тот самый, который был в темной одежде - и Джон ругались между собой и пытались, кажется, понять, что происходит.       – Джон немного… Вспыльчивый, – тихо произнес Егор, виновато вздохнув и на Роменского посмотрев, – простите…       – Ничего страшного, – Давид кивнул, улыбнулся слабо и негромко продолжил, – мы иногда гостим в Особняке, а там разные мироходцы бывают. Они ругаются, мирятся. Некоторые - помню - пару лет между собой не разговаривали! А другие как поругались, так и не говорят друг с другом до сих пор, – он тихо посмеялся, – в общем, все в порядке, правда. Мы, думаю, привыкшие к разным существам.       – Я… Не совсем понимаю, о чем вы сказали, – Егор неуверенно вновь похлопал по щекам упавшего, который был в толстовке, не решаясь прямо сказать, что неизвестных психопатами считает - жизнь научила, это последнее, что психопатам в лицо говорить надо, – надо вызвать скорую, я думаю… Сейчас, подождите, – он вытащил из кармана телефон, нахмурился, – только… Экстренные вызовы? Нет, подождите, даже их нет!       – Может, из-за купола? – Давид задумался, пускай и не совсем понимал, что такое “экстренные вызовы”, – он глушит все. Через него не проходят сигналы коммуникаторов, не пройдут мироходцы, потусторонние Боги, Боги… И мифы… И коммуникаторы… Коммуникатор! – он поднялся, подошел ближе к упавшему в толстовке, рукав задрал, завидев старый, потрепанный временем коммуникатор - тот был на худой, немного бледной руке, смотрелся смешно и странно, больно уж большим казался на фоне запястья тонкого. А еще вызывал слишком много вопросов.       Старый. Коммуникатор был старым. Фласка им недавно (лет десять назад? двадцать?) хвасталась, что мироходцы все сменили коммуникаторы на новые. Сменили даже те, кто почти перестал покидать Особняк Особенных. Новые оказались тоньше, легче, как кто-то выразился, элегантнее. А здесь, сейчас, на чужой руке Давид видел старый коммуникатор. Такой уж, верно, не работает нормально даже. Да и остался небось только у тех, кто не поменял - а это покинувшие Особняк мироходцы. А еще, помимо покинувших, был пропавший…       – Никита! – Давид крикнул, – Никита-Никита! Посмотри! Старый! Никита!       Берг вздрогнул, от спора с жителем мира отвлекся. Подошёл ближе, присел, на коммуникатор посмотрел, руку чужую поднял, осматривать браслет начал.       – Непонятно, – Никита покачал головой, вглядываясь в стертые давно буквы, которые в имя мироходцы сложиться должны были, – тут уничтожена надпись, кто это. Но по описанию… Кажется…       Он не договорил. Упавшие резко, пугая всех вокруг, очнулись, сели, на окруживших их смотрели с опаской, с недоверием. Друг друга заметили сразу же - за руки схватились, переплетая пальцы, сжимая ладони заметно крепко, как бы так хоть немного безопасность почувствовать стараясь.       – Как тебя зовут? – сразу спросил Никита, хмурясь. Особенный мироходец и потусторонний бог - по описанию их внешность так подходила, так была похожа на…       – Лололошка, – тихо произнес тот, который был в толстовке.       На особенного мироходца Лололошку и потустороннего бога Рому.       – Ты мироходец, – Давид улыбнулся, посмотрел на второго упавшего, – а ты потусторонний бог Рома. Верно?       – Вы вообще ненормальные, да? – Джон поморщился, услышав еще больше странных слов, – психопаты. Линч, надо…       – Не доступны даже экстренные, – Егор вздохнул, телефон показал Джону как бы в качестве доказательства, – может, вы расскажете нам… Очевидные для вас вещи?       – Несколько сотен, кажется, назад пропали Особенный мироходец и его потусторонний бог, – Никита фыркнул, – и вот, мы их нашли. После того, как призвали несколько мифов и активировали купол!       – Ну так снимите его! – Джон топнул ногой, – ну? Снимайте и убирайтесь!       – Мы не снимали до этого купол… – неуверенно ответил Давид, поднялся, кажется, виновато взгляд отвел, – точнее, погибал мир - исчезал и купол.       – Вы уничтожаете миры?!       Вопрос задали одновременно все, кроме, конечно же, Никиты и Давида. Потусторонний бог стал бледнее, словно бы он призрак, оказался за спиной у мироходца, тоже поднявшегося с земли, был. Джон в который раз пожалел, что револьвер забыл - глупо, глупо поступил. С ними была камера, но не было более полезного (полезного ли?) оружия. Джону все еще казалось, что перед ними ненормальные. Правда их с Линчем приключения научили прислушиваться к словам любых психопатов. Так, во всяком случае, можно было план действий составить.       – Да, – Никита кивнул. Поднялся, магию сине-голубую призвал, в руках сконцентрировал в виде шарика небольшого, – мы - полубоги Мистики и Странностей. Существует теория… Согласно ей мифы - это что-то потустороннее, возможно они пришли оттуда, откуда потусторонние боги, каждый из которых с Особенным связан. Существуют еще Особенные мироходцы. Они иногда спасают миры, иногда просто веселятся - они такие разные, некоторые, например, жить не могут без взрывов! Мы же выбираем миры, которые скоро итак умрут. Мы в этот раз должны были попасть в соседний мир - но, впрочем, этому тоже не очень долго осталось, лет десять, может.       – Я - избранный. Должен спасать миры, – неуверенно произнес Лололошка, когда пауза повисла в воздухе, – мне так говорил постоянно кровавый ангел…       – Поехавшие, – Джон поморщился, не выдерживая всего этого, правило их с Линчем негласное “не называть психопатов психопатами” нарушил. Сам телефон достал, заметил, что сети действительно не было. Экстренные вызовы, которые обычно всегда были доступны, и те не отображались, набрать их совсем нельзя было.       К отсутствующей связи Линч и Джон несколько привыкшие - право, их приключения заставляли бывать там, где никаких вышек, дарующих хотя бы минимальный интернет, не было и не планировалось в ближайшее время уж точно. Однако в этот раз они не были посреди какого-нибудь поля или в старом домишке, который ни на одних картах не отмечен. Они были рядом с домом Линча, где все должно было работать идеально. И работало, пока не появились… Непонятные личности.       – Вы нас знаете, верно? – неуверенно спросил потусторонний бог, обращаясь к Никите и Давиду. Обращаясь с надеждой в голосе, а сам неосознанно шаг назад сделал, за собой Лололошку утягивая. Боялся, но хотел верить, – мы никого не видели до этого момента из тех, кто мог бы нас узнать. Или… Как минимум, меня увидеть…       – На словах знаем, – Давид улыбнулся, – я Давид Роменский, это Никита Берг. А это… Они вас не знают, да. Но в общем, они - жители этого мира. Егор… Егор Линч и Джон. А вы двое - пропавшие. Вас ищут все в Особняке. Нам рассказывала Фласка - о вас только хорошее, о том, что вы и Старшим, и Младшим готовы были помочь всегда… И вы однажды исчезли - вас вообще найти не могут!       – Рубин на золоте и очки как у Ло… – неуверенно произнес Рома, касаясь виска, хмурясь, – в голове… Яснее словно бы стало, я помню лучше наш первый мир. Простите, мы ничего не помним. Ло так каждый мир память теряет. И в каждом мире принеси-подай, сделай это-сделай то…       Потусторонний бог замолчал. Голову опустил, вздохнул, сам не понимая, почему он так открыто обо всем говорил. А вдруг все это не более, чем проверка от кровавого ангела? Он силен, он страшен - его Рома боялся искренне, молился каждый раз неясно кому, чтобы кровавый ангел его не заметил, чтобы Лололошку не тронул особо.       – Рубин на золоте? – задумчиво произнес Никита, – о, ты про медальоны. Да, впрочем, не важно. Главное - вы нашлись. Так, а теперь надо просто разобраться с мифами. Быстрое дело…       – Я должен спасти мир! – Лололошка руку на сердце положил, нахмурился, – а вы!..       – Да он все равно умрет лет через десять-двадцать, – Давид пожал плечами, – никому не нужен ведь…       – Простите, но этот, как вы выразились, “мир”, нужен нам, – Линч сделал шаг вперед, руку Джона сжал, знаками призывая его к молчанию, – мы здесь живем, мы постоянно встречаемся с какой-то чертовщиной, ее уничтожаем. И совсем не для того, чтобы вы угрожали смертью “мира”.       – Да вам какая разница, – Никита фыркнул, – переместитесь куда-нибудь и все. Раз спасаете мир - значит мироходцы. Не понимаю только, чего вы только так за этот мир цепляетесь.       – Нет, они люди, – Давид покачал головой, – жители этого мира. Обычные. Только почему-то сильно о судьбе мира беспокоятся. Я не знаю почему. Вам это бесполезно делать. Мир тысячи лет без полубогов и богов…       – Еще и вмешательства во время, – Никита произнёс это задумчиво, на своём коммуникаторе что-то смотря, – многократные. Охерабринеть! Как этот мир еще существует? Да он схлопнется вместе с нами в любой момент. Надо искать мифов и выбираться.       – Игры со временем? – с испугом явно слышимым спросил Рома.       – Да тут и с пространством! – Давид тоже посмотрел на коммуникатор, – нет, ошибки пытались исправлять. Но какой кошмар!       – Да кто вы нахрен такие?       От громкого голоса, почти сорвавшегося на истеричный крик, вздрогнули все. И с удивлением - даже Линч, у которого в руках была камера, кажется, даже работающая - посмотрели на Джона. Джон дышать старался спокойно, контролировать это, чтобы не сорваться на прерывистое дыхание, чтобы не чувствовать удушение.       Джону было, признаться честно, страшно. Перед ними были те, кто о смерти рассуждал со смехом. Те, кому на неё было явно плевать - для них вообще, кажется, все это игрой было. Очередной причём игрой. Джон не понимал этого. Только осознавал, что паника внутри вновь разгорелась, что грозилась истерика начаться. Этого допустить нельзя было. Но, право, как тут себя в руки взять, когда перед ним так спокойно о смерти говорили, об уничтожении, о конце?       – Мы же сказали, – оскорблённо произнёс Берг, – ой все, исчезнете куда-то, не мешайте. Нам с мифами надо разобраться, а потом Особенного в Особняк отвести…       – А как же мир? – тихо спросил Лололошка, себя за плечи беспомощно обнимая, на Рому посмотрел, который вновь рядом с ним оказался, – здесь ведь живые существа есть. Разумные…       Берг заметно скривился. Но промолчал. И Давид тоже. Линч за время молчания камеру на квартет странный направил, сжал на секунду не сильно плечо Джона, как бы в поддержку. Узнать все у него он не мог. Не время. Не место.       – Никита, а может попробуем? – Давид задумался, – хотя мы мифов призвали… Некоторых…       Берг фыркнул. На людей посмотрел. Линч камеру продолжал держать направленной на квартет. А сам на Джона с беспокойством поглядывал, запоминая потом расспросить его. Потом. Сейчас необходимо было понять, как им выжить и что конкретно делать с, кажется, богами (или - полубогами).       – Ладно, – Никита фыркнул, – к тому же Особенный этого хочет. Только вы все равно куда-то исчезнете, куда вам с мифами тягаться.       – Это наш… Мир, – Егор голову поднял выше, на полубогов, – и нам решать, доверять ли его полностью в ваши руки. Мы не знаем о каких вы говорите мифах, но у нас есть опыт в решении… Необычных проблем.       – Так что за мифы? – Рома приложил палец к губам, задумываясь, – ничего не помню про это…       – О! – воодушевлённо начал Давид, – сейчас мы все расскажем!