Двойное удовольствие
28 июня 2021 г., 23:21
Решти не считают эротические игры между близнецами любого пола за секс. Для них это лишь еще один вид самопознания, обучения чувственности, самоудовлетворения. Два тела — но сознание одно, и при желании близнецы показывают идеальную синхронность, особенно, если не разделяют потоки сознания. А когда нет — это сносит голову еще больше, потому что...
Саммер не может сказать, почему. Он просто сходит с ума, когда в его каюту проскальзывают две пушистые серые тени, и два хвоста обвиваются вокруг его ног, роняя на постель.
Совсем недавно он сходил с ума от трех хвостов. Ана оказался мудрее и тактичнее, осторожно, аккуратно отстранившись еще тогда, в гостинице, и смелее, что ли, отрезав им обоим путь назад, грозивший неловкостью и постепенным охлаждением, а то и — что страшнее — неумелой и оттого еще более болезненной для обоих ложью со стороны Саммера. В этом капитан признается себе честно, испытывая искренний стыд за то, что так и не случилось — но могло бы. И искреннюю же, жгучую благодарность, которую до сих пор не придумал, как выразить.
Шери и Шато не позволяют долго рефлексировать. У котиков очень острые клыки, и даже когда они просто игриво прикусывают кожу, остаются проколы. Это тоже сводит с ума — такое граничное сочетание нежности, желания и боли, такое мягкое доминирование, когда он и сам не понимает, чего ему хочется больше: прогнуться и подставить загривок под укусы, или перекатиться и подмять разом обоих, дразня, разрываясь от желания раздвоиться, чтобы одаривать равно.
Саммер помнит, что было там, в ночном лесу, и чего после не повторялось еще ни разу. Решти осторожны, хоть и читают его, как детскую книжку с картинками и крупным шрифтом. И он понимает, что право первого шага — за ним.
Вклиниваясь между жаркими меховыми телами, он наконец отпускает себя, как тогда. Только сейчас ему нужно не утешение и не разрешение. Он уже все и всем разрешил и уверен: Шери и Шато это знают. Он ждет только знака, жеста — к кому первому развернуться спиной, кого притянуть в жесткий и жестокий поцелуй, не жалея губ. И ловит этот знак: короткое движение, намек на него. Этого довольно, чтобы сгрести Шери, почти упасть сверху, не боясь сделать больно: решти намного выносливее и сильнее людей, не говоря уж о маарлеанах, он не опасается, что Шери будет тяжело — кот выгибается под ним так яростно, что почти приподнимает и Саммера, и брата, упавшего поверх.
Все трое знают, что это игра — игра в сопротивление, потому что решти мало кому доверяют касаться своих животов, переворачивать на спину и вот так лишать возможности выбраться. Саммер видит, как расходятся провалами в синий огонь узкие кошачьи зрачки, как шершавый язык быстро облизывает влажный нос, наклоняется и ловит эту жесткую узкую терку зубами, легко прикусывая. Шери выдает странный звук, все его тело вибрирует от утробного мурлыканья, как и тело Шато, впивающегося в плечо Саммера клыками и в бока когтями, равно — до крови.
Саммер все просчитал. Продумал и приготовился. А когда он позволяет себе жестко огладить Шери ладонью от шеи до паха, и пальцы скользят по густой влаге, он понимает, что его котики тоже все просчитали и приготовились. И от этого так легко и хорошо, что дальше все получается само собой.
У решти совершенно особенное строение половых органов. Чужое и безумно-притягательное: широкие и слегка плоские члены выглядят так, словно их покрывает объемная чешуя, на движении внутрь прижимающаяся к плоти, на движении наружу — приподнимающаяся. И все это великолепие прячется внутрь мехового чехла. Саммер медленно сдвигает этот чехол к основанию, задерживая ладонь, и ждет, смотрит в глаза Шери. Кота колотит крупной дрожью, он скалит клыки и дергает хвостом, как гремучник. В ладони Саммера набухает и твердеет округлое утолщение, не позволяя члену решти снова «спрятаться». Такое же он чувствует собственным задом — Шато уже не сдерживаясь трется о его ягодицы, тихо подвывая.
«Давай», — думает Саммер. И первый толчок они делают одновременно.
Дальше Саммер не думает совсем, подчиняя и подчиняясь, тонет в обоюдном безумии, погружаясь в ощущения решти, щедро выплескивающиеся на него — контакт теснее некуда, и отдает свои. И нет ничего удивительного в том, что оргазм к ним приходит одновременно, переплетая два сознания так же тесно, как сплетаются их тела.
Утром Шери и Шато кусают кончики хвостов и что-то виновато мурлычут едва слышно. Саммер смеется и охает: влезть в комбез после душа просто нереально: растревоженные теплой водой и мылом многочисленные царапины саднят и чешутся. Саммер достает аптечку, регенгель и баллончик с защиткой, вручает все это добро своим котикам и делано строго приказывает исправлять то, что натворили. И еще минут десять плавится под нежными прикосновениями, даже не пытаясь скрывать дурацкую улыбку до ушей.
Ходить и сидеть ему не очень удобно еще пару часов после, но отказываться от удовольствия он даже не думает. К концу патрулирования решти учатся слегка сдерживаться и подпиливают коготки, а у Саммера дубеет шкура от постоянно залечиваемых царапин и укусов.
Удовольствие же остается все таким же огромным и сильным. Двойное удовольствие: подчинять и сдаваться одновременно.
