Лучше бы я совсем тебя не вспоминал

Прошло много лет после триумфа старшей школы Карасуно. Пути бывших сокомандников разошлись, каждый выбрал свой. Дайчи стал полицейским и патрулировал улицы своего родного города. "Совсем возмужал" - именно так говорил о Савамуре бывший тренер Укай, каждый раз, когда они случайно сталкивались на улице. Жизнь Укая стала самой обычной. Свою должность он передал своим детям, а те решили отдать зал под присмотр Сугавары. Сугавара стал самым лучшим тренером в глазах детей. Умный, обаятельный, предусмотрительный - все эти качества вызывали у его учеников уважение. Дети очень внимательно наблюдали за движениями нового тренера, и это стало рычагом для нового старта Карасуно. Но счастливые времена длились недолго. Во втором триместре нашли труп посреди волейбольного зала. Тело и лицо так раскромсали, что человека невозможно было распознать. Сугавара в тот день пришел первым, а потому дети ещё ничего не успели увидеть. Тренеру стало нехорошо, и его едва не стошнило, но Коши всё-таки взял себя в руки, вышел на улицу и позвонил в полицию. Первым по вызову приехал Дайчи. Утро Дайчи началось с быстрого завтрака, потому что сегодня он позволил себе чуть отоспаться. Надел свою униформу и вышел на смену. Савамура застыл и не мог выговорить ни слова. Труп, старый зал, бывший, дрожащий от страха и паники - так много вопросов и так мало ответов. - Дайчи? Это ты? - Дрожащий голос раздался звонким эхом в голове Савамуры. Он осознал, в какой ситуации оказался, и принялся анализировать. Мозг работать не хотел, сопротивлялся, и каждая шестерёнка в нём объявила бойкот. - Сугавара. - Кажется, тот низкий голос Дайчи, который помнил Коши, стал ещё ниже. - Нет, нет, нет! - Занервничал Сугавара. - Только не ты! Ещё мне тебя не хватало! Что ты тут забыл? Дайчи вопрос проигнорировал. Никакие слова не должны ему помешать, пока он выполняет свою работу. Он убеждал себя, что ему нет дела до чувств. По крайней мере, сейчас. - Как что? Я же полицейский, приехал на вызов. Вижу, тут дела у тебя не очень... Слезы Сугавары падали на пыльный пол, разбиваясь об него, разлетаясь на мелкие капельки. - Ты не понял. Я не об этом. Зачем ты сюда приехал? Ты же знаешь этот адрес, так зачем? Мог бы и не брать вызов, отдал бы кому-нибудь другому! Ты забыл, чем закончилась наша последняя встреча?! - Честно говоря, - прямо и безэмоционально отвечал Дайчи, - мне все равно, что это за место. Здесь произошло преступление, а это главное. Мне незачем оправдываться перед тобой, потому что я просто выполняю свою работу. Савамура толкнул плечом Коши так, что тот упал на землю. В голове смешалось всё: ответственность за детей, чей-то труп и Дайчи... Именно последний пункт ранил его сердце больше, чем всё остальное. Дышать становилось труднее, стали возвращаться неприятные воспоминания... - Эй, Дайчи! Ты снова выглядишь, как неживой. Хватит уже не спать ночами, - солнечно улыбался ему Сугавара. Утро в школе всегда самое холодное и тяжёлое, особенно, перед экзаменами, но, когда рядом с тобой твой верный лучший друг, все негативное перестает быть значимым. - А... Что? - Мяч прилетел Дайчи прямо в лицо, и тот охнул от неожиданности, рухнув на пол. В течение последующих месяцев Сугавара, как и до этого, поддерживал и помогал Дайчи во всём. Он старался быть самым лучшим другом и самым теплым лучиком в жизни. Но однажды его забота стала причиной конфликта: - Дайчи! Я тебе купил онигири. Думаю, ты совсем проголодался... Точнее сказать, не забота Сугавары стала причиной, а бешенство и недопонимание Дайчи привело к ссоре. - Почему ты так трепетно заботишься обо мне? Что тебя заставляет постоянно относиться так ко мне? Я же ничем не заслужил такое... Почему? Сугавара, подсев поближе к другу, ответил: - Потому что я хочу, чтобы тебе стало легче. Не спрашивай, почему. Мне просто доставляет удовольствие то, что я тебе помогаю. Просто так. Конечно, хотелось бы получить эффект бумеранга, но я совсем не за этим тебя поддерживаю. Ты просто классный парень, и я... - Не успел договорить Сугавара, как Дайчи, разозлившись, встал и ушёл из зала. Коши побежал за ним. Вдруг, опомнившись, Дайчи спросил сам себя: - Зачем я это вспоминаю? Я же... на работе. - А ты все также можешь раствориться в своих воспоминаниях, забыв о реальности. - Усевшись на скамью, съязвил Сугавара. - Как смешно... Я думал, что хотя бы с работой у тебя уйдет эта привычка. - Ты шуточки пришёл шутить, комик? Лучше уйди отсюда, пока я... - Пока ты что? - Сугавара спокойно встал и сделал угрожающих шагов в сторону Дайчи, угрожая. - Что ты мне сделаешь? Ударишь? Наденешь наручники? Посадишь в тюрьму? - Не придуривайся, Коши. - А кто тебе разрешил называть меня по имени?! - Сугавара совсем перестал скрывать злость. - Кем ты себя возомнил? Стал полицейским, и теперь всё можно? Выбросил все свои воспоминания и теперь самый сильный и властный? Не, дорогой Дайчи, ты не всемогущ. Дайчи не нашел, что ответить, ему лишь оставалось набраться терпения, выполнить свою работу и уйти. -...Коши, - Неловко позвал Дайчи уходящего Сугавару. - Теперь взгляни на последствия своих поступков и прими то, что ты натворил. Каждому преступлению есть своё наказание. Так что, будь так добр, сдохни, Дайчи. Ну, пожалуйста? - Сугавара улыбнулся и пожал плечами в издевательском жесте. "Была бы моя воля, Сугавара..." Коши обернулся возле дверного проема. "...я бы...вообще тебя не вспоминал, Дайчи." Дело передали следователям, и теперь Дайчи был относительно свободен. А потому, тем же вечером, накинув тонкий халат, Савамура глубоко погрузился в мысли и воспоминания. Он всё пытался понять Сугавару, то самое, что-то непонятное и отчасти жуткое, то, что его расстроило. На ум не приходило ничего. Кроме того дня, когда Дайчи раскрошил доброе сердце Сугавары. Вид на ночной город из школы был будоражащим. Свежий, ещё прохладный весенний ветер поднимал занавески в кабинете и дул в лица двум парням, усевшимся на подоконнике. Конечно, нарушать правила школы им не хотелось, но это же последний месяц перед выпуском. Можно же себе хоть раз такое позволить? Но ощущения романтики не было, атмосфера неловкости давила, и от неё хотелось убежать, но Коши не мог, потому что Дайчи вызвал его на разговор. Ему оставалось лишь следить за действиями Савамуры, все ожидая, пока тот произнесет хоть слово. Время шло. Воздух вокруг сгущался, будто бы вот-вот должна начаться гроза, но небо было ясное, смеялось, сверкало хищными зубами-звёздами. Дайчи на него не смотрел. Он смотрел вниз, на город, и искал среди далёких улиц далёкие ответы, гонялся, не находил, бежал, рассыпая последние оставшиеся слова, и не обращал на это внимания. - Слушай, Дайчи, мне так приятно, что ты пригласил меня на это... свидание? - Слабо подал голос Сугавара. - Сугавара. - Злобно выплюнул Дайчи. - Я тебя позвал сюда, потому что хочу, чтобы между нами не осталось недосказанностей, и чтобы ты перестал ожидать от меня признания. Коши выпрямился и насторожился. Чуйка никогда его не обманывала: он ожидал наихудшего. И всё-таки что-то заставляло его не верить в то, что мог бы сказать Дайчи. Что-то наивно-детское, безумно-подростковое, что-то знакомое до ужаса и почти даже родное, оно теплилось глубоко внутри беспокойного сердца. - Что? - Сугавара мягко и дружелюбно хохотнул. - Ты, наверное, устал от национальных, не говори такое. Давай ты поспишь, а завтра мы все обсудим. - Нет! - Савамура стукнул кулаком по стене. - Я и так собирался с мыслями последние два месяца и ждал этого момента. – Постой. Прежде, чем ты начнешь говорить. Ответь мне на один вопрос. Дайчи кивнул, ожидая вопроса. – Ты любишь меня? – Нет. Нет, конечно. - Твердо ответил Савамура и горько рассмеялся. - Больше скажу, ты мне настолько отвратителен, что я больше терпеть не могу твои прикосновения, постоянную заботу и вот эту улыбку. Это все лишнее, всё некрасивое и совершенно недопустимое по отношению ко мне, как к другу. Сугавара широко улыбнулся и изо всех сил старался не плакать и быть сильным. Родители учили не привязываться к людям. И правильно. Только Сугавара уроки старательно прогуливал. Видимо, Дайчи был для него слишком дорогим человеком и одноклассником. Эта ошибка Коши слишком дорого обошлась. - За что ты так со мной? - Сугавара нервно вытирал глаза, чтобы не показаться слабым и жалким. - Ты мог бы просто сказать, что не любишь меня и хотел бы остаться друзьями. Ты мог бы сделать все гораздо проще и, в конце концов, вежливее, или я этого не заслуживаю? Дайчи ничего не ответил, лишь отвёл свой пустой взгляд в сторону побережья, в сторону города. Ветер тихо похихикал, прыгая по верхушкам деревьев, и Сугавара тихо всхлипывает и очень старается не плакать. – Ты мог бы… - Закричал Сугавара, и в его голосе жутко просквозило истерикой. - Ты мог бы не звать меня сюда. Ты мог бы перестать со мной дружить. Да, Боже, было миллион способов сделать мне не так больно. – А ты думаешь, мне было не больно несколько месяцев "дружить" с тобой, пока от меня отворачивались друзья, принимающие меня за педика? Сугавара встал и просто вышел из кабинета, последний раз улыбнувшись ему, и на прощание сказал, не обернувшись: – Знаешь, это последний год учебы. Мы бы всё равно потом не встретились, если только не по случайному стечению обстоятельств. Знаешь… Я хотел, чтобы тебе школьная пора не казалась такой сложной и нудной. Я тратил все свои силы на то, чтобы тебе было проще, а ты… А, хотя, знаешь, что? Когда-нибудь ты сам поймёшь, каково это… Дайчи смотрел на Сугавару, как на мусор: осуждающе, недоверчиво, сверху вниз. – Гори в аду, Савамура Дайчи. Громко хлопнула дверь, и Дайчи снова посмотрел в окно. Всё-таки что-то предвещающе-тревожное в этом пейзаже было. Взрослый Дайчи поглубже запахнул длинные полы халата, вдохнул, но отравленный выхлопами воздух встал у него поперёк горла, будто мстил за Сугавару, не убивая, но причиняя лёгкую жгучую боль. Город под ногами не изменился.