А что Лукаш? А Лукаш ничего...

«Это прекрасно, — мрачно размышлял Воронин, крадясь по развалинам, бывшим когда-то деревней, и нервно озираясь. - Нет, вот как выберусь, точно начну раньше ложиться…» Порой генерал удивлял сам себя — и какой черт его дернул пойти на военные склады практически безоружным? После встречи с двумя кровососами калаш без патронов уже никуда не годился, так как у грозного лидера «Долга» оказалась девичья память: кроме патронов, уже имеющихся в АК, у Воронина больше ничего не имелось. Поэтому, как только генерал обнаружил свою «удачу», он моментально забыл, куда и зачем шел и подумал, что лучше уж повернуть обратно и молиться Богу, если Он, конечно, не свободовец, чтобы на обратном пути никого не было. Итак, отчитывая по полной программе свою память, долговец заодно размышлял, как ему выбраться из этой задницы - ну, а как ещё это назвать? Оружия нет, еды — и подавно, а до ближайшей базы «Долга» как до Китая в одной известной позе «Камасутры». «Ну, хоть не ранили, и то хлеб, — пытался успокоить себя Воронин, впрочем, безуспешно. — Говорят, тут кровососов хоть жопой ешь, а на запах крови слетятся, как мухи на говно». И вот так, подкрепляя себя оптимистичными и не очень мыслями, генерал шел уже более часа, время от времени поглядывая на КПК, надеясь, что если не он сам, то хотя бы прибор заметит поблизости сталкеров, но КПК, словно посмеиваясь над хозяином, показывал пустую, никак не меняющуюся карту. Тяжело вздохнув и убрав приборчик с глаз долой, мужчина остановился. Без оружия в Зоне не выжить, хоть ты в экзоскелете ходи. Так может, ну это сопротивление к чертям? В любой момент из-за угла может выскочить мутант… «Да я вообще оптимист, — мысленно разговаривая с самим собой, генерал ощутил на себе все прелести того неловкого момента, когда ты, возможно, шизофреник. Однако Воронин плохо разбирался в таких вещах, поэтому неловкость отошла на задний план. — Прямо по-генеральски рассуждаю. Хорошо хоть, мои ребята меня не видят…» — украдкой хихикал генерал. От увлекательных разговоров с умным человеком долговца отвлёк не вовремя начавшийся дождь. Воронин бросил взгляд на небо и… ничуть не удивился. Небо над ним стало темно-серым, а вдали казалось вообще черным. Генерал наблюдал эту картину настолько часто, что иногда подумывал, а не преследует ли его такая погодка часом? Ну, а что? В аниме он такие закидоны видел, так почему бы и в реальности такого не попробовать? Тем более, если это была реальность Зоны. Воронин не стал оценивать полуразвалившиеся домики оставшейся недалеко позади деревушки как достойное убежище от грозы. Нет, укрыться в них от гнева стихии можно было, а вот от когтей мутантов — нельзя. Поэтому лидер «Долга» потопал дальше, решив, что уж лучше вымокнуть под дождем, чем в собственной крови — что поделать, без оружия в ЧЗО любой станет жутким параноиком. Через пять минут, промокнув до нитки, что само по себе было неприятным ощущением, а с осознанием того, что ты по собственной воле так вляпался, становилось ещё хуже, генерал вновь принялся перемывать косточки своей рассеянности и заодно недосыпу, из-за которого рассеянность стала у долговца частой гостьей. Ещё через пять минут Воронин матерился уже на «Свободу», ну, и на бандитов с «Монолитом», конечно, куда же без них! Однако сколько бы неприятностей не было от бандитов и монолитовцев, все мысли генерала возвращались к одному человеку. Относительно недавно занявший почётное звание лидера «Свободы» человек (по крайней мере, долговец надеялся на это) никак не давал Воронину покоя. Лукаш… что-то в нём настораживало. Конечно, любой свободовец вызовет со стороны приверженца «Долга» подозрение, но вот от Лукаша генерал чуял опасность. Не для группировки — долговцев вряд ли кто-то сможет вообще сжить со света. Воронин боялся за себя. Опасения же генерала были отнюдь не беспочвенны. Встретиться лидерам удалось лишь один раз и на очень короткий срок — что-то вроде переговоров решили устроить. Благо, ничем хорошим они не закончились. Но за всё недолгое время, что они успели пообщаться, Лукаш не спускал с Воронина заинтересованного взгляда хитро прищуренных глаз, а плохо сдерживаемая коварная улыбка если и не выдавала обладателя с потрохами, то наличие некого замысла точно подтверждала. Лидер «Долга» битый час занимался решением подобных вопросов (кстати, бесполезно), как наконец заметил, что давно шагает по лесу. «Ещё лучше, — генерал отвлекся, — может, тут сталкеры где засели?», — достал КПК. И правда, прибор запищал, показывая на карте трех сталкеров, неспешно бредущих по лесу. Шумно вздохнув от облегчения, Воронин не глядя отправил одному из сталкеров сообщение с просьбой о помощи. Вот только счастье гостило недолго — любопытный генерал решил посмотреть, кто хоть такие эти сталкеры. И вот тут пришло время для настоящей паники — сталкеры оказались свободовцами.  — Ну приплыли… — обреченно вздохнул Воронин, думая, что неплохо бы сейчас наткнуться на кровососов. Генерал вяло оглянулся, подтверждая самому себе, что укрыть свою драгоценную лидерскую жопку ему негде. Решение проблемы (вместе с её причиной) пришло быстро. Сердце, помахав ручкой на прощание, ухнуло куда-то в район пяток — на горизонте показались три фигуры. Долговец презрительно фыркнул. Это был Лукаш со своей вечной охраной. Вот теперь генералу точно кирдык. Воронин даже убежать не пытался — Лукаш его уже узнал и вряд ли отпустит, иначе откуда эта гаденькая ухмылочка на наглой морде? Воронин пытался угадать — какая смерть его ждёт? Сразу убьют или поприкалываться захотят напоследок? Ответ напрашивался сам собой — «Свобода» же. Тем временем свободовцы подошли совсем близко.  — Ба-а-а, знакомые всё лица! — улыбка на лице Лукаша стала ещё шире.  — Ба-а, знакомые всё рыла… — Воронин не разделял его веселья. Вместо ответа Лукаш едва заметно кивнул охранникам, и те зашли генералу за спину.  — Ну ладно, давай к делу. Выбирай: или мы тебе помогаем, а взамен «Долг» признаёт полное превосходство «Свободы» и желательно расформировывается, или… — Лукаш заржал, не сдержавшись. Ему не надо было говорить второй вариант. Он знал, ЧТО ответит Воронин. – Ага, разбежался, — генерала взбесила такая наглость, но он даже порадовался этому — надо же, он ещё может испытывать эмоции! — тебе весь «Долг» балет станцевать не должен? – Ну, можно, конечно… — Лукаш задумчиво почесал репу, что окончательно разозлило Воронина. Генерал, подумав, что смерть можно и ускорить, кинулся на свободовца с намерением хотя бы напоследок набить ему морду, но сделать ничего не успел — бдительная охрана Лукаша моментально среагировала, огрев долговца чем-то по голове. Последнее, что увидел Воронин перед тем, как потерять сознание, была хищная ухмылка Лукаша.