Виктория Майклсон

/Хоуп/ Выслушав рассказ моей объявившейся сестра, я была шокирована. Все предыдущие события стали приобретать совсем другой смысл. У меня есть сестра? Но снова: как? Не верю. Я просто не понимаю, как это могло произойти. С одной стороны, я, конечно, рада, что теперь не одна в своём роде, но с другой стороны, зачем она вернулась? Не думаю, что её целью являлась только встреча со мной. Я так обрадовалась, что случайно, впервые за долгое время, поддалась чувствам и обняла её, и вдруг в комнату входит моя тётя. И как ей это всё объяснить?

***

/Эстрид/ — Приятно познакомиться, тётя Фрея. От моих слов она застыла на месте, шокировано смотря на меня, как на приведение. — Фрея, — в гостиную зашла девушка со смуглой кожей и тёмными волосами. — Я хотела сказать, что… И она тоже застыла, смотря на меня с раскрытым ртом. В целом, я должна была сейчас действовать более тактично, но, опять же, это же я, и я не привыкла быть аккуратной. — Я, конечно, понимаю, что произвожу неизгладимое впечатление, но, думаю, было бы неплохо, если бы вы сказали хоть что-то, вместо того, чтобы глупо пялиться на меня. Первой отошла от шока старшая Майклсон и сразу завалила меня вопросами. — Кто ты? Почему ты назвала меня тётей, и, что самое интересное, как ты прошла через барьер? На её лице эмоции сменялись одна за другой. Первым был страх за семью, ведь, чтобы обойти такие чары, нужна сильная магия, или быть Майклсон, но тут она входит в тупик, так как не знает, кто я, и эту эмоцию сменяет настороженность, но принятие неизбежного объяснения от меня, хотя она до сих пор не поняла: против них я, или нет. — Я — Эстрид Майклсон, и дочь Клауса. А ты — моя тётя, приятно познакомиться, — сказала я, улыбнувшись. Хотя скорее на лице появилась ухмылка. — Это неправда, ты лжёшь, — ответила Фрея со злостью. Она попыталась с помощью заклинания вызвать у меня головную боль, но я с лёгкостью блокировала его. Разозлившись, я парализовала её, чтобы попытки навредить мне закончились. Конечно, в другой ситуации и с другим человеком я бы так не церемонилась, а просто бы запугала и подвергла его мучениям, но сейчас это моя, пускай и несостоявшаяся, родственница. — Я не хочу тебе вредить, не желаю причинять тебе неудобства, но, дорогуша, не испытывай моё терпение. Иначе я буду договариваться только с Хоуп, пока здесь будет лежать твой бездыханный труп, — хмыкнула я, смотря в напуганные глаза блондинки. Вторая девушка, что зашла вместе с ней, подбежала к ней, коснувшись её руки. — Что ты сделала с ней?! — зарычала она, а её глаза стали золотистыми. Честно, я изначально пыталась вести себя дружелюбно, что мне почти не свойственно, но, извините, когда на меня нападают, я не стану молчать. Фрея первая использовала магию, и весьма не для мирных целей, так что больше притворяться невинной овечкой я не буду. Не хотели по хорошему? Да пожалуйста, получайте второго Клауса. — Ничего такого, просто парализовала её, — легко ответила я. — Эстрид, прекрати! — вмешалась сестра, подходя ко мне. — Верни тёте способность двигаться, и мы поговорим. Обречённо вдохнув, я сняла заклятье, так как не хотела ссориться с Хоуп. — Не испытывай моё терпение, — по слогам проговорила я для тёти, которая уже хотела мне что-то сказать, возвращаясь к дивану. Усевшись, я заметила шкафчик с алкоголем. Быстро подойдя к нему, я взяла бурбон и стакан, чтобы чувствовать себя более комфортно, после чего вернулась на место. — Итак, начнём по новой? Или всё-таки вы меня услышали? — начала я, попробовав напиток. На мою выходку, что странно, никто ничего не сказал. А я уже успела подумать, что придётся слушать о приличиях, когда находишься у кого-то. — Ты сказала, что являешься дочерью Клауса, но это невозможно. Мой брат имеет только одну дочь, и это Хоуп, — сказала Фрея, сев напротив в обнимку с этой волчицей, которая насторожено на меня взирала. — Не совсем так. Ведь если бы Хоуп была одна, то почему Далия тогда к вам не приходила за первенцем? — спокойно задала я вопрос. — Мы смогли её защитить. Браслет скрыл её магию, и Далия не нашла её, — Фрея, кстати, вздрогнула на имени сестры Эстер. — Ты такая наивная? Ты провела с Далией целое тысячалетие, и знаешь её лучше любого, неужели ты думала, что вы смогли её обмануть? — я просто не могла поверить в подобное. — Мы использовали сильную магию, у нас всё вышло, — упрямо продолжала она. — Хорошо. Тогда, чтобы ты поверила, что я не лгу, вот тебе кулон, который был на мне с самого рождения. Я подцепила серебрянную цепочку, что висела у меня на шее, и, расстегнув её, передала Фрее. Моё украшение было на мне сколько я себя помню. Это была цепочка с буквой «М». Я никогда не снимала его, так как это было последним напоминанием о семье, которую я потеряла. Ещё будучи ребёнком, я часто спрашивала Далию и пыталась узнать что-то о родителях, но она постоянно кричала на меня и велела уйти с её глаз. Однако я не теряла надежды. Как-то раз у меня почти вышло узнать у неё, как их зовут, но та внезапно сорвалась и пригрозила, что если я не закрою эту тему, то она отберёт у меня кулон. С того дня я больше никогда не заговаривала об этом. — Подожди, тётя Фрея, — внезапно прервал мои мысли голос Хоуп. Она тоже сняла у себя с шеи какую-то цепочку, после чего сказала: — У меня она точно такая же, — и подала её тёте. После этого Фрея несколько минут изумлённо смотрела на два совершенно идентичных украшения. — Я не знаю, что сказать, — наконец проговорила она. — Этот кулон Клаус заказал сделать Хоуп до её рождения. И потом она его никогда не снимала. — Я тоже никогда не снимала его. Это было последним напоминанием, откуда я. И я действительно его дочь, — закончила я. — Стоп! А метка? — вдруг спросила Хоуп. — Ты имеешь ввиду родимое пятно на плече? Да, оно есть у меня. — Тогда просто покажи его, и мы будем знать, что ты из стаи Полумесяца, — предложила она. Подумав, что это вполне себе разумно, я повернулась к ним спиной и припустила кофту у правого плеча. — Ты точно член стаи Полумесяца. Хорошо, я тебе верю. Верю, что ты старшая дочь Клауса, — наконец сказала Фрея. — Отлично. — Но зачем ты здесь? — тут же последовал вопрос. — Я навела справки и узнала, что вы все разъехались по земному шару, а Хэйли, Клаус и Элайджа мертвы. Я хочу воссоединить всю нашу семью, а для этого надо наших оставшихся в живых родственничков заманить сюда, а потом воскресить мёртвых, — кажется, своим планом я ввела их в ступор. — Ты хочешь вернуть их к жизни? — с долей скепсиса спросила Фрея. — Но это невозможно. Это тёмная магия, а чтобы вернуть первородных, её потребуется очень много. По меньшей мере, целый ковен ведьм. — Неправда. Разделение магии на чёрную и белую придумали суеверные люди, что считали злом всё, что их пугало. Но магия опасна любая, даже светлая. Так что ничего такого я в этом не вижу. А насчёт ковена ведьм это ты поспешила. Перед тобой стоит полноценный трибрид, почти трибрид, ты — тысячалетняя ведьма, а ещё возьмём ведьмочку Давину Клэр — жену Кола. Вместе у нас получится всё, — спокойно ответила я. — Хорошо. Останешься здесь, а я позвоню Ребекке. Она любила Клауса больше всего, и, думаю, будет рада, если есть возможность вернуть его, — согласилась Фрея. — Отлично. Ах да, если я буду жить здесь, то тогда может ты представишь нас? — я кинула взгляд на оборотня, что была настроена ко мне всё ещё враждебно. — Это Килин. Она моя жена, — я приподняла бровь на такое заявление. Какие у нас свободные нравы, оказывается. Надеюсь, Хоуп такая участь не постигнет, как и меня. — Не скажу, что рада познакомиться, но теперь я хотя бы знаю, как к тебе обращаться, — после этого я поднялась и пошла к выходу из гостиной. — Хоуп, поможешь мне с вещами? Знаю, что это лишь предлог, но мне хочется узнать её. — Конечно. После этого мы забрали мои вещи из машины и отнесли в свободную комнату. Всё это время мы молчали, так как каждая из нас чувствовала неловкость и не знала, как начать разговор. Наконец, я нашла в себе силы спросить: — Какой он? Каким был наш отец? Честно, я давно мечтала услышать о нём что-то хорошее. Не то, что рассказали мне вампиры-кочевники, а правду. Никто не знал Клауса Майклсона лучше его семьи, лишь с ними он был настоящим. Для всего мира безжалостный гибрид мог быть прекрасным братом Ребекке, Элайдже и Колу. Да, он их закалывал и клал в гробы каждые пару веков, но он любил их. Я хочу узнать об этом. Узнать о нём. Хоуп на этот вопрос села у меня на кровати, после чего посмотрела на меня. — Он чудесный. Храбрый, сильный, нежный, заботливый, всегда защищающий и помогающий. Он не оставил меня, когда я потеряла маму. Даже зная, что Пустая может разрушить всё на свете, он пришёл на похороны, когда я больше всего в нём нуждалась. — Расскажи мне всё, — попросила я её. — Тогда и ты мне.

***

На следущее утро я проснулась только в полдень, так как я проговорила с Хоуп полночи, пока сначала слушала историю её семьи, а она потом мою. Мы рассказали друг другу всё, что могли. Я узнала и про сыворотку, про Люсьена и Марселя, про пятилетнее заточение отца у последнего (за что я захотела убить его самыми болезненными способами), и про Пустую. Также Хоуп рассказала, что у нашей матери был муж Джексон, но он погиб. После её истории я поведала ей свою. Пришлось вспомнить то одиночество, что приследовало меня с самого раннего детства, и желание оказаться у родителей. Я поделилась с ней всеми моментами, что пережила у Далии, а также сказала, что моё настоящее имя — Виктория Ребекка Майклсон. После этого она пошла к себе, а я, приняв короткий душ, легла спать. Сейчас я одета в чёрный джинсы, серую майку, чёрную кожанку и туфли на каблуке. Оглядев себя в зеркало ещё раз, я вышла из комнаты и спустилась вниз, идя на шум. Как оказалось, я попала на кухню, где была Килин и Хоуп. Сестра была одета в синие джинсы, красную кофту без плеч и чёрные балетки. Скромно, но со вкусом, отметила я. На волчицу внимание вообще не хотелось обращать. — Вы что-то готовите? — спросила я замолчавших. — Да, я предложила Килин помощь, — ответила мне Хоуп. — Ясно. А где Фрея? — Она ищет способ вернуть всем память, — сказала Килин. — Со вчерашнего вечера заперлась у себя в убежище и до сих пор не вышла оттуда. — Это никуда не годится. Да и искать придётся долго. Заклятие явно старое, и чтобы найти его, потребуется немало времени. Лучше её сейчас выманить, а после я найду способ. Где она сейчас, ты говоришь? — уточнила я. — Второй этаж. Как поднимешься, справа третья дверь. После этого я вытащила Фрею из кабинета, где она устроилась. Она, кстати, уснула прямо на диванчике, где я нашла её, уткнувшись носом в гремуар. Позже я узнала, что она уже успела позвонить Ребекке и Марселю, и через несколько дней они будут здесь, как и Кол с Давиной. Скоро я встречусь с семьёй.