небо темнеет над крышей, а на крыше расцветают чувства

кокичи пнул небольшой камешек, тот долетел до края крыши, стукнулся о бортик и не упал. — вот ведь эта киригири! он начал наматывать круги, шагая широко, раздражённо топая. здесь их искать бы не стали, можно было не бояться. шуичи опустился, сев на уже остывшую после солнца крышу, и вытянул ноги, потягиваясь. это ограбление поистине провально. они, вдохновлённые затишьем, ослабили бдительность и чуть было не попались. кёко киригири, самая молодая детективница в японии, действительно настолько умна, как рассказывают. чутьё шуичи помогло им ускользнуть. кокичи злился, в основном на себя. — хорошо, что мы только вдвоём были. кокичи вскинул руки на слова шуичи. — восхитительно! он давно снял маску, и шуичи видел его нахмуренные брови, волнуется. — присядь уже, отдохни, — предложил он. — завтра мышцы болеть будут. кокичи плюхнулся рядом с шуичи. пожалел через секунду — крыша всё таки не привычное кресло. он всхлипнул и привалился к шуичи. — этот день против меня! — он пустил крокодильи слёзы. шуичи приобнял его за спину, покачивая. — он почти закончился. в следующий раз подготовимся лучше. — но я хотел сделать это сегодня! сегодня! кокичи начал дёргать рукав шуичи, а тот никак не мог взять в толк, чего он от него хочет. — завтра тоже будет "сегодня", — неловко начал шуичи. кокичи надулся. — я поменяю твоё кодовое имя с детектива на философа, — пробубнил он после недолгого молчания. это была пустая угроза, но шуичи решил подыграть. — я начну называть тебя абсолютным клоуном. — шуичи! его плечи затряслись в беззвучном смехе, пока кокичи пытался защекотать его через ткань костюма. время текло почти незаметно, только огромное небо над ними меняло цвет на всё более тёмный. кокичи уже клевал носом, когда эта мысль пришла шуичи в голову. — кокичи, — позвал он, тот заморгал, поднимая голову, — если тебе так хочется сегодня что-то украсть, у меня есть идея. в глазах кокичи появился интерес. — м-можешь украсть мой первый поцелуй... между ними давно было это что-то. все замечали. они сами тоже. оно проявлялось в случайных касаниях, после которых они не смущались; в ненавязчивой заботе, когда кокичи одалживал шуичи заколки для его длинной чёлки; когда шуичи приходил к засидевшемуся над планом кокичи; в том, как они всегда и везде оказывались рядом. сделать первый шаг, вот, что было страшно. и теперь, они сидели, снова подле друг друга, в опустившейся ночной темноте. кокичи не думал, что этот шаг сделает именно шуичи. но он смотрел на его напряжённо сомкнутые в ожидании губы, и понимал, что тот сделал лишь половину шага, а продолжить его должен кокичи. и чтобы не успеть испугаться, он поцеловал шуичи, положив руку на его щёку. шуичи чуть отпрянул от внезапности, но потом потянулся вперёд, обхватывая лицо кокичи ладонями. его холодные мизинцы обожгли шею, и кокичи вздохнул в его губы. тёплые и нежные, такие приятные, что кокичи стало стыдно за свои вечно покусанные. но, кажется, шуичи не возражал. кокичи переместил руку на его грудь, чтобы слышать сердцебиение, а другой попытался переплести пальцы с шуичи, но тот совсем забылся, зарывшись в его волосы. кокичи открыл глаза, что было плохим решением, потому что у него вдруг закружилась голова от всех этих ощущений. порыв холодного ветра заставил его остановиться, и он отстранился со вздохом. — мне так жарко стало, шуичи, — с намёком шепнул кокичи около его губ, — давай вернёмся на базу. — ты дрожишь от холода, — заметил шуичи, его рука все ещё была на его затылке. — а ты разве не знал, от волнения некоторые люди трясутся?! не заметный в такой темноте румянец появился на щеках шуичи. — нет, я только не знал, что ты входишь в их число. кокичи был готов начать разглагольствовать о том, как шуичи плохо его знает, но писк передатчика прервал его. он выставил палец, показывая, что вернётся к этому (шуичи тихо усмехнулся), и ответил на звонок. — да, да!! можешь готовить залог, гения, твой план провалился! — кокичи взмахнул свободной рукой и зашептал, повернувшись к шуичи. — это миу, решила, что мы попались, вот умора. что? ничего я не говорил. конечно нет, успокойся! мы возвращаемся. видимо, миу сделала какой-то язвительный комментарий, потому что щёки кокичи покраснели, он поперхнулся. — мх, да, именно, отвлекаешь! и сбросил. шуичи заглянул ему в глаза. — так возвращаемся? кокичи, со всё ещё не сошедшим румянцем, вскинул голову и улыбнулся до ушей. — ага! но никто из них не сделал ни движения, пересёкшись взглядами, они думали о только что произошедшем. шуичи понял, что не мог своего взгляда отвести от кокичи. — ну что ты так смотришь? — кокичи наклонил голову. — хочешь ещё поцелуй? — кажется, да. а кокичи, кажется, влюблялся в эту улыбку всё сильнее. он закусил губу, не решаясь на новый поцелуй. мысль, как вспышка, заставила его улыбнуться и потянуться к шуичи, взять, наконец, его руку в свою. и едва не хихикая, попробовать прикусить губу шуичи, а не свою.