***
Всё проходило весьма хорошо, прошло уже четыре круга во время которых почти все успели побывать в этой чудесной комнате. Антона с Лешей просто курили и болтали, а с Ирой парень успел даже перекинуться о том, какие Сережа с Арсением гондоны. Девушка аж дважды поцеловалась с Ильей, но только в щечку (как минимум по её словам. Ну а как, у неё же парень, точнее, цитата: «гандон ебаный»). — Ну чё Ир, крути! — пытается перекричать колонку Илья. Все, замерев, смотрят, как бутылка начинает замедляться. Вздох. Лицо Леши приобретает весьма приторную улыбку, такая же возникает и на лице Макарова. Еще пара мгновений и девушка удаляется вместе с Щербаковым, не обмениваясь даже парой слов — «сладкая парочка блять» — мимолетно пролетает у Антона в голове, вместе с глотком пива, которого уже между прочем пошла третья бутылка. От нечего делать Антон с Ильей начали болтать, но ввиду орущей на всю колонки, решили, что говорить на балконе куда приятней. Серое октябрьское небо, казалось невозмутимо сухим и пустым — безэмоциональным. Сквозняк из открытой форточки задувал под рубашку вызывая мурашки по всему телу. Угнетало. — Так, когда ты успел переехать? — Антон вытащил из кармана сигареты, но не автомате, он четко знал, что делает. Ну может и не четко, но действовать сейчас Арсу на зло, было просто жизненно необходимо, а почти полностью выкурить пачку за два часа, как раз в это «на зло», идеально вписывалось. Илья отводит взгляд куда-то вправо и поправляет челку — Да… Недавно… А ты вот, как давно стал геем? Антон закашлялся, от неожиданности. — Что прости? — Да не парься так, я видел, как ты с этим, Арс… Арсением Сергеевичем еще на втором курсе в ресторане сидел, сосался с ним, счет еще он оплачивал. А сегодня, когда ты с ним на паре так контачил, я точно убедился… Антон начал готовиться к шуткам и пизделавке, все-таки они с Лешей обыкновенные пацанчики с района — Какой нахуй засосались?! Ты совсем еблан?! Не знаю, что ты там в своих гейских, влажных фантазиях напридумывал, но мы с Асрсом просто друзья! — как говориться, лучшая защита — это нападение. — Ага, ага. Очень популярный, тридцатилетний актер, давным-давно совершивший камин-аут, просто дружит с двадцати двух летним мальчиком. — Макаров кажется немного злиться. — А… А что не так, то? — нервно удивляется парень, нападение которого явно с треском провалилось. — Да не пизди ты Антон, ну я же вижу, в конце концов сам тако… — Илья не договаривает, тянется к мальчику и грубо целует. Антон резко отстраняется, буквально впиваясь лопатками в стену узкого помещения. — Г-где Ира, что-то и-их давно нет… — Антон сдавленно сглатывает, пересохшее горло отдается небольшой, но весьма резкой болью. — П-прошло же я-явно больше трех минут… — парень говорит сбивчиво и быстро, его начинает пробивать мелкая дрожь, уже явно не от холода. — Не переживай, — Илья же наоборот говорит медленно и четко, будто заранее предугадав вопрос, дает четкий и весьма продуманный ответ. — им там хорошо, твоя подруга же хотела отвлечься, сама говорила мне, когда мы были одни, вот они и отвлекаются… Сознание Антона быстро анализировало всё это, вырывая фразы. «Им там хорошо», «Отвлекаются», «Твоя подруга»… Рациональная часть мозга, к черту, всё его тело бунтовало. Холод и тревога кажется пробирали мальчика до костей, а легкой дрожью покрывались не только руки, но и колени, да и какой там легкой, Антона откровенно трясло. — Ты, как я понял, тоже пришел сюда развеется от своей пассии. Ты о проблемах с Арсением говорил, когда разглядывал пачку сигарет с очень милой картинкой? Так давай поможем тебе забыть о твоих проблемках, м? — Илья настойчивей прижимает Антона к стене, снова вдаваясь в поцелуй. Парню хотелось харкнуть однокурснику прямо в лицо, но он не мог отпрянуть ни на сантиметр, будучи до ужасной боли прижатым к стене — Не переживай Антош, ты мне уже давно, очень сильно нравишься, у нас все будет по любви, мой мальчик… Антону стало отвратительно тошно, ему хотелось рыдать и кричать от боли и несправедливости, от обиды на Иру, за то, что она не слушала его весь этот вечер, на Арсения за… Да за всё блять.***
— Арс, нет! Пожалуйста! Я не хочу! Отпусти! — Антон бился в истерике на полу в ванной, рука пульсировала, от того, насколько сильно её сжимали. — Арсюш, я правда больше не буду, честно! — мальчик беспомощно кричал, уже даже не предпринимая попыток вырваться из сильных рук мужчины. — Нужно. — лаконично отвечал Арсений, строгим тоном — Я тебе обещал. — Мужчина поднимает измотанное тело с пола и небрежно раздевает — Я говорил предупреждать меня, когда и с кем ты пьешь? — Мальчик послушно кивает. Старший отвешивает парню подзатыльник — Словами говори! — мужчина начинает звереть, оттого практически отрывает пуговицы с дорогой, подаренной им же рубашки. — Говорил… — мальчик говорит еле сдерживаясь, он уже знает, если кричать, будет хуже. — Говорил значит… — напряженно отвечает мужчина — Так какого хуя Антон?! Так почему ты не выполняешь?! — Арс… Ну так получилось… Просто спонтанная идея… Мы же всего одну бутылку вина… — парень опускает взгляд, осознавая вину. — Заткнись. Я не требую ответа. Там была явно не одна бутылка! Не смей мне врать, не дорос еще! — мужчина снимает с Антона джинсы вместе с трусами — Залезай. — мужчина указывает на уже наполнившуюся ванну с ледяной водой. — Нет, Арс, пожалуйста! Прости, я правда не буду больш… — ему не дают договорить. — Залезай, кому сказано! Быстро! — Арсений бьет мальчика по лицу — Запомнишь лучше! Сиди трезвей блять. Антон лишь касается ногой воды, а его уже пробирает дрожь. Превозмогая обиду и ужасный холод, он очень медленно опускается полностью. — Ну вот видишь, не так страшно — мужчина начинает довольно улыбаться — Умничка. Лежи тут, я пойду нам пока ужин закажу. — Арсений легко треплет светлую макушку — Мой мальчик…***
Илья начинает приподать к шее, оставляя засосы вперемешку с укусами, по одной, мучительно медленно расстегивать пуговицы на рубашке, а Антон даже сделать ничего не может, его будто парализовало. В носу начинает щипать, а глаза становятся влажными. Мальчик не может ни вмазать, как следует, ни закричать, что даже если получилось бы, оказалось довольно бесполезным, колонка все еще работает на всю громкость. Парень закрывает глаза, пытаясь абстрагироваться, наконец ему это удается, он перестает видеть и слышать что-либо, все вокруг начинает казаться мерзкой и склизкой пустотой, его накрывает новая волна тревоги, но если снова открыть глаза, будет только хуже. Секунды, текут, как часы и Антон даже представить не может сколько времени прошло, когда перестает ощущать на себе холодные, грубые, чужие руки, он не осознает, что происходит, пока не понимает, что музыка перестала играть, свет включен и парень всё отчетливей слышит голос Щербакова. — Илья, погнали блять, там пиздец какой-то… — голос у Леши явно встревоженный. Антон всё-таки решается открыть глаза, зрение потихоньку начинает фокусироваться и он видит, как явно недовольный Макаров плетется за очень испуганным Щербаковым в комнату где… Где должна быть Ира… Антон моментально возвращается в реальность, по ходу ненавидя себя, за то, что забыл про девушку. Адреналин ебашит в голову, у него нет времени на то, чтобы разбираться в правых и виноватых. Забежав в комнату первым делом он видит однокурсников столпившихся над Ирой, которая валяясь на полу, билась в припадке. В детстве у Антона был друг с эпилепсией и его припадки навсегда врезались в память ребенка, так что, парень точно знал, как они выглядят и сразу понял, что Ира притворяется — «Умничка» — пронеслось у Антона в голове. — Разойдитесь придурки! У неё эпилепсия! — парни сразу же разбежались в разные стороны — Ир, ира! — Антон театрально приподнял ей голову, как делали врачи в разных фильмах — Мрази блять, ей в больницу срочно надо! — Ира болезненно то ли простонала, то ли просипела. — «Актеры погорелого театра» — подумал мальчик, но плевать, главное работало же. Те самые «придурки» тире «мрази», видимо косплеили бумагу, ибо по цвету было ну очень похоже — Если она у вас здесь откинется, вам пиздец! Слышите бляди! — Ира начала стонать громче — Выпустили нас быстро или кто-то из вас умеет первую помощь эпилептикам оказывать?! — Леша рванулся к выходу и начал трясущемся руками отпирать дверь. Антон подхватил Иру и двинулся из этой злосчастной квартиры.