Я пытался сказать нет

Ты, т-телефон успел забрать? — девушка говорит очень тихо. Антон еле качает головой отрицая. Не у одного нет сил, ни на мат, ни на крик, ни на какие-либо эмоции, что отлично сочеталось с безликой октябрьской ночью. — Понятно, мой сел… — Ира, выдыхая, опускает голову и аккуратно кладет руку на колено парню. Антона прошибает холодный пот, он резко одергивает ногу, сбрасывая с себя девушку — Прости… — Ира аккуратно отодвигается от мальчика. Они сидели на остановке, в паре километров от дома с ужасными воспоминаниями, на них не было ни курток, ни хоть чего-нибудь теплого, Антону не было дела до все так же расстегнутой рубашки. Что делать дальше не знал никто. Автобусы сейчас не ходят, телефон один на двоих и то, без зарядки толку от него не больше, чем от кирпича. Ближайшее метро неизвестно где, да и куда им ехать, тоже совсем непонятно. — А Арс далеко живет от сюда?.. — девушка безнадежно вздыхает и наконец осмеливается поднять взгляд на Антона. — Я… Я не поеду… — два флешбека за один и без того крайне насыщенный день — слишком. Слишком даже для самого сильного человека, а для Антона, которого и без всего этого жизнь изрядно помотала, это было просто убийственно. Сейчас он хотел только одного — исчезнуть, пропасть ото всюду, из всех соцсетей, всех радаров, всех мест на этой чертовой планете. — Я могу даже не спрашивать почему, верно?.. — Да-нет, спрашивай на здоровье… — на лице Антона появилась слабая саркастичная улыбка. — Ну и почему? — Ира так же постаралась улыбнуться в ответ, чтобы хоть чуть-чуть разрядить обстановку. — Согласно пророчеству; Так исторически сложилось; Таков мой замысел; Во славу сатане; Потому что это бесплатно; Потому что каждый год около двухсот человек умирают от нападения диких муравьев — мальчик наконец смог поднять голову и посмотреть Ире в глаза. — Долбаеба кусок — девушка легко рассмеялась — Ладно… — подруга тяжело вздохнула и задумалась — Нам надо как-нибудь найти метро, а там уже решим, что делать. Как минимум там тепло и люди, а значит можно будет позвонить. Не знаешь сколько время? — Два еврея. — Антону все еще плохо. Антона всё еще колотит, то ли от холода, то ли от адреналина продолжающего долбить в голову. Но парень прекрасно понимает — вся тяжесть произошедшего дойдет до него позже, а если начать убиваться уже сейчас, потом будет в разы хуже — плавали знаем. — Нет Ир, откуда? — Антон… Я все понимаю… Я вела себя так же, когда… — парень смотрит на Иру удивленно, пока та опустив взгляд, усердно что-то вспоминает — Антон, это… это не первый раз когда меня пытаются изнасиловать… — девушка говорит медленно, ей сложно и кажется больно — Тогда… Тогда я реагировала так же, как и ты. Я так же отшучивалась, так же боялась прикосновений, моё настроение так же перепадало, но нельзя… Понимаешь нельзя… — Ира глубоко вздыхает набираясь сил — Нельзя отвлекать себя, запирать воспоминания в себе. Мне Катя тогда помогла, помнишь, которая тебе советы по поводу флешбеков давала. — Антон покорно кивнул — Так вот, она проводила со мной довольно длинную терапию. Я навсегда запомнила фразу: «Жизнь — это просто череда комнат. В них мы встречаем людей, разных людей, которые и формируют нашу судьбу.». — парень потупил глаза куда-то вниз, пытаясь осознать — Ну, то есть будь-то хороший или плохой опыт — это все равно опыт. Если уж чему-то и суждено произойти, то оно произойдет всё равно и стоит ли тогда сокрушаться? Понимаешь? — девушка достает из кармана пачку сигарет — Любые самые плохие действия, приводят к хорошим последствиям, потому что человек состоит из пережитых событий, а если они будут исключительно хорошими, то человек будет неполноценен… Антон повторяя за девушкой, достаёт сигарету. В голове волнами накрывают мысли обо всём и сразу же отступают. В данный момент — штиль, тихая, свежая, холодная пустота. Холодная. Сука. Сознание начало оттаивать. На улице не больше пяти градусов, ветер слабый, но на коже ощущается весьма отчётливо. — Сука, похуй на телефон, любимая куртка… — парень медленно осмотрел себя: ключицы в непонятных кровоподтёках, рубашка расстегнута, на груди и рёбрах виднеются свежие царапины, спина скорее всего в синяках. — Пиздец… — резюмировал Антон, держа сигарету в зубах, параллельно застёгиваясь — Так ладно, погнали.

***

— Молодой человек, извините, можно позвонить? — время оказалось всего пол двенадцатого — повезло, в час уже всё закрывается. — Да ребят, конечно. — парень разблокировал телефон и протянул его Ире, сам начав разговаривать с Антоном — У вас что-то случилось? Выглядит вроде прилично, я не думаю, что это новый тренд такой, в ноябре почти, без курток ходить. — парень аккуратно улыбнулся. — Да… — Антон замялся — «а что говорить… ну — хуй» — сам пошутил, сам посмеялся, ничего необычного — От друзей поспешно уходили, вот вещи забыли… — мысленный фейспалм. — Ага… — парень усмехнулся — Боюсь спросить, что же вы так, спешили… — Мы… — Антон и дальше хотел пиздеть, о чем то невнятном, ибо вываливать всю тяжесть сегодняшнего дня на первого же незнакомца, как минимум странно, но тут его прервала Ира. — Короче, Серёжа нас ждёт, походу вместе с твоим ëбырем. Они там, нас потеряли, ездили, искали по всей. блять. Москве. Два идиота. Нет, вероятно, это бы конечно помогло, если бы они нас нашли, но пока они просто два идиота. — Антон поражался подруге, она всё так живо и энергично рассказывала, будто их только что не пытались изнасиловать, будто им не пришлось угрожать смертью, чтобы спастись, будто бы Ира, как и Антон не в синяках и царапинах вперемешку с засосами, будто… будто жизнь действительно продолжается… — Ах да, я Ира, это Антон — девушка кивает в сторону парня и отдаёт телефон его владельцу. — Ещё раз большое спасибо, вы нас очень выручили! — Давайте на «ты» — незнакомец пожимает руку сначала девушке, потом и Антону — Я Эд кстати. Рад был помочь — парень лучезарно заулыбался — Мне короче идти надо. Вы когда доберётесь, позвоните, пожалуйста, а то я вижу вас и так изрядно потрепало, во-о-от, так что хочу знать, что вы все-таки добрались, может заодно и расскажите, что случилось — напоследок Эд обнял Иру, пожал руку Антону и скрылся в переходе на другую станцию.

***

Тревога подкрадывается незаметно, бесшумно, хоть и с явными на то причинами, но без явных признаков. Вагон метро практически пуст. Какой-то человек облокотившись головой на поручень преспокойно дремлет, он явно не попадёт куда планировал, если у него конечно была хоть какая-то цель. Кто-то в полудреме пытается читать книгу, но ему плохо удаётся. Антон с Ирой сидят через сиденье друг от друга, каждый из них погружён в свои мысли. Слезы постепенно начинают подступать к глазам, в горле образуется ком. Антону не комфортно. Антону плохо. Антон будто съёживается, сильнее прижимая колени друг к другу и сжимая руки в замок. — «Не сейчас. Не хочу. Нет. Нет. Нет!» — проносится у Антона в голове, вместе с быстро меняющимися картинками пережитого вечера. Антон запрокидывает голову назад, пытаясь остановить приближающиеся паническую атаку. Антон снимает кольцо и начинает крутить его между пальцев. Шок прошел. Антон снова всё чувствует. Антон снова всё переживает. Паника.Страх.Истерика.Тревога.Беспомощность.Опасность.Озноб.Жар. Эмоции быстро сменяются в голове Антона, приводя парня в ужас. Закончить или хотя бы замедлить припадок не удается ни запрокинутой головой, ни перебором украшений, ни чтением каких-то вывесок с рекламой. Воздух. Свежий воздух. Нужно срочно выйти на свежий воздух. Глубокий вдох. Парень набирается смелости. Отрывает взгляд от потолка вагона. Спокойный выдох. — Ир… — М? — девушка тупит куда-то в пол, рассматривая полоски. Глубокий вдох. Антон пытается сделать тон максимально спокойным. — Скоро наша? — Станция? Через две, а чт… — девушка обрывается на полу слове, наконец подняв взгляд на друга — Антонебтвоюмать. — выносит вердикт Ира, пробежавшись оценивающим взглядом по парню. — Хочешь сейчас выйдем, одну станцию пройдемся? Там нас по идее уже парни должны ждать… При упоминании о парнях, а точнее об одном из них, на Антона накатывает новая волна. — Я… — парень сглатывает подступивший к горлу ком — Я, не хочу видеть… Арс… Арсения не хочу видеть! — Антон, по непонятным даже для себя причинам срывается на крик. Уставившись на свой новый «будильник», спавший до этого мужчина, сонно протирает глаза. — Антон, тебя никто не спрашивал!.. — так же кричит девушка, сразу же прикусывая язык. Парень смеется сквозь слезы. — Сама то поняла, что сказала? Девушка стыдливо опустила взгляд, едва заметно качнув головой — Я… Я имела в виду, что у нас с тобой сейчас не особо есть варианты… Они на машине Арсения и говорить ему мол: «Машина конечно твоя, но не мог бы ты съебаться, оставив её нам, потому что, до дома всё равно, как-то добираться нужно» Антон кажется смог выдавить из себя легкий смешок. Паническая атака потихоньку стала переходить в стыд. — «Расскажи Антон, какого хуя?! Посмотри на Иру, она только что пережила то же, что и ты, и посмотри.на.неё. Сидит тут блять, тебя успокаивает… Хотя она девушка, а ты мужик… Пусть и условно… А ты блять, сидишь, рыдаешь. Нет бы самому найти у кого взять телефон, позвонить, всё устроить, так нет, всё она делала, а ты просто стоял и делал что?.. Пытался не заплакать?! Гений нахуй… Теперь тебе тут на блюдечке с голубой каёмочкой преподносят план, кушай — не хочу, вот тебе, что и как делать, куда идти, а ты тварь дрожащая и слушать даже не хочешь, сопротивляешься блять. Почему? Да ты сам не знаешь почему… Гений мысли! Лучший просто! Великолепно Антон! Браво! Что прости?.. Арса ты видеть не хочешь?.. А-а-а, понятно теперь… Ты же любишь его так! Так защищал! Еще на Иру с Сережей обижался! Почему это они его к тебе не подпускают?! Да как они так могут?! Извиняться друзей своих, лучших между прочим заставил! Они же правда виноватыми себя чувствовали! Сережа из-за тебя руку сломал! А теперь что?.. Теперь мы ехать к любимому твоему Арсюше не хотим?! Вспомнили, каким гандоном тот был?! Да неужели?!» — по лицу Антона снова потекли предательские слезы — Эй… Эй Антош, всё в порядке… — послышался всхлип — Ну, может не в порядке но… Но станет лучше. Обязательно станет. Важно не опускать руки… Антон закрыл глаза, ему хотелось отстраниться, заткнуть уши. Девушка пыталась помочь, и ей бы правда это удалось, но было одно «но», весьма весомое «но»… При любой поддержке, внутренний критик распалялся еще сильней — «Вот она сейчас распинается, успокаивает тебя. А виноват то ты. Ты. Ты. И только ты. Ты притащил вас на эту квартиру. Ты при всем твоем великом предчувствии, не взял подругу под руку и не вывел нахуй оттуда. Ты не придумал как свалить. Ты просто покорно стоял и ждал, когда всё кончится. Может тебе нравилось то, что происходило?.. А?! Может тебя блять просто нравиться быть жертвой?! Может нравится, когда тебя контролируют?! Нравится, когда доминируют?! Нравится, когда лишают выбора?! М? Зато думать самому не приходиться… Прямо, как ты любишь! Верно?!». — Анто-о-он… — Ира пощелкала пальцами перед лицом друга — Вставай, нам выходить…

***

Парни стояли прямо у выхода метро и курили. Курили. Арсений курил. — И где вы мать его пропадали… Я понимаю, обиды, все дела, но… — Сережа остановился на половине фразы, буквально застыв в одном положении. — Пиздец… — картина маслом: Ира, театрально достает сигарету, поджигает её и делает длинную затяжку. Её вид по всем пунктам противоположен обычному — потекшая тушь; размазанная помада; синяки под глазами; почти синие, дрожащие губы; вместо привычной идеальной укладки, растрепанные волосы; из-под свитера виднеется такой же фиолетовый засос; помимо свитера и порванных джинс на ней ничего и нет. Рядом стоит Антон, трясущейся от холода, в полу расстегнутой рубашке, потому что застегивать её не на что, большинство пуговиц отсутствует; все ключицы и шея то ли в укусах, то ли в засосах; по лицу стекают слезы; глаза опухшие и красные. Напротив стоят Сережа и Арсений, их лица изображают немой ужас, они находятся в одной и той же позе, держа сигареты около рта. — Эй Антош, ты как? Что у вас вообще произошло? — Арс кладет руку на плечо мальчика, но тот вздрагивает и резко скидывает её. Мужчина тихо, почти про себя ругается матом. — Садитесь. — он кивает в сторону БМВ припаркованной рядом. Антон медленно подходит к авто, на секунду останавливается, задумавшись и аккуратно садится на заднее сидение.

***

— Так, мы сейчас тогда вас отвозим и едем с Антоном домой. Ир, тебе к Сереже или куда? — Арсений старается говорить спокойно и немного улыбаться, чтобы хоть чуть-чуть разбавить обстановку, хотя это ему очень тяжело даётся. Мужчина в ужасе даже от одной мысли о том, что могло произойти с его мальчиком. — Арс… — мягко тянет Антон, его слегка трясет, он смотрит в пол и заламывает руки — Я… Я останусь у Сережи… — парню невыносимо думать о том, что он останется с мужчиной один на один. Арсений сжимает руль так, что его пальцы белеют, он плавно выдыхает — Хорошо…