Он - моё проклятье

— Давно это было, больше 100 лет прошло. Молодой писатель решил свести счёты с жизнью. Только смерть могла унять его измученную жизнью душу. Местом смерти послужил старый мост и бурная река под ним. Однажды пришёл тот самый день и он спрыгнул. Однако облегчения он так и не нашел. Он был проклят небесами, за то что не любил свою жизнь, и теперь он вынужден сидеть под этим самым мостом пока не придет человек, который будет готов принять его грех на себя. — голос рассказчика, который звучал томно и важно, в конце затих, как будто кто-то аккуратно убавил громкость. Повисла тишина, даже за окном все звуки словно исчезли. — Акутагава, мы слышали эту историю уже много раз. Тебе самому-то не надоело? С каждым разом эта история звучит всё драматичнее и драматичнее— отозвался светловолосый юноша с другого конца стола. — Тебе не понять всей важности этой истории, — брюнет-рассказчик всем своим видом показал, что он и только он может понять суть этой истории. Глупому Ацуши бессмысленно читать что-то кроме сказок. — Ребят, не надо конфликтовать из-за таких мелочей. Мы не за этим здесь собрались, — появился третий голос, его хозяин сидел за столом сбоку от парней. — Извините, Накахара-сан, но его фанатизм меня пугает. Он же свято верит, что эта история связана с Дазаем Осаму. Ему так сильно хочется спасти его душу. У нас даже нет никаких доказательств что это правда… — виновато сказал Ацуши — Да какие тебе нужны доказательства! — Акутагава встал со стула, так резко, что тот упал, задев книжный шкаф, который мирно стоял за спиной юноши среди таких же шкафов. От удара руками по столу, одинокая свеча потеряла равновесие, но Чуя успел спасти бедняжку от падения, — Посмотри на улицу, там как раз полная луна вышла, самое время идти под мост. Там ты сам во всем убедишься. — А? Ты что серьезно туда собрался? Я думал ты шутишь. Но ведь это всего лишь городская легенда, врятли мы кого-то там найдем… — Ацуши поймал на себе грозный взгляд Акутагавы, — Ээ, я имею ввиду, вдруг мы что-то не так сделаем или дух Дазая не захочет к нам приходить. — Это все вздор, я не могу ошибиться, пошли скорее под мост и там ты во всем убедишься, — брюнет пошел к выходу. — Что? Накахара-сан, остановите его, — взмолился Ацуши, смотря на третьего собеседника — А ты что, призраков боишься? — Чуя посмотрел на дверь и убедился, что Акутагава уже ушел и точно ничего не услышит, — Его нельзя отпускать одного. Не волнуйся, духов, призраков и прочей чертовщины не существует, мы просто пойдем с ним, поучаствуем в его «обряде», он ничего не найдет, успокоится, хотя скорее расстроиться, и мы благополучно пойдем домой. — А вы уверены, что нам обязательно идти с ним, — поинтересовался блондин. — Да, а то он так и будет приставать к этим, ты же знаешь какой он фанат творчества Дазая, — Чуя встал из-за стола, — К тому же ночью под мостом не безопасно. А если с Рюноскэ что-то случится? В такой глуши ему и помочь-то будет некому, — он поднял стул Акутагавы и вернул на место. Ацуши кивнул головой в знак согласия и вместе с Чуей пошел догонять молодого авантюриста. Летние ночи так прекрасны, приятная прохлада заставляет забыть обо всем. Лунный свет разгоняет мрак, так что большой лес, окружающий мост, не вызывает чувства страха, как это бывает в обычные темные ночи. А вот жужжание комаров сводит с ума, в максимально плохом смысле. Кажется, в этом лесу их особенно много. Только старому мосту до комаров нет никакого дела, он одиноко стоит, так же как и 100 лет назад. Единственное что мешает его спокойствию, так это трое людей, стоящих прямо под ним и собирающихся проводить какой-то обряд, вместо того, чтобы сладко спать в своих кроватях. — Ещё раз, что надо сделать? — Ацуши должен быть уверен, что ничего не упустил. — Да сколько ж раз тебе объяснять. Просто пройди под мостом, с другой стороны должен появиться тонкий ручеек, ты подходишь к нему и перешагиваешь через него правой ногой, — Акутагава на пределе, повторять одно и тоже несколько раз дело не из лёгких. — Но ведь тут нет ни капли воды, откуда здесь взяться ручейку? — блондин всеми силами оттягивает поход под мост, и неудивительно, там темно и страшно. — Ты что реально такой тупой? Это же не обычный ручей, он особенный. Ты что каждый раз когда воду переступаешь на тот свет отправляешься? — судя по интонации, нервы у парня на пределе. — Куда? Куда? В смысле на тот свет? Мы что......умрём, — Ацуши в панике — Так, успокойтесь, вы своими криками весь лес на уши поднимите. Рюноскэ, что-то я тоже не понял на счёт «отправиться на тот свет», — пожалуй из этой троицы Чуя самый спокойный. — Все просто. Переступив через воду, мы окажемся на том свете, — прозвучало довольно спокойно, — Как бы объяснить, мы не умрём, просто попадём в другое пространство. Туда где обитают заблудшие мертвые души. Обычно их не видно, но в том мире мы сможем с ними даже разговаривать, — глаза Акутагавы заблестели, — Я даже смогу поговорить с Дазаем. — Вот это познания. И что ты будешь делать если суицидник не Дазай? — поинтересовался Чуя — Вернусь обратно через ту же реку. Ах да, очень важно: переступать обязательно правой ногой, если шагнете левой, то уже никогда не сможете вернуться. Ваша душа станет уязвимой и злые духи смогут утащить вас с собой— Рюноскэ преисполнен важности, но к черту разговоры, ему поскорее хочется увидеться с Дазаем. Сердце парня бьётся как бешеное, в предвкушении долгожданной встречи. Конечно же, он раньше уже ходил под этот мост в одиночку много раз, но сколько бы он туда сюда ни ходил, никакого ручейка найти так и не удалось. Но сегодня все по-другому, Акутагава уверен в своем успехе, уверенность появилась ещё утром, при заваривании любимого чая. Ацуши наоборот хочет как можно скорее вернуться домой, а после осознания что возможно придется отправиться на тот свет, это желание только усилилось. Но одна причина заставляет его остаться, это переживание за Акутагаву. Чуя находится под мостом просто так, конечно он переживает за Рюноскэ, но пришел он скорее от того, что заняться нечем. Ночью ходить под мостом и пытаться выйти на контакт с духом — отличный способ разнообразить повседневную жизнь, Чуя верит что это вдохновит его и новые стихи наберут популярность даже больше старых. Разговоры прекратились, причин оставаться на месте больше не было. Непонятно как, но вся троица поняла что пора выдвигаться. Чуя первым скрылся в темноте, Ацуши и Акутагава пошли сразу за ним. Да, сегодня полнолуние и все должно быть видно, но под мостом это правило теряет свою силу. Это не просто тень, а самая настоящая непроглядная тьма, но Чую это не остановило. Шаги по ощущениям, ничего не видно, ничего не слышно, ни малейшего представления где товарищи, оборачиваться нельзя, поворачиваться тоже. Холодно как в сугробе. И это бесконечное чувство что за тобой наблюдают, кто-то очень внимательно следит за каждым шагом и ждёт осечки, чтобы раз и навсегда утащить в свою тьму. Остаётся идти вперёд и надеяться что этот кошмар скоро закончится. Вот так Чуя проходил этот путь. Непонятно сколько времени уже прошло. Наконец то свет, это выход? Да какая уже разница, Чуе надо как можно скорее выбраться из тьмы. Шаг ускоряется, Ацуши и Акутагава наверняка ждут его возле выхода, сейчас он дойдет до них и на душе будет спокойнее. Вот, темнота осталась позади, лунный свет ударил по глазам и парню пришлось прикрыть их рукой. Странно, вокруг должны быть стаи комаров с их характерным жужжанием, но ничего, абсолютно никаких звуков. Неужели Чуя все ещё под мостом, паника продиктовала немедленно убрать руку и осмотреться. Но все в порядке, кругом все тот же лес, за спиной обратная сторона моста, значит путь пройден, можно выдохнуть с облегчением. Вот только друзей здесь нет. — Эй, есть здесь кто? Ацуши! Рюноскэ! И ничего. Наверное они просто опять спорят где-то под мостом, в таком случае надо бы их проведать, но Чуя точно не хочет идти туда снова, остаётся только присесть на большой камень и ждать их здесь. Звенящая тишина наконец то пропала, ей на смену пришел непонятный шум, явно не от комаров. Что-то похожее на всплеск или даже журчание… журчание воды. Быть не может. Чуя подскочил как ошпаренный и пошёл к источнику звука. Удивительно или нет, но это действительно ручеёк. Накахара застыл от ужаса, это же наверняка та самая вода, которую так отчаянно искал Акутагава. Парень резко обернулся к мосту, в надежде что ребята уже наругались и вышли, но, к сожалению, там никого не было. Чуя снова посмотрел на воду, но она выглядит как обычный ручей. Накахара сразу же начал прокручивать в голове все рассказы Акутагавы. — Так что он там говорил. Через ручей надо переступить ногой… ногой… Стоп, а какой ногой то? Проклятье, я не могу нормально вспомнить. Правой или левой, от этого кажись моя жизнь зависит. Уже представляю эти разговоры: поэт Накахара Чуя-сан умер от неправильного выбора ноги. М-да будет не очень. Ну к черту, подожду Акутагаву он точно помнит с какой ноги надо… — Левая! Чуя подпрыгнул от неожиданности, это слово, его точно никто не произносил, оно эхом появилось в его голове, да так громко, что голова разболелась. — Что?! Кто здесь? Парень быстро огляделся, но никого не нашел. Чуя решил все же переступить через воду левой ногой. Он не верит в призраков, этот шаг нужен лишь чтобы успокоиться и перестать придумывать себе всякий бред про призраков. Нужная нога поднялась над водой, но сомнения остановили её. А может и вправду обычный ручей, какой то подземный канал воды пробился на поверхность. Тогда Чуя выглядит как дурак, стоя перед ним на одной ноге как цапля. Накахара надо перестать думать, всего шаг и ничего не изменится, все останется, разве что тревоги уйдут. Ну все, время действовать. Парень закрыл глаза и всё-таки шагнул левой ногой через ручей. Вторая нога неведомым образом пришла к первой. — Все хорошо. Я открою глаза и ничего не изменится, я открою глаза и ничего не изменится, я открою глаза и… Эти слова, как какое-то защитное заклинание, наполнило Чую решимостью и он действительно открыл глаза. Но мир был совершено другим, да он все также под мостом, но это не то что было. Там была ночь, и не смотря на все старания луны, было темно, а тут светло как в середине дня, хотя солнца тут нет, а небо чёрное, не темное ночное, а чисто чёрное. Лес вокруг зелёный, но этот цвет какой-то неправильный, деревья такими быть не могут. Такая же ситуация и с другими вещами. Чуя в панике оборачивается назад, чтобы найти этот злополучный ручей и вернуться обратно, но воды и след простыл. Накахара, судорожно оглядываясь по сторонам, заметил юношу под мостом, похоже, что он спит. Парень быстро отправился к соне. Их разделяли около 20 метров, но Чуя, попав под законы этого мира, прошел их за пару шагов. Теперь этого соню можно разглядеть. Хотя нет, не особо получается, в этом мире для Чуи все кажется слишком странным, его глаза не могут нормально воспринимать картинку. У юноши волосы не понятного цвета, скорее всего он шатен, и немного кудряшки, да кудрявые волосы не с чем не спутать. В целом обычный парень. — Его внешность… Мне кажется я где то его видел, но не могу точно вспомнить, — эти слова прозвучали максимально тихим шепотом, эту мысль надо было обязательно повторить в слух. Чуя совершенно не хотел будить парня, так что просто продолжил свои попытки разглядеть его лицо. Но этой цели не суждено сбыться, юноша всё-таки открыл глаза, и неудивительно, тяжело спать когда тебя так тщательно разглядывают. Его сонные глаза огляделись и остановились на Чуе. Секунда и глаза широко раскрылись, сонливости как небывало. — Это ты! Это правда ты? Пришел ко мне спустя столько лет, — юноша сидел чуть ли не подпрыгивая от радости. Быстро встал и сделал шаг к Чуе. Сам Накахара ничего не понимает, немного испугавшись сделал два шага назад. Заметив такую реакцию, бурная радость шатена сменилась на более спокойную версию. — Ты… не помнишь меня… верно? Юноша застыл в ожидании ответа. — Извини, но я первый раз тебя вижу. Чуя насторожился, он боялся обидеть собеседника. — Может ты просто перепутал меня с кем-то и… — Пха-ха-ха..... ха-ха-ха Накахара остолбенел, он ожидал все что угодно, но смех в такой ситуации явно лишний. — Что смешного? Лицо поэта было максимально серьезным, этого хватило чтобы юноша перестал так громко смеяться, но улыбка уходить не хотела. — Ну да, конечно ты меня не помнишь, а как иначе то — Да что с тобой не так — Со мной? Ну это же не я решил переступить через реку, зная к чему это может привести. К тому же, полагаться на совет не пойми кого и шагать левой ногой, когда от этого зависит твоя жизнь… Не обижайся, но это пик безрассудства — Да что ты… — в этот момент Чуя точно вспомнил слова Акутагавы, — Чёрт! Если шагнуть с левой ноги, то никогда не сможешь вернуться — Именно! Чуя в ступоре. Просто несколько минут стоит с опущенной головой и взглядом, направленным в никуда. — Чуя, ну не расстраивайся ты так, подумаешь ошибся, с кем не бывает — Это ты… — Что? — Это ведь твоя вина что я здесь застрял! — Ха? Я ж не заставлял тебя шагать, это решение которое ты принял сам, вот себя во всем и вини… Лицо Чуи исказилось от ужаса, он упал на колени. — И что же делать? Что же мне теперь делать? От такой картины улыбка с лица юноши исчезла. — Только не плачь. Тебе что так сильно надо вернуться? Но зачем тебе жизнь, в ней же нет ничего ценного или полезного — Тебе может и не нужна! А я должен вернуться, должен! — Ну и ну. Эй, закрой глаза Юноша подошёл поближе и сел на корточки. Взгляды парней примерно на одном уровне. Чуя смог разглядеть карие глаз, так необычно смотрящие на него. — Что ты собрался делать? — Слишком поздно, чтобы включать недоверие. Закрывай давай На лицо вернулась улыбка, ну и правильно, без нее юноша выглядит слишком грустным. Чуя покорно закрыл глаза. Остальные органы чувств усилились, мурашки побежали по коже. Его мучило одно странное и непонятное чувство. Тем временем его плечи ощутили на себе аккуратные прикосновения рук того самого юноши. От этого чувство усилилось как минимум вдвое. Секунда и Накахара ощутил чужое дыхание на своих губах. Юноша осторожно, но без колебаний поцеловал Чую. Глаза по прежнему закрыты, очень странное чувство. В таком положении шатен не спеша надвигался на парня, положил спиной на землю и затем...... Исчез из ощущений. Потом пустота. — Накахара-сан… Раздалось эхом. — Накахара-сан, очнитесь. Прошу, пожалуйста Чуя пришел в сознание, стало ясно что кричал Ацуши. — Да че ж ты так орёшь, — Акутагава как всегда недовольно отзывался о действиях Накаджимы, — Или ты думаешь что от твоих воплей кому-то станет легче. — Ну а что мне ещё делать. — Чуя открыл глаза, — Накахара-сан, вы живы! Я так рад, — Ацуши чуть ли плакал от счастья. Бедолага осторожно поднялся и перешёл в сидячее положение. — Что со мной случилось? — Мы пошли под мост, вслед за вами, — начал Акутагава, — там попали в какую-то темноту, бродили в ней непонятно сколько, а когда вышли обнаружили вас без сознания. — Не просто без сознания, — тихо добавил Ацуши, — У вас не было дыхания и пульса, мы думали что вы. вы, — тут сдержать слезы отказалось невозможно. — Да чего ты ноешь, с ним же все в порядке. Накахара-сан не из тех кто так просто., — Акутагава всегда винит Ацуши в трусости и неуверенности в себе, но это слово, то самое роковое, которое лучше бы никогда не существовало, произнести так и не смог. — Эй, ну вы чего такие грустные, все же хорошо, — Чуя хочет как-то разогнать эту жуткую атмосферу. На этой ноте появились первые лучи солнца, летом всегда рано светает. Это был сигнал, что пора возвращаться домой. Акутагава как всегда остался не с чем, но пообещал никогда больше не ходить под этот мост ночью. Ацуши, немного успокоился, но переживания за Накахару-сана никуда не делись, пути он очень много раз предлагал сходить к доктору Мори, но Чуя каждый раз говорил что это лишнее. Уже потихоньку светало, но город по прежнему спал. На одной из улиц троица разошлась, Чуя свернул на лево, а Ацуши и Акутагава пошли дальше, вверх по улице. Накахара, несмотря на то что когда-то молва о его стихах гуляла по городам, жил скромно. В 4 доме, на втором этаже. Это была тяжёлая ночь, остаётся только надеяться, что в обмен на это он получит вдохновение для новых стихов. Наконец то, всего лишь одна дверь, с криво прибитой табличкой на которой красуется цифра 4, отделяла от уютной кровати. 4 считается плохим числом, связанным со смертью, никто по доброй воле не зайдет в комнату, и уж тем более не будет жить там, но Чуя не верит в мистику, так что все нормально. Дверь открывается с очень раздражающим скрипом, впрочем как и всегда. Чуя входит внутрь, но останавливается, не решаясь пройти дальше. В середине комнаты стоит стул, а на нем юноша, тот самый, который спал под мостом. Он как всегда улыбается и машет рукой вошедшему хозяину. За окном на деревьях птицы уже проснулись, они хотели подарить миру свою прекрасную песню, о том как им счастливо живётся, но передумали, когда их напугал крик одного рыжика, который не умеет сдерживать эмоции. — Ты что здесь делаешь?!