Он - моё проклятье

— Ты что здесь делаешь??!! — Боже, какой ты громкий Юноша демонстративно прикрыл левое ухо рукой. Реакцию Чуи можно понять. По пути он много размышлял по поводу всего произошедшего и уже убедил себя в том, что это был просто сон. Глаза Чуи утомились от непроглядной темноты, он вышел на свет, не заметил какого-то камня и упал и ударился головой, а все остальное, таинственный ручей, чёрное небо, лес неправильно зелёного цвета и этот юноша, всего лишь приснились ему. Именно к этому он пришел, а тут по возвращению домой, герой его сна, тот кого и существовать то не должно, сидит перед ним спокойно и приветливо машет ручкой. А может это тоже сон? Чуя несколько раз ущипнул свою ногу, но юноша даже не думал исчезать. Зато боль помогла успокоиться. Если это не сон, значит этот парень вполне реален. Точно, он же может быть неумелым шутником, это тот самый вид юмористов, которые изображают из себя призраков, демонов, убийц, пугают людей до полусмерти и искренне верят, что это смешно. Да и выглядит он, как тот, кто на такое способен. Хотя этот парень зашёл довольно далеко, проникнуть в чужой дом ради шутки, настоящее безумен. В голове возник новый вопрос. — Ты как сюда попал, дверь же закрыта Чуя больше не кричал, но до полного спокойствия ещё далеко. — Допустим через окно — Как через окно? Это невозможно. Тут же 2 этаж, а снаружи нет ничего на что можно залезть — Нуу, видимо не так уж и невозможно Юноша все это время сидит, практически не двигаясь, и спокойно улыбается. Его глаза прикованы к Чуе. Наблюдать за растерянностью и паникой человека — особый вид удовольствия, доступный лишь людям схожим с неизвестным юношей. Творческая натура Чуи выводит все эмоции на лицо, и по сути делает из своего хозяина открытую книгу. Именно это состояние интересует гостя. Можно было подождать пока Чуя придет домой, хорошенько выспится и тогда уже прийти к нему с визитом через дверь, но это было бы слишком скучно. Так, а что там с Чуей. Логичных вопросов не осталось, да и врятли ответы на них будут нормальные. Надо что-то сделать, что-то такое, чтобы перестать выглядеть загнанным в угол. Это же обычный человек, нечего его боятся. Накахара бегло осматривает комнату, один раз, второй, третий, тяжело найти, когда не знаешь что искать. Сейчас его взгляд остановился на зеркале. Есть люди, которые жить без него не могут, кто-то готов часами смотреть на свое отражение, как будто от этого в их внешности что-то изменится. Чуя к таким людям не имел никакого отношения, а зеркало это висит только потому, что пару месяцев назад его привезла тетушка Коё, уж очень она настояла на том, чтобы повесить его на стену, отказать этой женщине практически невозможно. Странно, что он заметил это только сейчас. Так уж вышло, что дверь в комнату находится возле левой стены, когда заходишь, первым замечаешь письменный стол, потому что он прямо напротив двери, потом окно, оно немного правее, и дальше посередине правой стены висит то самое зеркало, которое забирает себе все внимание, поэтому до кровати, скромно стоящей в правом углу взгляд обычно не доходит. Хозяин этой комнаты точно видит это не впервые, так почему же он уставился на эту поверхность. А дело в том, что зеркало ясно показывает стул в центре комнаты и даже книжки, разбросанные под ним, а вот юноши в нем нет. «Он не отражается в зеркале!» Эта мысль прозвучала в голове так громко, что, кажется, гость её тоже услышал. Чуя сделал несколько шагов назад и упёрся спиной в дверь, та закрылась, щёлкнув замком, от чего парень даже испугался. Вдох выдох. Накахара взял в себя в руки. — Ты кто такой? — Тебя смутило что я в зеркале не отражаюсь? Скажу больше, я ещё и тени не отбрасываю… — Ты кто, мать твою, такой? Это звучало твёрже и увереннее. Минутный страх уже ушёл, Чуя настроен решительно, даже если дело дойдет до драки, он не уступит. — О, ты наконец то показал свой характер, впрочем это мне в тебе и нравится. Я всего лишь суицидник. Имя мне Дазай Осаму. — Дазай Осаму? Писателя, который умер более 100 лет назад. Так вот почему твоя внешность казалась мне до боли знакомой. Откуда Чуя его знает? Все просто — он общается с Акутагавой, который является самым преданными поклонником Дазая. Он перечитал все его книги раз по 10 минимум. Рюноскэ может свести к теме об Осаму абсолютно любой диалог. Хоть он и не художник, но портрет своего кумира нарисует хоть закрытии глазами.Чуя даже пару раз слышал, как Акутагава во сне бормотал что-то про Дазая. И именно благодаря этому брюнету Накахара знает легенду о Дазае в роли писателя, спрыгнувшего в реку и ожидающего кого-то под мостом. — И почему ты так спокойно все это воспринял? Похоже юноша расстроился, придется искать новые новые способы развлечься. — Ну так все сходится. 100 лет назад тебе надоело жить, ты спрыгнул с моста, но вместо того, чтобы отправиться на небеса ты остался на месте смерти, а потом туда попал я, и ты увязался за мной потому что заняться тебе больше нечем. Чуя все ещё верит, что это шутник с отличными актерскими способностям, а то что он в зеркале не отражается, ну может фокус какой-нибудь. Теперь уже Дазай в ступоре. Больше не будет бури эмоций. О, новый способ развлечься найден. Под ногами обнаружилась черная книжка, Осаму взял её в руки, открыл и начал читать. — Эй, кто тебе разрешал брать мой сборников стихов?! А ну верни сейчас же! — парень угрожающе сделал пару шагов вперёд. Обычному человеку тяжело понять всю значимость этой книжки для Чуи. Стихи — отражение души поэта, именно через них выражаются чувства. Большинство из них слишком личные, чтобы показывать их кому-то. Дазай знает об этом, поэтому, ещё до прихода Чуи, прочитал около половины. Скрипнула дверь. — Накахара, ты чего раскричался тут с утра по раньше? — в комнату вошла пожилая женщина в ночнушке, — соседи жалуются на шум, да и я спать нормально не могу. — Извините, — Накахара опустил голову — Ха-ха-ха, — Дазай еле сдерживал смех, — Ты прямо как провинившийся щенок Чуя снова злится, у этого суицидника талант выводить парня на эмоции. — Заткнись, придурок, это все из-за тебя — С кем это ты разговариваешь? — женщина в дверях ничего не понимает, но надеется что это не про неё. — А разве не очевидно, с гадом, что сидит на стуле, — Чуя указал на Дазая пальцем. Конечно, у старушки с возрастом появились некоторые проблемы со зрением, но это не мешает ей разглядеть стул и то, что на нём никого нет. Неважно, как много сил она прикладывала, увидеть то чего нет — невозможно. Тут ей стало немного не по себе. — Что ты такое говоришь? Кроме тебя в комнате никого нет — Что? — Чуя удивлённо посмотрел на Дазая, проморгал глазами, зажмурился, гость никуда не исчезал. Накахара даже хотел ударить себя по лицу, но вовремя передумал, это принесет новую волну смеха Осаму. Хозяину комнат в замешательстве. Почему она его не видит? Этот шутник сидит прямо перед ней. А что если они сговорились. Да нет, бред какой-то, Чуя отлично знал эту старушку, она подобных юмористов терпеть не может, всегда бранит их, как только замечает. — Кажется ты переутомился. Отдохни немного, а потом сходи к доктору Мори, — женщина поспешила удалиться из комнаты. Она была уверена, все странности из-за плохого номера комнаты. Как только она вышла, Накахара подошёл к двери и закрыл её, чтобы больше не было лишних гостей. — Ну все, гадёныш, сейчас ты у меня получишь, — Чуя повернулся и быстро понял, что он абсолютно один в комнате. Стул все также стоит в центре комнаты. — Я что, схожу с ума? В этот момент ему показалось, что должны прозвучать слова подтверждения со стороны Дазая. Но этого не произошло. Может та старушка была права и Чуя просто очень устал. Значит ситуация под мостом всё-таки была сном, а Дазай в комнате просто галлюцинация. А как же стул, место которого явно не здесь, и книжки разбросаны. Видимо Чуя навёл беспорядок и забыл об этом. Ладно, уже не важно. Желание поспать все равно не даст нормально подумать. Беспорядок убран, Чуя лег в кровать и отвернулся к стене. Сон быстро взял его в свои объятия. Но где-то на середине пути ему показалось, что кто-то трогает его волосы, они не очень длинные, но этого достаточно, чтобы самовольно вылезать из-под одеяла. Это чувство быстро вернуло Накахару в реальность, он резко подскочил и оглядел комнату. Никого, да и быть тут некому, дверь закрыта на замок, а добраться до окна с улицы невозможно. Значит снова показалось. Сон снова берет власть в свои руки. Чуя снова засыпает. Проснувшись после обеда, как и советовала старушка, он отправляется к доктору Мори. Чуя давно знаком с этим человеком, у него можно получить не только хорошее лечение, но и свежие новости. Благодаря ему Накахара всегда в курсе последних событий. Солнце все ещё ярко светит, но Чую от его лучей спасает шляпа, с которой он практически никогда не расстаётся. Зато у доктора Мори приятная прохлада. На входе встречает запах лекарств, а уже потом и сам врач. — Привет, Чуя, давно тебя не было, — Мори, как всегда в своем медицинском халате, сидит столом. Стены приятного нежно- голобуго цвета успокаивают разум. — Здравствуйте, да все никак времени не было. Чуя, частый гость, он уже без лишних вопросов знает, что его место на кушетке. — Уже слышал новость? К нам на днях приедет знаменитый детектив. Ранпо Эдогава, кажется так его зовут — И что же у нас забыл знаменитый детектив? — Он просто хочет посетить наш город. Готов поспорить, он и в ваш литературный кружек заглянет. Кто-то говорил, что он любит всякие детективные романы. — Небось пытается найти убийцу раньше главного героя. — Да, это похоже на правду, — минута молчания, — Выглядишь бледновато. Акутагава сказал мне, что этой ночью вы ходили под мост. Духа вызывали или что-то такое. А ещё тебя нашли бездыханным. Удивительно, что ты смог прийти в сознания без посторонней помощи. Ты как вообще себя чувствуешь? — В целом нормально. Разве что в голове какой то туман. А ещё, кажется, у меня галлюцинации. — И много ты их видел? — Нет, всего одного. — Ты сказал одного? — Да мне привидилась галлюцинация одного парня. Думаю его внешность навеяна рисунками Акутагавы. — Ну да, Акутагава кроме Дазая ничего и не рисует. И что он делал, может говорил о чем-то. — Ну, я нашел его у себя дома. Он меня разозлил, и я повысил на него голос, пришла соседка, она жаловалась на шум. Я указал ей на того парня, а она сказала что кроме меня в комнате никого нет. Теперь будет думать, что я сумасшедший. — Не скажу, что галлюцинации это нормально, но у тебя всё не так уж плохо. Этот парень появлялся ещё когда-нибудь? — Нет — Есть ещё жалобы? Может голова болит, лихорадит, суставы ломит — Все нормально, хотя голова болит. Бывает иногда, по вечерам. — Я тебя понял, — Доктор Мори улыбнулся и встал с кресла, — извини, мне нужно отлучиться на какое-то время, можешь подождать меня здесь. — Да конечно, без проблем Доктор, все в том же халате, вышел за дверь. Повисла тишина. За мутным окном, чтобы снаружи никто ничего не увидел, шумит город. Комната, в которой остался Чуя, находится чуть ниже первого этажа. Прохожие даже не подозревают, что кто-то от скуки будет пытаться разглядеть силуэты их ног через это окно. Спокойно были только первые пару минут. — Ну и что это было? — на стуле, где совсем недавно сидел доктор Мори, появился Дазай. Он явно был чем-то не доволен. Чуя попытался игнорировать его. Ну да, зачем разговаривать с галлюцинациями. Вот только юношу это разозлило ещё больше. Он подошёл к Накахаре. Игнорировать становится все сложнее, поэтому тактические отступление. Чуя попытался встать и осторожно обойти преграду. Даже можно пройти через него, ведь это всего лишь картинка, созданная его мозгом, в действительности там ничего нет, отсутствие тени это подтверждает. Сделав шаг, Накахара врезался в него носом, неприятные ощущения. Что-то он слишком осязаем, как для галлюцинации. Сердце забилось как бешеное. Зато теперь очевидно, что этот брюнет реален. Точно также, как и его плохое настроение. — Ты что.? Дазай резко поцеловал Чую, лишив его всякой возможности говорить. Для Накахары это был сногсшибательно во всех смыслах, так, что он сел, хотя скорее упал, обратно на кушетку. А Осаму продолжил безнаказанно творить все что ему вздумается, наслаждаясь видом краски, которая появилась на щеках, а затем перешла на уши жертвы. Ловким движением руки верхние пуговицы на рубашке Чуи оказались расстегнуты. — Галлюцинация значит, — в голосе промелькнули нотки обиды, — Разве галлюцинация может сделать такое Дазай убрал ворот рубашки, и словно вампир прильнул к шее своей жертвы. Чуя рефлекторно схватился руками за шею юноши. Его захлестнуло странное чувство. Настолько сильное, что смогло заставить Чую простанать, пускай и сдержанно. Дазай, сделав задуманное, оставил шею в покое, посмотрел на результат и ехидно улыбнулся. — А ведь ты даже не сопротивлялся. Тебе что, нравится такое? — Чёрт, заткнись, — Чуя красный, как помидор вотводит взгляд. Признавать поражение он не хотел. — Ты первый начал эту войну, — улыбка перестала быть издевательской, — Если останешься со мной, я подарю тебе море подобных ощущений. Уж если и быть галлюцинацией, то только твоей персональной. Оу, кажется ж мне пора. Дверь щёлкнула, Мори вернулся, а Дазая уж и след простыл, и как он умудряется так ловко исчезать. — Эмм, Чуя, с тобой все хорошо? Доктор застыл в дверях, в его голове были совершенно другие вопросы и даже парочка не хороших догадок, но он был достаточно воспитан, чтобы не говорить о таком вслух. Чуя перед ним в полнейшем беспорядке и кажется на его шее что-то есть, но с такого расстояния не разглядеть. Доктор задумался. «Судя по всему, он в состоянии лёгкого возбуждения. Он же точно был здесь один. Никогда прежде не замечал за ним подобного. Ещё и этот след на шее. Самостоятельно его не оставишь, что же с ним случилось. Лучше уточнить.» — От чего ты так покраснел? Чуя не сразу понял в каком он положении, а как понял, так покраснел ещё больше. — Жарко. От жары, да да, точно от нее. Если бы прохлада, всегда царившая в этом месте, была человеком, то это была бы маленькая девочка, которая от таких слов точно бы обиделась. — Извини что лезу не в свое дело, но что это у тебя на шее? Неужели благодарность от какой-то девушки за… — Нет! Ничего такого, никаких девушек! — Чуя в панике закрывает пуговицы рубашки, правда промахивается и это выглядит криво и нелепо. Ему явно не хватает умелых рук Дазая. Зато след больше не виден. Чуе так стыдно, хочется сквозь землю провалиться. — Я пожалуй пойду, извините. Мне пора, — парень в спешке вышел из комнаты. Попав на улицу, он рванул в переулок. Долго бежал, лёгкие загорелись, такие нагрузки точно не для него. Он остановился, сил уже не было, пришлось опереться на стену. Накахара перевел дыхание, выпрямился и обнаружил ужасную потерю. Шляпы нет, видимо осталась на кушетке. Надо вернуться, но он будет выглядеть так глупо. Накахаре лучше не встречаться с доктором ближайшее время, а там оно само как-нибудь забудется. Но шляпу то вернуть надо, без нее вообще никак. Может попросить кого-то, например Ацуши, но это будет так неловко. Но выбора особо нет. Все размышления резко прекратились, Чуя почувствовал, как кто-то надел его собственную шляпу на голову, причем так осторожно. Первая мысль, что это доктор Мори, но как он нагнал его так быстро. Если это так, то лучше не оборачиваться. К счастью голос спасителя прояснил ситуацию. — Ты кое-что потерял, — да это же Дазай Чуя резко обернулся. Он вспомнил все, что с ним делали. Чувство стыда медленно возвращается, а вместе с ним и румянец на лице. Непонятно как на него реагировать. — Спасибо, что вернул шляпу, — голос Чуи тихий, немного стыдливый. Он тут же отвернулся и прикрыл глаза краем шляпы. Говорить больше не о чем, нужно как можно скорее вернуться домой. Но вот незадача: Дазай совершенно не хочет оставлять Накахару в покое, идёт за ним как привязанный. — Может хватит меня преследовать, — Чуя явно не доволен — Ну а что мне ещё делать? — А мне откуда знать. Иди домой — У меня нет дома — Тогда иди под мост — Вот ещё, я только выбрался оттуда. — Ну и иди гуляй где-нибудь подальше от меня — Какой ты жестокий. Дазай сел возле стены в позу нищего, начал ныть и жаловаться, да так чтоб на всю улицу слышно было. — Ну и отлично, я останусь здесь и буду просить милостыню. Может быть кто-то может мне. Он не будет таким бессердечным как ты, Чуя. Да, оставь меня на растерзание судьбы. Чтобы моя душа страдала ещё сотню лет. Одинокий проклятый дух, брошен человеком, в котором нет ни капли доброты. Да вот здесь я встречу свой конец… Чуя пытается сбежать от этого балагана, но каким-то неизвестным образом он проходит мимо Дазая снова и снова, как будто ходит ходит кругами. — Да заткнись ты уже, достал! Хватит ходить за мной оставь меня в покое, ты, чёртов суицидник! — прохожие обернулись на крики, Накахара попытался спрятаться от любопытных глаз за шляпой. Но ничего не получилось. — Мамочка, а почему этот дядя кричит, его кто-то обидел? — Не обращай внимания, у него видимо не все в порядке с головой. — С кем это он разговаривает? — Рядом с ним никого нет. — И чего этот парень раскричался тут посреди улицы, ему бы сходить полечиться что ли — Эй эй, говори тише он же услышит. Чуя больше не хочет слышать этого, он снова свернул в переулок, там нет людей. Но парень попал в тупик, идти дальше некуда. Вслед за ним, хвостиком пришел Дазай. Кажется он не понимает или делает вид что не понимает, в каком состоянии сейчас Чуя. — Ой и куда ты так быстро убежал… Как только Осаму подошёл ближе, Накахара с разворота ударил его кулаком по лицу, это было больно, даже если ты дух. — Это все из-за тебя. Ты уже третий раз меня подставляешь. Сначала та старушка, затем доктор Мори, а теперь и эти люди. Зачем ты это делаешь?! — И почему тебя так волнует мнение окружающих, ты что хочешь чтобы тебя считали идеальным? За этот вопрос последовал второй удар. — Да какая тебе вообще разница, тебе не понять моих чувств — А вот тут ошибаешься, я знаю тебя лучше чем кто-либо — Интересно откуда? Ты знаешь меня всего день — Так злишься, неужели из-за того, что рядом со мной ты показываешь свое истинное лицо. Поэтому ты хочешь от меня избавиться. Скажу сразу, это бесполезно, ведь я пойду за тобой даже в пучины ада. — А у тебя хорошо язык подвешен. Ладно, раз уж тебе так надо оставайся со мной, все равно ж тебя хрен прогонишь. Но при одном условии, ты больше не будешь делать «так» — «Так» это как? — «Так» это как у Мори — У Мори? Ааа, — Дазай подошёл к Чуе и наклонился к его уху, — вот «так» делать не надо? — Осаму медленно подул на ухо, по Чуе пробежала волна, точнее цунами из мурашек, он поспешил отойти в сторону — Да именно так делать не надо. — Да ну, мне казалось тебе нравится такое — И с чего ты это взял? — Ты ни разу мне не сопротивлялся — Это потому, что застал меня в расплох. — Да ну — Ещё слово и останешься ночевать на улице — Молчу молчу, — Дазай закрыл невидимый замок на губах. Парни пошли домой к Чуе. Разговаривать Осаму было запрещено, так что он просто мычал какую-то песенку, игнорируя все просьбы заткнуться. Уже в комнате Дазай сел на свой любимый стул. Накахара пошел на кровать, деваться то больше некуда. Разговаривать им не о чём, поэтому уже практически час они сидят просто смотрят друг на друга. Чуе некомфортно, но, а вот юноша готов хоть часами сидеть на стуле и любоваться этим рыжиком. А за окном солнце потихоньку садится. Чуя встал с кровати с подошёл к выходу. — Ты куда? — Осаму тут же подскочил со стула — Я тут вспомнил, Тетушка Коё показывала мне как готовить одно интересное блюдо. Я раньше его не готовил, повода не было, но для него не хватает пары ингредиентов, схожу докуплю. Все же лучше чем сидеть тут несколько часов тишине. — Я иду с тобой — Нет. Ты сидишь здесь и ждёшь меня. — Но ведь — Не волнуйся, — Чуя улыбнулся, — я не надолго, — парень вышел за дверь — В прошлый раз ты говорил точно также, — Осаму стало как-то грустно, но он покорно сел на стул, в ожидании когда эта дверь откроется снова. Чуя действительно пошел за покупками, вот такой он честный. Просто сидеть под чьим то пристальным взглядом не так легко как кажется. — Эй, Чуя Накахара, как жизнь? — знакомый голос для нашего поэта, вот только принадлежит он одному мерзавцу, который приезжает сюда раз в 2-3 месяца и каждое посещение творит с Чуей все что душе угодно. Артур Рембо, член очень влиятельной семьи. Он может творить все что угодно и никто даже не подумает посадить его за решетку. Вот и сейчас он подкараулил бедного Чую, чтобы сделать с ним тоже, что он со многими другими и парнями и девушками. И это происходит далеко не первый раз. А что насчёт прохожих? Они все видели, они всё знают, они прекрасно видят как Накахара пытается отбиваться от помощников Артура, они слышат как он просит о помощи, но никто, ни одна душа не приблизится к ним, они беспокоятся только за собственную шкуру. А Чую уже ударили по голове чем-то тяжёлым, чтобы не брыкался, и унесли в неизвестном направлении. Ничего не подозревающий Дазай по-прежнему сидит на стуле. Он берет уже третью книгу в поисках чего-то интересного, но похоже хозяина этой комнаты интересуют только сборники стихов. Солнце давно село. На дворе глубокая ночь, комнату освещает только лунный свет, вторым источником света стал канделябр на столе. Наконец то ручка двери шевельнулась. Послышался скрип и в комнату вошёл Чуя. — Почему ты так долго, я уж думал ты забыл обо мне, — в комнате темно, он не может точно разглядеть лицо Накахары, с ним что-то не так. Он делает несколько и падает. Дазай тут же подрывается со стула и бежит к двери, толчком закрывает её и падает на колени. Чуя стоит на коленях, облокотившись на трясущиеся руки. Осаму быстро поддержал его тело — Что с тобой случилось?! — Все нормально, правда — голос Чуи такой уставший Дазай осторожно взял Чую на руки и поднес его к свету. Лучше бы Осаму никогда не видел в каком состоянии сейчас находится тело Чуи, одежда порвана, по всему телу синяки, царапины, на руках и ногах синие следы от веревок, где-то видны кровоподтёки. А ещё шляпы опять нет. Сам Чуя вымотан, он даже на ногах еле стоит, и как он до дома дошёл. Лицо суицидника изменилось до неузнаваемости, сложно поверить, что совсем недавно его считали глупым шутником. Дазай первым делом отнес Чую в ванную. За время мучительного ожидания, он успел изучить каждый сантиметр этой комнаты. После чего перенёс бедняжку на кровать и бережно обработал каждую рану. Лекарств в этом доме много, так как Чуя довольно тесно общается с доктором Мори. — Зачем ты это делаешь, — Накахара сидит на кровати и понемногу возвращается в норму, — сначала издевался надо мной, а теперь так заботишься Волосы Чуи тоже пострадали, но Дазай отмыл их и даже расчесал. — А ты так и понял, — Осаму осторожно укладывает измученного парня на кровать и накрывает одеялом. Глаза духа от ярости чуть ли не светились в темноте. — Посиди со мной немного, боюсь что он снова придёт. — Не волнуйся, тебя никто не посмеет тронуть. Знаешь, в этом мире для меня нет ничего дороже тебя. Эта тварь поплатится, за то, что он посмел с тобой так поступить, достану его хоть из-под земли. Чуя уже мирно спал. Хорошо, что ему не снятся кошмары.