Захочешь - найдёшь и победишь

Придя в свои покои, я смогла немного выдохнуть. Наконец-то всё эти долгие и томительные подготовки окончились, и шехзаде Баязет стал настоящим, доверенным лицом повелителя, а ведь ему уже 14! Всё — таки как быстро летит время. Впрочем, у нас разница всего на год, и из всех братьев именно Баязет и Селим были мне ближе всего по возрасту. Только подумайте, Мустафе 22, Михримах 17, Селиму и мне по 15, Баязету 14, а Джихангиру 10. Хотя Баязет, Селим и Джигангир были детьми Хюррем — султан, я никогда не чувствовала к ним неприязни, а даже наоборот, очень их люблю, особенно Баязета и Джихангира. А вот с Селимом я как-то холодна, ведь иногда его поведение меня очень расстаивает, и из-за этого он никак не может показать свои настоящие чувства и эмоции. Он ищет во всех конкурентов (и этим он, кстати, очень похож с Михримах), поэтому я не всегда понимаю его, впрочем, как он он меня. Это у нас взаимно… Но теперь оторвёмся от этих рассуждений. Я завершала подготовку к ужину в покоях повелителя, решив надеть нежно — розовое платье с небольшое диадемой под стать ему. Выбирая между локонами и высокой причёской, я решила остановиться на первом, ведь повелитель очень любил смотреть на мои волосы, и говорить, что они похожи на жемчужные нити (хотя они у меня и были каштановые). — Госпожа, — в мои покои вошла Танели, — Вы уже готовы? Пора идти… — Да, я готова. Пойдём скорее, быстро решим вопрос с пашой. Не в коем случае нельзя опоздать на ужин, тем более повелитель будет объявлять каку-то важную новость. Надеюсь, он отпустил меня с матушкой и братом в Манису, хотя — бы на месяц, иначе стены этого дворца меня просто поглотят. — Надеюсь, госпожа, что повелитель позволит вам поехать в Манису. А сейчас пойдёмте, я предупредила стражников. Но вы уверены, что стоит идти на эту встречу? Может лучше не ходить. Ведь если хоть кто-нибудь узнает, то что же будет? — Если ты всё сделала, как я тебя просила, то никто точно не о чём не узнает. Тем более, что я такого собираюсь делать? Этот паша прислал мне недозволительное письмо. Я лишь поставлю его на место и выясню, кого он поддерживает. — Но… — Всё, достаточно. Не забывай, что я принимаю решение. Идём И мы отправились в сад.

***

Выйдя из дворца, я невольно посмотрела на звёздное небо. «Госпожа звёзд, говорите?», — пронеслось у меня в голове. Тогда раз небо сегодня такое сияющие, значит звёзды точно на моей стороне. Так, улыбаясь своим размышлениям, незаметно для себя я подошла к фантану. В темноте я увидела чьи — то очертания, а потом и мужчину лет 30 — 35, высокого роста и в чёрной накидке. Я взяла у Танели свечу, чтобы подойти ближе к объекту, из-за которого я здесь, сказав служанке: — Стой здесь, дальше я сама. Смотри, чтобы никого здесь не было. Танели лишь утвердительно кивнул в ответ. Я сделала ещё шагов 15 вперёд. Когда я подошла достаточно близко, мужчина снял капюшон, поклонился и сказал — Виктория султан, Вы пришли. Это большая честь для меня… — Как я могла не придти, паша, если вы мне пишите такие письма, да ещё и имеете наглость обращаться ко мне по имени? , — вглядываясь в мужчину всё больше, я поняла, что у него карие глаза, борода была небольшая и очень аккуратно подстрижена. Он был очень сильный, выскокий, и, казалось, у него не было никаких плохих намерений. Скорее, он говорил искренне. — Госпожа, прошу простить меня за такую дерзость… Но если бы я не отправил вам то письмо, то мы бы никогда не увидились, и я не смог бы… — Не смогли бы чего? , — я начинала немного злиться, — Сказать мне, как я красива. Всё, сказали? , — во мне начали просыпаться нотки эгоизма. — Госпожа, вовсе нет. Вы, наверное, меня видеть впервые, но я вас знаю уже несколько лет. Два года назад вы гуляли вместе шехзаде Мустафой по базару, втайне от повелителя. Я тогда был в одной из таверен, переодетый в простого человека, и слушал, что говорят люди об управлении султана. Вы с шехзаде прошли мимо, и он, к счастью, не узнал меня. Вам тогда было 13, а я уже был поражён вашей красотой. И с того случая, каждый раз, видя вас где — то издалека, я давал себе слово, что однажды вы станете моей женой. — Что вы говорите, паша?! Опомнитесь! Перед вами дочь султана! Что вы себе позволяет? Как вы смеете заявлять мне о ваших чувствах? — Понимаю, Вы ошеломлены, но я правда всё время думаю а вас. Каждый раз, ложись спать, я вспоминаю тот случай на базаре, и только потом могу заснуть. Что я была неприятно удивлена — это ничего не сказать. Как, как паша, хоть и Великий Визирь, который старше меня в два раза, сумеете говорить мне такое, да ещё и открыто говоря, что хочет на мне жениться. — Кому ты служишь? Хюррем султан? Это она вас попросила всё это провернуть, не так ли? , — вопросов было больше, чем ответов — Госпожа, — всё также невозмутимо начал паша, и вот от этой его «Госпожи» мне стало просто невыносимо. — - Послушайте, я служу лишь нашему Повелителю — Султану Селейману и Османской Империи. Но я на вашей стороне, поверьте. Если уж поддерживать кого-то из шехзаде, то я поддержу именно шехзаде Муставу. Он смел, отважен, умён. Я думаю, он станет очень достойным правителем и воином. — Почему я должна тебе верить, паша? — Потому что я люблю вас. — А я вас нет. Прощайте, — не в силах больше сдерживать эмоции и выслушивать объяснения визиря, я быстрым, почти бегущим шагом вышла к Танели. — Султанша, наконец- то. Что с вами? Что вам сказал паша? — Слишком много вопросов, Танели, — эту фразу за последние несколько минут я сказала второй раз. — Идём, нельзя заставлять повелителя ждать, — сурово добавила я. Служанка хотела ещё что-то спросить, но увидев, что я не в настроение, решила всё-же не испытывать судьбу. — Как прикажете, — робко ответила она, мчась за мной.

***

Покои повелителя

***

Мы с мамой, как и договаривались, пришли на ужин к повелителю вместе. На моё удивление, все, кто должны был присутствовать были уже на месте. Мы с катушкой поклонилась, но очень удивились, что пришли последними, ведь повелитель обещал сообщить мне какую- то новость, а раз всё уже в сборе, то он, по всей видимости, сообщит её при всех… — Повелитель, — первой поцеловать свою руку отец дал матушке. — Махидевран, здравствуй. У тебя всё хорошо? Тебе выделили хорошие покои? Я лично распорядился выдать именно те, в которых ты здесь жила. — Да, повелитель, спасибо вам за это. Я помню, как именно в этих покоях появилась моя Виктория. Кажется, это было совсем недавно, а уже прошло целых 15 лет. Краем глазом я заметила, что Хюррем султан, уже сидевшая за столом, безмолвно закатила глаза. Повелитель коснулся щеки матушки в знак согласия и перевёл взгляд на меня. — Виктория, моя дорогая Звёздочка. На этот раз глаза закатывать начала уже Михримах. — Я хочу сообщить тебе кое-какую новость. Об этом ещё не знает даже твоя матушка и твой брат. — Я вас внимательно слушаю, повелитель, — гордо сказала я, прекрасно понимая, что раз отец решил это озвучить при всех, то ни о чём хорошем это точно не говорит. — Я принял решение выдать Викторию за Великого Везиря нашего Государства — Османа пашу. Эти слова, словно удар обухом, вонзились мне в голову. Как? Как повелитель в 15-летнем возрасте хочет выдать меня замуж за человека, старше меня в два раза, которого я, по его версии, даже и не знаю?! — Что ж, — после минутного молчания, начала Хюррем султан, которая не меньше остальных всё ещё прибывала в недоумении. — Поздравляю, Виктория. А когда свадьба? — Если Аллах даст, то я бы хотел, чтобы Михримах и Виктория вышли замуж в один день. — Но перед этим я хотел-бы спросить у тебя, Виктория, ты готова выйти замуж за Османа — пашу? Я даже не знала, что ответь повелителю. Все замерли.