Новая "сестричка"

      Смерть родного брата стала для Оли новой ступенью на лестнице страха и боли. В ее детском невинном мозгу никак не укладывалась мысль о том, что Тоша покинул этот мир и ее саму. Он больше не придет успокоить, не ответит своим тихим и спокойным голосом, что все хорошо, разрезая словами пустоту и тишину их комнат. Больше не посмотрит с ней мультики, которые, как малышка сама себе призналась, ей крайне надоели. Но это, пожалуй, и не страшно, теперь она все равно не может их смотреть - слишком много воспоминаний таится в этих запыленных коробочках, хранящих радость и детские мечты. Вот только для Оли они стали источником грусти и скорби, что так плотно засела в хрупком сердечке девочки. Мать и отец отстранились друг от друга еще сильнее. Дочке это, конечно же, не нравилось, но что она могла, когда ее голос проносился мимо родительских ушей, а все попытки привлечь внимание комкались как бумажки и выбрасывались в мусорное ведро. Родители предпочли не помнить о сыне, избегая боли, а, возможно, и ответственности. Антона нет, а значит и связанных с ним семейных моментов-тоже. Антона нет... Как часто Оленька твердила себе эту фразу, буквально вбивая ее в голову так, чтобы эта мысль осталась там навсегда, став стеной на пути всех надежд и фантазий о возвращении любимого братишки. Но как бы сильно девочка не хотела услышать, что это ложь, как бы сильно не хотела вновь оказаться в обьятиях таких теплых и родных рук, она не могла. Смириться- единственный ее удел в этой ситуации.. Вот только тоска так навязчиво скреблась в окно, проникая через щели между деревянными створками, заползая в самую душу и вцепляясь со всей силы, не желая ни на секунду покидать голову Оли, что, казалось, не было и шанса на смирение. И девочка думала, что так будет всегда. Так бы оно, наверно, и было, если бы, начиная с рокового дня, одна незнакомка в маске лисы не одаривала Олю своими визитами каждый зимний вечер. Сначала девочка была испугана и даже больше растерянна из-за необычности поведения и внешности ее новой подруги. Но со временем милая лисичка все больше смешила и забавляла одинокую Оленьку. Именно в этой притягательной плутовке малышка нашла поддержку и ту самую заботу, по которой так скучало детское сердце. Новая знакомая казалось такой родной и теплой, что хотелось остаться с ней навечно, убежать туда, куда та сбегает каждый рассвет, вновь оставляя Олю на растерзание грусти, тоски и боли. Девочка отчаянно не понимала, почему эта лисица, буквально ворвавшаяся в ее жизнь как сквозняк, распахивающий плохо закрытое окно, так манила к себе, заставляла невольно улыбаться и ждать каждой встречи с мнимым восторгом, находить новые темы для разговора и способы удивить рыжую подругу. Но все стало на свои места, когда однажды лиса задала такой простой и одновременно странный вопрос: "А как лисичку обычно называют?~". Оля, за короткое мгновение перебрав в голове все стишки, где хоть как-то были замешаны лисы, ответила: "Сестричка! Сестричка ведь!". Казалось, рыжая спутница на секунду замялась, но потом со всей ей присущей приторностью и сладостью в голосе потвердила: "Да, именно так! Лисичка-сестричка~". В тот момент девочку осенило. Вот оно! Сестричка! Вот почему милая лиса так притягивала ее к себе. Она ее новая сестричка! Эту мысль девочка не озвучила вслух, считая, что это слишком очевидно и банально, как если бы она сказала, что шерсть на маске ее ,уже сестрицы, имела рыжий цвет. И Оля поняла, что теперь лисичка подарит ей море заботы и ласки, будет приходить каждый вечер, и, может быть, однажды, посмотрит с ней те злосчастные мультики. Да, это будет просто волшебно! Вот только знала бы Оленька, что забота рыжей плутовки основана далеко не на дружеских или семейных чувствах, ведь смех маленькой беловласой девочки заставлял трепетать сердце рыжей обитательницы леса так, словно тысяча колокольчиков колыхаются на ветру, выстраивая нежную мелодию, а девичьи глаза, так полюбившиеся лисице, заставляли ее тонуть и млеть в них. Именно поэтому она никогда не расскажет своей Оленьке, что красные пятна на ее одежке в первый день их знакомства были совсем не "вишневым вареньем", а пропавшая варежка с руки мертвого Антона мирно покоится во внутреннем кармане лисьей шубки...