Fila et Thesaurus

Время... Для многих это то, что названо материей. О считывающий секунды жизни поток, ставя рамки для каждого события...для каждой жизни. Впрочем, людской век мал. Хотя не смогло и это научить людишек ценить собственные жизни. Глупость несусветная. Ведь потоки времени сильнее любых, самых высочайших, водопадов, где одна капля может проломить кому-либо череп. Время есть страшная суть. Все так торопятся. Птицы, люди, звери. Пожить, понять, удержать и помнить помнить помнить. Забывая важнейшее тогда, когда сами себя возомнили кем-то большим, нежели тем кем являются. Смертные грехи, слышали, не так ли? Тоже глупость. Но разве о том речь? Мысль унесло ветром слишком быстро, чтобы даже попробовать её схватить за кончик хвоста. Хель слишком много думал об этом за...прожитое. Поэтому людская глупость уже лишь утомляет, а сам, ныне, котёнок, ищет счастье в мелочах. Даже если время неумолимо, позже, обрушиться страшной волной потерь и вновь осколками собственного сердца. Поэтому он любит сон. Во сне не чувствуешь времени, не привязываешься. Тихий, чернильно мягкий шаг лёгкого тела по пустым коридорам. Глаза, ныне практически абсолютно прикрытые, лишь две приглушенных золотых полосы, заставляющие на несколько мгновений усомниться в реальности момента. Ещё мягкий шаг. Он устал думать. Устал чувствовать. Он скучал по тем, кто более не сможет ему улыбнуться... ещё одной, ему единственному подаренной, вечно неповторимой улыбкой. Он просто скучал. Возможно было бы проще быть человеком, котоых он так презирает... Не ценить, не ждать, прожить крохотный век эмоций и человеческого цикла жизни, нежели... Нет, он пытался. Стирал память сам себе, жил как все, любил, смеялся, взрослел. Сколько сил нужно было потратить до этого, чтобы сила не проявляла себя искали во тьме, а тело физическое менялось в соответствии человеческомо. Каждый раз всё равно, вспоминая, это будто бы невыносимо. Конечно, он выносил. Вспоминал потом как завершенный, грустный рассказ. Не важно, что он был главным героем. Возможно, он ненавидел то, сколько времени было ему одному отведено? Возможно, имей он способность делиться им, он бы не возненавидел всё и вся? Возможно не пытался сбежать, забыть, уничтожить. Возможно тогда бы её зелёные глаза не были бы такими печальными... Слишком, отвратительно, понимающими. Возможно, кому-то принадлежать было гораздо лучше. Теперь он глупец, дорвавшийся до свободы. Лишь теперь понял, что свобода никогда не была гарантом чужих жизней! Даже она не помогала защитить! Тихий, надрывный смех, переходящий в рыдания и вой, что выражает столько боли, сколько и океан бы не вместил... Он бы так хотел ненавидеть свою жизнь... Ненавидеть людей, что за столь глупую и короткую жизнь могут стать незаменимы! Безумно важными, яркими, освещая путь из его собственных теней... туда, где... Да, он помнит. Жизнь. Яркая, сияющая спектром сил и эмоций, заставляющая любить каждый момент, каждую секунду её и всего происходящего. Каждый крохотный цветок, что даже в непогоду и опасность продолжал расти. Раскрывать бутон, обнажая хрупкие лепестки... лишь бы дотянуться до солнца. Иногда Хелю казалось, что он такой же... Тянется к тем, кто становится для него солнцем. Умирая каждую секунду после его угасания Возможно, вспоминай он об этом каждый раз, когда вновь видит чужие глаза.... глаза тех, на кого ему уже никогда не будет наплевать. Возможно тогда бы он смог отвернуться. Пройти мимо. Чтобы не умирать в потоках времени, уносящим глупые человеческие жизни. Короткий взмах хвостом. Иногда глаз слишком много. Сияющий золотом взгляд упирается в чужой, вновь напоминающий бездну. Всепоглощающую тьму. Шаги этого человека уловить сложнее, но... Эта форма, с которой она была в таком восторге... Возможно поэтому он полюбил этот облик. Чужие мысли, слышимые слишком неразборчиво из-за чужих стен разума, наконец вернулись в более спокойный темп. Осколки чужого страха ему не показались. Очередной глупец, чьё благородство и сияние души Хель чувствуюет за километр. Маскарад, не иначе. С этим презрением во взгляде и резкими словами. С аурой потерявшего... что-то очень дорогое. Возможно Хель мог сказать, что они похожи. Но.. Насколько же тогда его собственная ненависть окажется наигранной... Она сказала бы что он как обычно загоняется. Она просила не бросать её И даже так в её взгляде было столько понимания в их последнюю встречу... Тихий выдох... слишком человечный. Нет смысла играть сейчас для кого-то спектакль. Зритель не оценит, зная сценарий заранее. Паршивый, скажем так, сценарий. Тьма мягкой волной заструилась по полу, вылезая из каждой ночной тени в коридоре замка. Превращаясь в стебли шиповника, отрезая любую возможность побега. Хель не позволит кому бы то ни было навредить человеку, которого он признал своим. Возможно в этот раз... Давая совершать ошибки, но находясь рядом и прикрывая спину... Возможно он сможет уберечь. Надежда неугасаема даже в таком, как он. Взгляд глаза в глаза. Резко. Неожиданно. На одном уровне, близко настолько, что можно было почувствовать чужое дыхание. Лишь с одной стороны... Мягкий смех понимания, щелчок по цепям чужих обещаний и... всё. Ни звука, ни запаха. Обычный коридор Хогвартса. Тени послушно на своих местах. Помутнение рассудка..? Чужой смех в собственной голове, куда не смогли попасть два сильнейших леглимента Британии... Будь такая возможность, Снейп бы тут же вышвырнул незнакомца.... Но. Чужие глаза, сияющие не хуже солнца сейчас, излучали слишком много не свойственного коту. И человеку. Возможно Северус слишком давно не чувствовал такого напряжения... когда земля может расколоться пополам прямо под ногами. Чужой хвост, секундно обвившийся вокруг ноги, исчез спустя секунду вместе со своим владельцем. Дар или проклятие..? Северус сделал шаг, успокаивая сердцебиение. Предупреждение. Ничего не останется прежним, а значит... Несколько ядовитая усмешка на лице, вновь шаг. На этот раз... Всё будет справедливо.