Мои письма в миллионы различных вселенных

- Я слышал, курение - это просто желание сосать члены. Калеб едва вжимается в собственные плечи. Уйди, уйди, уйди. Звук чужих шагов прекращается. Калеб стоит у окна, спиной к надоедливому знакомому, и вбирает дым в легкие. Стряхивает пепел слегка резко, разозленно. Игнорирует. С Моллимоком они больше не общаются. Видогаст не забывает дни, когда они еще могли быть друзьями, но те давно уже были перечеркнуты самим Моллимоком и его омерзительным поведением. Калеб вообще не уверен, что тот, кто стоит сейчас сзади него, может быть назван именем "Моллимок". Это имя оседает на языке как что-то мягкое, едва тянучее и сладкое - не мед, но, может, карамель? Это имя звучит в голове Калеба нежно, а прозвище "мистер Моллимок" - игриво, легко. Моллимока он называл цирковым парнем влюбленно и любяще, сквозь восхищение говорил о том, что Молли волшебный, мысленно ударяя себя за подобные фразы. Надеясь, что Молли воспримет это как очередную глупую шутку. Моллимок смеялся. Этот Моллимок нашел себе каких-то новых друзей, ввязался в странную компанию. Этот Моллимок все чаще попадается обдолбанным, все чаще огрызается и все реже Девятка пытается ему помочь. "Он потерянный уже, все" - Борегар говорила. "Молли больше нет". Калеб до последнего не верил. Но время шло, а все становилось только хуже. Моллимок подрался с Борегар, выбросил книгу, которую ему подарила Яша, публично оскорбил Вэс, плюнул в лицо Форду, назвав того "размазней", и насмехался над Джестер, пока та не решилась оставить его в покое. К Калебу Моллимок лез сам - видимо, это потому, что из всей Девятки Видогаст был единственным, кто изначально ничего не пытался сделать. Калеб Моллимоку никто - это факт. Калеб единственный, кто так ни разу не назвал Моллимока сокращенным "Молли", и также он был единственным, кто держал дистанцию. Молли, видимо, думает, что Калебу все равно. Калеб вспоминает, как впервые за долгое время реально заплакал - обессиленно, понятия не имея, что делать дальше. Сигарета дотлела уже наполовину. Еще немного, и он развернется и уйдет, прячась от Моллимока в бесчисленных коридорах и толпах разношерстных студентов. Калеб прикрывает глаза, жмурится: он очень, очень устал прятаться. Тилиф подходит ближе. Он дышит парню в затылок - Видогаст стоит как вкопанный, не решаясь двигаться. Честно, не сильно хотя. - Сигаретка найдется, - Калеб чувствует чужое дыхание на собственном ухе и стаю мурашек, пробегающихся по спине, - ...мистер Калеб? Калеб устал. Он хочет кинуть Моллимоку всю пачку прямо в лицо, но в то же время ждет, когда тот рассмеется родным, теплым смехом. Калеб хочет дать Моллимоку звучную такую пощечину, но в то же время все ждет, когда тот скажет "Да это шутка была. Все со мной нормально". - Нет. - Очень жаль. - Моллимок смеется злобно, чужеродно. Калеб сжимает зубы: ничего уже давно не нормально. - Придется как-то выкручиваться, ммда? Тилиф кладет ладони на чужие бедра, притягивая парня ближе к себе. Руки Калеба дрожат - ему действительно страшно находиться рядом с таким Моллимоком, пусть даже тот в контексте сложившейся ситуации вряд ли сможет сделать что-то вредящее. По крайней мере, вряд ли захочет. - Я тебе говорил, - Калеб цедит сквозь зубы, по-прежнему стоя к парню спиной, - не смей. меня. трогать. Молли смеется от возбуждения пьяно. - А то что? Видоугаст выбрасывает сигарету и до побелевших костяшек сжимает подоконник, возле которого стоит. Выдыхает несдержанно, шумно. Моллимок за его спиной в ответ только смеется - высмеивает чужую злость. Калеб резко поворачивается. - Что тебе нужно. Он хочет Молли избить. А потом прижать к себе, спрятать в объятиях и сказать: "хватит". "Теперь все будет по-другому". Калеб чувствует, как в его глазах собираются слезы. От бессилия. Моллимок руками скользит по его талии. Изучает тело неспешно, задумчиво - это первый раз, когда они касаются друг друга так. Калеб прикрывает глаза, пытаясь представить, как Молли вытаскивает водолазку из его штанов в его квартире, а не пыльном складном помещении университета. Он пытается представить, как Молли делает все это нежно и любяще, что они вместе - но чертова память не дает ему забыться ни на секунду. Это их первый и, скорее всего, единственный раз, и он будет именно таким: с разделенной на двоих ненавистью, с болью от потери. Моллимок опустится на колени, будет сжимать его бедра и возьмет его член в свой рот желая, будучи, скорее всего, в очередном неадекватном состоянии. Калеб схватит обеими руками подоконник вновь и будет жалеть о том, что все еще жив - он ненавидит Моллимока, ненавидит себя, ненавидит всех и все прямо сейчас. Калеб всхлипывает, чувствуя себя грязно, пока любовь его жизни отсасывает ему под воздействием каких-то наркотиков, потому что ненавидит и хочет убить все остатки его достоинства. Калеб забыл, какого это: когда относятся как к мусору, намеренно пытаясь изничтожить, загасить психологически - он стонет, но это звучит больше как жалобный скулеж, и кончает, пытаясь утопить собственное желание быть счастливым и любимым хотя бы однажды в изображении знакомой макушки и пронзительного взгляда ярко-красных глаз. Моллимок поднимается, облизываясь. Калеб плачет. Он хватается за чужую одежду, сжимает так, что сосуды на пальцах чуть ли не лопаются, и прижимает тело парня к себе. Калеба трясет сумасшедше - он теряет все остатки своего рассудка, утопая в одном едином желании: Чтобы вся эта хуйня, наконец, закончилась. Калеб слышит, как сквозь истерику пытается произнести "Молли" хотя бы однажды, но оно заканчивается на первом же звуке. Он не контролирует свое тело, сжимая чужое так сильно, как может, просто чтобы почувствовать. В его голове громкая мантра: вернись, вернись, вернись, и что-то внутри разбивается, когда Моллимок плачет тоже. Калеб не отпускает Моллимока ни на секунду, даже когда его объятия начинают давить. Молли прячется. Прячется в чужих волосах, трясется, заходится в рыданиях. Молли кажется ребенком, который очень сильно проебался и теперь понятия не имеет, что ему делать. Калеб пытается восстановить дыхание и прикрывает глаза, поднимая руку и оставляя ее покоится на чужой макушке поддерживающе. Не кажется. - Пойдем со мной, - голос Калеба хрипит и дрожит, несколько раз вздрагивая особо сильно, - Молли. Пойдем со мной. Тело в его руках немного притихает, по-прежнему держась за Калеба, как за спасательный круг. Калеб поворачивает голову, прижимаясь губами к чужому виску. Хватит. - Теперь все будет по-другому. Моллимок всхлипывает, ничего не отвечая. Молли все еще здесь.