DO OR DIE.

Вместо пролога: У вас есть шанс, что ваши самые смелые мечты станут реальностью. Большинство людей даже не пытаются, к сожалению. Они начинают, а затем останавливаются или вовсе сдаются. Очень немногие пытаются снова и снова что-либо делать и не сдаваться. И эти люди в конечном счете добиваются успехов и побед. -Jared Leto

Прошло четыре года, после того, как я познакомилась с Джаредом, Томо и Шенноном на концерте в Нью-Йорке. А Сьюзен, в своё время, оказалась не такой хорошей, как её отец. Странное, знаете ли, возникает чувство, когда узнаёшь, что она все эти годы спала с моим парнем и изменяла своему Оливеру - парню, на редкость доброму и преданному. Мы не общались с того дня, как она бросила меня на концерте после автограф-сессии. Я не жалею ни о чём, даже после того, как, дружив почти 20 лет, узнаёшь о том, что говорили у тебя за спиной. Хотя, нет. Всё-таки об одном я немного жалею. Не знаю, можно ли назвать это таковым, но все эти четыре года я не могла ответить взаимностью ни одному парню, который ухаживал за мной. В моей памяти напрочь отпечатались теплом и добротой небесно-голубые глаза Джареда. Человека, который перевернул всю мою душу одним только взглядом, чьи глаза в последние годы я представляла только через монитор, когда мы общались в чате. А потом случилось то, от чего адекватный человек уже давно бы сошёл с ума. Авария. Страшная авария, когда я с очередным ухажёром возвращалась с бурной вечеринки. Он был трезв, а я была под градусом, и даже не помню, как его звали. Мы ехали вдоль набережной, как вдруг в нас врезался джип с элитными номерами. Обе машины в воду, я пробыла там около 20 минут, меня достали последней и еле откачали. Тогда я многое забыла, в том числе Джареда, любовь к музыке, любовь к нему. В первые дни было очень тяжело смотреть на себя, и не понимать, кто ты, что ты значила для других. Память скоро начала ко мне возвращаться, но воспоминания о музыке вернулись только тогда, когда я заметила татуировки на своём теле. Тогда я ужаснулась от того, что делала с собой. Все эти татуировки, яркие волосы, пирсинг... Для новой меня это было не то. Стоя обнажённой перед зеркалом, я крутилась туда-сюда, рассматривала персиковую кожу, ища ещё одну татуировку, но насчитала их, в конечном итоге, только шесть. Из глаз текли слёзы, потому что я не понимала, зачем в прошлой жизни так "издевалась" над своим телом. Я моментально скатилась по стенке в ванной, перед большим зеркалом в пол. Макияж поплыл. "Дура." - звучало у меня в голове. Уже в двадцать я жила одна. После аварии я проходила реабилитацию, мама жила со мной. Когда мне удалось восстановить все основные факты из своей прошлой жизни, она уехала обратно в Новый Орлеан, что для меня было большим облегчением, ведь я никогда не могла видеть это. Видеть, как мама чувствует и переживает со мной мою же боль. Она держалась гораздо лучше меня, когда рассталась с моим отцом. Я не знаю, что могло заставить переехать меня в Джерси в 2008-ом, но, видимо я поняла, что поблизости Нью-Йорка я найду подходящую работу по специальности, да и зачем я буду жить за мамин счет, когда у неё появился ещё один ребёнок и новый муж. Я каждые выходные приезжаю к ним, и вижу, как они счастливы. Счастливы за меня тоже. А я делила своё счастье с ними. Для Марка я стала "родной" дочерью. Когда в очередной раз приехав, сообщила о том, что меня взяли журналистом в "Best New-York People", они по-настоящему гордились мною, как не гордился прежде никто другой. В ноябре мой испытательный срок в "Best New-York People" подошёл к концу. Точнее, для всех он подошёл к концу ещё 6 месяцев назад: меня брали на крупные происшествия, я проводила интервью с известными людьми, иногда выступала в качестве корреспондента Нью-Йоркских новостей и писала статьи, которые пользовались большим успехом как и у взрослых людей, так и у подростков. - Сайкс, - с конца коридора донёсся голос директора. Я оглянулась. - Кейт, зайди ко мне. Планы выпить кофе с коллегами не увенчались успехом и я медленно побрела по коридору в кабинет. По дороге оператор сунул мне папку с какими-то бумагами и сказал почитать на досуге, что я, конечно же, делать не стану. - Да, мистер Гордон? - Я вошла в кабинет и села напротив директора. - Наш оператор уже отдал тебе бумаги? - спросил он. - Да, я как раз собиралась прочесть их. - Завтра ты едешь брать интервью у очередной группы после их концерта на Time Square. В бумагах написан текст для интервью. - Пояснил директор. - Мистер Гордон, вы же знаете, что все тексты для интервью я пишу сама. - Тогда пиши. У тебя времени - до конца рабочего дня, то есть до семи. Принеси мне их в 19-10, я заверю и поставлю печать. И не забудь, у тебя ещё есть бумаги, которые нужно подписать до обеда. - Хорошо, мистер Гордон. Я так же медленно удалилась из кабинета, как и вошла. И так было почти каждый день. В этой атмосфере офиса и коллективной работы я чувствовала себя в своей тарелке. Отношения с коллегами складывались куда есть круче - я была одним из лучших сотрудников. Почему была? Есть. До двух часов я успела подписать все документы о размещении в нашем журнале рекламы, о том, что нам нужны новые картриджи (да, не совсем похоже на работу журналиста, верно?) и пара бутылок для кулера на четвертый этаж. После обеда я уселась, а точнее улеглась, как можно удобнее на большой кожаный диван, что стоял в кабинете у моего нового знакомого - Тедда. - Чёрт их только дёрнул приехать сюда. Теперь придётся писать новый сценарий для интервью. - Ты же любишь свою работу? - Ехидно выглянул из-за компьютера Тедд. - Верно, люблю. Но все эти музыканты.. Они, знаешь.. Ну. бесит меня все эти их "обряды", типа крашеных в зелёный с синевой цвет волос, пирсинг или татуировки, везде, где только можно. - Посмотри на себя, дорогуша, ты сама вся в татуировках, у тебя ярко-рыжие волосы. Немного странно видеть тебя в рубашке и джинсах, верно? - Это большая ошибка. Я не помню, почему у меня есть столько татуировок и рыжие волосы. Хотя, последние мне очень нравится. - Да, тебе очень идёт рыжий цвет. - Тедд уселся рядом и чмокнул меня в щёку. - Но терпеть не могу брать интервью у молоденьких парнишей, кумиров миллионов подростков, вроде них! - Рассмеялась я. Тедди мгновенно встал: - Ну, я бы не спешил с такими выводами. Я осмотрела его презрительным взглядом: - С чего это вдруг? - А с того, что солисту их 41 год, можешь себе представить? - Постой. Нет, ты так говоришь, только потому, что хочешь, чтобы я радостно побежала брать интервью у них? - Нет. Вот, держи. - Тедд кинул мне папку с надписью: "Thirty Seconds To Mars/ interview facts" Я мигом пролистала её и остановилась на фотографии парня, видимо, того самого солиста. На локтях у него была знакомая татуировка. "Быть того не может" - подумала я. Меня, как током дёрнуло. Я вскочила с дивана, на котором ещё секунду назад лежала, закинув ноги на журнальный столик. - Тедди, ты просто гений. - Я подбежала к нему и одарила дружеским поцелуем в щёку. Он незаметно покраснел. - Скажи Гордону, что я готова работать по составленному Элизабет интервью. А сейчас я ухожу домой. - Эй, он не отпустит тебя просто так! - Крикнул он мне вдогонку. Я вернулась в кабинет и встала в дверях: - Ну, дак придумай что-нибудь? Кто из нас гений? Ты или я? Скажи, что у меня заболела кошка, что мне нужно забрать племянника из детского сада. Мне ли тебя учить? До завтра, Тедд. И я, радостно прихватив с собой папку с документами "Марсов", побежала домой. Снова, как полтора года назад, я стояла перед зеркалом, в одних лишь шортах и рассматривала свои нательные рисунки. Я перелистнула очередную страницу дела о Марсах и всмотрелась в татуировку в форме триады на локтях солиста. "Я не верю тому, что тебе 41, красавец" - с этими мыслями откинула прядь красных волос назад, обнажив свою шею. Я провела пару раз по линиям триады и снова всмотрелась в фото солиста: - Ты кажешься мне очень знакомым, и я уверена, что скоро узнаю, почему. Я приспустила шорты. Под пупком красовалась надпись: "Provehito in Altum", точно такая же, как была у певца на ключице. Ещё одна - на моей правой лопатке. Странная загагулина, похожая на совмещённые прямоугольники, такую же я видела на его запястье пару страниц назад. А вот на моём запястье была увековечена надпись "Love" на четырёх языках: английском, русском, французском и итальянском, странно, но такой тату не было даже у него. Тяжело вздохнув, я громко захлопнула папку, натянула майку и вышла из ванны. Я решила набрать Тедда, но включился автоответчик и я оставила голосовое сообщение: "-Алло, Тедди. Привет. Что там сказал Гордон насчет того, что я согласилась работать по тексту Элизабет? Перезвони мне". Весь вечер я вспоминала о том, что же могло быть такого между мной и этими людьми, что я "разукрасила" себя такими же татуировками? Я вспомнила все события той страшной ночи, когда попала в аварию, вспомнила фотографии криминалистов, когда доставали меня из воды: бледное, можно даже сказать синее тело, в нежном розовом платье, хрупкие руки, которые на тот момент казались сломанными. Но я ничего не повредила, удар пришёлся на голову, не сильный, но этого было достаточно, чтобы вызвать амнезию. Я вспомнила почти всё, что было до и после, но не вспомнила ни одного из них. Не заметив для себя, я уснула, наверное, к часам одиннадцати. На утро, меня, как всегда, в шесть часов разбудил будильник. Я попыталась встать с кровати, но первые попытки оказались тщетны: я сильно отлежала шею и ноги. В конечном итоге я упала с дивана и немного взбодрилась. Включила телевизор: по ABC показывали очередной голливудский сериал: - Да, моя жизнь явно не подарок, в отличие от вашей, Шон и Мэри. - я посмеялась. С включенным телевизором я чувствовала себя не одной в этой просторной квартире. Оставив его, я пошла принимать душ. Горячие капли коснулись моей головы и медленно проскочили по плечам, спускаясь всё ниже и ниже - к ступням. Я чувствовала, как расслаблялись мышцы и приходили в порядок мысли. Сегодня предстояло встретиться с очередной группой, по которой, верно, толпы фанаток пишут фандомные истории, вплетая себя в их жизнь. "Кстати, о группе. Я даже не читала материал, который подготовила для меня Элизабет". Вспомнив об этом, я ополоснула голову от вишнёвого шампуня и вылезла из душа. Я снова посмотрела в зеркало: на шее всё та же триада. "Что бы она могла значить?" Сегодня она мне нравилась больше. В зеркале на меня смотрела девушка, по которой точно не скажешь, что ей 25. Имидж вовсе не тот. Я подмигнула себе, укуталась в полотенце и вышла из прогретой во всех смыслах ванной комнаты. Сегодня я решила не утруждать себя деловым стилем и одеться, как захочу. Ведь я почти не буду находиться в офисе, а буду брать интервью. Я одела яркую майку, колготки и джинсовые шорты, что лежали у меня ещё с прошлых лет. Уже в гостиной, плавно переходящей в кухню, я попивала из любимой кружки сладкий ванильный кофе (банально, не правда ли?) и читала сценарий интервью. Он оказался не плох, хотя, раньше я не ценила работу Элизабет. Раздался телефонный звонок: это был Тедд: - Да, Тедди, привет. - радостно "пропела" я. - Доброе утро? Как твой настрой? Получил твоё сообщение только сегодня, прости. Телефон сел, включил только сегодня. - Я? Я отлично. Ничего, Тедд, всё хорошо. - Я уже на работе. Зайдёшь ко мне, как приедешь? Хорошо? - Да, обязательно зайду. - Тогда до встречи. - Промурлыкал он. - Хорошо, пока. - я мысленно улыбнулась. Я ехала на метро и поняла одну интересную вещь: "Я нравлюсь Тедду, не отрицаю. Но это мне не мешает, а как раз наоборот, часто выручает. Сейчас я кажусь стервой, но это не так. Я считаю Тедда лучшим другом, а лучшие друзья часто подставляют друг другу плечо, как это делает Тедди для меня, а я для него". Зайдя в офис, я забыла про то, что обещала зайти к нему. - Кто вы, и что сделали с моей Кейт? - не успела я оглянуться, как он уже подлетел ко мне сзади. - Служебная машина будет ждать вас у входа в офис в 12-00, мадам. Ну, а моя машина готова подъехать за вами ровно в семь куда угодно. - Парень протянул мне два билета. - Боже, Тедди, что это? - мои глаза загорелись счастьем. Та самая поэтесса, на которую я мечтаю попасть с момента продажи билетов в Нью-Йорке. - Это те два последних билета. Ты пойдёшь со мной туда? Я взяла билет и мирно кивнула. Тедди чмокнул меня в щёчку и на ухо прошептал: - Я заеду за тобой в семь, красавица. Он никогда ещё не был таким.. Таким, странным, таким влюблённым. Через пять минут я уже пожалела о том, что согласилась, ведь этот поход будет, как свидание, а значит, я даю Тедди надежду на что-то. Но отказываться уже не было смысла. Ровно в 12-00 я села в машину и поехала в один из Нью-Йоркских отелей. Там меня должны были ждать вышеупомянутые по сотню раз Thirty Seconds to Mars. Дорога была быстрой, как и сам подъём до студийного номера на двадцатый этаж. Я постучала в дверь: - Кейт Сайкс, журнал: "Best New-York People". Дверь открыли. Я увидела Шеннона, их барабанщика. - Здравствуйте, - произнесла я. Минутное молчание. - Что-то не так? - Я просто недоумевала. Все замерли, солист сидел, открыв рот и смотря на меня с поволокой. - Может, начнём интервью? - Кейт? - Спросил он. Я промолчала, смутившись, как пару лет назад. Но сейчас для меня это было не знакомое чувство. Парень буквально сорвался с места и резко подошёл ко мне. По телу прошла дрожь. Он положил руки мне на плечи, подошёл так близко, что я чувствовала его дыхание. Его красивая рука безобразно прошла по моим волосам и медленно спустилась до талии. Я стояла, как вкопанная, не понимая ни капли из того, что происходит. Лишь сидевший на диване Милишевич прозаично усмехнулся. Я до сих пор дрожала. Меня смутил мой же страх, я не знала, что было тогда. Четыре года назад. Джаред прижал меня к себе: - Я так соскучился по нам, по нашим перепискам. Куда ты пропала? Из моих глаз медленно потекли слёзы. Парень отстранился, но до сих пор держал меня за плечи: - Кейт, ты плачешь? Я увидела эти небесно-голубые глаза. Они казались стеклянными, словно смотрели сквозь меня. Словно знали мою душу. Словно знали меня такую, какой я была. В тот момент всё перевернулось с ног на голову, я кинулась в его объятия и стала плакать ещё сильнее, сама не зная, почему. Джаред прижал меня к себе и шёпотом спросил: - Ты расскажешь мне? Я кивнула. Шеннон заявил: - Чувствую, интервью отменяется? Мне ничего не оставалось, как утереть слёзы и возразить. Прошло пол часа и наше интервью было в разгаре. Я записала всё на диктофон и передала своему менеджеру. Ему лишь нужно было отвести запись в офис для дальнейшей обработки. Завтра была суббота, а значит, я могу никуда не торопиться, мой рабочий день - окончен. Джаред подвинулся ко мне и предложил: - Может, сходим поужинаем сегодня? - спросил он. - Я не знаю, стоит ли. Я совсем вас не знаю. - Ты знаешь меня так же, как знает Шеннон и Томо. Пошли, это будет деловой ужин, расскажешь мне, что случилось, хорошо? Когда на часах показывало 18-03, мы с Джаредом удалились из отеля в ресторан. - Почему ты отказываешься от меня? - спросил он. Было видно, что его мучало непонимание того, что происходит, так же, как оно мучало и меня. - Я.. Джаред, я не отказываюсь от вас. Просто, я не знаю тебя, на самом деле. - Чёрт возьми, Кейт. Ты разве не помнишь? Ааа.. Подожди секунду. - Он достал из кармана телефон и начал что-то там искать. - Вот, пожалуйста. - Джаред протянул мне блэкберри. - Переписка? ("Вот же я дура, почему я не могла просто-напросто открыть свой твиттер, чтобы узнать, кто они?"). Я читала всё, видела, что это писала я. Мой стиль, я так же пишу свои статьи и тексты для интервью. - Хорошо. Я.. Я вижу, что это я писала. Это мой аккаунт. - Может быть расскажешь мне, что произошло и почему ты забыла меня? И я рассказала. Я рассказала всё, что помню. Всё, до малейшей детали. Весь день, когда случилась авария. И я не останавливались, пока не рассказала, ведь я видела, как Джаред увлечённо наблюдал за моей мимикой, слушал мою речь, изучал меня. Он смотрел на меня, как на человека, с которым он только что познакомился и был этому, несомненно, рад. К нам подошёл официант и принёс вино. Впервые за столько лет я наконец-то почувствовала тепло родного человека, тепло, что грело по-настоящему. Его было не сравнить с теплом, которое вырабатывает батарея или солнце. Это было особенное чувство. Мы сидели в ресторане и пили, а когда в моей голове начали забываться проблемы, он положил свою руку на мою, и спросил: - Ты ведь обязательно вспомнишь, что между нами было, верно? - Не будь занудой, Джа. - Тогда все слова казались мне лёгкими и пустыми. "Кейт, ты опять напилась в стельку, сколько можно повторять, тебе нельзя пить" - думала я про себя. Сама не знаю, почему, но с этих слов я начала смеяться. - Я люблю тебя, Лето. - и я снова начала хихикать, потому что это выражение имело для меня двойной смысл. Джаред встал со стула и присел со мной на диван. Он убрал волосы, закрывающие часть моего лица и снова нежно провёл по ним своей рукой. Я не успела повернуться, как его губы коснулись моих. Я ощутила запах его парфюма, в страстном танце перемешивающийся с моим. Казалось, что этого момента я ждала всю жизнь. - Ты хочешь продолжить наш вечер? - спросил он. - Почему бы и нет. - В нетрезвом состоянии я не понимала, что могут означать эти слова. - Тогда мы плавно переезжаем отсюда ко мне домой. - В отель? Джаред, ты знаменитость, - начала я рассуждать, - тебе нельзя светиться со мной в отеле. - И снова засмеялась. - Я сказал домой, а не в отель. Отель был всего лишь студией для интервью. У нас с Шенном тут дом, ты что, забыла? А, точно. Прости "Ой, а действительно, с пьяну дуру-то вообще не соображается" - подумала я. Выйдя на свежий воздух я слегка протрезвела и поняла, что следует за тем, что мы поедем к нему. - Слушай, Джаред. А может повременим? - Ты о чём это? - он был пьян и снова поцеловал меня. Я легко отстранилась . - Я о том, чтобы ехать к тебе. - Чего ты боишься? - Я тебя совсем не знаю, и я боюсь... - Боишься стать одной из многих, верно? - Джаред заливался злобным смехом, меня это сильно задело. Я вспомнила про то, что обещала пойти с Теддом на свидание, но было уже поздно. На часах 22-36. Я опустила голову и снова заплакала. Плакать было не с чего, ведь я, можно сказать, ничего не знаю об этом парне и вижу его впервые, но вино и нервы делали своё дело. - Малыш, ты плачешь? - Джаред поднял моё кукольное личико и притянул к себе. - Я же пошутил. Ты никогда не станешь одной из многих. Я все эти четыре года искал замену, но после того, как в тот раз увидел тебя, я не смог влюбиться в кого-то другого. Да, были девушки, но зачем они мне, когда передо мною стоишь ты, маленькая, моя принцесса? Я искал тебя, всё это время. Но искал в ком-то другом, и сильно ошибался. И если ты не хочешь, чтобы сегодня между нами что-то было, то пускай! Пускай не сегодня, не завтра, не через год! Пускай! - Джаред перешёл было на радостный крик, словно слова сами лились из него, и снова притих: - Мне доставляет одно удовольствие только то, что ты рядом со мной. Он прижал меня к себе и я больше не чувствовала себя одинокой. Мне казалось это очень странным, но было так приятно, что внутри всё "пело". Мы поехали к нему. Дома, как ни странно, никого ещё не было. Точнее, были мы, но Шеннон где-то задерживался. Джаред закрыл шторы в особняке, достал бутылку шампанского: - Будешь? - спросил он. - Я вино с шампанским не мешаю. - уже трезвым голосом сообразила я. Лето достал один бокал, наполнил его наполовину и отпил. - Ааа, чёрт с ним, Джаред. Давай. Мы сидели до двенадцати и разговаривали о том, что произошло за столь долгие годы. - Что же, я пожалуй пойду спать. - Я побрела к дивану. - Ты можешь спать у меня в спальне, я устроюсь здесь. Таким я видела пару раз Тедда, когда он присматривал за мной во время болезни. Джаред ухаживал за мной так, как старший брат ухаживает за своей любимой сестрёнкой. Он расправил мне постель и раскрыл окна в доме, чтобы проветрить. Спать хотелось жутко и я буквально проваливалась в сон, сидя на кровати. - Подожди, не спи. Я сейчас приду. - Сказал Джаред. Он подошёл к большому комоду и через секунду достал оттуда безразмерную футболку со знаком триады. - Спи в ней. - произнёс он. Я взяла футболку и поднесла к своему лицу. Она пахла стиральным порошком и парфюмом Джареда. Я снова рассмеялась. - Сейчас я одену. Только не смотри. - Я села спиной к нему, и не дождавшись, пока Лето уйдёт, сняла майку и бюстгальтер. Джаред сидел сзади меня, боком, чтобы ничего не увидеть, как я ему велела. Но как и все мужчины, не удержался, и взглянул через зеркало. Он заметил на моей лопатке татуировку: "₪" и подполз на коленях поближе. Я застыла в ожидании. Он провёл рукой по очертаниям рисунка и уткнулся носом в мои густые волосы. В тот момент я уже успела натянуть футболку, лишь спина до сих пор оставалась обнажённой. Парень отдёрнул чёрную ткань и обнял меня. По телу пробежала дрожь. Сейчас я чувствовала себя защищённой, как никогда раньше. Он тихо произнёс: "Спать.." Я закрыла глаза, медленно приняла горизонтальное положение и почти сразу же отключилась. Джаред просидел возле меня ещё с пять минут, поцеловал и аккуратно вышел из комнаты. В коридоре его застал Шеннон: - Я посплю сегодня в гостиной - сказал Джаред. Брат осмотрел его недоверчивым взглядом и приоткрыл дверь в комнату. Его очень удивило, что я нахожусь здесь. - Парень, ты серьёзно? Кейт? Здесь? Нашёл очередную игрушку? - усмехнулся Шеннон, спускаясь по лестнице на первый этаж. Джаред стоял к нему спиной и допивал шампанское. Он тяжело вздохнул и начал: - Ещё раз так скажешь, Шенн, ей Богу, получишь по лицу. - Раньше тебя не раздражало. - Парень замедлил шаг и аккуратно двигался в его сторону. - Раньше здесь была не Кейт. - А сейчас, она внезапно появляется, и ты тут же меняться в этом плане? Так не бывает. - Ты сам прекрасно знаешь, что если мне что-то надо, то я горы сверну. Не мне тебе рассказывать про то, как я искал её несколько лет. Я живу по правилу, что ты должен следовать за своими мечтами… Независимо от того, что ты делаешь, ты должен следовать за своими мечтами. И моей мечтой была Кейт, а сейчас она здесь. - Джаред сделал ещё глоток. - И пока она здесь, я сделаю всё, для того, чтобы её память о нашей группе и о нашем с ней романе вернулась. Так они просидели до утра, разговаривая обо всём, о чём только можно. И какого было моё удивление, когда я застала их утром, спящими: один на диване, другой за столом. Они не были похожи на перебравших алкоголя сопляков. Они были, как двое заговорившихся о чём-то важном людей. И в сердце одного горела настоящая любовь и надежда, что я когда-нибудь его узнаю. Но я-то уже давно всё вспомнила.